Жестокие игры

Лес встретил их тишиной, слишком уж глухой для рассвета. Птицы не пели. Ветки не хрустели под лапами зверей. Будто сама природа затаилась.

— Что-то не так, — тихо сказал Роберт, проверяя патроны. — Обычно тут слышно волков.

— Именно. А сейчас тишина, — подтвердил Кристиан. — Это плохой знак.

Они шли быстро, стараясь не шуметь. Элис заметила, как Кристиан постоянно оглядывается, а Габриэль держит руку у пояса — рядом с ножом. Они были на пределе. Каждый чувствовал надвигающееся что-то.

Старая станция показалась за склоном. Обрушенная крыша, заросшие рельсы, ржавая вышка. Казалось, никого тут не было уже лет десять. Но как только они сделали несколько шагов внутрь перрона, Габриэль резко поднял руку.

— Стойте!

Поздно.

Щелчок. Едва слышный.

И земля под ногами Элис дрогнула. За секунду до падения Кристиан успел дёрнуть её на себя — и в тот момент в воздух взвились взрывчатые мины, установленные по периметру.

Грохот. Земля содрогнулась. Габриэля и Роберта отшвырнуло в сторону. Всё заволокло дымом и пылью.

— Роберт! — закричала Элис, пытаясь вырваться из рук Кристиана, но он удерживал её, накрывая своим телом.

Когда дым рассеялся, они осмотрелись.

— Он был рядом со мной! — крикнул Габриэль, вставая на ноги. На лбу у него была кровь, но он стоял твёрдо.

— Роберт?! — крикнула Элис снова, но ответа не было.

Кристиан встал и достал рацию.— Впереди никто не отвечает. Ни сигнала, ни помех. Будто он исчез…

— Он не мог просто исчезнуть, — прошептала Элис, опускаясь на колени.

И тогда Кристиан заметил следы. Ведущие вглубь леса. Один — едва волочащийся. Как будто кого-то тащили.

— Он жив, — сказал он. — Но его забрали.

Габриэль уже шёл вперёд.— Тогда найдём. Даже если за этим стоят они.

Элис поднялась, и в её взгляде была ледяная решимость.— Мы не оставим его.

Но ни она, ни Кристиан, ни Габриэль не знали, что Роберта увезли не враги…

А тот, кто всё это время был ближе, чем они думали.

Тот, кто давно предал их всех.

— Мы не оставим его, — твёрдо сказала Элис, и Кристиан с Габриэлем кивнули.

Они двинулись вперёд по следам. Лес казался чужим, каждый хруст ветки отдавался в ушах, как предупреждение. Элис шла быстрее всех — ей нужно было видеть, что Роберт жив. Просто увидеть.

— Он не мог уйти сам, — бормотал Габриэль. — Даже если его ранило, он бы кричал. А здесь…

— Тишина, — завершил Кристиан. — Как будто его вычеркнули.

Следы вели к небольшому оврагу. На дне — брошенная машина. Чёрная, без номеров. Внутри — ничего. Ни крови, ни вещей. Только лежащая на пассажирском сидении чёрная перчатка. Роберта.

— Он был здесь, — прошептала Элис, сжимая кулаки. — Это было заранее подготовлено.

— Они знали, где мы будем. Кто-то слил информацию, — сказал Габриэль, всматриваясь в деревья. — Вопрос — кто?

Кристиан молчал. Он что-то чувствовал. У него было странное, липкое ощущение в животе, будто куски пазла начали складываться… но в жуткую картину.

— Нужно уходить отсюда. Сейчас же, — сказал он. — Мы продолжим искать, но не отсюда. Нас могут добить.

Спустя час они уже были в тайном убежище в подвале старого склада, где стоял монитор, связанный с сетью камер и дронов. Кристиан лихорадочно проверял данные. Габриэль зашивал себе плечо. Элис сидела у стены, пытаясь совладать с собой.

— Ты подозреваешь кого-то? — спросил Габриэль, бросив взгляд на Кристиана.

Тот не ответил сразу. Только глянул на экран.

— Я думаю, нас сдали. И я думаю, это сделал кто-то из «наших».

Элис подняла голову:

— Кто?

— У меня есть догадки. Но пока нет доказательств, я не скажу. Потому что, если это правда — всё гораздо глубже, чем мы думали.

Он нажал на кнопку воспроизведения с камеры. Там был кадр: Роберт, связанный, в каком-то подвале. Его лицо побито. Он жив.

Но главное — человек в маске, что наклоняется к нему.

— Кто это? — прошептала Элис.

Кристиан медленно выдохнул.

— Я знаю… Это был голос. Я его узнал. Он принадлежит человеку, которого давно считали мёртвым.

Габриэль сжал кулаки:

— Тогда у нас есть цель.

Элис встала. В её взгляде была не ярость — была сталь.

— Мы вытащим Роберта. И тогда всё закончится. Или начнётся по-настоящему.