Глава 21

30 мая, год неизвестен.

Цитата главы:

« Окунёмся в прошлое. Когда Ребекка, я и другие были ещё глупыми юнцами ».

Люцифер:

Она уже было хотела отвернуться, как я сжал её запястье, заставляя нагнуться ещё ближе ко мне, понизив голос до шёпота, чтобы никто нас не услышал.

— Клаус посягнул на моё.

Я улыбнулся краем губы, опуская взгляд на её губы.

— Ты только моя. Только моя, ясно?

Уайлд сглотнула, слегка отстранившись.

— Больше не твоя. Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Ты для меня теперь пустое место.

— Это пустое место заставляет твоё сердце биться так часто, что я не успеваю считать каждый удар, Уайлд... забавно, не правда ли?

— Если ты забыл, мы на уроке.

Забыл.

— И в данный момент твоё туловище буквально наваливается на моё.

Она невинно улыбнулась, собираясь отвернуться. Но я конечно же останавливающим движением коснулся её живота, отрицательно качая головой.

— Я вам, случаем, не мешаю? — повышает голос Ости, облокачиваясь на парту. — Урок как бы идёт.

— Мешаешь. Уайлд не может признать сам факт того, что...

— Мисселина, Люцифер меня отвлекает! — воскликнула девушка, отворачиваясь. — Он мешает мне выполнять задание.

Я откидываюсь на спинку скамейки, расставляя руки в стороны.

— Всего лишь спросил, на какой странице учебника сегодняшняя тема.

— А я всего лишь ответила.

Ой, всё. Бесполезно спорить с этой... девочкой.

Мисселина кидает на нас вопросительный взгляд, постепенно расплываясь в широкой улыбке.

— Вы как два индюка, — усмехнулась учительница. — То постоянно спорите, то дуетесь друг на друга.

Прям как она с Дереком.

Точно.

Сделка с Дереком.

А я про это благополучно забыл... Надо как-то всё это организовать.

— Можно вопрос? — поднимает руку Уайлд. — Сколько примерно существуют Небеса?

— Точная дата неизвестна, — вздыхает Мисселина, отворачиваясь от доски. — Даже неточная. Именно поэтому у нас не высчитываются года. Возраст и прочее - это уже другой вопрос. Месяца тоже редко используются в нашем мире, так как у нас нет разделений на времена года. Это всё человеческие мерки, которые координально отличаются от наших, нынешних.

Непризнанная кивает, записывая в своей тетрадке всё пересказанное сокращённо.

— Спасибо.

Я усмехнулся, резко поддаваясь вперёд.

— Хочешь продвинуться в Серафимы? Последовать за своей мамашкой?

— То, чего я хочу - тебя не касается, — поворачивает ко мне голову девушка, хмурясь. — И мне также плевать, чего хочешь ты.

— А если я хочу чувствовать тепло твоего тела всю ночь, малышка?

Она приоткрывает ротик, отрицательно качая головой, будто бы саму себя отговаривает отшатнуться от меня и вновь повернуть голову в сторону Сил.

— Бесишь.

                                       * * *Бэлла:

Сколько бы раз не задавалась вопросом, зачем в столовой подают салфетки, когда никто (в особенности демоны) ими не пользуется, ответа я так и не нашла. Но моя любимая кухарка специально ставила на столик несколько пачек, потому что знала, что единственный из нашей компашки, кто благоразумно вытирает рот после еды - это я.

Не смотря на то, что выпускной у Высших прошёл буквально вчера, все продолжали учиться. На Небесах нет летних каникул, как у нас, на Земле. Некоторые ученики официально закончили школу и пошли учиться дальше, некоторые остались доучиваться на профессиональном уровне. А Непризнанные продолжали гадать и метаться из одной стороны в сторону.

Мама всегда стояла на стороне ангела. Впрочем, мне было плевать. Это моё решение, кем стать. И никто не смеет его оспаривать.

Но факт остаётся фактом, с каждым днём я сомневалась в своём решении стать ангелочком всё больше и больше. На это было несколько причин. Первая заключалась в том, что я нихрена не похожа на ангела (что характером, что внешностью). Вторая же... просто у меня бы не было никаких шансов быть с Люцифером (хоть их нет по-прежнему, потому что он мудак). Я тупо не могла оспаривать вторую причину только потому, что знала, что действительно так думаю. И пусть хоть весь мир скажет, что это неправильно, он же столько раз тебя предавал!.. на то были свои оправдания.

— Почему. Это. Так. Красиво? — улыбнулась Мими, поворачивая ко мне экран телефона. — Закат.

— Ахринеть... и?

Она пожала плечами, возвращаясь к своей трапезе.

— Очень романтично...

Я усмехнулась, тряхнув головой.

— Предложи Геральду махнуть на Землю.

Мими пинает меня в бок, кидая недовольный взгляд в мою сторону.

— Что? Разве это запрещено?

— Конечно запрещено. Нам итак лучше не встречаться в школе, а ты на Земле ещё предлагаешь.

— Ой, когда тебе было не плевать на запреты?

— А когда тебе? — выгнула бровь она. — Вот видишь, мы похожи.

— Я порвала с Люцифером из-за родителей.

— Это не такая уж большая разница, Эл. Ты могла бы спокойно продолжать встречаться с ним тайно.

— Тайно? — Я вспыхнула, поражаясь её легкомыслию. — Его отец - сам Сатана, а моя мать Главная Серафима. От них ничего не скроешь.

— И всё же, я не понимаю ни твою, ни его логику. Вы и вправду похожи на двух индюков, которые не могут сделать первый шаг навстречу друг другу.

Я махнула на неё рукой, закатывая глаза.

— Мне не о чем с тобой разговаривать, Ми. Я уже поняла, что ты на его стороне.

— Причём тут это? Я придерживаюсь нейтралитета. И мне кажется, что...

— Он убил меня, — поворачиваю голову в её сторону я. — В прямом смысле этого слова. И не жалеет.

— Ну... его можно понять.

— Как?

— Это было задание во-первых, а во-вторых... кстати, об этом, — Ми нахмурилась, откладывая телефон в сторону. — Если ты говоришь правду, и Люций действительно убил тебя на задании... кто отдавал приказ? Ну в смысле... придумывал его?

Я пожала плечами, откусывая кусок от морковки.

— Без понятия, кому это было нужно.

— Так спроси у него.

— Щас, разбежалась. Вот ему, — вытягиваю средний палец я, — а не вопрос.

— Если хочешь отомстить, я всегда под рукой, — подмигнула Ми. — Но знай, что у всех были причины на какой-либо проступок. И даже если он кажется нам непростительным...

— Мы всё равно должны его простить, да? Ты это хотела сказать?

Я покачала головой, отворачиваясь.

— Не думаю, что я того же мнения.

— Ладно, не зацикливайся на этом. Ты итак слишком напряжённая перед финальным тестом. И я это непременно исправлю. Только никаких НЕТ!

— Опя-я-я-я-ть...

— Не опять, а снова, — подбегает к нам Клаус, приобнимая за плечи. — О чём беседуете?

— Да так, о девчачьем. Хочешь, присоединяйся.

— Пожалуй воздержусь.

— Правильное решение.

Я встаю из-за стола, прихватив яблоко, чтобы перекусить по дороге.

— Ты куда?

— У меня занятия скоро, ещё домашку делать. Вообщем, всего понемногу.

— Хочешь, помогу? — предлагает Клаус, беспечно пожимая плечами. — Всё равно уроков до обеда нет, так что...

— Мне без разницы. В принципе, можно. Я надеюсь, у тебя с историей и мифологией лады, потому что я вообще не понимаю, что происходит в этом сраном учебнике с каждой главой.

— Нормально, разобраться можно.

Он ободряюще улыбнулся, кивая в сторону выхода из столовой.

— Ну показывай, где твоя комната.

                                       * * * Люцифер:

Я приземлился на землю, задумчиво оглядывая дверь. Ну, взял и открыл, в чём проблема?

Да в том, что я без понятия, что говорить. Извиняться я не собирался. Просто за что? Это было задание, которое я обязан был выполнить. Если она этого не понимает, что мне остаётся делать, кроме как постоянно «оправдываться»?

Я нахмурился, когда услышал её смех, который не смог бы спутать с кем-либо другим. Опять со своей компашкой развлекается, наверное. Я наплевал на всех и всё и, даже не постучавшись, открыл дверь, тут же натыкаясь на отбитого ангелочка.

— Люцифер?

— Где Уайлд? — наклонил голову в бок я, чтобы взглянуть в глубь комнаты. Клаус шагнул в сторону, загораживая мне путь. Совсем охренел? — Позови Непризнанную я сказал.

— Она сейчас не может подойти.

— С хера ли?

Я вопросительно выгнул бровь, мысленно махнув на этого бессмертного рукой и уже было двинулся вперёд, как ангелочек останавливающим движением касается моего плеча, качнув головой в бок, словно от пощёчины.

— Она занята. И просила никого из посторонних не впускать.

— Тогда что ты тут делаешь? — Я резким движением убираю его назойливую руку со своего плеча, постепенно закипая от нетерпения врезать этому идиоту. — Отошёл, пока я лично не выбил и тебя, и эту чёртову дверь.

— Слушай, я правда не хочу ссориться. Давай спокойно разойдёмся и не будем мешать друг другу, ок?

— Мне кажется, я понятно выразился.

Меня уже начал подвешивать этот смелый придурок.

— От двери отошёл.

Он сощурился, неприязненно скривившись.

— И что она в тебе нашла?

Хах, действительно.

Мне показалось или в его взгляде крылась зависть? Если это действительно так, то мне нисколечко не жаль парня. Потому что соревноваться со мной за внимание девушки - всё равно, что взбивать молоко в надежде, что оно превратится в масло.

— Клаус, ты чего там застрял? — доносится из комнаты голос Уайлд. Я свёл скулы, покачивая головой. — Кто там?

Она подбегает к ангелочку, прерывая наши напряжённые переглядывания.

— Люцифер?

— Нам нужно поговорить.

— Не нужно, — вытягивает руку вперёд бессмертный, не отрывая от меня испепеляющего взгляда. Он серьёзно?

Я усмехнулся, даже не собираясь реагировать на подобные провокации. У него нет никаких шансов, на что он надеется?

— Уайлд, я повторяю в первый и последний раз. Нам нужно поговорить наедине.

Последнее слово я выделяю с чётким акцентом, задевая решительное лицо этого «непобедимого» идиота.

— Клаус, оставь нас, — сжимает губы Непризнанная, взглянув на парня. — Всё нормально, правда.

Он недовольно фыркает, отодвигаясь от девушки.

— Только попробуй её хоть пальцем тронуть.

— Вздумал мне угрожать? — Я приподнимаю брови, уже не в силах сдерживать себя. — И что ты сделаешь? А?

Мне правда было интересно, что умеет этот недоносок.

— А... э... хватит, всё, — Уайлд пнула Клауса, кидая тому многозначительный взгляд. — Уйди, пока я не психанула и не выгнала вас обоих.

Он неохотно кивнул, напоследок кидая мне неприязненный взгляд. Клянусь, я еле сдержался, чтобы не врезать ему.

— Ну и зачем ты пришёл? — отворачивается девушка, уходя в глубь комнаты. — Нам не о чем говорить, я уже говорила об этом.

— Плевать я хотел на то, что ты говорила, а что нет.

— Тебе вечно на всё плевать. И на всех.

— Слушай, Уайлд, — Я выдохнул, облокачиваясь на стенку. — Ты не станешь ангелом.

Она возмущённо открыла рот, подбирая подходящие слова для очередного оскорбления.

— Вот только не говори, что реально думаешь, что я послушаюсь того, кто убил меня.

— А, значит свою мамашу, которая испортила тебе жизнь, ты послушаешь?

— Она как раз-таки не портила мне жизнь, а наоборот, спасала её от такого, как ты!

Я мрачно усмехнулся, опрокидывая голову назад. Да, Ребекка - невинный ангелочек, как же.

— Мама всегда хотела, как лучше. Она была права. Во всех ситуациях. И с тобой, и с...

— Замолчи, пока я не...

Молчи, Люций. Молчи.

Я прикусил язык, сглатывая. Не надо говорить о том, кто отдал приказ выполнить это идиотское задание. Хоть по официальным данным это были учителя, я знаю, что нет. И всегда знал.

— Пока ты не что?

Пока я не проговорился.

— Пока ты не что, Люцифер?! А?

Она быстрым шагом подходит ко мне, хмуря брови у переносицы.

— Почему всё должно быть так сложно? Почему нельзя быть нормальным мужчиной, не эгоистичным и не самовлюблённым, не гордым и не бездушным. Почему?

Я молча смотрю ей в глаза, давая высказаться.

— Ты же теряешь моё доверие. Ты теряешь... нет, ты потерял меня.

— Потерять можно только вещь, Уайлд. А ты не предмет.

— Я человек, да, — согласно качает она головой, заправляя сбивчивую прядь за ухо. — Будущий ангел. И ещё знаешь что...

Непризнанная делает шаг мне навстречу, глядя прямо в глаза.

— Клаус предложил мне познакомиться с его родителями. Серафимами. Серафимами, которые дружат с моей мамой. И почему-то у меня такое чувство, что все они заодно.

— Как это понимать?

— Всё просто, — Она щёлкнула пальцем, мрачно усмехнувшись. — Официально. Теперь я не твоя собственность, как ты говоришь. Я больше не принадлежу тебе. Поэтому хватит делать вид, будто ничего не произошло и мы до сих пор вместе.

— Ты же не любишь его.

Уайлд могла этого и не отрицать, я итак знал.

— Зачем становится той, кем не желаешь стать?

— Что ты вообще знаешь обо мне?..

— Что-то, да знаю. Ты не ангел. Мне не нравится то, что к тебе клеится какой-то упырь и заставляет идти по тому пути, который тебе просто-напросто не подходит.

— Люцифер, я не собираюсь лишаться такого шанса. Стать Серафимой, Архангелом. Иметь возможность встречаться с анге...

— Ты не моя Уайлд. Что с тобой? Что, блин, происходит?

Я расставляю руки в стороны, вопросительно взглянув на неё.

— Где та Непризнанная, которую я знал раньше? Где та девушка, которая всегда прежде всего слушалась себя, слушала свой разум и свои желания?

— Уходи.

— Ты убегаешь от того, что сделает тебя счастливой.

— Ты сделаешь меня счастливой?! Козёл, который постоянно меня предаёт? Тот, с кем мне никогда не светит просто потому, что наши родители ненавидят друг друга? Просто потому, что все разрывают меня на части, советуя то одно, то другое? Я сама решу, кем мне стать! И сейчас я вообще не понимаю, КТО Я, чёрт возьми!

Вот.

Это её главная проблема.

Она просто не знает, что лучше делать, а что - нет. Уайлд просто не понимает, кто она.

Но я-то знаю.

Или нет...

Ля, я запутался.

— Просто... оставь меня. Уходи, Люцифер. Я не могу больше видеть тебя.

— А я не могу больше чувствовать, как ты отдаляешься от меня.

— Ты сам виноват.

— В чём? В том, что у меня было задание убить тебя?

— Важен не сам факт того, что в этом состоялось твоё идиотское задание, а то, что у тебя было столько возможностей сказать об этом... столько шансов загладить вину, извиниться хотя бы. Но ты этого не сделал. Ты слишком горд, так ведь?

Она кивнула, открывая дверь.

— Тогда катись со своей гордостью куда подальше, я больше не собираюсь терпеть это.

А-а-а-а-а, как же меня всё это бесит.

Я не собираюсь терять её, прикрывая тупую мамашку. Всё. Надоело.

— Уайлд.

— ЧТО? Люций, пожалуйста. Хватит. Уходи.

— Неужели ты не понимаешь?

Она взглянула мне в глаза, сомкнув губы.

— Чего не понимаю?

Ой, всё. Я и сам не понимаю, что хочу от неё. Что мне вообще нужно. Зачем я зацикливаюсь на всём этом.

Тиффани говорила, что это лишь увлечение, которое затянулось. И когда оно прекратится?

Может, сейчас самое время?

Я молча прохожу мимо неё, запуская ладонь в волосы, как всегда делаю, когда чего-то не понимаю.

                             * * * Бэлла:

— Вечно ты жульничаешь, — качает головой Сэми, забирая карты. — Бесит.

— Играть нужно уметь, лу-зер.

— Иди ты.

Сэми кидает в Ади подушку, тут же пригибаясь, чтобы спастись от замашки Мими на обоих парней.

— Бесите. Я вообще просрала всю свою последнюю заначку.

— Твои проблемы.

— Тваи праблемы, — скривилась Ми, закатывая глаза. — Вечно вы всё на других сваливаете.

Я забираю в охапку несколько вещей подруги, победно вскидывая голову.

— Ну что, Ади. Мы остались одни.

— Я тя победю.

— Моя учительница русского языка перевернулась в гробу.

— Сто процентов.

Мими спрыгнула с постели, торжественно расставляя руки в стороны.

— Последний раунд объявляю открытым. Первая ходит... Бэлла-а-а-а.

Я расплываюсь в широкой улыбке, уже зная, что держу в своих руках большинство тузов.

— Я ухожу ва-банк, бро.

Он нагибается, чтобы взглянуть на мои разложенные карты, пока я щёлкаю пальцами, победно взглянув на Мими.

— Я угощу тебя, не беспокойся.

— Боюсь, тебе это не удасться сделать... — наигранно выдыхает Ади, кидая свои пять карт. — Потому что у меня пять козырей.

Он озорно подмигивает, подпрыгивая на кровати, чтобы хлопнуть по вытянутой ладони Сэми.

— Урыли-и-и-и...

— Как? Нечестно-о-о-о!

— Всё честно, заначка наша.

— Не-е-е-е-т... — тянет Мими, плюхаясь на кровать. — Отдайте жрачку.

— А всё, а ВСЁ.

— Всё.

— Идите вы, куда подальше, — скрещивает руки на груди Мими, кивая парням на дверь. — Бесите.

— Согласна.

— Признайте своё поражение, девочки.

Они оба опрокинули голову назад, раскрывая пачку чипсов.

— А где Стайлз?

— Он с Тиффани, вроде как.

— С Тиф? В смысле?

Мими приложила указательный палец к губам, слегка нагнувшись ко мне.

— Как двое нетрадиционно ориентационных, они нашли подход друг другу.

— Нетрадици... что? Она типа лесби?

— А ты не знала? Я сама, кстати, только недавно поняла, знаешь.

Я покачала головой, отворачиваясь.

— Это не отменяет сам факт того, что она здесь.

— Забей. Тебе нужно отвлечься, поэтому никакие отговорки не принимаются. Сегодня вечером на закрытой вечеринке.

Подруга подмигивает, явно не терпля возражений.

* * *

Я тихо проскользнула в кабинет к Мисселине, надеясь, что никто ничего не заметил.

— Здрасьте, — кивнула я сидящей за столом учительнице.

— Бэлла? Всё в порядке?

— Не совсем.

Она обеспокоенно взглянула на меня, тут же вставая из-за стола.

— Дорогая, что случилось? Тебе нужна помощь? Ты же помнишь, что я говорила тебе на счёт проблем и прочего? Что ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью.

— Да-да, я помню. Вы как школьный психолог. У нас так на Земле называют... вообщем, не важно. Я хотела поговорить о другом.

— Присаживайся, — кивает в сторону кресла напротив себя Сил, откладывая бумаги в сторону. — Что случилось?

— Ничего важного, просто... — Я огляделась по сторонам, понижая голос. — Мне хотелось бы поговорить на счёт такой персоны, как... как Дерек Хейл.

Не стоило мне так сразу переходить к сути вопроса, потому что по переменившемуся лицу учительницы можно было понять, что эта тема явно была для неё не очень приятной.

— А.. чем тебя так заинтересовала его персона?

— Я знаю о... вас и о его прошлой жизни и хочу так сказать... помочь встретиться.

Она прищурилась, склонив голову на бок.

— Помочь встретиться?

Что-то Мисселина не так удивилась, как должна была. И это странно.

— Агась. Просто мы заключили сделку. Я и Дерек.

— Только ты и Дерек?

Она загадочно улыбнулась, всё больше нагоняя меня в паршивое чувство непонимания того, что вообще происходит.

— Да. Но для того, чтобы вам встретиться, нужно изрядно попотеть, чтобы никто ничего не заподозрил.

— Можно поподробнее о вашей сделке?

— А можно поподробнее о вас?

Я заинтересованно придвинулась поближе, уже готовясь к длинному и трогательному рассказу.

— Нет уж, милая... сначала расскажи мне, как вы заключили с ним сделку и в чём она заключалась.

— Это правда не так важно. Просто другого подходящего случая уже не будет! Боюсь, только сегодня в школе произошло затишье, а завтра, в придачу, выходной, тебя могут прикрыть.

Мисселина отрицательно покачала головой, настаивая на своём.

— Нет, Бэлла. Ты расскажешь мне всё, что знаешь.

— Зачем?

— Я никому ничего не доложу, правда. Просто мне нужно понять, как ты нашла способ проникнуть в тюрьму самого Сатаны и поговорить с заключённым. В одиночку же ты не справилась бы.

— Ладно, — выдохнула я, сжимая губы. — Хорошо. Я скажу только если ты поклянёшься никому не рассказывать об этом и ещё подробно перескажешь вашу с Дереком историю.

Что? Всё равноправно. И честно.

— Ты такая же настырная, как Ребекка, — без доли злорадства произносит женщина, устало выдыхая. — Договорились. Слово я держу.

— Зуб даёшь, что не расскажешь маме?

Хоть она и может уже об этом знать, предосторожность не помешает.

—Даю, — уверенно кивнула Сил, усмехнувшись. — Давай уже, время тикает.

— Короче.

Я заправила сбивчивые пряди волос за ухо, понижая тон голоса до, практически, шёпота.

— Это произошло тогда, когда объявили «каникулы» из-за массовых убийств. Я должна была полететь с Мими к ней домой, но поменялась местами со Стайлзом...

Мисселина нахмурилась, переваривая всю поступившую ей в мозг информацию.

— Как поменялась местами со Стайлзом?

— Ну в смысле он принял облик моей внешности и выдавал себя за меня.

Я не умею объяснять.

— А я была как бы в своём облике.

— Он в твоём, а ты в своём, так?

— Именно.

— Хорошо, дальше.

Мисселина кивнула, словно и вправду что-то поняла, отпивая с кружки горячий чай.

— Ну и я полетела не с Ми, а с Люцифером.

На этом моменте Сил благополучно поперхнулась, что не удивительно после такой странной информации...

Блин, я даже не представляю реакцию мамы, когда она об этом узнала... страшно подумать.

— Теперь понятно, почему ты так не хотела, чтобы я кому-то об этом рассказывала.

— Мама знает, — сглатываю я. — И отец Люцифера тоже. Но они не говорили Небесному Совету из-за репутации и того, что нас могут исключить.

— Они же не могли так просто этого оставить, раз узнали... и что сделали?

— Лучше не знать.

Было больно вновь вспоминать это.

— Ты можешь мне довериться, — мягко улыбнулась девушка, положив свою ладонь на мою. — Можешь на меня положиться.

— Знаю.

Я улыбнулась, выдыхая.

— Но всё кончено. Мы не можем быть вместе и запрет - главная причина.

— Ты совершаешь ту же ошибку, что и я в молодости. Убегаешь от того, что делает тебя счастливой.

— Забавно, но моя любимая мамочка так не думает.

— Она не права, — нахмурилась Сил. — Как обычно. Ребекка всегда добивалась своего, но иногда это заходило за пределы разумного.

— В каком смысле?

— Думаю, она сама в скором времени всё объяснит. А пока... расскажи мне, что было дальше.

— Нечего особо рассказывать... нагрянула проверка, нам удалось сопроводить из дома Серену и Лилит (маму и сестру Люцифера), после чего у нас оставалось немного времени, которое мы решили использовать с умом. Вот и заскочили в тюрьму Сатаны и встретили там Дерека. Я, оказывается, когда сидела в клетке после недолгого «исключения» из школы, общалась именно с ним, а не с таинственным незнакомцем, который не знает, что такое стихи.

Сил усмехнулась, опуская голову.

— Правда не знает?

— Может, знает и решил надо мной прикольнуться, не знаю. Я так и не поняла. Не суть важно. Они с... Люцифером. Ладно, с Люцифером, на счёт того, что я одна заключила с ним сделку, приврала, сознаюсь.

Неловко вышло.

— Которая состояла в том, что Дерек рассказывает нам всё о Мальбонте, а мы устраиваем ему встречу с тобой. Вот и всё.

Я расставила руки в стороны, пожимая плечами.

— Так просто. А теперь ты расскажешь мне свою историю из жизни в подростковых годах, надеюсь? Мне очень интересно, особенно подробности про свою матушку.

— Да, боюсь, придётся.

Она тяжело выдохнула, распрямляя пальцы, как будто тянула время. Такое чувство, будто она реально тянула время.

— Ну?..

— Всё, готово, — вваливается в комнату Люций, хмурясь при виде нашей компашки. — Уайлд? А она что тут делает?

— Тоже самое, что и ты, Люций.

— Чего? — хором произнесли мы с Люцифером. 

— Вы хотите устроить мне встречу с Дереком. Оба. Но при этом не договаривались об этом, так? Вроде я всё правильно поняла. 

Она довольно улыбается, кивая демону в сторону кресла рядом со мной.

— Присаживайся. Мы как раз беседуем о прошлом ваших родителей.

— Серьёзно? И... ты всё расскажешь?

— Так мы договорились с Бэллой. Она рассказывает мне о вашем инциденте в тюрь...

— Ты ей всё рассказала?!

— Всё равно об этом уже практически все знают! К тому же, мне очень хочется узнать о прошлом матери.

Он закатил глаза, запуская ладонь в прядки волос.

— Пиздец.

— Прошу без матов.

Люцифер усмехнулся, плюхаясь на кресло рядом с моим местом и скрещивая руки на груди.

— Ну, я жду. Мне тоже интересно.

— Ты меня бесишь.

— Взаимно.

Мы обменялись язвительными взглядами, одновременно поворачиваясь к Мисселине.

— Вы ничем не отличаетесь от своих родителей, — выдыхает она, почему-то расплываясь в грустной ухмылке.

           * * *

Несколько лет назад, Мисселина:

Тогда мы все были юны. Мы не ведали, что творили. В нас играли шалящие гормоны. Казалось, будто мы всё делаем правильно, словно это нормально, вот так не задумываться над своим будущим. Так халатно относиться ко всему тому, что может произойти, если нас раскроют.

Твоя мать, Бэлла, была очень скромной и забитой. Мы даже особо не общались. Вообще не разговаривали. В первые дни на Небесах она была... задумчивой, побитой, растроенной. Её будто что-то тяготило. До сих пор мне кажется, что это было из-за того, что она умерла и оставила вас с Корой одних. Да, она рассказывала мне о вас. Когда смогла довериться.

В тот день всё было, как обычно. Уроки. Долгие, скучные занятия. Но всё же что-то было не так. И вскоре мы все это поняли.

— Все?

— Да, все.

Геральд, Фенцио, Ребекка, Гелия, Мамон и я. Нас поставили на один проект. И, могу сказать сразу, наша компания была уж точно не дружной.

Тогда никто ни с кем не общался, у каждого были свои друзья, которых поставили в другие группы на проект. Нам надо было как-то выкручиваться самим. Мамон и Гелия, родители Мими, уже на тот момент встречались, насколько я помню. Остальные друг друга либо ненавидели, либо презирали. Вообщем, это было ужасно.

Пока не появился наш дорогой будущий король Ада, сам Сатана.

— Стоп. Хочешь сказать, на тот момент он ещё не правил Адом? Был как... как Люцифер?

— Именно это я и хочу сказать. И сейчас, глядя в прошлое, я абсолютно не вижу разницы между этими двоими.

— Я ещё как бы здесь.

— И чтобы было потом?

— А потом... потом начался кошмар.

13 января (по человеческим подсчётам), год неизвестен.

— Мы сидели в одном кругу в нашей с Ребеккой комнате. Не было только одного парня. Угадайте, кого?

— Сатаны.

— Кто бы сомневался.

— Всё же, никто не хотел накосячить и получить плохую оценку, поэтому мы начали как-то пытаться найти подход друг другу. Сначала этим смельчаком была Гелия.

— Слушайте, давайте быстренько всё сделаем и разойдёмся, а?

— Не согласен, — покачал головой Фенцио. — Быстренько - значит некачественно. Некачественно - плохо. Плохо - ужасно. Ужасно...

— Заткнись, пока я не засунул тебе в рот что-нибудь тяжёлое, — съязвил Геральд. Помню, тогда он был плохим мальчиком.

— Не затыкай мне рот.

— А-то что? Ты своими маленькими, тощими пальчиками хоть что-то умеешь делать?

— Могу тебе врезать, хочешь?

— Мальчики! — Я не выдерживаю и встаю, чтобы разнять парней. — Прекратите. Ваша неприязнь всё только усложняет.

— Я блин вообще не понимаю, что нужно делать.

— Вот-вот, — поддакнул Геральду Мамон, выдыхая. — Мисселина, ты вроде как умная. Предлагай что-нибудь.

— Мне конечно очень приятно, но я тоже не представляю, как всё это обьединить и совместить в один хороший, совместный проект.

— Может, попробовать списать у Мередит?

— Мередит?

— Мать Ости.

— Фу...

— Не вариант, Гел,— покачал головой Мамон. — У нас разные темы.

— Класс. Ну зашибись. Зачем нам вообще эту хрень делать? Незачёт на практике можно прикрыть.

Мне не хотелось проваливать задание. Возможно, поэтому я всячески пыталась найти выход из этой ситуации.

И тут я обратила внимание на Ребекку. Всё то время она молчала и не проронила ни слова. Возможно, ей просто было неинтересно и она думала о чём-то другом, без понятия. А может, она всё-таки понимала, что её замкнутость ни к чему хорошему не приведёт.

— Может, ты знаешь что-нибудь, Реби? — Я улыбнулась, стараясь делать этот как можно доброжелательнее. Она вскинула голову, неопределённо пожав плечами, всё также отстранённо глядя на меня.

— Ты серьёзно?

Геральд выгнул бровь, вопросительно взглянув на нас обеих.

— Думаешь, какая-то Непризнанная знает, как выйти из этой ситуации, а мы нет?

— Не стоит принижать других из-за статуса.

— Как тут не принижать, когда они все на одно лицо. Людишки.

Геральд был плохим парнем, да. Он также принижал Непризнанных. Но по сравнению с Сатаной, его можно было считать паинькой. К тому же, вскоре они с Ребеккой даже как-то сдружились, как и все мы.

— Лучше тебе придержать язык за зубами, парень, — Фенцио кинул на демона угрожающий взгляд, слегка качнув головой. — Мы тут все оказались не в очень хорошем положении, поэтому давайте как-то выкручиваться вместе.

Повисла тишина. Все думали. Хотя мне казалось, что не думал никто, потому что каждый относился друг другу с предостережением (кроме Мамона и Гелии, конечно же). Они и решили спасти ситуацию.

— У нас же много ещё времени, так? Может, узнаем друг друга получше?

— Я вообще хочу жрать, — Встаёт Геральд, махнув на всех рукой. — Предлагаю стащить что-нибудь из столовки и похавать. Может, хоть так мозги начнут работать.

— Согласен, — кивнул Мамон, взяв Гелию под руку. — Мы тогда за едой.

— Только не задерживайтесь, работы полно.

— Да знаем мы, знаем, Сил. Не умничай.

Я усмехнулась, вновь поворачиваясь к оставшимся членам нашей «дружной» компашки.

— Ну... да. Фенцио, ты не знаешь, где наш будущий король?

— Не знаю и знать не хочу.

— Лёгок на помине... — выдохнула Ребекка, впервые проронив несколько слов за столь продолжительное время.

Я обернулась на звук раскрывающейся двери, недовольно покачивая головой.

— Ну и где ВАС носило?

— В пизде.

— О-о-о, Люций. Твоя коронная фразочка оказывается перешла по наследству.

— Ну зачем ты раскрыла, Сил, блин.

Он был тогда тем ещё альфа-самцом. И никто не мог этого отрицать. Чёрные, как вороново крыло волосы, пылающий взгляд и никогда не сходившая усмешка с лица, которая сменяла дерзкий взгляд на более едкий и язвительный - всё это заставляло всех девушек сходить по нему с ума.

И Ребекка была из тех.

— Стоп. Что?

— А ты что, Уайлд, не знала?

Люцифер кинул на девушку мимолётный взгляд, тут же поворачивая голову вновь ко мне.

— Яблоко от яблони далеко не падает.

Но кто она, а кто он? Непризнанная и будущий король Ада.

— Ну спасибо, Сил. По больному.

— Можно без комментариев?

— Ладно, ладно.

Их связь была невозможной. И та гордость, игравшая в обоих, мешала побороть эту преграду.

— Что за сборище лузеров? — продолжает стоять в дверях комнаты он, скрестив руки на груди. Его надменный взгляд проходился по всем членам оставшейся команды, останавливаясь на Ребекке. — Ой, простите. Сборище лузеров и отбросов.

— И тебе добрый день.

Началось.

— Короче, вы тут делаете свой идиотский проект и скажите своим долбанутым друзьям прекратить стучаться в мою комнату, а потом убегать, как конченные, отсталые придурки.

Тогда понятно, почему он пришёл сюда. Его просто побеспокоили. Я усмехнулась, опуская голову вниз.

— Вообще-то, ты тоже в нашей группе, если забыл, — повышает голос Ребекка, облизывая засохшие губы.

Ну она смелая конечно.

— Я не услышал, ты что-то пискнула или мне показалось?

— Не показалось.

Я тогда немного прифигела, честно. Ребекка мало разговаривала, практически никогда - это неоспоримый факт. Но когда появлялся он, она будто становилась другим человеком.

— Слушайте, а давайте посидим в тишине и подумаем над проектом?

— Помолчи, — махнул на меня рукой дьявол, не сводя пристального и надменного взгляда с Ребекки. — Меня интересует очередная смелая шавка, которая считает, что может считать себя равной Высшим.

— Это глупо - разделять всех на какие-то дурацкие касты.

Они смеряли друг друга презрительными взглядами, явно не соглашаясь с мнением каждого и каждой.

Думаю, тогда они оба ненавидели друг друга всем сердцем, и всё же... интересовались, что же так изменяет их отношение. Почему Ребекка чувствует себя сильнее рядом с ним, а он уязвимым.

— Уязвимым? — переспрашивает Бэлла. — А, случаем, Сатана не теряет силу рядом с ней?

— Э... не думаю.

Она переглядывается с Люцифером, взволнованно выдыхая. Что-то эти двое скрывают.

— Ну, и что было дальше?

     Это можно было назвать первой вспышкой, искрой. Следующие дни прошли, как всегда. Мы не встречались с группой по проекту и вообще о нём забыли. Ребекка по-прежнему была замкнутой. Сидела в столовой одна, практически ничего не ела. Мне стало её жаль, и всё же я понимала, что ей нужно время освоиться.

Но когда наступил последний день до сдачи проекта, мы не могли игнорировать накопившийся груз домашней работы и вновь встретились в одной комнате. Теперь уже у Геральда и Мамона.

— Я подумала. Думала очень долго, правда. Но ничего не придумала.

— Плюсую.

— И я.

— Ну серьёзно?! Мы одни с Ребеккой хоть что-то сделали?

Я была в шоке от того, что все другие ничего не сделали. Про будущего короля Ада вообще молчу, он и не появлялся.

— Ну вот и отлично, хотя бы это, — выдыхает Фенцио, когда я демонстративно выкладываю готовый вариант черновика. — Сдадим так.

— Я не собираюсь вас прикрывать, — подала голос Ребекка. — Если спросят, кто всё это делал, я скажу правду.

— Ой, ну говори, кто тебе мешает. Будешь главной ябедой.

— Ставлю на тебе крест, — поднял руку Мамон, поворачиваясь к своей девушке. — Чего ты так смотришь?

— Придурок.

— А что я такого сказал-то?! Гелия! Гелия, чёрт тебя возьми, стой!

Я покачала головой, глядя, как Мамон побежал за девушкой, догоняя ту в коридоре.

Тогда она была такой вспыльчивой из-за неожиданного гостя в своём животе.

— Да ла-а-а-а-а-дно... — протянула Бэлла, раскрывая рот от удивления. — Серьёзно? Мими?

— Нет, Крис.

— А, да. Я забыла, что у неё есть брат. Просто она с ним практически не общается.

— Потому что они крупно поссорились.

— Откуда инфа?

Я устало выдохнула, взглянув на девушку.

— Времени мало, у вас уроки скоро начнутся.

— Хорошо-хорошо, продолжай.

Пока они серьёзно выявляли свои отношения, Геральд нашёл заначку Мамона, нагло открывая бутылку Глифта.

— И вы серьёзно? — Я кидаю возмущённый взгляд на Фенцио, который притащил стакан, чтобы налить алкоголь и себе. — Нет.

— Да-а-а, Сил. Да.

— ПРОЕКТ!

— Сдался он, когда есть бухло.

— Действительно. Просто проект, из-за которого мы будем не аттестованны, ничего важного. Да меня мама прибьёт!

— Переживёшь.

Я фыркаю, встречаясь взглядом с Ребеккой. Та слегка улыбнулась, пожав плечами.

— Как всегда. Подставляют нас.

— Все шишки нам.

— Именно.

Мы вновь улыбнулись друг другу, переводя взгляд на парней.

— Угощайтесь.

— Обойдёмся.

— Но вы всё равно набухались, — качает головой Габриэлла. — Это очевидно.

— И всему виной...

— Моя батя, — гордо заявил Люцифер, широко улыбнувшись.

Геральд и Фенцио спились в хлам, пока мы с Реби пытались сделать хоть что-то.

— Ну тише вы! — прикрикнула та, когда парни начали распевать очередную идиотскую песню.

— ТО-О-О-ЛЬКО!

— Не-е-е-е-т...

— РЮМКА ВОДКИ НА СТОЛЕ!

— Ветер плачет за окно-о-о-м...

— Ти-и-и-хой болью...

— Отзываются во мне-е-е...

— Люцифер, Бэлла, прекратите.

— Вам самим не надоело?

— Нет, Непризнанная. НЕ НАДОЕЛО.

Они прыгнули на постель, чуть ли не сталкивая Мамона с заплаканной Гелией.

— Уйдите, придурки. Ей итак плохо.

— Ну вот опять...

Дьяволица бежит в сторону туалета, закрывая за собой дверь.

— Может, она беременная? — пожимает плечами Реби, продолжая водить карандашом по бумаге.

— Кто беременный? — поворачивается Геральд, широко раскрывая глаза.

— ТЫ!..

Они с Фенцио повалили друг друга на пол, задыхаясь от смеха.

— Я щас уссусь...

— Я те уссусь в моей комнате, — кричит с другого конца покоев Мамон, всё ещё дожидаясь Гелию у туалета. — Ты там как?

— Хреново.

— ЗАБИРАЙ МЕНЯ СКОРЕЙ...

— УВОЗИ ЗА СТО МОРЕЙ.

— И ЦЕЛУЙ МЕНЯ ВЕЗДЕ!

В комнату вваливается запыхавшийся Хейл, расплываясь в широкой улыбке.

— Восемнадцать мне уже.

— О-о-о, жаркое подъехало.

— Это ещё только начало.

— Хейл, те чё надо?

— Вы орёте, как бешеные психопаты. Можно потише, другие как бы пытаются домашку доделать.

— Вы доделываете, а мы ещё даже не начинали! — возмущаюсь я, возвращаясь к работе. — У тебя хотя бы группа нормальная.

— Могу помочь, — пожимает плечами он, садясь напротив Ребекки и меня. — Что делать?

  Я просто обожала в нём эту главную черту характера - бескорыстие и остроумие. Он мог сделать доброе дело, даже не раздумывая. Просто взять и сделать.

— Правда? — выгнула бровь Ребекка. — Вот так просто?

— Ну да. А что, это плохо?

— Нет-нет, наоборот, — Я отрицательно покачала головой, так быстро, что сама начала волноваться, не отвалится ли она.  — Спасибо.

— Да не за что, я ещё ничего не сделал, — усмехнулся он. — Что делать-то?

— Ну для начала...

— Меня одну интересует вопрос, появится ли батя Люция?

— Лично меня нет, не интересует, — нервно улыбнулся демон, кидая на девушку испытующий взгляд. — Ты же не знаешь, что может быть, не так ли?

— О чём это он, Сил?

— Давайте вы не будете меня перебивать и дадите рассказать всё целиком и полностью?

— Молчим.

Дела шли намного лучше после предложения Дерека о помощи. Но ситуация, которая была связана с Гелией и Мамоном никому не давала покоя.

— Может, ты отравилась?

— Ставлю на то, что это был вчерашний протухший сыр. Я тебе говорил его не есть.

— Запей, — потягивает Геральд стакан девушке, по-дурацки улыбнувшись. — Помогает.

— Свали-и-и, бесишь. Я тебе эту бутылку сейчас в задницу засуну, — Мамон резко встал, спугнув демона. — Не подходи.

— Да ладно, ладно, я ж как лучше хо... ик... чу.

— А чё вы тут делаете? — плюхается на пол рядом с Реби Фенцио.

— Вы в хлам пьяные, оба. Либо сваливаете отсюда по-хорошему, либо я всё расскажу учителям.

— Ещё одна ябеда, — закатил глаза Геральд. — Ты, Сил, берёшь плохой пример с Непризнанной.

— У меня есть имя, прикинь.

— Да-а-а?.. и какое же?

— Её зовут Ребекка, придурок, — не сдерживается Фенцио, кидая в демона подушку. — Захлопнись.

Сложно было не заметить то, как Фенцио смотрел на Реби.

— О-о-о, ахринеть.

— А я говорил.

— Заткнись.

— Не затыкай мне рот.

— Замолчите оба.

Я дождалась, пока эти двое перестанут смерять друг друга взглядом, вновь окунаясь в прошлое.

Он смотрел на неё не так, как на других Непризнанных до появления Ребекки. Этот взгляд был совсем другим и спутать его невозможно.

Жаль, что она так и не поняла этого неоспоримого факта.

— Всё, довольно с вас. Уже бесите, — встаёт Дерек, кивая Мамону, мол, помогай выпроводить этих двоих отсюда нафиг.

— В смы-ы-ы-сле? — возмутилась Бэлла. — И чё, на этом всё заканчивается? Выпроводили самых угарных, нормально.

— Всё ещё впереди.

Умиротворение продлилось недолго. Мы с Дереком решили взяться за иллюстрации, пока Мамон и Гелия болтали, сжимая ладони друг друга. Видели бы вы, как переживал он тогда за неё... у них была настоящая первая любовь, которую не спутать ни с чем.

— Мне кажется, это стоит наклеить сюда, — берёт меня за руку Дерек, слегка подталкивая её вперёд. — Здесь.

Казалось бы, обычное прикосновение, а столько эмоций и чувств.

Я улыбнулась, когда Люций и Бэлла переглянулись, тут же отводя взгляд в сторону.

— И что дальше?

Как я уже говорила, счастье длилось недолго. В комнату ввалились двое набухавшихся ангела и демона, падая на пол.

— Чё так грубо-то?

— Да задолбали уже.

— Мне кажется, отец сказал совершенно другое.

— Я не буду материться и оказывать дурное влияние на вас, молодые люди.

— Ну так кру-у-у-че...

— Всё.

— Если ещё хоть раз эти двое придурков ворвутся в мою комнату - клянусь, я убью их на месте.

Сатана уже было резко разворачивается, как Ребекка подаёт голос. Похоже, зря.

— Только и умеешь угрожать.

— ВОТ, точно! Ты копия своего отца.

— А ты своей мамаши.

— Я сразу сдружилась со всеми вообще-то.

— Ну-ну.

— Угу.

— Сколько. Можно. Меня. Перебивать?

— Да всё, всё. Молчим.

Он также медленно повернулся, вопросительно взглянув на Реби.

— Ты либо слишком смелая, либо глупая, раз разрешаешь себе вякать при Высших.

— И вот опять, как всегда. Принижаете людей на низшие касты.

— Борешься за справедливость? За равноправие?

— Это плохо?

— Я задал вопрос.

— А я не хочу на него отвечать.

Они смеряли друг друга долгим, испытующим взглядом, не решаясь отвести его в другое место.

— Ну чё вы такие ки-и-и-и-слые... прибухните - пройдёт.

— Ты достал, Гер, — выдыхает Ребекка. — Может хватит?

— Непризнанная такая паинькая... Только там, где не надо.

Он медленно подходит к ней, садясь на корточки.

— Что, испугалась?

— С чего ты взял?

— Твоё сердце бьётся с такой силой, что, не дай Шепфа, скоро выскочит из груди. Смотри не потеряй... Пригодиться ещё.

Он забыл сказать: «для того, чтобы разбить его в скором времени».

— Оно бьётся так сильно не из-за тебя и не из-за того, что я кого-то боюсь.

Она наклоняется к нему, переходя на хриплый шёпот.

— А потому что с каждой грёбаной секундой я ощущаю чувство мести, которое делает меня в тысячу раз сильнее.

— Философ блин хренов.

— Люций!

— ШТО?

Я уже не помню, как мы допустили такое, что были в состоянии опьянения. Но я точно знаю, что инициаторами был будущий король Ада и будущая Главная Серафима.

— Пей, пей, пей, пей, пей, пей!

— Давай, осталось немного... и-и-и-и, да!

Ребекка спускается на пол, кидая бутылку, из-за чего та разбивается вдребезги.

— Наша девочка, сразу видно, — прихлопнул в ладоши Геральд. — Давайте в нашу коронную?

— Серьёзно?

— А я за.

— О чём это он? — нахмурилась Реби. — Что за?..

— Чего ты такая зануда, Уайлд? — плюхается на диван сам Сатана. — Стесняешься?

— Чего мне стесняться?

— Так играешь?

— Играю.

Она садится рядом с ним, вопросительно глядя на других собравшихся.

— А куда подевалась Гелия и Мамон?

— Были там же, с нами.

— А-а-а-а...

Тогда для нас это была обычная игра, не предвещающая ничего плохого.

Но вскоре она стала чем-то большим.

Мы уселись на одном диване, постоянно пошатываясь и смеясь, крича и споря. Вообщем, я до сих пор не понимаю, как другие учителя не спалили нашу тусовку.

Но как-то, да не спалили.

Я знала, что это за игра. Ребекка, вроде как, нет. И хоть мы были в хлам пьяны, я до сих пор помню, как мы расположились на диване, буквально сидя у каждого на коленях. Слево направо: Мамон, Гелия, Фенцио, я, Дерек, Геральд, Сатана и Ребекка.

— Классная компашка.

— Я уже ощущаю трэш.

Первым был Мамон. Он втянул губами рандомную вытащенную карту, передавая её через так называемый «поцелуй» следующему игроку - Гелии. Гелия Фенцио, Фенцио мне, я... Дереку, Дерек Геральду, Геральд Сатане, а тот...

Тот не передал Ребекке карту, он откинул её в сторону и поцеловал девушку.

— ЧТО?!

— Во батя творил конечно.

Я, в прямом смысле этого слово, офигела. Но алкоголь, бурливший в жилах, влиял на нас с неадекватной силой. На всех. Без исключения.

Я уже не видела, что у них произошло там дальше после этого, потому что наткнулась на взгляд Фенцио в их сторону. Это надо было видеть. Он, казалось, был готов убить будущего короля Ада на месте. Но я разумно попыталась его успокоить вместе с Дереком.

Начался полный трэш. Гелия и Мамон. Ребекка и Сатана. Хоть Фенцио и Геральд по-дружески улюлюкали и не пытались друг друга...

— Засосать.

— Можно было сказать это не так грубо, Люцифер.

— Возможно.

Самыми адекватными оставались мы с Дереком. По крайней мере, мы хотя бы танцевали на постели, а не переходили в более идиотские поступки, которые не свершили бы на трезвую голову.

Так обычный вечер превратился в очередную ночную тусовку между людьми, которые раньше ненавидели друг друга, а потом, по пьяне, узнали и о себе, и о других то, чего не понимали раньше.

Так началась наша дружба с Ребекки, её жизнь с чистого листа, которая всегда преподносила неожиданные подарки.

В один вечер, где-то спустя месяц- два после её финального теста, на котором она стала ангелом, я заметила что- о неладное да и она тоже.

Тогда мы уже хорошо сдружились и стояли друг за друга горой. Мы доверяли, не предавали, были хорошими подругами.

До одного случая.

К тому моменту они с твоим отцом, Люцифер, уже порвали. Она говорила, что всё в порядке, этого следовало ожидать... Но я-то знала, что она всегда любила его, а не Фенцио. Его, а не Марка, Главного Серафима. Даже сейчас.

— Отрываются на нас теперь?

Они с Люцифером переглянулись, ненадолго задерживая взгляд друг на друге, и всё же одновременно повернули ко мне головы, дожидаясь продолжения.

Не знаю, когда мы поняли, что она беременна. Беременна от короля Ада.

— ЧИВО БЛИН?!

— Стоп, Сил, — мрачно усмехнулся Люций, выпуская руку вперёд. — Ты серьёзно? Откуда... что? Первый раз слышу, чтобы...

— Дослушайте меня, молодые люди.

Я видела, как сложно было Бэлле да и Люциферу успокоиться и продолжать выслушивать долгий и затянувшийся рассказ.

Это было шоком для нас обоих. Решение очевидное - скорее лететь на землю за таблетками. Но дело в том, что срок был довольно большим, поэтому подобные манипуляции ничего бы не сделали с уже развившимся плодом. Самое ужасное было то, что Фенцио тогда должен был знакомить Реби с родителями. Они типо встречались. Типо.

— А предохраняться, не?

— Я не знаю подробности и знать не хочу, что было - то прошло.

Она отдалилась от меня. Стала многое скрывать. Не общаться. О ребёнке Фенцио вскоре узнал... был зол, что не удивительно. Но он любил её сильнее, чем кто-либо, поэтому безоговорочно прикрывал в своём доме. Я не знаю подробностей. Возможно, ребёнок так и не родился, а если и родился, то умер через три часа. Никто не знал о беременности Реби, кроме меня, Фенцио и её самой. Возможно, это стало причиной тому, что вскоре она поддерживала со мной общение лишь изредка обычными кивками и вопросами о школе и уроках.

А после того, как она стала Главной Серафимой, мы вовсе прекратили общение.

Жаль, что так вышло. Но иногда любовь ослепляет. Мы не видим, до чего можем докатиться. Не осознаём, что делаем и к чему это может привести. Мы слепы, когда действительно кого-то любим. И глупы.

— И это всё? Серьёзно? А как же Дерек? Что было с ним?

— После теста нам точно не суждено было быть вместе, Бэлла.

— Но это нечестно. Я итак это знала! Ты обещала рассказать и про Дерека.

— Я итак много чего вам рассказала. Чего не следовало бы.

— Ну да, то, что моя мама залетела от отца моего бывшего явно не следовало рассказывать.

— Ребёнок, — вскидывает голову Люцифер, хмурясь. — От Высшего демона. И уже Серафимы, хоть не главной?

— Да, так и есть.

— Ребёнок, который по неизвестным причинам должен был умереть.

— Мы не глухие, итак знаем.

— Заткнись, Уайлд. Ты мне мешаешь думать.

— А, что? О чём тут дума...

Он прикрывает ей рот ладонью, поворачиваясь ко мне.

— Ребёнок отца и мамашки Уайлд - Мальбонте.

                                       * * * Бэлла:

— Что за бред? — выдыхаю я, догоняя демона в коридоре. — Это нелогично. Мальбонте существовал уже давно, если ты забыл. До появления матери на этом свете.

— Может, это была легенда, миф, в который мало кто верил. Может, Мальбонте не один на свете.

— Хочешь сказать, что если Мальбонте и был раньше, из-за чего и пошли легенды, то он давно умер? И появился новый?

— Есть дофига теорий, Уайлд, — Он взял меня за запястье, утягивая за собой. — Либо Мальбонте реально существовал раньше и ему понадобилось новое тело, потому что он старел, как другие древние демоны и ангелы и он решил вселиться в только родившегося ребёнка...

Люцифер останавливается возле ворот тюрьмы Сатаны, кивая Мисселине.

— Я всё устроил. Никто не должен заметить твоего присутствия. У вас не так мало времени, поторапливайтесь.

Сил кивнула, надевая чёрный капюшон для конспирации, и проскользнула в помещение, скрываясь за многочисленными камерами заключённых.

— Ты куда? — загородил дорогу мне Люций, хмурясь. — Не надо. Слишком много посторонних.

— Разве ты не устроил всё так, чтобы твой отец не узнал о нежданных гостях?

— Устроил, не беспокойся.

Он скривился, отворачиваясь.

— Дерек - первый Истинный Непризнанный, который может убить Мальбонте. Он единственный, кто может это сделать. Так почему же убийца первым делом не прикончил его самого?

— Тянет время?

— Без понятия. Но если Мальбонте действительно сын Сатаны и Ребекки... я не знаю, как с ним бороться.

— О чём ты?

— Дерек - наше спасение. И пока он находится под носом у отца... вытащить его из этого места будет очень сложно.

Люцифер говорил так тихо, что я сама ничего не расслышала.

— А если твой отец за Мальбонте? Если он с ним заодно?

— Похоже, так и есть, — скривился Люцифер. — Я это понял относительно недавно, когда он отчитывал меня за...

Демон кинул на меня пристальный взгляд, прикусывая губу.

— За нас.

Да, давай по больному. Мне же итак хорошо.

— Что он тогда сказал?

— Не важно. Мне кажется, обсуждать это прямо перед его носом - глупо, не находишь?

— А когда нам ещё остаётся обсуждать подобные вещи? В школе везде глаза и уши.

Я шагнула влево, чтобы рассмотреть, что там делает Сил с Дереком. Ничего не видно. Конечно, этот же... парень мешает мне рассмотреть хотя бы малейшие очертания происходящего.

— Ты сказал, что есть ещё теории по поводу Мальбонте.

— Есть. Но ни одна из них наверняка не является правдой. Если Мальбонте - лишь миф и легенда, которая строилась годами и в неё никто не верил просто потому, что полу-демона и полу-ангела тогда не существовало, факт, что сын Ребекки и отца - Мальбонте вполне допустим.

— И поэтому твой отец с ним заодно, потому что ему тоже не нравится, что Ад принижают.

— А Ребекка... Ребекка - нет...

Он широко раскрыл глаза, поворачиваясь ко мне.

— Как я сразу не догадался?

— До чего?

Люцифер приложил ладонь ко лбу, качая головой.

— Как я сразу этого не понял?..

— ЧЕГО не понял, Люцифер? Можешь нормально объяснить?

— Ну и сучка же твоя мамашка, Уайлд.

Я вообще ничего не понимала.

— Объясни, Люций.

Он схватил меня за плечи, прикрывая рот ладонью.

— Тихо. Здесь не место.

***

Я обвела взглядом его комнату, выискивая каждую деталь и компромат на то, что здесь была какая-то левая баба, но, к его же счастью, не нашла ничего подозрительного.

— Давай, выкладывай. Я ничего не поняла, но очень интересно.

Отшатнувшись подальше от кровати, я скрестила руки на груди, облокачиваясь на стенку.

— Что ты понял?

— То, что тебе грозит опасность на финальном тесте и после него. Кома - главная на то причина. Дерек попал в автокатастрофу, точно также, как и ты. Моё задание было убить тебя именно тогда, когда ты будешь ехать на машине. Вероятно, заказчик специально сделал так, чтобы ты не умерла окончательно. Чтобы тебя постигла та же участь, как Дерека и на финальном тесте это выявилось.

Он ходил из угла в угол, задумчиво приложив большой палец к губам.

— А причём тут моя мама?

— При том, что...

Люцифер запнулся, облизывая губы.

— Она приказала убить тебя.

Я усмехнулась. Сначала мне показалось, что он шутит. Но глядя на его серьёзное лицо я сомневалась в этом с каждой секундой.

А ведь вполне возможно, что он говорит правду. Зачем ему врать?

Взять только тот случай, когда мама не раз говорила загадками, не раз выясняла отношения, которые обычно заканчивались угрозами.

Или тот вечер, когда я спряталась за столом, укрываясь от нежданного гостя в лице матери.

« — Ты помнишь наш уговор? Всё оставить в тайне.

Даже под столом было видно, как Люци закатил глаза, кивая.

Что за уговор такой?

— Она не должна узнать. Иначе ни тебе, ни мне от этого не станет легче. »

А их разговор перед тем, как меня спалили на балконе у Люцифера, который произошёл буквально месяц назад... всё это лишь доказывало то, что они оба скрывали.

Люцифер бы давно сказал, кто убил меня, если бы в числе убийц не был он сам.

Ладно он - демон, который лишь выполнял своё задание, не зная, кто я на самом деле. Но родная мать, РОДНАЯ, чёрт возьми мать, которая растила меня все эти годы, так ужасно поступила...

Нету оправдания тому, что она сделала.

— Уайлд, я реально не хотел говорить, но смысла скрывать нет, когда ты хочешь стать ангелом, а можешь стать Истинной Непризнанной. Мы не должны этого допустить. Это может закончиться... твоей гибелью.

Я покачала головой, опуская в ладони лицо.

— Как же меня всё это достало.

— Если она отдала приказ, на то были причины. И почему-то мне кажется, что Ребекка знала, что именно ты должна стать Истинной Непризнанной и убить Мальбонте. Она знала и хотела этого.

— Можно не нагружать меня всей этой идиотской информацией больше?

— Я не могу не нагружать тебя, когда твоя жизнь под угрозой, Уайлд! Если твоя мать настолько конченная стерва, что готова пожертвовать жизнью собственной дочери ради какой-то там мести или чего там, может, даже ради собственной безопасности, этого я ещё не понял... то нам реально нужно что-то с этим делать. Не допустить того, чтобы на финальном тесте ты стала Истинной Непризнанной.

— И как это сделать?

Он качнул головой вбок, выдыхая.

— Нужно вывести тебя из того состояния, в котором ты находишься. Из состояния... между небом и землёй.

— Ты предлагаешь?..

— Сделать так, чтобы ты окончательно умерла до начала финального теста.

* * * Ночь, Бэлла:

Сколько бы я не пыталась сосредоточиться на мысли о Мальбонте, предательстве матери и прочем, я понимала, что лучшее решение - это развеяться.

И Мими всегда была под рукой в таких случаях.

Я глубоко выдохнула, отходя подальше от фуршета. Набухаться и нажраться не входило в мои планы на сегодняшний вечер, поэтому извините, простите, но НЕТ.

Моё платье (подобранное самой модой-Мими) задиралось выше положенного каждый раз, когда этого не следовало бы делать, поэтому я постоянно поправляла ремень и невинно улыбалась прохожим ангелам и демонам, которые пялились на все участки моего тела.

(+1 демон)

Некоторым приходилось лично давать понять, что мне не нравится, как их глазки лезут во все щели, решаясь на крайние меры.

В целом, я была окружена друзьями, что помогало хоть как-то не обращать на это внимание.

— Я тебе говорю, эти двое пересрались так, что мама родная их не примерит.

— А из-за чего?

Ади пожал плечами, кивая в сторону Тиффани и Стайлза, которые стояли порознь. Лично я ничего не знала и даже не предполагала, что там у этих двоих на личном фронте. Впрочем, на Тиф мне было плевать, а со Стайлзом дела обстояли посложнее.

Я встретилась взглядом с Клаусом, который болтал с другими ангелами, краем глаза поглядывая на меня. Улыбнулась, вспоминая, как прошла встреча с его предками.

Одним словом - никак.

*Флэшбек* Вечер, Рай:

— Как у тебя с учёбой обстоят дела, Габриэлла? — разрезает напополам мясо мать Клауса, Вивьен. Её светлые волосы забраны в тугой пучок, а ласковая и доброжелательная улыбка постоянно вытягивается вверх. — Уже знаешь, кем станешь?

Я бросила взгляд на маму, которая кивнула мне, как бы давая знак. Ага, щас. Разбежалась. Думает, что я ничего не знаю?

— Конечно знаю, — невинно улыбнулась я, в мыслях просто закипая от ярости. — Ангелом, как моя матушка.

— Очень разумное решение.

Нет.

— Вы правы. Для меня, прежде всего, важно сначала построить будущее, а потом уже зацикливать внимание на прочие, ненужные вещи.

Я опустила взгляд вниз, на тарелку, всё также озаряясь доброжелательной улыбкой. Главное не выдать своих истинных эмоций. А именно - не послать всех их на три буквы.

— Как обстоят дела с... отношениями?

А вы правда хотите знать?

Ну за несколько месяцев я успела бросить ангела и демона, «повстречаться» с одним из Непризнанных, который в итоге оказался Мальбонте и... вроде как, всё. А, ну и мой парень всё ещё находиться на Земле и не находит себе места, пока я уже давно о нём позабыла.

— Бэлла ни с кем не встречается, — отвечает за меня матушка, кидая косой взгляд в мою сторону. — Так ведь?

— Ага.

Я выдохнула, разом теряя аппетит ко всему тому, что лежит на тарелке. Не хочу есть вообще ничего. От всего буквально тошнит.

— Что ж, я рада, что такая миловидная девушка дружит с моим сыном, — искренне улыбнулась женщина, взглянув на Клауса. — Вы отлично подходите друг другу.

Я бы подавилась, если бы было чем. Но лишь натянула понимающую улыбку, встречаясь взглядом с ангелом.

***

Ночь, Бэлла:

Медленная музыка, заигравшая не пойми откуда, заставила многих ангелов и демонов слиться в одном танце, покачиваясь из стороны в сторону. Я резко развернулась, натыкаясь на не пойми откуда появившегося Клауса.

— Хай.

— Привет.

— Не хочешь потанцевать?

— Мо...

— Уайлд, — бесцеремонно отодвигает в сторону бедного ангела Люцифер, не обращая на того ни малейшего внимания. Его взгляд нагло прошёлся по мне с ног до головы, оценивающе оглядывая. — Выглядишь сексуально.

Я закатила глаза, поправляя ремень.

— Сочту это за комплимент.

— Сочти.

Он медленно приблизился ко мне, молча обвив руку вокруг талии, слегка сжимая ткань платья в своей ладони. Также, не торопясь, нагнулся ближе к моей шее, едва дотрагиваясь горячим дыханием кожи.

— Ещё раз увижу этого упыря рядом с тобой, клянусь, он даже встать не сможет.

— Тогда мне жаль парня, потому что Клаус постоянно вьётся возле моей юбки.

Люцифер усмехнулся, сильнее прижимая меня к себе.

— Я не шучу, Уайлд. Он станет инвалидом, если прикоснётся к тебе.

— Твои угрозы меня пугают.

Я обвила руки кольцом вокруг его шеи, вскидывая голову.

— Но мы не вместе. И я не твоя собственность.

Также резко отстранившись, я невинно улыбнулась, отходя на шаг назад от демона.

— Я не танцую с противоположной стороной. И той, которая может оказать на меня дурное влияние.

— Клаус?

— Да?

— Ты хотел потанцевать?

Я не свожу пристального взгляда с Люцифера, который, казалось, был готов прожечь во мне дыру от нахлынувшего гнева.

— Я принимаю твоё приглашение.

* * * Люцифер:

Думает, что может меня позлить? Я усмехнулся, безразлично щёлкая пальцами, подзывая официанта. Также резко развернулся, уходя в глубь зала.

— Люцифер, — появляется на моём пути Ости. — Всё нормально?

— А что должно быть ненормально? — Я вопросительно выгнул бровь, облокачиваясь на стенку.

В темноте сложно было различить силуэты всех танцующих ангелов и демонов, поэтому я слегка прищурился, встречаясь взглядом с Уайлд. Та покачивалась из стороны в сторону в лапах этого недоноска, будто это нормально, вот так злить меня, не скрывая этого.

— Ты какой-то... странный.

Я бросил на неё убийственный взгляд, чтоб свалила нахер. Может, хоть так поймёт?

— Я сказал, что всё нормально. Тебя не устраивает ответ или как?

Она неопределённо пожала плечами, вставая рядом со мной и отпивая со стакана налитый официантом Глифт.

— В последнее время ты какой-то отстранённый. Это из-за Непризнанной? И взбучки от отца?

Я допиваю алкоголь, не отрывая взгляда от этой бесячей парочки, и вновь поворачиваюсь к дьяволице.

— Нет. Мне вообще плевать и на эту Непризнанную, и на отца, ясно?

Задолбали все своими тупыми расспросами. Я вообще не понимаю, чего добиваюсь и чего хочу. Первый раз не понимаю, что мне нужно.

И главная причина этого чувства - Уайлд.

Я обвожу взглядом весь зал в поисках Тиффани, тут же выдвигаясь к ней. Надо расспросить по поводу видений.

— Добрый вечер, завидный холостяк. Чё случилось?

Я отобрал у неё сигару, кидая её на пол.

— Ты что делаешь? Я только зажгла...

— У тебя были уже видения?

— Бы-ы-ы-ы-ли... — Она усмехнулась, таинственным взглядом оглядывая меня. — Не хочу портить удовольствие, сам увидишь в скором времени.

— В смысле блядь? Ты охренела?

— Успокойся, ничего важного и связанного с Мальбонте я пока не увидела.

— Тогда что видела?

Тиф неопределённо пожала плечами, вновь поворачиваясь к фуршету.

— Спойлерить не люблю, дорогой.

                                       * * *

Бэлла:

Я ввалилась в комнату, тут же закрывая дверь. Всё. Надоело торчать на этой вечеринке. Если Мими припрётся в два часа ночи и разбудит меня нафиг, я прибью её на месте.

— Люцифер? — вопросительно выгибаю бровь я, когда замечаю его, нагло развалившегося на моём кресле возле стола.  — Ты не принаглел?

Я подхожу к письменному столу, чтоб рассмотреть во всех подробностях содержимое. Класс, он читал мой личный дневник. Засранец.

— У тебя красивый почерк.

— Ага, спасибо, заюш. Не знала.

Он встаёт из-за стола, медленно подходя ко мне.

— Я же предупреждал тебя.

— Ты о Клаусе? А, ну... я тоже сказала тебе, что мы больше не вместе вроде как и я не твоя собстве...

Люцифер резко прижимает меня к стенке, заставляя затаить дыхание, глядя в его пылающие красным огнём глаза.

— Чтоб это был последний раз, когда я вижу тебя с ним, понятно?

Я сглотнула, прикусывая губу.

— Мы больше не вместе, и ты не обязан запрещать мне общаться с тем, кто уже настроен серьёзно.

Он злорадно усмехнулся, качая головой, словно был не согласен с моими словами.

— Признай, что хочешь меня и никакой запрет этого не изменит.

Люцифер подхватил меня на руки, заставляя обвить ноги вокруг своего торса.

— Признай, Уайлд.

— Не...

Он, не дав мне даже договорить, страстно впился губами в мои, сильнее прижимая к стенке.

— Что ты?..

Я запнулась, встречаясь с ним взглядом. А-а-а, убейте кто-нибудь этого горячего засранца, пока я лично этого не сделала!

— Ненавижу тебя.

— Взаимно.

Его улыбка поползла вверх, оголяя белоснежные зубы. Я мысленно перематерила всё на свете, чтобы не дать этому атаковавшему чувству желания близости к нему взять надо мной вверх.

А когда я слушала свой разум?

— Признаю.

Словно по щелчку, он впился губами в мои, слегка приоткрывая рот. Сколько бы я не заставляла себя остановиться, это было невозможно. Запрет, родители, всё это казалось сейчас лишь маленькой преградой, которую мы могли бы с лёгкостью преодолеть.

Я больше не могла себя сдерживать, резко снимая с него эту дурацкую рубашку, без каких-либо сожалений кидая её на пол. Он отошёл от стенки, крепче прижимая меня к себе и, не отрываясь от губ, потащил в сторону кровати.

Слава Шепфа, я благодарила его за эту идиотскую вечеринку, на которой сейчас торчала подруга и все остальные. Я благодарила каждую грёбаную секунду, которая давала нам свободу.

Я спустилась на пол, продолжая ощущать его губы на своих ключицах, руки, освобождающие от платья и чувство нескрываемого желания и нетерпения.

Он повалил меня на кровать, тут же нависая надо мной, словно специально тянул время.

— Как же ты меня бесишь, Уайлд.

Ты меня тоже.

— Тем, что сводишь меня с ума.

Я улыбнулась и прикрыла глаза, ощущая, как его кончики пальцев проходятся по моему оголённому животу, спускаясь ниже и ниже, достигая запретных для других участков тела.

Моя ладонь касается его шеи, заставляя нагнуться ближе ко мне и коснуться губ.

Но мгновение, и я чувствую постороннюю энергию, которая приближалась к моей комнате таким стремительным шагом, что, казалось, готова ворваться, не постучавшись.

А это значило только одно - мы нарушили запрет, не колеблясь, и сейчас об этом узнает посторонний человек, который непременно доложит всё Небесному Совету, а те маме и отцу Люцифера.

______________________

Ангел – 19

Демон — 17

Слава – 12.