ГЛАВА 17 | ДИН

Телефон Дина едва слышно пиликнул. Он мельком взглянул на сообщение: «Мудак из клуба у нас». Внутри разлилось темное удовлетворение, но он не позволил кровожадной ухмылке появиться на губах. Лишь глаза на мгновение зловеще блеснули, когда он представил себе грядущую расправу.

— Детка, мне нужно уехать, — сказал он Лили, поднимаясь.— Что-то случилось? — встревоженно спросила она, вставая следом.— Всё в порядке, просто дела, — ответил он, нежно проведя тыльной стороной ладони по её щеке. — Наверное, увидимся только в субботу, уже в Сан Кламоно. Я буду скучать, малышка.— А я-то как буду скучать... — с грустью вздохнула девушка. — Жалко, что ты уже уходишь.— Дела, крошка.

Он бережно притянул её к себе и коснулся губ ласковым, почти неуловимым поцелуем.

«Совсем скоро я отомщу за тебя, моя хорошая. Я никому не позволю тебе навредить», — думал он, обнимая Лили.

Накинув на плечи свое черное пальто, он покинул дом и направился к машине, на ходу набирая номер, чтобы отдать распоряжения.

***

Звук шагов эхом разносился по длинному коридору, освещенному тусклым светом. Здесь стоял запах сырости, от голых бетонных стен исходил пробирающий до костей холод. По обеим сторонам коридора мелькали двери. Многие из них вели в технические помещения, но не все. За несколькими скрывались комнаты другого назначения. Одни предназначались для заключения врагов, взятых в заложники, а другие... для бесед с ними.

В этом месте неоднократно проходили «встречи» с теми, кто посмел перейти дорогу Дину или его партнерам по бизнесу. Но в этот вечер здесь решались не рабочие вопросы, а сводились личные счеты.

Двое амбалов у массивной железной двери молча кивнули, пропуская Дина внутрь.

Комната внутри была олицетворением отчаяния: зелёные разводы по стенам, въевшиеся в пол бурые пятна — безуспешные попытки отмыть чью-то кровь. На металлическом столе в углу лежал «инвентарь» — предметы, способные разговорить даже самых упёртых. Единственная лампочка под потолком отбрасывала пляшущие зловещие тени, и воздух казался спёртым и тяжёлым, как перед грозой.

Посреди комнаты сидел человек с мешком на голове. Руки и ноги привязаны к металлическому стулу, надежно закреплённому к полу. Дин с удовлетворением разглядывал это жалкое зрелище. Страх буквально струился от пленника, и это только подпитывало его.

Услышав шаги, пленник застонал, мыча в кляп. Дин, не торопясь, обошёл его, поигрывая заряженным глоком. Затем сорвал с головы мешок.

Габриэль сощурился, пытаясь разглядеть лица, и замычал громче. Дин подоткнул пистолет за пояс, взял нож и грубо срезал кляп, так, что на щеке тут же вспыхнула красная полоска. Тот зашипел от боли и закричал:

— Кто ты?! Где я?! Вы за это ответите! Меня уже ищут!

Дин шагнул ближе и спокойно сказал:

— Тот, кто тебя якобы ищет, уже ничего не найдёт, мразь. Впрочем, сомневаюсь, что ты кому-то вообще нужен. Не будем тратить время. Пока ты в сознании, повеселимся.

— За что? Что я вам сделал?! — взвизгнул Габриэль.

— Не помнишь? Помогу вспомнить. Пятница. Ночь. Часов в четыре двадцать. Клуб Парадайз... — Дин прошёл за спину пленника, глоком коснулся его затылка и прочертил линию по направлению к правому виску, — ты, сукин сын, пытался изнасиловать мою девушку!

— Никого я не пытался насиловать! — испуганно выпалил тот.

— Будешь врать — отрежу язык, — рявкнул Дин.

— Она сама ко мне клеилась! — выпалил Габриэль. За это получил прикладом по голове. Кровь потекла из рассечённого лба.

— По-твоему, я тот, кто повторяет дважды? — процедил Дин сквозь зубы, схватив нож.

— Пожалуйста, не надо! Я был пьян! Я... я не понимал, что делаю! Да, я перегнул... но и она... Она же сама со мной пошла! Откуда мне было знать, что она не свободна?

— Ты совсем, блять, тупой? Думаешь, если девушка свободна, ты можешь с ней делать что хочешь? Уёбок ты конченый!

Дин резко распорол ему рубашку.

— Что ты делаешь?! — закричал Габриэль, пытаясь вырваться.

— Оставляю послание, — спокойно произнёс Дин и начал выводить ножом надпись на его груди.

Порез за порезом, линия за линией он небрежно полосовал кожу ублюдка. Тот дергался и кричал от боли, и из-за этого некоторые буквы выходили кривыми, но результат был вполне читаемым. «Насильник».

Дин отошёл на шаг и, словно художник, окинул свою работу критическим взглядом.

Недостаточно.

Он взял пистолет и встал напротив.

— Вот думаю... если выстрелить тебе в яйца, ты сдохнешь от кровопотери или всё-таки выживешь? — задумчиво произнёс он. — Хочешь проверить?

— Стой! Умоляю, не надо! — завизжал Габриэль, дёргаясь. Стул заскрипел. Дин ухмыльнулся.

Прогремел выстрел. Следом раздался вопль полный страха. Дин отвел пистолет в сторону в последний момент, но на связанного парня происходящее произвело сильное впечатление. Под его стулом медленно расползалась лужа.

— Ты что, обоссался? — скривился Дин. — Жалкое ничтожество.

Он спрятал пистолет и неспешно закурил.

— Знаешь, у тебя есть шанс выжить. Я сегодня добрый. Компенсируешь моральный ущерб моей крошке и живи дальше. Скажем, триста штук.

— У меня нет таких денег! — захрипел Габриэль.

— А мы проверили. Есть у тебя и бизнес, и недвижимость, и машинки... И занять найдёшь где. Вообще-то, это не мои проблемы, как ты будешь искать бабки. Я даю тебе неделю. Этого вполне достаточно. Если пойдёшь к копам или дернешься, мы узнаем. И тогда ты пожалеешь, что не сдох сегодня. Сегодняшняя встреча покажется тебе отпуском.

— Я понял! Я всё понял! Пожалуйста, отпустите!

— Положишь деньги в банковскую ячейку. Ключ отдашь лично Лили. С извинениями. Всё понял?

— Да, да! Понял!

— Вот и умница. Сиди, думай.

Дин развернулся и вышел. За спиной глухо захлопнулась дверь.

— Через пару часов отпустите, — негромко приказал он охране. — Проследите за ним. Если будет дурить, вернуть сюда. Только морду не трогайте.

— Понял, босс, — кивнул один из них.

Дин вышел на морозный свежий воздух, медленно подошел к машине. Оперевшись на ее капот, он вновь закурил, глядя на видневшийся вдалеке засыпающий город.