Часть 14

Ксандер перелил кровь из колбы в плоскую бутыль. Открыл дверцу шкафа. Огляделся. Закрыл дверцу шкафа и опустил бутыль в карман мантии.

Нижняя лаборатория четыре года назад была перестроена и теперь имела дополнительный отдельный выход во двор. Ксандер поднялся по ступенькам и зажмурился, приложив ладонь козырьком к глазам.

Полуденное солнце уже начинало припекать. Газоны, густо заросшие теперь жимолостью, источали пьянящий сладкий аромат. Ксандер глубоко вдохнул и улыбнулся. Ему нравилось бывать во дворе. Наблюдать за гуляющими учениками, проходя между ними, отвечая на приветствия и иногда останавливаясь перекинуться с кем-нибудь парой слов. Они не стеснялись его и, кажется, любили.

За исключением одного лишь Уильяма. Сложный характер. Упрямый. Самонадеянный. Трудно будет удержать его от ошибок.

Ксандер поискал его глазами в числе гуляющих, но не нашёл.

Зато он увидел двоих мужчин в чёрных сутанах, которые пересекали двор, направляясь в его сторону. Ученики, мимо которых они проходили, замолкали и отступали в сторону. Ксандер непроизвольно поправил ленту на шее, надел приятное выражение лица и двинулся навстречу визитёрам.

- Чем обязан, господа?

- Маэстро Ксандер Каницци? – спросил один из них, потный толстяк средних лет в сдвинутой на затылок круглой шапочке и расстёгнутой до груди сутане.

- Совершенно верно, - Ксандер слегка поклонился. – Приветствую вас. С кем имею честь?

- Мир дому сему, - поклонился в ответ второй пришедший. На этом сутана была застёгнута наглухо, облегая худое туловище, а шапочка плотно сидела на выбритой налысо голове. А затем, не поднимая глаз от мощёной дорожки, представился:

- Легаты Святого Синода, примас-инквизитор Смирчер, - при этом толстяк кивнул, - и викариус Гримо. Имеем предписание Его Святейшества расследовать обстоятельства трагической гибели Его Преосвященства епископа Висбургского.

- Я слышал об этом, - сокрушённо кивнул Ксандер. – Ужасное происшествие. Но чем я могу помочь?

- Нас интересуют ответы на ряд вопросов, - перешёл к делу примас Смирчер, вытирая платком толстый затылок. – И мы рассчитываем на ваше сотрудничество. Добровольное. – Толстяк воззрился поросячьими глазками в бледно-голубые глаза мага.

- Всё, что в моих силах, господа прелаты. – Ксандер спокойно выдержал взгляд. – Наука призвана служить на благо святости.

Толстяк продолжал сверлить Ксандера глазами.

- К нам следует обращаться «святые отцы». – Маг молча кивнул. – Перейду сразу к делу. Вам известно, что тело епископа Висбургского было обнаружено неделю назад в его резиденции с признаками массивной потери крови?

- Ходили разные слухи... святой отец, - произнёс Ксандер, подчеркнув обращение паузой и кивком. – Но я обычно не склонен придавать значения слухам, особенно невероятным. Но вы говорите, что это правда? – и поднял брови.

- Это правда. – Толстяк поморщился и обвёл глазами двор, как бы в поисках укрытия. Ксандер не отреагировал. – Но это не всё. Крови не было нигде.

- Что вы имеете в виду... святой отец?

- То, чёрт возьми, что она исчезла! – и, заметив, как поморщился его заместитель, примас взял себя в руки и продолжил уже спокойнее: - Крови не было обнаружено. Так, словно бы её извлекли из тела. Но и это ещё не всё. На шее были следы укуса. Других повреждений не было.

- Вы хотите сказать, что кто-то проник в епископскую резиденцию, охраняемую гвардейцами Синода, средь бела дня, и... укусил Его Преосвященство?

Примас пропустил мимо ушей намёк на плохую охрану, возразив только:

- Это случилось ночью, а не днём. Тело нашли утром. И по характеру повреждений можно сделать вывод лишь о том, что кровь выпили.

- Как необычно, - покачал головой Ксандер. – Наверняка это дело рук маньяка. Но чем могу помочь именно я? Моя докторская степень – в области прикладной физики, а не психиатрической науки. Я мог бы, конечно, помочь в изучении микроследов на месте происшествия... Но и только.

Толстяк презрительно прищурился:

- У нас и без вас достаточно специалистов, маэстро Ксандер. И они изучили следы. На месте было найдено несколько чёрных волосков. Принадлежащих животному неизвестного вида.

- Тогда всё представляется ещё более странным, - озадаченно произнёс Ксандер, всё лучше и лучше вживаясь в свою роль. – Как животное могло попасть незамеченным в резиденцию Его Преосвященства? Запертую на ночь и охраняемую? При этом оставаясь незамеченным? – Ксандер округлил глаза.

- Если вы помните, в ту ночь была гроза, - сказал Смирчер. – Стража ничего не видела и не слышала.

- Так это случилось в ночь после сожжения ведьмы из Принсвуда? – уточнил Ксандер.

- Нет, из Принсвуда была двумя днями раньше. Это была ведьма из Гринфилда.

- Ах, да... - Ксандер приложил ладонь ко лбу. – Их в последнее время так много, что я путаю.

Смирчер внимательно наблюдал за магом. Но ничего подозрительного не обнаружил. Пока что.

- Да, - в конце концов вздохнул толстяк. – Священному Синоду приходится тяжко трудиться, чтобы сохранять в неприкосновенности святость веры и спокойствие умов в прихожанах, а также соблюдение догматов и церковной традиции.

Ксандер сочувствующе закивал.

- Но мы справляемся с этим почётным бременем во славу господа, - завершил Смирчер. Гримо молитвенно сложил руки и воздел очи. Ксандер повторил его жест.

- Так чем же я могу быть вам полезен, святые отцы? – вернулся к теме Ксандер, выдержав благопристойную паузу.

- Мы полагаем, что мы имеем дело с монстром. – Смирчер доверительно понизил голос.

- С монстром? – ахнул Ксандер. – Простите моё изумление, но до сего дня я сталкивался с монстрами лишь на страницах книги, изданной Святым Синодом. «Монстры и бестии, диаволом созданные, и их описание».

- Я рад, мой друг, что вы читаете благочестивую литературу, - толстяк дотронулся до рукава Ксандера. – Тем более что у нас есть основания полагать, что монстр находится в вашем доме.

- Монстр?.. В моём доме?.. – вежливо изумился Ксандер. – Это, разумеется, исключено, но всё же интересно, что вас привело к такой мысли.

Смирчер ухмылялся, не прекращая впиваться буравчиками поросячьих глаз в абсолютно искренние глаза Ксандера. Теперь уже белый платочек достал Гримо и держал его в руке, выжидая.

Боковым зрением Ксандер заметил передвижения алебард за забором и услышал бряцание металла о металл.

- Это школа, святые отцы. Я имею Хартию Его Святейшества на преподавание. Здесь учатся дети. Здесь не может быть монстров.

- Нам известно о вашей Хартии, Ксандер. Только поэтому мы говорим с вами здесь, а не где-нибудь на нижних этажах Святой Инквизиции. – Поросячьи глазки превратились в острые чёрные иглы. - А теперь отвечайте на вопрос: ЧТО видели влетающим в ваше окно третьей ночи?

- Вы про Руфуса? – догадался Ксандер и широко улыбнулся. – Ну, конечно же, вы имеете в виду Руфуса! Пойдёмте, господа святые отцы, я вас познакомлю. – И, сделав пригласительный жест рукой, направился ко входу. - Только... - Он обернулся на полдороге: - ...постарайтесь его не напугать. Он очень трепетное существо.

Поднимаясь по лестницам, проходя по коридорам, Ксандер ощущал между лопатками всё тот же острый взгляд. Не оборачиваясь, он проводил для своих конвоиров краткую экскурсию, излагая историю создания школы, перечисляя преподаваемые предметы, делая особый акцент на служении всякого знания славе Святой Церкви. Оба прелата, а также четыре гвардейца в железных кирасах, следовали за ним по пятам.

Наконец они вошли в кабинет.

- А вот и Руфус! – с лучезарной улыбкой объявил Ксандер и указал рукой в угол комнаты.

На небольшом подиуме громоздился полутораметровой высоты предмет, накрытый тёмным покрывалом. Ксандер приложил палец к губам, призывая вошедших передвигаться тише. Подведя их к предмету, аккуратно снял покрывало.

– «Pteropus vampyrus». Абсолютно безобиден. Питается фруктами.

А затем, в подтверждение своих слов, взял из вазы на столе ломтик яблока и просунул сквозь прутья клетки.

Руфус - огромная летучая мышь серовато-бурой окраски - разбуженный посреди дня, вначале недовольно затрещал. Но тут же, подцепив угощение тонкими когтистыми лапками, принялся его поедать с явным аппетитом. Симпатичная глазастая мордочка, напоминавшая лисью, довольно щурилась и фыркала. Огромные кожистые крылья на миг раскрылись, демонстрируя покрытое мехом тельце.

- Ещё он любит обгрызать цветки с плодовых деревьев, может также иногда кушать орехи, но только чищенные. Молодые листья, стручки растений... Но по большей части он всё же сладкоежка. – Ксандер нежно почесал питомца за ушком. – Он не плотояден и, разумеется, не нападает на человека или других животных. Иногда я выпускаю его полетать, чтобы он мог размять крылышки.

Руфус доел яблоко и уцепился за руку Ксандера, облизывая его палец.

Ксандер, счастливо улыбаясь, обернулся к присутствующим.

Гвардейцы сзади переминались с ноги на ногу, вытягивая шеи. Гримо снова безразлично уткнулся в пол. Смирчер переводил налитый кровью взгляд с Ксандера на Руфуса и обратно.

Затем резко обернулся и вышел. Остальные зрители вышли следом.

Ксандер не стал их задерживать.