Глава 29. Я прощаю тебя

Тепло.

Было так тепло.

Сэм закопошился на мягкой постели и, не удержавшись, зевнул, прикрывая рот рукой. Распахнув глаза он лишь на мгновение уставился на стену тёмных тонов, после чего лениво перекатился на правый бок и вытянул вперёд руку - как нечто само собой разумеющееся.

Пальцы мгновенно нащупали комок из одеяла, простыни, подушки и, наконец, человека, и Сэм потянул его на себя, с желанием прижать к себе.

Комок недовольно зашевелился и буркнул что-то, очень далёкое от пожелания доброго утра. Сэм на это лишь фыркнул и прижал его к себе ещё ближе, носом утыкаясь в копну выглядывающих из-под одеяла тёмных волос и вдыхая запах собственного шампуня. Его день только начался - и начался он с привычной ему рутины.

Подниматься не хотелось, но так было нужно. Сэм, отстраняясь, неловко мазнул губами по чужому лбу, чтобы в следующую же секунду оказаться в оточении всех четырёх конечностей и крепких объятий, явно желающих перейти в гораздо более интересное русло.

- Мне на пробежку надо, - буркнул Сэм, пытаясь выкарабкаться.

- Твой здоровый образ жизни сумеет подождать.

- И ты тоже.

Никто Сэма выпускать и не думал. Так же, как и Габриэль - упускать возможность победить Сэма в его извечном упрямстве.

Его губы впились в рот Винчестера с завидным упорством, и, не прошло и мгновения, как Габриэль уже нависал над человеком, расставив ноги по бокам от его живота и словно желая поглотить его своим поцелуем. Словно желая показать, что это - гораздо важнее всех пробежек и проблем. Словно говоря - весь мир тут и сейчас заканчивался на их поцелуе и утре, которое только-только наливалось за окнами красками восходящего солнца.

Одеяла слетели на пол - более холодное принадлежало Сэму, второе же Гейбу, - шерстяное и тёплое. Вслед за ними отлетели в сторону и подушки, а пальцы Сэма до боли впились в чужие патлы, оттягивая их назад. Гейб отстранился и с тихим, приглушённым стоном вытянулся, открывая вид на свою шею.

И Винчестер воспользовался этим.

С лёгкостью подмяв архангела под себя, он скользнул губами по бледной коже. Его губы вжались в бешено колотящуюся венку и язык прошёлся по ней с тем наслаждением, которое слилось с мыслями и стало с Сэмом единым целым. Но вот Габриэль с изящностью выскользнул из-под него и соскочил с кровати, оставляя их двоих ни с чем.

И Сэм бы возмутился, вот только глаза практически сразу же наткнулись на абсолютно обнажённого Гейба, вытянувшегося, подобно коту, на солнце. Он бесстыдно усмехнулся и сорвал с быльца стоящего кресла красную клетчатую рубашку, большую его в два раза.

- Ты разве не хотел выходить и поражать своей спортивной подготовкой прохожих? - как ни в чём не бывало поинтересовался Габриэль, застёгивая нижние пуговицы и медленно переходя к верхним.

Сэм упал на кровать и распластался на ней, раскидывая руки в разные стороны.

- Ты отбил у меня всё моё желание двигаться, - посетовал он.

Габриэль фыркнул. После чего, не удержавшись, расхохотался, по пути забирая с батареи висящие штаны и натягивая их прямо поверх голой кожи. Сэм хмыкнул в ответ и потёр уже не слипающиеся сонно глаза.

Его довольно активно разбудили на данный момент. Очень активно.

Холодная вода, окотившая лицо Сэма, привела его в чувства. Выключив кран в ванной, он пробежался быстрым взглядом по своему отражению и на пару мгновений ему почудилось, что в стекле отразилось несколько длинных, уродливых царапин, которые Сэм никогда на себе не замечал, и КРОВЬ, КРОВЬ, КРОВЬ, СМЕШАВШАЯСЯ С ВОДОЙ, ТЕКУЩАЯ ВНИЗ, ЗАЛИВАЮЩАЯСЯ В ГЛОТКУ И ГЛАЗА, И...

В следующую секунду кожа вновь стала чистой.

Медленно двинувшись назад, Сэм вновь воззрился на своё отражение в зеркале. По лицу стекали холодные капли воды, в глазах хранилась задумчивость и серьёзность, которые сегодня ещё не донимали его. Но от царапин не осталось и следа, так что Сэм, вскинув брови, подхватил махровое полотенце с крючка и просто вытер им лицо.

Показалось.

- Сэм? - на пороге показался Гейб, облокотившийся о дверной косяк. - Ты что будешь есть?

- Яичницу, наверное, - бросил в ответ Винчестер, отворачиваясь от зеркала окончательно. - И кофе.

Гейб довольно кивнул и на его лице выросло то выражение, которое так и говорило о намерениям архангела вновь пошутить.

- Чудненько. Сделаешь и мне, ладно?

Прежде, чем полетевшее в него полотенце догнало засранца, тот уже смылся с ванной. Сэм закатил глаза, добродушно усмехаясь, и шагнул в сторону выхода. Подхватив с пола полотенце и развесив его назад на крючок, Винчестер нащупал рукой выключатель и, встретившись глазами со своим отражением вновь, быстро выключил свет.

Это была первая странность за огромное количество времени, прошедшего с тех пор, как они с Гейбом побороли Монстра. Никаких душ вокруг, никаких страхов и кошмаров - лишь тишина и непрекращающаяся жизнь, которую из-за Гейба «скучной» ну никак назвать нельзя было.

Сэм не помнил, как покинул тот кошмарный мир. Переход был резким, словно разрыв между сном и явью, оставивший пустоту в памяти. Но появилась ясность: ужас остался позади.

И Габриэль, словно призрак или воплощение оправданной наглости, объявился у него на пороге в один солнечный день и произнёс, широко улыбаясь, что теперь в жизни Винчестера он будет составлять извечную компанию. Да и Сэм был не против, ведь устал в одиночку справляться со всем дерьмом.

Честно говоря, это было лучшее его решение за последние месяцы, а то и годы. Хотя проблемы всё ещё были. От них окончательно сбежать – невозможно.

И одной из таких проблем остался его старший брат. Дин поначалу звонил ему пару раз в день, но вскоре эти звонки стали редким событием. И тут не стоило удивляться. В этом был принцип существования двух братьев, вроде как бы и привязанных к друг другу, а вроде бы - слишком далёких друг от друга. Габриэль говорил ему насчёт этого не париться, отчего Сэм действительно махнул рукой на происходящее, решившись просто забыть и смириться.

Так было правильнее.

Яичница чуть ли не подгорела на старой сковородке, которая уже видела, казалось, всё. Сэм, как самый непутёвый в мире повар, разложил её по тарелкам и поставил на стол. К ней присоединился и салат, купленный Сэмом навынос ещё вчера, и заваренный кофе, от которого Габриэль ещё будет плеваться очень и очень долго.

Чтобы после обязательно, как только он отправится в свою излюбленную кофейню, прихватив вместе с собой и Сэма, приготовить им двоим «настоящий» кофе.

Ну и ладно.

Сэм делал всё так, как умел. И не в интересах Гейба было критиковать его.

- Ты гляди, - Габриэль, словно услышал, что о нём думают, появился за спиной Сэма и плюхнулся на ближайший стул. - Спасибо, Сэм.

Подхватив вилкой кусок яичницы, архангел даже не дождался Сэма и начал её поглощать. Сэм фыркнул и через мгновение уже присоединился к нему, высыпая в собственную тарелку «траву», как называл её архангел.

Но сегодня он просто оценил блюдо в тарелке Винчестера скептическим взглядом и так ничего и не сказал. Удивительно.

Некоторое время они просто молча ели. Мысли и пробежке сами по себе улетучились, поселилась лишь задумчивость с воспоминаниями, которые смешались в каламутную кашу. Сэм неохотно разрезал вилкой желток, что активно растёкся по тарелке, и подхватил кусочек помидора, лежащий прямо в яйце.

- Хм, - тихо выдохнул он, отрывая взгляд от тарелки.

Винчестер посмотрел на Гейба, что уже успел проглотить свой завтрак и вскочить со стула, вынимая из глубин шкафов на кухне плитку купленного Сэмом шоколада. Положив её на стол рядом со своей опустевшей тарелкой, Гейб вопросительно взглянул на Винчестера.

- Что-то не так? - спокойно поинтересовался он. - Если насчёт шоколада, то я тебе оставлю кусочек, обещаю.

- Та ешь хоть всю. У меня... У меня просто такое ощущение, словно что-то идёт не так, - пробормотал Сэм, и брови Гейба поползли вверх.

Он пару секунд помолчал, после чего переспросил:

- Что именно?

- Всё, - внезапно честно ответил Сэм и старая, отдающая горечью в рот тревога вновь посетила его. Он посмотрел на собственные руки, такие чистые, без капли крови на них и без пересушенной кожи. Он посмотрел на Гейба, саркастического и не беспокойного. Он, в конце концов, посмотрел на саму кухню, которая изменилась и теперь была заставлена всем, чем только можно, стала уютнее. - Я... Я даже не помню, как оказался тут.

- Мы вчера легли на твою кровать, которую, к слову, сейчас надо застелить, и проснулись тут, - как ребёнку объяснил Гейб с кривоватой усмешкой. - Сэм, ты не заболел?

- Да при чём тут это? - вырвалось из Сэма и он резко отодвинул от себя тарелку, впиваясь потерянным взглядом в чужое лицо. - Я словно ещё пару часов назад был где-то в другом месте, в другом мире. А теперь...

- Сэм, это был просто кошмар, - почти что нежно произнёс Гейб.

По спине Винчестера пробежались мурашки.

«У тебя снова лунатизм, а то, что ты увидела - был всего-навсего кошмар. Понимаешь? Обычный кошмар».

«Я умею различать чёртовы кошмары и реальность!»

Именно это говорил Джон Мэри и именно этот разговор подслушал Сэм.

Когда-то подслушал.

Но где именно?

- А куда делся твой брат? - резко перевёл тему Сэм. - После того, как мы побороли Азазеля?

- На Небеса слинял, - Габриэль безразлично пожал плечами и нахмурился. - Сэм, ты меня начинаешь пугать.

- Нет, чёрт возьми, это ты начинаешь меня пугать! - вырвалось из Винчестера и он подскочил на ноги, растерянно мотая головой. Все мысли, всё, о чём он думал ещё с минут тридцать назад - уже забылось, словно исчезло, растворилось в воздухе. Он не помнил, о чём думал, не помнил, что такого увидел в зеркале. Что он в нём увидел? Там было нечто страшное или только Сэм?

- Сэм, послушай, тебе надо подышать свежим воздухом - и всё пройдёт. Давай.

- Куда делись краски? - проигнорировал его Сэм, впиваясь взглядом в карие глаза. - Почему я не вижу твоей души? Почему я больше не фотографирую? Почему ты так безразличен к Касу? Ты же заботился о нём! Ты... Почему я перестал общаться со своим братом? Пожалуйста, пожалуйста, я не понимаю... Гейб, что происходит?

Сэм почувствовал, как всё его тело предалось нервной дрожи, когда Гейб протянул руку и коснулся места, где глухо билось его сердце.

- Послушай, Сэм, - мягко молвил архангел. - Всё, что ты спросил - это твои решения на протяжении уже нескольких лет. Именно ты решил ограничиться в общении с братом и перестать видеть души. Ты решил уйти из профессии фотографа. Именно ты захотел этого всего, Сэм. Это только твоё решение.

Сэм прикусил губу изнутри.

Как ему доказать Габриэлю, что что-то было не так? Почему он выглядел таким спокойным на заявления Сэма?

Что вообще тут происходило?

Винчестер медленно опустился на стул, уходя от прикосновения Гейба, и бездумным взглядом уткнулся в пустую тарелку перед собой. И недоуменно моргнул.

Он же так и не доел - какого чёрта тарелка тогда теперь была пустой?

Сэм растерянно нахмурился. Он медленно поднял взгляд вверх, туда, где должен был стоять Гейб, и сглотнул. Вопросы, тысячи вопросов сами по себе так и не отпали, но, казалось, задавать их сейчас было лишним.

Поёжившись, Сэм отвернулся от Габриэля, чувствуя себя маленьким, неправильным в этом моменте. В этой секунде. Неправильным до одури.

- У тебя просто небольшой нервный срыв, - заверил его Гейб, и Сэм поджал губы.

Он не согласился, но кивнул, прокручивая между пальцами грязную вилку. Всё равно ему не было известно, что происходило. Почему всё началось так хорошо, а теперь резко изменилось, стало диким, серым, незнакомым?

- Потому что это не твоя реальность. Пока что.

Сэм от неожиданности распахнул глаза и вскинул голову. Габриэль напротив него не пошевелился, всё ещё пристально глядя на него.

- Что ты сказал? - тихо выдохнул он.

- Я? - переспросил Габриэль.

- Ну не я же! - рявкнул Сэм, откидываясь на спинку стула. Страх в крови рос, он скоро должен был превысить все лимиты, а Габриэль - этот Габриэль - казался незнакомцем в родной шкуре.

- Я ничего не говорил, - пожал плечами архангел. - Нет, Сэм, слушай, позволь мне...

Он протянул руку вперёд, соединяя два пальца - средний и указательный. Они потянулись к его лбу, готовые что-то исследовать, использовать свою благодать, и Сэм чуть ли по привычке, в желании ощутить тёплую, приятную энергию от самой благодати внутри себя, не потянулся к ним... Когда чужую руку грубо перехватили, одним чётким движением вывернули и с грубым хрустом сломали.

Громкий крик, вырвавшийся из губ Габриэля, исказился, стал схожим на ультразвук, ударивший по ушам.

- Верно, ты ничего не говорил. Говорил я, ублюдок.

Сэм лишь успел ошарашенно приоткрыть рот, когда его по одному взмаху руки сбили со стула на пол и впечатали в стену за его спиной. Лопатки обожгло нежданной болью, глаза заслезились. Всё тело свело, но вот так вот лежать Винчестер не планировал и, мотнув головой, прищурился.

Картинка перед ним стала чётче, но нисколько не понятнее. Сэм так и замер, когда подобная первой фигура Гейба перехватила руками шею точной копии себя, возложила свою ладонь на её лоб и через мгновение прошибла со всех сторон благодатью.

Распахнув губы, пойманная в ловушку из рук его копия вспыхнула, как фитилёк. Из глаз полился грязного серого оттенка свет, смешанный с золотом, оглушающий крик заполнил тишину и парень обмяк в руках Габриэля, через мгновение падая на пол, как марионетка с обрезанными ниточками.

Архангел отряхнул руки и отшагнул в назад. А фигура с выжженными глазами под ним задрожала, покрылась помехами, словно была за экраном старого телевизора, который из-за внезапно пошедшего дождя стал плохо показывать. И на глазах Сэма как по щелчку пальцев она растворилась, накрыв пол на одну секунду тусклым туманом.

Дыхание Винчестера сбилось. Он вцепился в собственные руки - словно мог в этом найти успокоение - и уставился на Габриэля, как на восьмое чудо света.

А Габриэль выглядел не очень.

Растрёпанные волосы, ссадины под глазами, покрытые пеленой крови конечности - всё смешалось в одну массу. Солнце, вытекающее из окна, очертило его фигуру и за считанные секунды слилось с яркостью его живой, такой мягкой, такой знакомой души, что Сэма чуть ли не удавился взявшимся из ниоткуда всплеском открытой радости, счастья, истерики, которые уже переливали через край.

- Ну что, парень, повеселился тут без меня? - хрипло поинтересовался Гейб, отряхивая руки и, наконец, поднимая взгляд на Сэма.

Быстрота движения Сэма была настолько неожиданной, что Габриэль даже не успел среагировать. В мгновение ока Сэм оказался рядом, обнимая его так крепко, что архангел от неожиданности покачнулся. Прижатый к груди Сэма, он не мог пошевелиться. И в этом объятии не было агрессии, только некая отчаянная потребность в близости. Руки Винчестера легли на чужие лопатки, скользнули по плечам и пальцами зарылись в растрёпанные патлы. Нос вдохнул терпкий аромат - крови, пота и, чёрт его дери, самого Габриэля.

Он нуждался в этом.

- Больше всего на свете я боялся, что ты не придёшь.

Холодный нос архангела проехался по шее Винчестера, на что Сэм лишь глухо выдохнул и подался навстречу, прижимаясь ближе, ближе и ближе, и не находя в себе силы или желания отпустить.

- Хочешь знать правду? - поинтересовался вдруг Гейб, сжимая плечи Сэма своими руками.

- Не знаю.

- Я бы пришёл к тебе даже если бы пришлось спуститься в ад и отправиться на небеса для встречи со своими братцами.

Сэм не двигался. Он слушал и чувствовал, как его прошиб с ног до головы неосознанный трепет, о котором он никогда и никому не расскажет.

- Когда ты исчез, я действительно испугался. Когда тебя выбросило с той, последней двери, я имею ввиду, - Габриэль на секунду отстранился и встретился взглядом с Сэмом. - Я, пока искал тебя, пытался выбрать из всех твоих воспоминаний те, где мог быть конкретно ты из настоящего, а не из прошлого. Но я даже подумать не мог изначально, что ты окажешься в месте, которое воспоминанием ну никак не назовёшь.

- Очередная ловушка Азазеля?

- Он попытался тебя связать. Дать тебе то, что необходимо, чтобы замедлить тебя и попытаться разобраться со мной. Я в твоей голове - лишнее звено. И Азазелю оно невероятно мешает.

Сэм почему-то не убрал руку с чужих волос, продолжая пальцами второй скользить по спине, сминая ткань, а другой - пробираться в мягкие пряди и перебирать их. А после – самому мысленно удовлетвориться жмурящимся от прикосновений Гейба и забыть обо всём настоящем хотя бы на мгновение.

- Пускай подавится, - пожелал демону Сэм, на что Гейб громко фыркнул.

Но Винчестер его уже просто не услышал.

Громкий треск ворвался в уши, как напоминание, что это ещё далеко не конец. Сэм выпустил руку из чужих волос и прижал Гейба ближе. Он не задавал вопросов. Он не двигался, просто вслушиваясь в его отрывистые вдохи и выдохи. И знал, что в это время все окружившие их реквизиты ломаются, как и этот идеальный мирок, не нашедший внутри Сэма отклика покоя.

Сэм открыл глаза и увидел перед собой бесконечный коридор, каменные стены которого уходили в непроглядную тьму. Знакомый, ужасающий пейзаж не вызвал удивления.

- Мы на правильном пути, - произнес Габриэль, отстраняясь. Сэм почувствовал, как ледяной ветер пробежался по его коже, проникая в самое сердце, в пустоту, которая всё ещё оставалась в его сознании — огромная, пугающая, давящая своей тишиной.

- Не отпускай меня, - попросил Сэм. Его голос был слабым, но в нем прозвучала тихая мольба.

Его рука вцепилась в кисть руки Гейба, сместилась дальше и ухватилась за его пальцы, как за последний крючок. Как за то, что удерживало его на плаву вне зависимости ни от чего.

Хватка на руке Сэма стала железной и Винчестер выловил из темноты хмурый кивок.

- Никогда.

Его голос завибрировал в голове Сэма и стократным эхом повторился в мыслях.

«Никогда».

***

Мрачность коридора отталкивала. Без единого поворота, с прожорливыми на Сэма дверьми, что поскрипывали и словно подталкивали шагнуть вперёд, возложить руку на их холодное дерево и вновь оказаться затянутым в новое воспоминание, не несущее в себе ничего хорошего.

Когда Сэм замедлял шаг, то Габриэль ускорялся, цепляясь за его руку. Он словно говорил, что любая пауза, остановка или передышка не принесёт ничего хорошего. И Сэм верил ему. Он не останавливался. И не хотел этого делать.

Они с Гейбом практически не говорили, обмениваясь редкими фразами. Оба чувствовали, что плавно приближались к концу, окончательному из бесповоротному.

Единственный раз, когда они всё-таки остановились, произошёл, по меньшей мере, через час их непрекращающейся ходьбы. И хотя Сэму казалось, что они уже шли день или два, внутренние часы подсказывали, что это далеко не так.

Они остановились у одной из дверей, которая пятью секундами ранее - Сэм поклясться мог - была закрытой. Он сделал нерешительный шаг вперёд и оказался задержан твёрдой хваткой руки Гейба, сжавшего до боли его кисть.

- Ты всегда такой безрассудный, Винчестер? - недовольно поинтересовался архангел, делая шаг вслед за ним.

- А ты всегда был таким занудой? Меня моя собственная голове не убьёт, - заверил его Сэм.

- Да, всего-лишь затянет в нереальный мирок, где будет копия меня и тебя. Так понравилось что-ли?

Скрипнула дверь. Проход в неё словно стал шире, когда Сэм приблизился к ней. Габриэль замолк, а Винчестер в эту секунду пальцами свободной руки подтолкнул дверь дальше, внутрь, заставляя её удариться о невидимую Сэму стену и с практически неслышным лязганьем замереть.

Тусклый мерцающий свет выполз на тёмный пол коридора, но внутрь Сэм заходить не спешил. Оглянувшись, он зыркнул на Гейба, что лишь скептически поджал губы на его выходку, после чего повернулся назад к комнате, открывшейся за дверью.

И практически сразу же узнал её.

Это был коридор - да, снова коридор, - но не тот, в котором Сэм сейчас находился. Это было коридор в его же квартиру, который пустовал от людей. На старой вешалке повисла его потрёпанная жизнью куртка, рядом на маленьком крючке висели белые проводные наушники. Под стеной, находящейся ровно противоположно самой вешалке, стояла сумка. А рядом с ней на полу лежал нетронутый дробовик, когда-то в детстве подаренный отцом.

Именно на него Сэм сейчас и смотрел. Его сердце глухо ударилось о грудную клетку, а руки - невольно вспотели. Эта дверь, что сейчас распахнулась - действительно отличалась от остальных, хотя тоже была сделана из дерева, хотя тоже имела опасный для сознания Сэма вид. Но в то же время она не представляла собой опасности. Разве что Монстр выпрыгнет оттуда сейчас же, чего на самом деле не произошло, и Сэм, не выпуская руки Гейба, медленно перешагнул через порог.

- Ты болван, - брякнул Гейб за его спиной. - Чистой воды болван.

- Чш, - выдохнул Сэм.

Его рука потянулась вперёд и пальцы вцепились в дробовик, как в последнюю спасательную соломинку. К чёрту сумку и прочее, Сэму нужно было оружие. И когда оно оказалось в его руках, Винчестер пулей выскочил за дверь, – а уже через мгновение наблюдал, как та с грохотом захлопнулась вслед за ним.

Шум врезался в уши, разрезав тишину на лоскутки, и Гейб рывком дёрнул его на себя, а дробовик потянулся вслед за ними, как масса ненужного хлама, скрипнувшего по полу.

- Ты... - Гейб резко дёрнул его на себя и вынудил повернуться к нему лицом. - Ты просто... Сэм, ты просто удивительный придурок!

- Ну прости за то, что захотел иметь при себе хоть какое-то оружие, - недовольно буркнул Сэм, поднимая в руках дробовик.

Лицо Габриэля окрасилось в мрачные оттенки и он выпустил из железной хватки руку Сэма. А Винчестер обхватил дробовик и выпрямил ремень на нём, чтобы вскоре закинуть его себе на плечо.

- Ты хоть когда-нибудь стрелял? - Габриэль сунул руки в карманы и хмуро уставился на Сэма. - Тебя кто-нибудь этому учил?

- Если считать стрелянину в тирах - учёбой, то да, стрелять я умею, - ответил Сэм, чувствуя приятную тяжесть, которая разлилась по спине. - Но я надеюсь, что стрелять всё-таки не придётся. Что вряд-ли.

Гейб покачал головой и неспокойно шагнул вперёд. Он в этот раз не обхватил руку Сэма и не вынул свою из кармана, словно забылся о собственном обещании. Или обиделся. И Сэм быстро догнал его, скользнув пальцами по концу чужого рукава и выдернув чужую конечность из джинс, желая вновь ощутить приятное, такое знакомое тепло в холодном, мрачном помещении.

Габриэль побеждённым выдохнул.

- Ты просто невыносимый человек.

Сэм так и не нашёлся с ответом, легко улыбнувшись. Эхо шагов прокатилось по всему коридору и заполнило собой ту хрупкую тишину, которая разрывала барабанные перепонки. Дробовик оттягивал плечи и давил рукоятью в поясницу. Но Сэм не жаловался, желая добраться до конца и покончить с этим всем дерьмом.

***

Спустя час неприкаянной ходьбы глаза Сэма выловили что-то из темноты.

- Ты видишь это? - осторожно поинтересовался он, присматриваясь.

Впереди замаячила неясная дверь, тусклая, размытая под сосредоточенным взглядом, выделяющаяся среди остальных тем, что оказалась не в ряде других таких же дверей, а прямо в конце. Сэм почувствовал, как забилось его сердце быстрее. Руки вспотели и свободная вцепилась в ремень дробовика, словно тот был спасением прямо сейчас. Послышался сиплый вздох Габриэля со стороны и Сэм понял, что заметил нечто новое в бесконечном потоке не только он.

- Она - другая, - также негромко ответил Гейб, и хватка их рук стала сильнее, словно они могли таким образом слиться воедино, стать одним целым и разделить одинаковые чувства между собой. - Чёрт возьми, она абсолютно другая.

С каждым новым шагом расстояние между ними и дверью сокращалось. С каждым новым шагом в коридоре словно светлело и становилось чётче. И с каждым новым шагом животный страх внутри Сэма всё сильнее и сильнее жался в угол его сознания, ощетинившись.

Бесконечный коридор в голове Сэма наконец подошёл к концу.

«Или же к Началу», - услужливо подсказал внутренний голосок.

А ведь всё казалось нереальным.

Сэм облизнул пересохшие губы и остановился в двух шагах от двери, почувствовав, как противная дрожь пронзила его позвоночник.

Он знал, что тут и сейчас всё закончится, раз и навсегда. Всё разрешится, в худшую, лучшую сторону - чёрт его знает.

Но прежде, чем Сэм успел занырнуть в свои мысли и сделать шаг навстречу ко всем своим сплетённым в паутине боли страхов, как его остановили осторожным прикосновением к предплечью.

- Перед тем, как мы шагнем туда, Сэмм-о, - рука Гейба внезапно отпустила руку Сэма, прячась в карман, - я хотел бы извиниться.

Сэм не сразу понял, о чём тот говорил и беспокойно повернулся к архангелу лицом. Его брови поползли вверх и он вопросительно взглянул на Гейба, что тяжёлым взглядом уставился в пол.

И вне зависимости от желания ничего не говорить, со рта вырвалось:

- Извиниться?

- Именно.

Через мгновение Гейб уже поднял взгляд и посмотрел на Сэма, смело, более не скрывая ничего. Казалось, что всё для него остановилось и замерло в эту секунду, и Сэм тоже послушно замер, ожидая продолжение.

- Я соврал тебе, Сэм, - слишком неожиданно заявил он. Сэм непонимающе моргнул, но переспросить так и не успел, потому что Гейб продолжил, говоря быстро, скомкано, боясь, что его перебьют. - Я наблюдал за тобой, с, практически, самого твоего рождения.

Это признание резануло Сэма по ушам и он нелепо остолбенел. А Гейб продолжил, быстро и без ненужных остановок.

- Не всегда, естественно, а так, краем глаза. Я слышал от ангелов о том, что они намерены сделать с семьёй Винчестеров и тобой, в том числе. Что они планировали сделать с Землёй в общем и как провести тот апокалипсис. Я знаю, что сподвигло меня до этого - я оправдывался тем, что хочу с помощью этого избежать апокалипсиса, хотя сейчас знаю, что то была лишь попытка спасти малыша, ни в чём не виноватого ребёнка.

Сэм закусил изнутри десну.

Мысли метались в голове, крутились воланчиком, он не знал, на какой из них остановиться потому лишь продолжал слушать, нависая над архангелом, как истукан. Как неспособный хоть что-то сказать парень, с присохшим к нёбу языком.

- Я специально оттянул момент с Азазелем, и, возможно, его первое прибытие ты помнишь, как смерть кота матери. Но я не знал, что оно выльется в это - не знал, что в один момент ты просто поглотишь Азазеля и вскоре неосознанно окажешься поглощённым этой болью, кошмарами... Сэм, я правда не хотел! Я хотел помочь, а получилось... - Габриэль рассеянно взмахнул руками, - Как всегда. Потому, когда Кас припёрся ко мне и сказал, что ему нужна помощь, я отказывал ему до тех пор, пока он не сказал, что дело связано с Винчестерами. Я практически сразу же согласился ему помочь, стать его гидом, потому что знал, какую ужасную ошибку в попытках её не усугублять совершил я.

- Габриэль...

- Не перебивай, чёрт тебя дери, Винчестер, - рявкнул Гейб, взмахнув руками - и сотни эмоций отразилось на его лице. Они одной волной пронеслись по нему, и даже на душу не стоило глазеть, чтобы увидеть все их до единой. - Я хотел исправить и просто увидеть, кем ты вырос, потому что чувствовал свою ответственность за тебя. Сэм, моё вмешательство в эту миссию, миссию Каса, было вовсе необязательным.

- И теперь ты тут, - прошептал Сэм, голос сорвался, как старая скрипка.

Слова звучали хрипло, обволакивая тишину тяжелой, свинцовой пеленой. Он чувствовал, как в горле застрял ком, мешая дышать. Усталость, накопившаяся за годы бесконечной борьбы, давила на него, словно груда камней на плечах. Он опустил взгляд, рассматривая потрескавшуюся плитку тёмного пола, словно пытаясь найти там ответы на бесконечные вопросы, которые терзали его изнутри.

Габриэль стоял, не двигаясь, лишь изредка перекатываясь на пятках. Его взгляд, обычно полный дерзкой самоуверенности, теперь был потушен, словно угасший огонек. Как и его рыжая душа, что замерла в воздухе неподвижной, размытой кляксой, подобно провинившемуся ребёнку.

Он ждал. Ждал то ли удара, то ли резких слов, которые, казалось, висели в воздухе, тяжёлые и неизбежные, как падающий топор. Или, может, он ждал чего-то другого - какого-то молчаливого принятия, понимания, которые так отчаянно желал. На его лице играли противоречивые эмоции: нетерпение, граничащее с надеждой, и всепоглощающий страх.

Сэм медленно поднял голову. Он посмотрел на Габриэля, и в этой тихой схватке взглядов, без слов, развернулась целая битва. И среди этого хаоса, в глубине души пробивался робкий луч осознания. Осознания того, что Гейб защищал его не просто с той самой секунды, как они познакомились в кофейне, а неосознанно попытался скрыть его от боли и страха ещё в детстве, хотя и не понимал, к чему это приведёт в будущем.

- Я... - Сэм откашлялся, голос все еще был хриплым, но в нём появилась какая-то новая, неожиданная твердость. Слова сами собой вырвались наружу, неконтролируемые никем и ничем. - Я прощаю тебя, Гейб. Вот. Я прощаю тебя.

Габриэль не моргнул. Его лицо было неподвижно, но Сэм видел, как в глубине его глаз застыло тихое удивление. И недоверие, и невообразимое облегчение. Все это смешалось в одном бурлящем коктейле эмоций. Это было ценнее всего на свете, что видел Сэм. Это было сильнее любого чуда.

Сэм распахнул деревянную дверь перед собой. Не важно, что ждет их за ней - тьма, свет, Монстр, воспоминания или что-то еще. Главное, что рядом с ним шёл Габриэль, готовый сражаться до последнего вздоха, отдаваться реальности Сэма кровью и смертью.

Длинный клинок, выхваченный из его же рукава, блеснул в полумраке, как обещание новой битвы, и Габриэль шагнул вслед за Винчестером.