Глава 26

Я не ответил. Мозг словно отключился, парализуя речь и движение. Страчан шагнул вперед, и в проходе вырисовался силуэт.

В опущенной руке он держал нож, лезвие отражало свет.

— Снова сюда забрался? Я же говорил, тебе тут понравится.

В стенах броха голос разносился глухим эхом. Страчан не стал подходить ближе, но он преграждал мне единственный выход. Я старался не смотреть на нож. Изо рта Страчана шел пар. Глаза были впалыми и затравленными, бледное лицо оттеняла сине-черная щетина.

Он наклонил голову, прислушиваясь к ветру.

— Знаешь, что такое Беинн-Туиридх? По-гэльски это «стонущая гора». Меткое название, правда?

Тон был непринужденным, будто Страчан заглянул к другу в гости. Провел рукой по стене. Другая — та, что с ножом — оставалась опущена.

— Это место не такое древнее, как пирамиды. Построено около тысячи лет назад. Такие брохи раскиданы по всему острову. Я так и не понял, зачем их строили. К чему рядом с кладбищем сторожка? Чтобы присматривать за мертвыми? Как думаешь?

Я не ответил, и Страчан улыбнулся:

— А, ты же здесь не из археологического интереса, верно?

— Мэгги Кэссиди умерла. — Ко мне вернулся голос.

Он рассматривал крупные камни.

— Знаю.

— Это ты убил ее?

Страчан замер у стены. Затем со вздохом опустил руку.

— Да.

— И Дункана? И Дженис Дональдсон?

Он не удивился, услышав имя проститутки. Лишь кивнул, развеяв все мои сомнения.

— Зачем?

— Какая разница? Они мертвы, и их не вернешь.

Страчан съежился. Я должен был ненавидеть его, но совсем сбился с толку.

— У тебя была на то причина!

— Тебе не понять.

В глазах не мелькнуло ни следа безумия. Только усталость. И печаль.

— Дженис Дональдсон шантажировала тебя, так? Угрожала рассказать Грейс?

— Не впутывай сюда Грейс, — предупредил он резко огрубевшим голосом.

— Тогда объясни мне.

— Ладно, она меня шантажировала. Мы трахались, а когда она поняла, кто я, проявила излишнюю жадность. Поэтому я с ней покончил, — вяло рассказал Страчан, будто не имел к произошедшему никакого отношения.

— А как же Дункан и Мэгги?

— Путались под ногами.

— И все? Это повод для убийства?

— Да, именно! Я забил их, как свиней, и получил огромное удовольствие! Потому что я больной извращенец! Ты это хотел услышать?

Голос был полон самопрезрения.

— И что теперь?

Во время разговора я пытался незаметно вытащить больную руку из повязки под курткой. Одной рукой с ним не справишься, хотя и с двумя шансов мало.

Страчан стоял, оттеняемый внешним светом, в полутьме.

— В этом-то и вопрос.

— Не усугубляй свое положение, — сказал я с уверенностью, какой не испытывал. — Подумай о Грейс.

— Я предупреждал тебя не впутывать Грейс!

Он шагнул вперед. Я стоял на месте, сопротивляясь желанию пятиться.

— Зачем ты напал на нее? На собственную жену!

На лице Страчана отразилась боль.

— Она не вовремя появилась. Я был дома, когда вы втроем приехали. Сразу понял, зачем вы пожаловали, и знал, что еще вернетесь. Не хотел, чтобы вы пользовались радио на яхте, мне надо было время подумать. Чертова собака унюхала, где я, и когда Грейс спустилась в рубку, я… напал со спины и заломил ей руки. Не рассчитал удар. Она не должна была видеть, кто уничтожил радио!

— И затем ты изобразил насилие? Заставил ее пройти через весь этот кошмар?

— Ничего другого мне не оставалось!

Ему было стыдно. Я продолжал давить:

— Ты понимаешь, что тебе не сбежать с острова?

— Может. — Губы подернулись странной улыбкой. Меня бросило в жар. — Но я не собираюсь так просто сдаваться.

Страчан поднял нож. Лезвие сверкнуло серебром.

— Знаешь, зачем я сюда пришел? — спросил он, однако причины я так и не узнал.

Сзади на него набросилась грузная фигура. В борьбе нож отлетел в сторону, меня оттолкнули к стене. В плечо выстрелила боль, от удара посыпались камни. Перед моими глазами все плыло, а Страчан дрался с кем-то на полу. В полутьме я разглядел суровое лицо Броуди. Майкл был моложе и сильнее, но на стороне старика был вес. Навалившись на Страчана всем грузом, он бил кулаком в лицо. Снова и снова. Майкл перестал сопротивляться после второго удара. Я думал, Броуди остановится, но он продолжал.

— Броуди!

Бывший детектив меня не слышал. Снова замахнулся, однако я схватил его руку.

— Ты убьешь его!

Он оттолкнул меня. В тусклом свете я видел мрачную решимость на лице и понимал, что Броуди себя не контролирует. Я оттолкнулся от стены и навалился на старика в попытке сбить его с недвижного Страчана.

В плечо словно ударила молния. Броуди попытался отпихнуть меня в сторону, однако я обезумел от боли и дал отпор.

— Нет!

Едва мне показалось, что детектив сейчас сцепится со мной, как его ярость иссякла. Тяжело дыша, он прислонился к стене. Нервный приступ прошел.

Я опустился на колени рядом со Страчаном. Тот был окровавлен и оглушен, но жив.

— Как он? — спросил Броуди.

— Жив.

— Более чем ублюдок заслуживает. — В голосе не осталось неистовства. — Где Фрейзер?

— Вернулся в машину. У него не хватило сил подняться.

Я огляделся в поисках ножа. Он валялся у стены. Положил оружие в пакет. Складной рыбацкий нож с лезвием сантиметров тринадцать. Немаленький.

Глядя на него, я начал сомневаться. В чем дело? Что не так?

Броуди протянул руку:

— Давай, я сохраню нож. Не беспокойся, не буду пускать его в ход, — добавил он, когда я заколебался.

Меня переполняло гложущее чувство. Страчан простонал, когда Броуди забрал оружие и положил в карман.

— Помогите мне поднять его.

— Сам справлюсь, — сказал Майкл.

У него был сломан нос, отчего голос звучал как-то замогильно. Броуди все равно взялся за дело, и только когда он заломил Страчану руки, я увидел, как сверкнули наручники.

— Что вы делаете?

— Получил в качестве сувенира, когда пошел на пенсию. — Он защелкнул наручники. — Называй это гражданским арестом.

— Я не сбегу. — Майкл не пытался сопротивляться.

— Теперь уже нет. Поднимайся. — Броуди грубо подтолкнул его. — В чем дело, Страчан? Ты не собираешься заявлять о своей непричастности? Настаивать, что ты никого не убивал?

— А в этом есть смысл? — понуро спросил он.

Броуди удивился, будто не ожидал такой быстрой капитуляции.

— Нет. Пошли отсюда.

Я нырнул за ними, заморгав от дневного света. От ледяного ветра перехватывало дыхание. Я подошел осмотреть Страчана. На лице было месиво. Кругом кровь и слизь, один глаз вздулся до узкой щелочки. Судя по распухшей щеке, сломан был не только нос. Я достал платок и попытался остановить кровь.

— Пусть течет, — сказал Броуди.

Страчан изобразил пародию на улыбку.

— А вы не из гуманистов, да?

— Спуститься сможешь? — спросил я.

— У меня есть выбор?

Ни у кого из нас не было. Не только Страчан был в плохой форме. Подъем и драка измотали Броуди. У него посерело лицо, я и сам вряд ли выглядел лучше. Плечо дико пульсировало, я дрожал от ветра, пробивавшего потрепанную от пожара куртку подобно ледяным иглам. Следовало поскорее уходить с обнаженной горы.

Броуди пихнул Страчана:

— Пошел!

— Полегче, — посоветовал я, заметив, что Майкл едва не упал.

— Побереги свою жалость. Он бы убил тебя, если б успел.

Страчан обернулся на меня через плечо:

— Я не нуждаюсь в жалости. Но тебе с моей стороны ничто не угрожало.

— Ах да, — ухмыльнулся Броуди. — Ты просто случайно держал в руке нож.

— Я поднялся сюда покончить с собой, а не с ним.

— Заткнись, Страчан! — велел ему Броуди и повел вниз по склону.

Во мне все сильнее крепло чувство, будто я что-то упустил. Мне хотелось дослушать исповедь Майкла.

— Не понимаю, — сказал я. — Ты убил троих. С чего вдруг накладывать на себя руки?

Безысходное отчаяние у него на лице показалось мне искренним.

— Погибло достаточно людей. Я хотел быть последним.

Броуди подтолкнул его так, что Страчан плюхнулся на колени на покрытую градом траву.

— Лжешь, чертово отродье! У тебя руки по локоть в крови, и ты смеешь заявлять такое? Боже, тебя следует…

— Броуди!

Я быстро встал между ними.

Бывшего детектива трясло от ненависти к человеку, стоявшему перед ним на коленях. Невероятным усилием воли он заставил себя расслабиться. Кулаки разжались.

— Ладно, просто противно слышать, как он строит из себя благородного. Столько жизней разрушил. Включая Эллен…

— Понимаю. Пришел конец. Отдадим его в руки правосудия.

Броуди сделал глубокий вдох и кивнул в знак согласия. Однако Страчан не сводил с него взгляда.

— При чем тут Эллен?

— Нет смысла отрицать, — с горечью произнес детектив. — Мы знаем, что ты отец Анны. Да поможет ей Бог.

Страчан с трудом поднялся, излучая неподдельное беспокойство.

— Откуда вы узнали? Кто вам сказал?

— Ты не так умен, как тебе казалось, — холодно ответил Броуди. — Мэгги Кэссиди обнаружила. Похоже, на острове это ни для кого не секрет.

Майкла словно током ударило.

— А Грейс? Она знает?

— Тебя это должно волновать меньше всего. После всего…

— Она знает?!

Мы опешили от такой горячности. Я ответил, ощущая, как нарастает дурное предчувствие.

— Это произошло случайно. Она подслушала.

— Нам срочно надо в деревню, — заявил Майкл и ринулся вперед.

Броуди схватил его за плечо:

— Ты никуда не пойдешь.

Страчан вырвался:

— Отпусти, придурок! Боже, что вы наделали!

Меня убедил не гнев в его глазах, а нечто иное.

Страх.

И я сразу понял, что меня беспокоило. Что вызвал блеск лезвия ножа. Слова Страчана: «Я забил их, как свиней!» Это был тошнотворный отвлекающий образ, особенно после глубоких порезов на обгоревшем теле Мэгги и крови вокруг машины. Пусть Мэгги зарезали, действительно забили как животное, но остальные жертвы погибли иначе. Значит, или Страчан лжет, или…

О Боже. Что мы натворили…

— Снимите с него наручники, — сказал я дрожащим голосом.

Броуди уставился на меня, как на сумасшедшего.

— Что? Я не собираюсь…

— Нет времени для споров! — вмешался Страчан. — Надо спускаться! Срочно!

— Он прав. Поторопимся, — подтвердил я.

— Зачем, Бога ради? Что стряслось? — спросил Броуди, вставив ключ.

— Он не убивал, — заявил я, чтобы ускорить процесс. С ужасающей ясностью до меня дошла чудовищность совершенной ошибки. — Это сделала Грейс. Он всего лишь защищал ее.

— Грейс? — недоверчиво переспросил Броуди. — Его жена?

Окровавленное лицо Страчана исказилось отвращением к себе.

— Грейс мне не жена. Она моя сестра.