| Из воспоминаний |

— Ты же не собираешься сидеть тут целый день? — звонкий голос и неожиданный порыв маленькой демонессы нарушить мёртвую тишину лишь потревожил хозяина деткой комнаты, в которой они и находились. — Смотри, как тёмно за окнами! Самое время поизучать окрестности дома, как мы любим. Или же пошалить...

Он лишь склонил голову вниз, как бы намекая, что настроение на подобные проделки у демонёнка совершенно отсутствует.

— Ну ради меня, Люцифер. Ты же так совсем отучишься летать, — девочка надула губки и широко раскрыла глаза, отчего её зрачки расширились до неузнаваемой ширины. Она стала походить на котика, который отчаянно выпрашивал еду у своей хозяйки. — Будет весело.

— Нет, не будет, — буркнул мальчик, которому едва перевалило за шесть именно в тот день, когда всё начало казаться серым и мрачным. — Без Дино скучно летать.

Сестра демонёнка в отчаянии поникла плечами, уже не надеясь переубедить брата. Он всегда стоял на своём, как упёртый баран. Если сказал, что будет сидеть в своей комнате до окончания дней - значит так и будет.

— Раз так, — резко встаёт с пола девочка, обиженно хмурясь. — То сиди тут дальше, в надежде, что отец всё-таки разрешит тебе общаться с этим ангелочком. А я буду летать и радоваться жизни.

В доказательство своих слов, Серена раскрыла массивные двери террасы, вылетая наружу на пока ещё не прочных, но всё же хоть каких-то крылышках, в мгновение устраняя своё присутствие.

Он остался совсем один. В этой мрачной, одинокой и неприметной детской комнатке, совсем не казавшейся предназначенной для детей в этом Аду. Мальчик поджал под себя коленки, беспомощно уткнувшись лицом в собравшиеся в одну кучку ножки. Теперь его существование действительно казалось ничтожным, как сказал отец.

В своё шестое день рождение, которое демонёнок не отмечал из-за заезженных приоритетов Небес, ему довелось испытать на себе первое наказание отца за то, что тот водится с ангелом. Да и просто из-за того, что само присутствие мальчика нагоняет на Сатану некий страх от того, что вскоре этот маленький принц Ада станет вовсе не принцом, а королём.

Альтернативу к этому слову придумала его родная мать, не иначе, как «король моих сновидений». Она всегда видела своего сына не так, как лицезрели его другие. Может, потому, что с ней он другой. С ней мальчик раскрывается и перестаёт быть замкнутым и молчаливым, а маленькая головка, когда-то опущенная вниз, медленно и неуверенно поворачивается в разные стороны, любопытно рассматривая каждый уголок нового, ещё неизведанного ранее места.

Почему-то именно в это мгновение, когда демонёнок представил эту неясную, томную картину — бескрайнее небо, две пары разных по цвету, да и по отделке и форме крыльев — соединились воедино, образовывая лишь два силуэта Высшего демона и Низшего ангела. Именно после этих воспоминаний на мальчика накатила безумно неприятная тоска по былым временам. По будним дням, когда яркий свет Небес озарял здание школы своим лучиком солнца, который, впрочем, заставлял детей лишь одним своим привлекательным и заманчивым видом хорошей погоды вылетать на улицу под порыв незнакомого, ещё не привыкшего к своей полной мощи ветра, раскрывая крылья и взметая вверх, чуть пошатываясь из-за не профессиональности в этом деле.

Детские годы и мутные, ещё не сохранившиеся полностью в памяти воспоминания, которые иногда были счастливыми, а иногда - нет, заставили хоть и неохотно, но обессиленно подавить лёгкую, горькую слезу, скатившуюся по щеке маленького Люцифера. Первая жидкость, вытекшая с глаз малыша.

И не последняя.

Рядом с маленькой, ещё не заправленной кроватью, затылок принца Ада коснулся деревянного ограждения. Теперь тело мальчика окончательно поддалось бушующим эмоциям. Он просто больше не мог терпеть всё это.

— Что же ты, плачешь? — мягкий, плавный тембр голоса, принадлежавший вошедшей в комнату женщине, заглушил бесконечные всхлипы демонёнка. — О король моих сновидений, не стоит. Твои горькие слёзы не должны литься понапрасну.

Она говорила искренне и, казалось, немного подавленно и расстроенно из-за чего-то, о чём Люцифер и не догадывался. Впрочем, голос родной матери был всегда таким - будто она что-то не договаривала и скрывала от собственных детей вещи, о которых лучше не знать. И хоть мальчика это не особо волновало, если присутствие женщины и тёплая, всегда готовая крепко и ободряюще сжать ладонь ребёнка рука была рядом, он всё равно волновался о ней и расспрашивал, отчего же вид у матушки такой до странности грустный.

— Мальчик мой, ты меня расстраиваешь, — губы молодой, полной расцвета сил женщины дрогнули, пока она внимательно оглядывала смутившегося в одним миг сына. — Ты так сильно хочешь полетать со своим другом?

— Да, — буркнул мальчик, недовольно нахмурившись из-за своего порыва выплеснуть все накопившиеся эмоции без какой-либо основательной на то причины. — Я просто... просто хочу дружить, а не враждовать. Почему же мы не можем общаться из-за приказа отца? Разве их отношения должны касаться наших?

— Ох, дело действительно в этом... — брови Люсинды сложились домиком у переносицы, слегка вздрогнув из-за напряжённости мышц.

Она хорошая мать, сколько бы грязных слухов о ней не ходило. Были даже такие, которые задевали гордость и честь женщины — тиранка, ничем не отличающаяся от своего мужа. Равнодушный и холодный деспот. Однако всё это лишь чепуха, бред, в которую верили лишь те, кому наскучила собственная жизнь и они решили переключиться на тёмные стороны других семей.

Какой бы заботливой Люсинда не была, в отношения отца и сына она не решалась встревать только по одной причине - это их дела, а значит места женским разборкам там не было.

— Неужели ты действительно подумал, что дело только в отце?

— А что, разве не так? — вновь всхлипнул мальчик, приподнимая голову, чтобы получше рассмотреть маму, стоящую в дверях. — Разве не из-за этого нам запрещают общаться?

— Вовсе нет, — отрицание женщины показалось маленькому Люциферу немного туманным и неуверенным. — Таковы правила, дорогой. И как бы нелепы они ни были, мы должны их соблюдать.

Он был не согласен с ней, но не подал виду, в который раз оставляя своё мнение при себе. Эти глупые стереотипы и прочие взрослые странности всегда были загадкой для обоих мальчиков, отчего они не раз задавались вопросом: «А что такого в дружбе ангела и демона? Разве это так плохо?». Нет, не плохо. Но такова история Небес - бесконечные войны между двумя сторонами не прекратятся никогда и этого не изменить.

Разве что только это под силу будущему королю Ада.

— Поверь мне, если бы существовал способ восстановить вашу дружбу, я бы обязательно им воспользовалась. Но, мальчик мой, такового я не имею...

Демонёнок, безусловно, знал, прекрасно знал, что мама не участвует в их разборках с отцом и даже иногда расстраивался из-за этого, ведь Люсинда для него - всё равно, что крепкое плечо, на которое можно всегда опереться. А оно необходимо в разговорах с Сатаной, как никогда. Однако же мысль о том, что из-за него родители могут в очередной раз рассориться, не давала покоя малышу. Может, поэтому он всячески скрывал от матери, как сильно расстроен.

Этот же случай его поколебил.

— Послушай, — выдохнула женщина и аккуратно, дабы не испугать мальчика, дотронулась до его плеча, присаживаясь рядом на оголённые лёгким, коротким платьем коленки, — у меня есть к тебе очень привлекательное и выгодное предложение. Но прежде ты должен пообещать мне кое-что.

Принц Ада и без того был готов на всё, чтобы узнать, какое же решение столь сложной и важной проблемы удалось придумать женщине. Он послушно приподнял подбородок, глядя на сидящую напротив Люсинду во все глаза. Даже пушистые, длинные реснички выдавали его непоколебимую и, возможно, даже наивную веру в то, что дружба с Дино ещё не окончена.

— Пообещай мне, — вновь повторяет женщина, уверенно коснувшись обеими ладошками пухленьких и слегка надутых щёчек сына, — что никогда, никогда больше не будешь плакать.

Это была хоть и простая на первый взгляд просьба и даже, вроде как, исполнимая для самого Люция, но что-то всё же давало ему понять, что, возможно, это если и не единственная, так последняя просьба его родной матушки.

И она действительно оказалась последней.

— Ты должен всегда стоять с гордо выпрямленной по струнке спиной, как настоящий будущий король великой и непобедимой тёмной стороны, — голос женщины с каждым словом становился ещё более могущественнее и увереннее, оказывая на малыша правильное влияние всего сказанного. — Твоё ясное личико должно озаряться нескрываемой уверенностью и безразличием ко всему, что будет происходить вокруг всякий раз, когда это будет нужно. И кто бы что ни сказал, для тебя - это пустые слова, выброшенные на ветер.

Та власть, данная женщине с самого рождения, действовала на всех мужчин, без исключений. Всегда. Какая бы ситуация не сложилась - характер, красота и мудрость Люсинды влияла на каждого и каждую.

Даже сейчас, когда, казалось, она сама была уязвима рядом со своим единственным сыном, который был дороже ей всех богатств мира, женщина не теряла своей былой привлекательности и нежности в действиях и словах. Вероятно, именно поэтому маленькому Люциферу казалось, что больше ни одна на свете девушка не обладает столь важными качествами, которые могут заставить его выговорить столь трудные для самого мальчика три слова, говорящие о нескрываемой и бесконечной любви.

— Ты - непобедим. Так будь непобедимым во всём.

Столь важно проговорив всю свою недолгую, но ценную тираду, жена Сатаны была довольна тем, как быстро слёзы сына перестали литься ручьём, а дыхание, когда-то столь учащённое, будто организму и вправду не хватало драгоценного кислорода, восстановилось в привычное русло.

— Обещай мне, — слегка дрогнувшим голосом произнесла женщина, смахивая большим пальцем оставшуюся слёзку на щеке мальчика и оставляя за этим мимолётным движением слегка видимый след жидкости. — Впредь, чтобы ни случилось - ты никогда не будешь опускать руки и слушать других. Особенно никогда не плачь, слышишь? Ведь слёзы - это наша слабость, которая проявляется лишь из-за жалости к самому себе. А мы не жалкие. Нет. Мы, да и вся наша семья - лишь обычный, самый что ни на есть синоним к слову сила. Я сильная, — касается тыльной стороной ладони своего сердца Люсинда, поглядывая на покрасневший носик сына, который хоть и медленно, но верно возвращался к былой бледности кожи, — Ты сильный. Это у нас в крови, понимаешь?

Демонёнок часто закивал, проглатывая давно засевший комок в горле. Да, он прекрасно знал, что не такой, как все остальные демоны. Он - избранный. И сколько бы ему не твердили другие об обратном, одно слово родных меняло всё его мнение об этом неоспоримом факте.

— Да, мам. Понимаю, — малыш смущённо улыбнулся, когда женщина мимолётно клацнула его по носику.

— Вот видишь. Ты же у меня умный парень... скоро станешь совсем взрослым. И будешь парить над облаками уже не один, не с сестрой, а со своей собственной семьей, которая у тебя обязательно будет.

Она расплылась в лучезарной улыбке, освещая все мрачные будни этим обычным, но ярким светом заботы и ласки.

— Своим обаянием мы всех девчонок в школе закадрим, да? — женщина шутливо щипнула малыша за бок, заливаясь звонким смехом при виде возмущённого личика сына. — Что ты, думаешь, я так не считаю? Напротив...

Её ладошки крепко сжали руки Люцифера, как бы приготавливая к большой и важной тайне.

— У нас будет свой маленький секретик. Только ты никому о нём не расскажешь, хорошо?

Мальчик согласно кивнул, даже не раздумывая. Для него тайны - всё равно, что обычная потребность в еде. Без них он просто-напросто не проживёт.

— Когда ты вырастешь и влюбишь в себя какую-нибудь мудрую и верную красавицу... обязательно помни один маленький, но нужный совет - слушай своё сердце. Каждый раз, когда оно будет биться часто и взволнованно, знай - это знак свыше, что именно она твоя судьба.

Малыш лишь отмахнулся, мол, это дело его совершенно не интересует.

— Ну а теперь... пообещай мне, что всё, что я перечислила до этого ты будешь в обязательном порядке соблюдать и не вешать нос, — она ещё раз озорно подмигнула, подхватывая мальчика за обе ручки. — Обещаешь?

— Обещаю, — уверенно кивнул демонёнок, бесцеремонно вытирая рукавом влажное лицо. — А теперь твоя часть сделки.

— Какой ты хитрый, а! — мать двоих детей чопорно вскинула подбородок, не выдерживая и пятисекундого серьёзного взгляда. — Весь в свою мать.

— А-то.

Они весело переглянулись уже, казалось, вовсе позабыв о волнующих темах, будто их и не было.

И как всегда, в один миг умеющая поддержать Люсинда добилась от сына приподнятого настроения.

— Куда же мы полетим? Отец не разрешает летать на высоком расстоянии до земли. Мои крылья ещё слишком слабенькие для подобных проделок.

— Ох, мальчик мой, это можно исправить одним щелчком пальца, — женщина в убеждении своих слов обхватила руку маленького Люцифера, крепко сжимая её в своей ладони. — Главное, лишь немного потерпеть.

* * *

Золотые локоны падали на плечи женщины всякий раз, когда она делала шаг навстречу терпеливо ждущему её в коридоре сыну. Она лучезарно улыбнулась, освещая все мрачные коридоры одним лишь своим ангельским видом.

Такой он её и запомнил. Молодой, доброй и мудрой девушкой, которая готова всегда прийти на помощь и поддержать. Той, кто одним своим присутствием смог бы прикрыть все недостатки их собственного дома.

— Уже не терпится узнать, в какое место мы сейчас полетим?

Мальчик лишь завороженно улыбнулся, будто не верил своим ушам, что действительно сможет полетать с собственной матерью на высоком-высоком расстоянии до земли. Эта новость была для него лучшим подарком на день рождение.

— И куда же? В твоё любимое место, да? — малыш еле поспевал за быстрыми шагами матушки. — Ты уже там бывала?

— Конечно же я там была, Люцифер. И в это любимое место, название которого я ещё не придумала, мы сейчас и направляемся. Ты только помни, что каждый из нас должен сохранить эту тайную вылазку в маленькой, но важной шкатулочке с серкетиками, — золотые локоны повисли в воздухе, когда Люсинда наклонила голову вбок, чтобы взглянуть на своего сына, идущего следом.

— Обязательно. Я умею хранить секреты.

— О да, в этом ты явно профессионал.

Женщина усмехнулась, вспомнив, как однажды мальчик на следующий же день выдал Серене во всех подробностях то, что ей в скором времени подарит мама.

— Волнуешься? — слегка приподнимает брови Люсинда, замечая, как дрожит демонёнок в ожидании скорейшей прогулки.

— Мне просто не терпится увидеть это место...

— Уверена, оно тебе понравится.

* * *

Резкое перенасыщение кислородом заставило мальчика завороженно выдохнуть и приоткрыть ротик от приятного удивления. Какая высота!С этой опасной возвышенности видны все прелести мира! Даже, казалось, некие очертания Земли прорисовались среди облаков.

— Невероятно! — воскликнул Люцифер, радостно выставив руки в разные стороны. — Мы в облаках!

— Я же говорила, что тебе понравится.

Королева Ада довольно улыбнулась, усаживая сына на своих коленях поудобнее. Безусловно, облака - это нечто воздушное и мягкое, как сладкая вата, готовая пропустить через себя даже малейшую крупицу воды. Однако если ты неземное существо и владеешь своими определёнными способностями - тебе под силу превратить любой предмет хоть в передвижное такси.

На этой воздушной вате, удобно расположившись, лежали двое членов семьи правителя Ада. Маленький демонёнок и рослая женщина, являющаяся матерью двоих детей и бывшей ученицей школы ангелов и демонов.

— Смотри, мам, морской дракон!.. — маленький пальчик взметнулся вверх, указывая на пролетающего мимо голубоватого, с необычной переливающейся чешуйкой животного. Хвост этого фантастического существа дёрнулся в сторону, освобождая когда-то закрытое небольшими тучками место. Теперь луч солнца осветил каждый уголок Небес, задевая и пролетающие мимо облачка. Мальчик сощурился от яркого света, поворачивая голову в бок, чтобы светИло не так ослепляло постепенно меняющие цвет зрачки. В скором времени глазки демонёнка станут обретать более насыщенный алый цвет. С возрастом, он станет настоящим, окрепшим дьяволом. И этого момента его мать ждала больше всего.

— Он такой большой и красивый!

— Да, дорогой.

— И куда же этот дракончик направляется?

Звонкий, совсем детский и тоненький голосочек мальчика заставил Люсинду слабо улыбнуться, будто бы она в последний раз наслаждается столь яркими моментами с сыном.

— Может, в далё-ё-ё-кие края Рая... — нежно протянула женщина и покрутила кистью руки по воздуху, вырисовывая разноцветные узоры. Из тоненьких пальчиков, как по волшебству, взметнулись во все стороны ниточки желтоватой и белой пыли, которые в один миг испарились, словно их и не было.

Маленький Люцифер ещё сильнее приподнял брови, завороженно следя за «магией» матери. Он пообещал себе, уже второй раз за этот недолгий день попросить у королевы Ада научить его подобным штучкам, на чтобы та обязательно ухмыльнулась и, незадолго подумав, ответила: «Всему своё время, дорогой».

Всему своё время.

— Какой он, этот Рай? — любопытные нотки в голосе мальчика поколебили одинаковую любовь Люсинды к двум противоположным сторонам окончательно и бесповоротно.

— Ох, если бы я знала. Но, знаешь... иногда мне кажется, что всё-всё написанное в школьных книжках - правда. И, возможно, хоть единороги там не летают... вкусные плоды фруктов точно растут на высоких, густых кромой и листовой деревьях. А ещё... ещё в Раю всегда светит солнце, как здесь, на Небесах.

— В Аду мрачно и сыро...

— Зато там есть наше любимое ущелье.

Этот факт Люцифер не мог отрицать. Он любил ущелье, в особенности ему нравилось сидеть на краю скалы вместе с Сереной и Люсиндой. Они всегда болтали о разном, свесив ножки вниз. Такое не забудешь.

— Расскажи ещё об этом мире, о Рае.

На просьбу сына королева Ада не могла не отозваться.

— Помимо высоких деревьев, там есть большо-о-о-о-й садик, куда ходят разные ангелочки со своими семьями. Они гуляют вдоль кустиков с цветами, нюхая каждое растение... Ещё в Раю есть небольшая возвышенность с целым водопадом, представляешь? В кристально чистом озере (которое, впрочем и окружает это райское место), купаются все-все детки и их родители.

— Все-все? — приоткрывает от возмущения ротик маленький Люцифер, приподнимаясь на локтях.

— Все-все.

— Даже Дино?

Люсинда внимательно посмотрела на сына, заговорщицки подмигнув.

— Даже Дино, — тихо, будто ведает какую-то тайну, проговорила женщина. Она шутливо взъерошила шевелюру сына и, не удержавшись, лёгким отвлекающим манёвром пощекотала мальчика.

— Мам! Мам, прекрати! — сквозь звонкий, надрывающийся смех воскликнул демонёнок, перекатываясь на бок. — Я уже не маленький!

— Ну конечно, не маленький он, — королева Ада вновь откинулась на облачко, которое медленно двигалось по всему небу. — Не стоит расстраиваться из-за того, что мы не живём в Раю. Каждое место хорошо по-своему.

Она немного подумала, прежде чем добавила:

— Но, безусловно, эта сторона Небес отличается своей растительностью и природой. Думаю, у каждого есть мечта побывать в столь райском месте. И у меня она тоже есть...

Фантазия и представление всего перечисленного ярко отразилось в голове у мальчика. Непременно он должен исполнить мечту матери и полететь вместе с ней в Рай.

Это уже третье по счёту обещание за один день.

Но, к несчастью, невыполнимое.

— Когда я стану королём Ада, — важно начал мальчик, — все мои подданые смогут побывать в Раю. Я восстановлю прежнее равновесие сторон и никаких войн не будет долгие века.

— Не сомневаюсь, что так и будет, дорогой, — Люсинда гордо улыбнулась, вытягивая большой палец вверх. — Но ты всё равно останешься королём моих сновидений.

Король сновидений.

Эти два невзрачных слова, произносимые с нескрываемой любовью, навсегда засели в голове у Люцифера, что даже после смерти матери он знал, как они звучат.

И иногда эти посылаемые призраком матушки слова давали надежду, что она всё ещё здесь, рядом. Следит за каждым действием сына и гордится его успехами.

А после полного осмотра комнаты и убеждения в том, что у её маленького Люцифера всё хорошо, она возвращается в небытие, не забывая оставить за собой небольшое воспоминание.

Последнее воспоминание о ней.