Глава 3. Шаг назад - спасенье одно. Шаг вперёд - и крови полно.

Я сидела, откинувшись на сиденье, глядя на Манхэттен, который растворялся в вечернем сумраке. Тишина в машине была густой, и я чувствовала, как она давит на виски. Брайан, похоже, тоже не хотел молчать — его пальцы слегка постукивали по рулю, выдавая нетерпение.

— Ну, так что, Сильвия, какие у тебя планы на выходные? — он бросил на меня быстрый взгляд.

Я пожала плечами, не отрывая глаз от окна.

— Спать. Работать. Может, в зал схожу. Ничего особенного.

— Серьёзно? — он усмехнулся, качая головой. — Ты живёшь как монашка, только без молитв. Может, всё-таки выберешься куда-нибудь? В клуб, на вечеринку? Я знаю пару мест, где можно нормально оторваться.

— Не моё, — я скривила губы в привычной саркастической усмешке. — Танцы, потные толпы и дерьмовая музыка — это не для меня.

— Да ладно, ты просто не была в правильных местах, — он подмигнул, но я только закатила глаза.

Брайан был из тех, кто всегда пытается пробить стену, которую я вокруг себя выстроила. И, чёрт возьми, иногда ему почти удавалось.

Я повернулась к нему, решив сменить тему. Папка Каулитца всё ещё жгла мне мозг, и я не могла удержаться.

— Слушай, Брайан, — я сделала вид, что вопрос пришел мне в голову просто так. — Почему все в архиве так боятся этой папки? Ну, знаешь, дела Тома Каулитца. Что в нём такого?

Он напрягся — я заметила, как его пальцы сильнее сжали руль, а улыбка на лице стала чуть менее естественной. Он бросил на меня быстрый взгляд, но тут же вернул глаза на дорогу.

— Да брось, Сильвия, не забивай себе голову, — Брайан понизил голос, становясь всё более уклончивым. — Это просто старое дело. Никто не хочет копаться в этом дерьме, потому что оно... ну, мутное. Подпольные бои, криминал, всякое такое. Лучше не лезть, поверь.

— Но почему? — я наклонилась чуть ближе, пытаясь поймать его взгляд. — Мардж и Белинда чуть ли не тряслись, когда говорили о нём. И председатель, похоже, готов их четвертовать, если папка пропадёт. Что за херня?

Брайан вздохнул, его челюсть напряглась.

— Слушай, я не знаю деталей, и тебе не советую совать туда нос, — он тщательно подбирал выражения. — Это не просто дело. Там... слишком много дерьма. Люди, которые лезли в это, обычно плохо заканчивали. Просто забудь, ладно?

Я хотела возразить, но он явно не собирался продолжать. Тишина повисла в воздухе. Я откинулась на сиденье, глядя на проносящиеся мимо огни.

Брайан, похоже, тоже почувствовал неловкость, потому что через пару минут решил её разбавить.

— Ладно, хватит о мрачных делах, — он хмыкнул, и его голос стал легче. — Расскажу тебе лучше, как я год назад попал в дурацкую историю. Представляешь, я пошёл на вечеринку, напился, как идиот, и решил, что могу перепрыгнуть через забор. Ну, знаешь, такой высокий, с шипами. Короче, я зацепился штанами за эти чёртовы шипы, повис, как придурок, а мои друзья ржали так, что чуть не задохнулись. Пришлось звать охранника, чтобы он меня снял. А он, сука, ещё и фотку сделал!

Я не смогла сдержать смех. Картина Брайана, висящего на заборе, как пойманная рыба, была слишком нелепой.

Он тоже рассмеялся, и мы хохотали, не в силах остановиться, пока слёзы не выступили на глазах. Это был первый раз за день, когда я почувствовала себя... нормально. Как будто не было ни папки, ни сообщений, ни этого чёртова Тома Каулитца.

Но тут мой телефон завибрировал. Я вытащила его из сумки, всё ещё посмеиваясь, но смех застрял в горле, когда я увидела экран. Новый номер. Новое сообщение.

Неизвестный: Дверь не откроешь — станет мрак.Следом за смехом придёт крах. Шаг назад — спасенье одно.Шаг вперёд — и крови полно.

Я замерла, вжимая телефон в ладонь так, что суставы побелели от напряжения. Снова и снова, почти не дыша, я перечитывала строки, пытаясь осмыслить их смысл, который не желал укладываться в голове.

Что за чёртова игра в загадки? Это угроза? Предупреждение? Или этот псих просто решил поиграть с моими нервами?

Мой мозг лихорадочно пытался разобрать слова, но они были как шифр, который я не могла разгадать.

— Эй, Сильвия, с тобой всё в порядке? — Брайан вывел меня из оцепенения, и с беспокойством вглядывался в моё лицо. — Ты резко замолчала. И вид у тебя, будто привидение увидела.

Я сделала глубокий вдох, отгоняя прочь навалившийся ужас. Нельзя было показывать, что я на грани паники.

— Да ничего, — я отмахнулась, натянув улыбку. — Просто смс от Элизабет. Что-то по работе.

Брайан усмехнулся, качая головой.

— Да уж, с работой у неё явный роман, — усмехнулся Брайан, снова сосредотачиваясь на дорогу. — Порой мне её искренне жаль. Она как робот, никогда не даёт себе передышки. Ей бы хоть раз расслабиться и повеселиться.

— Ага, — я кивнула, стараясь поддержать разговор, хотя мысли были где-то далеко. — Она как будто живёт в архиве. Не удивлюсь, если у неё там раскладушка где-нибудь спрятана.

— Точно! — он хохотнул. — Может, нам её вытащить как-нибудь? Устроить ей нормальный выходной?

— Может быть, — ответила я с неопределённым пожатием плеч, но взгляд уже самопроизвольно скользнул вниз, к тёмному экрану. Я снова включила его и в который раз пробежалась глазами по зловещим строчкам.

«Шаг назад — спасенье одно. Шаг вперёд — и крови полно.» Что это значит? Это психопат. Точно психопат. Но почему он пишет мне? И почему именно сейчас?

— Минут через пять будем в кафе, — голос Брайана врезался в мои тревожные размышления. Я коротко кивнула и засунула телефон на дно сумки. С этим нужно было покончить. Хотя бы на время.

Машина плавно остановилась у тротуара. Выйдя наружу, я автоматически поправила ремень сумки, и лишь тогда подняла взгляд. Брайан не врал — это было не очередное дешёвое место, которое я ожидала. Стильное пространство с панорамными окнами, приглушённым светом и столиками из светлого дерева, где скромно красовались миниатюрные букеты.

Внутри было просторно, тихо, с лёгким запахом свежесваренного кофе и выпечки. Брайан обернулся и жестом пригласил меня пройти вглубь зала.

— Какое место выбираешь?

— Туда, — кивнула я в сторону уединённого столика в глубине зала, подальше от посторонних глаз и ушей. Устроившись напротив Брайана, я сделала над собой усилие, чтобы поддерживать его болтовню о капризах нью-йоркской погоды и вечных пробках.

Молодой официант с ухоженной бородкой подошёл к нашему столику и, улыбнувшись, вручил нам два меню.

— Готовы сделать заказ? — вежливо поинтересовался он.

— Латте и чизкейк, — спокойно ответила я, не особо вчитываясь в меню.

— Для меня эспрессо и... ну, тоже чизкейк, — Брайан пожал плечами, возвращая меню официанту. — Скоро принесёте?

— Через пару минут, — кивнул официант и ушёл.

Оставшись наедине, мы невольно замолкли. Брайан откинулся на спинку стула, изучая меня задумчивым взглядом, которого я у него раньше не замечала.

— Знаешь, Сильвия, — начал он, постукивая пальцами по столу. — Я вот сижу и думаю... Мы оба такие, без отношений, без всей этой романтической херни. У тебя вообще кто-нибудь был в последнее время?

Я подняла бровь, не ожидая такого поворота.

— Нет, — покачала я головой, глядя в сторону. — И не особо хочу. Слишком много проблем.

— Да, понимаю, — он кивнул, но в его голосе было что-то ещё. — У меня тоже... ну, знаешь, всякое дерьмо в жизни. Последний раз, когда я пытался с кем-то замутить, всё закончилось тем, что я остался с разбитым сердцем и пустым кошельком. Но всё равно... иногда хочется, чтобы было с кем поговорить. По-настоящему.

Я изучала его лицо, недоумевая. Что это на него нашло? Брайан не из тех, кто лезет в душу с расспросами, но... сейчас выглядел абсолютно искренним.

— У меня... — я замялась, подбирая слова. — У меня всё сложно. Я не умею доверять людям. Моя мать... она научила меня, что лучше держать всех на расстоянии. Так проще.

— Жёстко, — он покачал головой. — А ведь если строить стены слишком высоко, можно навечно запереть себя внутри. И сгнить в собственном одиночестве.

Я хмыкнула, не зная, что ответить. Официант принёс наш заказ, и мы замолчали, пока он ставил перед нами кофе и чизкейки. Когда он ушёл, я подхватила разговор.

— Может, и так — я проткнула вилкой маленький кусочек чизкейка, но так и не поднесла его ко рту. — Но я даже не знаю, что значит быть с кем-то по-настоящему. Это словно отдаёшь часть себя другому, а я пока к этому не готова.

— Понимаю, — Брайан кивнул, отпивая эспрессо. — Но иногда стоит попробовать. Не всё же время одной ходить.

Следующий час пролетел в странно лёгкой беседе, где воспоминания из детства смешивались с работой и абсурдными шутками. И я с удивлением осознала, что что-то уже не чувствую привычного занудства с его стороны. Всё дело было в том, как Брайан внимательно, без спешки слушал меня, и от этого становилось так просто говорить.

Когда мы закончили, я взглянула на телефон. 10:47 ночи.

— Чёрт, Брайан, мы так заговорились, что забыли о времени, — я рассмеялась, убирая телефон в сумку.

— Ага, — он хохотнул, доставая кошелёк. — С тобой время как будто испаряется, — затем положил деньги за счёт на стол, и мы вышли из кафе.

Ночной воздух оказался прохладнее, чем я ожидала, и я невольно поёжилась. К моему удивлению, Брайан впереди меня подошёл к пассажирской двери и распахнул её,

— Присаживайся, принцесса, — он сделал театральный жест рукой. — Твой личный шофёр доставит тебя в целости и сохранности.

— Придурок, — сквозь смех бросила я, пробираясь в салон.

Пока Брайан обходил машину, я успела заметить, как его ухмылка в свете фонаря сменилась сосредоточенностью. Двигатель заурчал, и мы тронулись. Первые минуты царила тишина, я уткнулась в холодное стекло, наблюдая, как городские огни растворяются в ночи, а он молча вёл машину.

— Сильвия, давай начистоту, — он не сводил глаз с трассы, и в салоне повисла напряжённая пауза. — Прекрати строить из себя крепость. Я знаю, у тебя есть причины не доверять, но... чёрт, да я же на собственной шкуре чувствую, как ты отстраняешься от всех, кто тебе не безразличен. От меня — точно.

Я повернулась к нему, нахмурившись.

— К чему ты клонишь?

Брайан сжал руль сильнее, а челюсть напряглась.

— Мне надоело ходить вокруг да около, — он произнёс это с твёрдостью в голосе, который всё же выдавал его уязвимость. — Ты мне нравишься, Сильвия. С того момента, как ты появилась в архиве. Ты зацепила меня — твоя дерзость, твой взгляд, то, как ты держишь всех на расстоянии. Я думал, что начинаю тебе нравиться, но ты... ты как будто не видишь меня. Я хочу, чтобы ты поняла — я серьёзно. Это не просто болтовня.

Он что, только что намекнул на свои чувства? Сердце неожиданно ёкнуло, но разум тут же попытался заглушить эту искру. Слова застряли в горле колючим комом, и я могла лишь молча смотреть на его профиль. Брайан устремил на меня взгляд, полный нетерпеливого ожидания.

— Не молчи, Сильвия, — он понизил голос. — Скажи хоть что-нибудь. Мне важно услышать твой ответ.

— Какой именно ответ ты хочешь услышать? — уклончиво спросила я, стараясь выиграть время.

Остановившись на красный сигнал светофора, Брайан обернулся в мою сторону и устремил на меня свой взгляд, поймав мои глаза.

— Я хочу знать, хочешь ли ты быть со мной. Не на полусловах, не просто так. Стать моей девушкой.

Я знала, что он это скажет. И когда прозвучала горькая правда, сердце упало, а взгляд опустился к рукам, которые сами собой комкали край моей сумки.

— Брайан, я... — я сглотнула, подбирая слова. — Я не умею любить. Я сама не понимаю, что чувствую. И я не могу дать тебе ответ прямо сейчас.

Когда загорелся зелёный, он медленно перевёл взгляд на дорогу. Мышцы его лица всё ещё были скованы напряжением, но коротко кивнул и машина тронулась с места.

— Я подожду, — прошептал он. — Только дай мне шанс. Позволь мне показать тебе, что я могу сделать тебя счастливой.

Я подняла на него глаза, и внутри у меня всё оборвалось и сжалось в маленький комок.

— Я дам тебе знать, когда приму решение, — выговорила я, с трудом подбирая слова, в ответ он лишь кивнул.

Мы ехали в тишине, и я думала о его словах. Он хочет быть со мной. Возможно, в его обещаниях была правда? Возможно, он и впрямь сумеет подарить то самое счастье? Я не находила ответа. Вся моя жизнь была построена на контроле и невидимой стене, которую я возводила между собой и другими. Но Брайан... с ним всё ощущалось по-другому.

Мы подъехали к моему подъезду. Брайан остановил машину, и повернулся ко мне.

— Я буду ждать твоего ответа. Спокойной ночи, Сильвия.

— Спокойной, — ответила я, помахав ему на прощание. Он помахал в ответ и уехал. Я смотрела, как его машина исчезает в потоке других машин, растворяясь в ночи.

───···───

Я вошла в подъезд, поднялась на лифте и через несколько минут уже стояла на пороге своей квартиры. На автомате скинула туфли, бросила сумку на диван и замерла посреди гостиной.

Весь вечер с Брайаном, его серьёзный разговор об отношениях — всё это полностью вытеснило из моей головы мысли о той папке. Мозг отказывался думать о чём-либо, кроме него. Я пыталась разобраться в бардаке собственных чувств.

Я опустилась на диван, взгляд упёрся в чёрный экран телевизора и тумбу под ним, где лежал пульт. Может, включить что-нибудь, чтобы заглушить мысли? Но сначала — душ. Я поднялась, прошла в ванную и встала под почти обжигающе горячие струи. Обернувшись в мягкое полотенце, я вернулась в спальню и надела свою тёмно-синюю пижаму.

На кухне я налила себе виски, взяла тяжёлый стакан и вернулась к дивану. Схватив пульт, я плюхнулась на подушки и включила телевизор, бесцельно листая меню. Ни один фильм не цеплял: одно сплошное занудство или слащавая романтика. Но вдруг экран мигнул, и начались срочные новости.

Диктор говорил напряжённым голосом:

— В городе вновь объявился серийный убийца в белой маске "Крика", прозванный в прессе Опером. За эту ночь он убил уже трёх человек. Все жертвы — молодые парни, атакованные в разных частях города. Последний случай произошёл примерно час назад на перекрёстке Бродвея и 23-й улицы. Жертва, молодой парень, был за рулём чёрной Tesla Model S, когда его машину протаранил грузовик. Водитель грузовика скрылся, но полиция обнаружила в салоне жертвы следы ножевых ранений — характерные для Опера. Удары были нанесены с хирургической точностью, в шею и грудь, что привело к мгновенной смерти.

Я вскрикнула от ужаса, и пульт полетел на пол. Брайан... Боже, нет, это был он. Я медленно подошла ближе к экрану, уже чувствуя, как по лицу струятся горячие слёзы. В этот момент картинка сменилась на официальное предупреждение с красной полосой...

«Жителям настоятельно рекомендуется оставаться дома в тёмное время суток и избегать одиночных прогулок. При малейших подозрениях звоните в полицию.»

Я рухнула на колени. Рыдания выворачивали меня наизнанку, а руки сами сжали виски. Кто этот ублюдок, Опер? Почему Брайан? Он недавно был здесь, вёз меня домой, говорил о своих чувствах...

А теперь он мёртв. Дыхание перехватило, а слёзы текли такими бурными потоками, что я захлёбывалась ими. В отчаянии я сжала кулаки и начала бить ими по полу, пытаясь выплеснуть наружу всю эту невыносимую, душащую боль.

Внезапно в памяти вспыхнуло то сообщение. То самое, что пришло в машине. Я рванулась к дивану, споткнувшись о собственные ноги, и налету вцепилась в сумку. Молниеносно рванула молнию, запустила руку внутрь и, нащупав холодный корпус телефона, выдернула его, отшвырнув сумку прочь. Тыльной стороной ладони смахнула предательские слёзы, мешавшие видеть, и, с дрожащими пальцами, открыла чат. Снова затаив дыхание, я вчиталась в строки:

Дверь не откроешь — станет мрак.Следом за смехом придёт крах.Шаг назад — спасенье одно.Шаг вперёд — и крови полно.

Я остолбенела. Теперь всё стало на свои места. Если бы я тогда ушла... Если бы я просто сделала шаг назад, возможно, он был бы сейчас жив...

Но я осталась, поехала с ним — шаг вперёд. И теперь он мёртв. Крови полно. Это моя вина? Слёзы снова хлынули, и я вытирала их, задыхаясь от рыданий.

Вдруг телефон коротко завибрировал у меня в руке, заставив вздрогнуть. На экране всплыло уведомление: новое сообщение. С того же номера.

Неизвестный: Я предупреждал, девочка моя. В следующий раз будь внимательнее.

Я закричала, швырнув телефон на диван. Он знал. Он всё знал. Этот ублюдок играл со мной, как с марионеткой. И Брайан стал его очередной жертвой. Я сидела на полу, обхватив колени, и рыдала, пока голос не охрип. Кто он? Почему я?