Источник

Примечания:

Официально — моя любимая глава. У меня нет любимчиков среди персонажей. Странно, но даже самых отъявленных гавнюков я люблю, как собственных детей: бескорыстно, безоговорочно. Но именно в этой главе раскрывается персонаж, который занял в моём сердце особое место.

— Принесла? — спросила я у Вивьен, когда она вошла в музыкальную студию.

— Естественно, — самодовольно ухмыльнулась она, кладя на стол синюю папку. — Были сомнения?

— У меня всегда есть сомнение, — ответила я, открывая папку, но тут в студию вошел Ций.

— Добрый вечер, дамы, — с лёгкой улыбкой произнёс он, усаживаясь на диван.

— Спасибо большое, Ви.

— Не за что, Ро, — кивнула Вивьен и вышла.

— Вы искусно научились вместе меня игнорировать, — заметил Ций.

— Сейчас не вечер, а ночь, — придралась я.

— Когда вы успели подружиться?

— Пока тебя не было. Помнишь, перед отлетом, вы уезжали?

— Естественно, помню. Она после нашего возвращения тебя душкой назвала, — усмехнулся он. — Такое сложно забыть.

— Да... — задумалась я.

— Сама доброта, — спустя пару секунд добавил он.

— Что? — нахмурилась я.

— Она тебя так назвала, — пояснил он. — Она тогда назвала тебя «Сама доброта». Как тебе это удалось? Что случилось у вас меньше чем за неделю?

— Просто наши лучшие друзья уехали, и нас объединило общее горе.

— Общее горе? — Ций фыркнул, еле сдерживая смех. — Если бы это был любой другой человек, я, может быть, и поверил. Но ты и горевать по мне — это что-то из жанра фантастики.

— Кто знает... Кто знает...

— Морган, не вешай мне лапшу на уши. Мы встречались каждую ночь.

— Мне было скучно днём, — пожала я плечами, подводя итог.

Ах да, кстати, о ночных встречах с белобрысиком...

***

После того, как я узнала о возможном убийстве своих родителей, я сразу же обратилась к Цию с просьбой добыть информацию. Мы встречались в лесу по ночам, изучая материалы и пытаясь понять, действительно ли можно убить трибрида с силами нимфы обычным поджогом автомобиля. Мы оба пытались достать информацию или хоть какие-то подробности на счёт расследования.

В один из дней, точнее в ночь вторника, я возвращалась с очередной встречи с Цием. Когда я подошла к корпусу общежития, то заметила, что окно, которое я оставила открытым, кто-то закрыл. Пришлось искать альтернативный путь, и единственным вариантом оставалась парадная дверь. Однако это означало, что мне предстоит пройти настоящую полосу препятствий: темные коридоры, лестницы, вероятность наткнуться на кого-то из учителей. И в конце-то концов, я всё равно бы попалась вездесущей Нарле, и тогда отработки мне были бы обеспечены минимум на неделю. Ведь сейчас не вечер, это даже не ночь, сейчас уже четыре утра.

Вдруг я заметила открытое окно, ведущее в знакомую мне комнату. Это была комната Вилис и Ален — как они любили друг друга называть.

Ну, это уже кое-что. Добраться с третьего этажа до седьмого гораздо проще, чем подниматься с первого. Да и, возможно, удастся немного поспать у них на диване, а в семь утра выйти незамеченной. Тогда у меня хотя бы есть шанс избежать кары Нарлы.

Долго не раздумывая, я прыгнула к Алисе и Вивьен в окно. Уселась на мягкий диван и поняла, что так меня не клонило в сон уже давно. Глаза начали закрываться сами собой. Секунду спустя я отключилась. Но это длилось недолго.

Меня разбудил громкий крик. Я резко подскочила, сердце застучало в груди. Прислушавшись, я попыталась определить, откуда раздался звук. Кажется, он шёл из комнаты. Пытаясь не паниковать я осталась сидеть на диване, затаив дыхание и судорожно размышляя, кто из девчонок мог издать такой вопль.

Вдруг дверь комнаты открылась. Кто-то вышел и сонно направился к крану. Он налил себе воды и, словно случайно, обернулся. На мгновение всё застыло. Он завизжал и тут же включил свет.

Это была Вивьен. Я с трудом узнала её. Она выглядела так, словно пережила кошмар, который буквально оставил на ней следы. Бледная, с синими кругами под глазами, растрёпанными волосами, с проступающим потом на лбу, как будто она всю ночь мучилась из-за температуры. Её губы были искусаны до крови, а глаза — покрасневшие, заплаканные, до ужаса уставшие. Казалось, она не спала всю ночь, её лицо выражало смесь страха, боли и полного изнеможения.

Она смотрела на меня, широко раскрыв глаза. И в этот момент мне стало по-настоящему не по себе. Я никогда не видела её такой.

— Доброе утро, Вивьен, — произнесла я, не зная, что ещё сказать.

— Доброе утро? — она бросила взгляд на настенные часы. — Морган, половина пятого на дворе, — наконец отдышавшись, Вивьен отлипла от столешницы, в которую вцепилась мёртвой хваткой. — Что ты вообще тут делаешь?

— Сплю, — попыталась отшутиться я.

— Я серьёзно, — её руки скрестились на груди.

— Я гуляла, — выдохнула я. — Оставила окно открытым, но кто-то его закрыл. Увидела, что у вас открыто, и зашла. Я же не могла добровольно сдаться Нарле в руки.

Она смотрела на меня пристально, о чём-то размышляя. Затем резко вернула самообладание и своим обычным уверенным голосом, флегматичной девушки, выдала:

— Кровать Алисы свободна. Ты можешь поспать там. Я сейчас поменяю бельё, — сказала она, скрывшись в спальне.

Я застыла, ошарашенная её внезапной добротой.

— С чего это? У Алисы под кроватью монстр обитает?

— Что? — недоумённо нахмурилась она.

— Ну, я не могу по другому объяснить, почему ты меня не выставила. Единственное объяснение, это монстр под кроватью, который меня сожрет.

— Нет. Просто если Нарла застукает тебя выходящей из моей комнаты в такой час, влетит не только тебе, — сухо пояснила она, отбрасывая одеяло. — Мне лень менять и это. Тебя устроит старое покрывало? — задала риторический вопрос, направляясь к шкафу. — Я его использую очень редко, оно очень тёплое и не беспокойся, оно постирано, — вела свой монолог Лий.

— Я и не беспокоюсь. Чего не сказать про тебя, — я внимательно посмотрела в её глаза, которые уже приобрели розоватый оттенок. — Что с тобой?

— Ты можешь тут спать, но только если не будешь лезть ко мне в душу. Иначе я выкину тебя в окно, — поставила условие Вивьен, вручая мне покрывало с рисунком звёздного неба. Затем она легла и выключила свет. — Спокойной ночи, Морган.

— Спокойной ночи, Лий, — тихо ответила я, стянув ботинки и устроившись на кровати.

Вивьен разбудила меня в половине седьмого, и я, неохотно выбравшись из тёплой кровати, поднялась к себе. Там меня ждала гора недовольства от Беллы, но я, едва дослушав её нравоучительные извержения, вновь уснула.

На завтрак я пришла всё ещё полусонной, не удержалась и задремала прямо за столом. Затем спала на латинском, едва не вырубилась на мифологии, но всё же сумела выстоять в борьбе с Морфеем. Удачному исходу борьбы поспособствовало нечто удивительное.

Весь урок я не могла отвести взгляда от Вивьен. Она стояла рядом с Эммой, уверенно представляя проект, и выглядела так, словно проспала все десять часов и видела единорогов.

Как и в прошлые две ночи, я открыла окно и ушла к Сайну. В этот раз мы договорились встретиться пораньше, поэтому уже к часу ночи разошлись. В два я была у школьного корпуса, готовая пробраться внутрь.

Я собиралась прыгнуть в своё окно, но вдруг остановилась. В голове всплыли моменты прошлой ночи, и неожиданно мне пришло в голову проверить, открыто ли окно Вивьен.

Когда я увидела, что ветер шевелит створку, раздумывать не пришлось. Я без колебаний переместилась туда. Зачем? Да сама не знаю. Наверное, мне просто стало интересно, будет ли девушка так же гостеприимна, как всего сутки назад.

Ещё у окна я услышала странные звуки, а когда осторожно приоткрыла дверь спальни застыла, потеряв дар речи. Лий пребывала в совершенно непонятном для меня состоянии.

Я видела сны редко. Возможно, просто не помнила их. Единственный кошмар в моей жизни случился тридцать первого августа. Раньше я их не видела никогда. Но я знала, что это такое, ведь их часто видел Сэм. Успокаивала его в детстве сначала мама, но с пяти лет эту обязанность взяла на себя я.

Но то, что происходило с Вивьен, не было просто кошмаром. Со стороны казалось, что она умирала снова и снова, задыхалась во сне, не в силах проснуться.

Я вспомнила, как Белла однажды сказала, что лучшая смерть — это просто заснуть и не проснуться. Если бы она увидела то, что сейчас видела я, то, наверное, прикусила бы язык или вовсе оторвала бы его, чтобы не болтать о том, о чём не имела ни малейшего представления. Но Лий зато знала. Именно поэтому тогда она только фыркнула, когда Белла произнесла свои думы вслух.

Я стояла в ступоре. Не знаю, сколько времени прошло — секунды или минуты, — но одно было точно: Лий, задыхающаяся во сне, красная от слёз, беспомощная в этой тёмной бездне кошмара, совершенно выбила меня из колеи.

Долго думала, слишком долго. Что я могу сделать, чтобы её успокоить? Сначала попыталась просто разбудить — безуспешно. Несколько встряхиваний, тихие оклики — ничего. Тогда мне в голову пришла, как я подумала, гениальная идея. Ведь залезть в сознание человека, когда он находится в столь уязвимом состоянии, легче лёгкого.

И конечно, я бесцеремонно вторглась в её сознание, так же, как и в её комнату накануне. И столкнулась с тем, чего совсем не ожидала. Здесь ничего не было. Не было кошмара, к которому я была готова. Никто не умирал, на неё не нападали монстры, не шевелились пауки, не зияла под ногами бесконечная пропасть. Дело в том, что здесь совсем ничего не было. Пустота. Темнота.

Выйдя из очередного ступора, я зажгла в ладони огонь. Тёплый, живой — единственный источник света в этой бесконечной черноте. Свет разлился вокруг, и я увидела её. Она сидела в кромешной темноте, обхватив колени, сжавшись в крошечный комок. Её плечи вздрагивали, но звука не было. Она плакала молча. Я подошла ближе и осторожно дотронулась до неё. Вивьен вздрогнула, резко подняла голову и очень долго всматривалась. Её взгляд метался по моему лицу — то ли она не видела меня сквозь пелену слёз, то ли не узнавала, то ли пыталась понять, реальна ли я. А потом вскочила и, не раздумывая, обняла меня. С силой, с отчаянием, с каким обнимают единственную надежду. Она повисла у меня на шее, вцепившись, как в спасательный круг. Как будто, если отпустит, утонет в этой бесконечной тьме.

Я провела ладонью по её спине, успокаивая как маленького ребёнка.

— Всё хорошо, — тихо сказала я.

Огонь в моей ладони погас, но вокруг начали появляться блики света, похожие на звёзды. Они медленно мерцали в пустоте, заполняя темноту мягким сиянием.

— «Я просыпаюсь», — прошептала Вивьен мне на ухо и отпрянула.

— И как мне выйти? — спросила я.

Я обернулась. Прямо передо мной раскинулась карта созвездий. Она парила в воздухе, словно всегда была здесь, ожидая нужного момента. Я осторожно прикоснулась к ней, и в тот же миг в центре карты появилась чёрная дыра. Мгновение — и меня затянуло внутрь.

Я открыла глаза, моргнула несколько раз, всё ещё приходя в себя. В комнате горел свет. Лий уже сидела рядом, и она была спокойна, как никогда.

— Прости за чёрную дыру. — сказала она, улыбаясь. — Это чтобы быстрее избавляться от нежелательных гостей.

— Могла бы предупредить, что будет больновато, — выразила своё недовольство я и потерла виски.

— Прости, — Вивьен уже во второй раз извинилась и глупо улыбнулась.

— Это на тебя так ночь действует? — Я прищурилась.

— В смысле?

— Ты мне улыбаешься, уже во второй раз извиняешься...

Вивьен слегка склонила голову, что-то обдумывая, а затем снова улыбнулась:

— А ты об этом... В таком случае, то, что я сейчас скажу, наверняка, повергнет тебя в шок.

— Я вся во внимании.

Она чуть наклонилась ко мне и произнесла:

— Спасибо.

Я замерла, глаза расширились от удивления, а Вивьен рассмеялась, видя моё выражение лица.

— Что ты сказала? — не могла нормально поднять челюсть я.

— Спа-си-бо! — повторила она, смакуя каждую букву. — Большое. — Затем, как ни в чём не бывало, поднялась и направилась на кухню, оставив меня в полном замешательстве. — Чай, кофе или какао?

— Чай, — ответила я, всё ещё не до конца веря в происходящее. — Меня пугают чрезмерно добрые люди. Объясни мне, что происходит. И вот то, что я видела на протяжении... — я бросила взгляд на настенные часы, быстро подсчитала в уме. — Сорока минут. Что это было?

— Чёрный, зелёный, фруктовый, с корицей, с мятой? — она стояла ко мне спиной, внимательно изучая полку с разными сортами чая.

— С корицей, — отозвалась я.

Вивьен повернула голову, всматриваясь в мои глаза.

— Ты так на него похожа, — прошептала она. — Из всех моих друзей только Ций пьёт чай с корицей.

— Значит, у остальных нет вкуса, — подытожила я. — А теперь ответь мне на вопрос. Что это было?

— Кошмар, — коротко ответила она.

— И как часто они у тебя бывают?

— Я... — она наливала кипяток и пыталась сформулировать свою мысль правильно. — Они у меня, сколько я себя помню. Я никогда не сплю одна. Ну, пытаюсь не спать, — сказала она и, вручив мне чашку с чайным пакетиком, села напротив.

— А кто с тобой спит летом? — спросила я, обхватив обеими руками горячий стакан и наслаждаясь теплом. — Я как-то сомневаюсь, что Алиса тащится за тобой повсюду.

— У мамы не с кем, — вздохнула она. — Поэтому я остаюсь у отца. Я прошу его забрать меня и уезжаю так быстро, как только это возможно.

— Только не говори, что ты спишь с отцом в одной комнате, — усмехнулась я.

— Почти. Папа специально поставил стеклянную дверь между нашими комнатами, — Лий улыбнулась, опустив взгляд в чашку с какао. — Он укладывает меня, а потом сам ложится, — она вдруг тихо рассмеялась, заметив выражение моего лица. — Я знаю, что мне скоро семнадцать, и это глупо.

— Хорошо...— Я тряхнула головой, отгоняя мысли. — Я же могу тут переночевать?

— Конечно, — Лий широко улыбнулась. — Я вообще хотела предложить, чтобы до возвращения Лис ты оставалась у меня. Ну, или до возвращения Ция.

— Хорошо, — опять недоверчиво произнесла я.

— И да, я у тебя в долгу. Ты можешь просить что угодно в любой момент, — объявила она. Неловкое молчание и моё непонимание тревожили меня с каждым мгновением всё больше. — А что у тебя с Цием? — Вивьен нарушила затянувшуюся паузу.

— Ничего, мы просто работаем над проектом, — ответила я, всё ещё погружённая в свои мысли.

— В смысле? — она покосилась на меня и вдруг прозрела. — Ты с ним встречаешься по ночам?

— Что? — очнулась я, осознав, что Лий даже не догадывалась, куда я исчезаю каждую ночь, и что её воображение, явно понеслось не в ту сторону и не в те дебри.

— У вас что, тайный роман? — оживилась она, не скрывая веселья.

— Что за бред? — я бросила на неё суровый взгляд, и вдруг в моей голове возникла гениальная идея. — А давай не откладывать выплату долга, — от меня аж веяло деловой хваткой.

— Ты придумала, что тебе нужно? — её заинтересовала эта тема. Я не стала тянуть и рассказала ей всё: о подозрениях, о том, что мы ищем с Цием, о документах, которые наверняка можно найти у её матери, и о том, что Сэм об этом не знает. — Ясно, — Вивьен задумчиво прищурилась. — Ты хочешь, чтобы я достала бумаги по делу твоих родителей?

— Именно.

— Я уже думала, что Ций нашёл девушку, — разочарованно вздохнула она. — А у вас криминал, убийство и расследование, — усмехнулась Лий и добавила: — Я всё достану. Но не обещаю, что это будет быстро.

— Окей, — радостно воскликнула я. — Спасибо, Лий.

— Давай перейдём на имена, — попросила она. — Называй меня Ви. «Лий» звучит слишком враждебно.

— Хорошо. Тогда пойдём спать, Ви?

— Конечно, Ро, — она положила чашки в раковину и вдруг на мгновение зависла, потом резко обернулась, и увидев моё застывшее от удивления лицо, вставила: — Я же могу тебя так называть?

— Да-да. Конечно, нет проблем, — улыбнулась я.

Мы легли и, пожелав друг другу спокойной ночи, вскоре провалились в глубокий и спокойный сон.

На следующий день Вивьен снова разбудила меня в половине седьмого. Я вернулась в свою комнату, спокойно легла в кровать и проспала до начала уроков, пропустив завтрак. Каким-то чудом смогла заставить себя высидеть все уроки, а сразу после занятий направилась к Цию. Не вдаваясь в подробности я сообщила ему, что у меня появился источник, который может достать информацию и что я расскажу ему больше, когда посчитаю нужным.

— Источник? — недоверчиво переспросил он. — С кем ты связалась, Морган?

Я оставила этот вопрос без ответа. Мы разошлись достаточно поздно. Было уже три ночи, когда я запрыгнула к Вивьен. Она сидела на диване — пила какао и смотрела что-то на ноутбуке.

— Ты не спишь? — спросила я, приближаясь, чтобы взглянув на экран. — «Друзья»? Серьезно?

— Ты смотрела? — её глаза загорелись.

— Нет.

— Как? — возмутилась она. — Мы должны посмотреть его.

— Нет-нет-нет-нет, — тут же возразила я. — Сколько там серий? Тысяч двести?

— Ничего подобного. Их всего двести тридцать шесть.

— О да. Это конечно меняет дело. Неси попкорн, — брызнула сарказмом я.

— Мы должны его посмотреть, — заявила Вивьен с такой убеждённостью, что её энтузиазм начинал пугать. — В пятницу и в субботу. Нам не нужно на следующий день рано просыпаться. Мы, конечно, немного успеем посмотреть, но если ты начнёшь, не сможешь оторваться. — Она смотрела на меня с восторгом ребёнка, рассказывающего о любимом мультике или игрушке.

— Ненавижу длинные сериалы, — простонала я.

— А этот полюбишь, — с уверенностью заявила Вивьен, закрывая ноутбук. После чего, не дав мне возможности высказать свои возражения, удалилась в спальню.

— Ты ждала меня? — внезапно спросила я, следуя за ней.

— Что?

— Ты не спала потому, что ждала меня? — уточнила я.

— Да, — спокойно призналась она.

— А если бы я не пришла?

— Ты бы пришла, — уверенно ответила Вивьен.

— С чего такая уверенность?

— Я не всякому доверяю. Пробуй казаться плохой, где угодно и с кем угодно. Но вот даже если ты плохая... Ты не безразличная, тебе не всё равно. Я уверена, что ты не смогла бы не прийти, зная, что я мучаюсь в агонии, — совершенно уверенно проговорила она. Мне нечего было возразить. Я просто молча легла в кровать Маунт. — Спокойной ночи, Ро, — с теплотой в голосе сказала Вивьен.

— Хороших снов, Ви, — ответила я, закрывая глаза.

На следующий день мне пришлось объявить Цию, что в последние два дня перед его возвращением мы не будем видеться. Его реакция была неоднозначной.

— Почему? — первый же вопрос, на который я так и не придумала ответ. — Морган, что за фигня с тобой творится? — второй вопрос без ответа, его раздражение нарастало. Скоро будет третий. — Сначала какие-то непонятные источники, а теперь ты добровольно отказываешься от расследования?

— Не драматизируй, — попросила я, и на этом разговор был окончен.

В субботу утром, когда я вернулась из комнаты Вивьен, меня встретил брат с расспросами: почему я не ночую у себя, где пропадаю и почему не говорю ему правду. Уклоняясь от ответов, которые ему совсем не нужно было знать, я прошла в свою комнату. Там меня ждала Белла, и я осудила её взглядом и словом — нечего сдавать соседей.

Чтобы вы представили, мы с Вивьен за два вечера, ночи и утра успели посмотреть восемьдесят четыре серии... Осталось ещё сто пятьдесят две. И, если честно, я готова была убить её за то, что она втянула меня в эту трясину.

На людях мы с Вивьен не подавали особых признаков дружбы. Можно сказать, играли спектакль, о котором не договаривались заранее. Сначала окружающие просто заметили, что между нами меньше напряжение. И мы как-то наладили отношения.

Только Сайн не слишком верил, что наши отношения наладились просто так, на пустом месте. С того момента, как он вернулся, его недоверчивый взгляд преследовал нас. Он наблюдал, как мы спокойно общались в столовой, на уроках или даже в аэропорту перед вылетом в Нью-Йорк. И поскольку исходные данные были слишком прозрачны, Сайн вывел формулу вычисляющую личность моего источника.

Такую же реакцию выдала Алиса. В отличие от Ция, она не стала долго копаться в догадках — Вивьен сама рассказала ей всё... ну, почти всё. О моём секрете она тактично умолчала. После этого Алиса начала как-то по-другому со мной общаться.

А остальные поверили в наш спектакль как миленькие.

***

— Морган, ты совершенно не умеешь врать, — Ций закатил глаза и сел за клавиши.

— В смысле?

— Было скучно днём?

— Ну да.

— Я говорил с Беллой. Вы не общались днём, — он приподнял бровь, наслаждаясь моим замешательством. — Да хватит уже! Вивьен мне всё рассказала, — с притворным раздражением он снова закатил глаза, но в них плясал хитрый смешок.

— Как рассказала? — Я ошарашенно посмотрела на него.

— Словами.

— Что она рассказала? — спросила я, пытаясь не выдать себя, ведь Ви могла ему что-то наврать.

— Всё, — беспечно ответил он. — Начиная с твоего незаконного проникновения, заканчивая сериалом. До сих пор не могу поверить, что она приобщила тебя к своей вере.

— Я тоже, — машинально призналась я.

— Она не призналась. Но я уверен, что Ви тебя пытала, — усмехнулся Сайн.

— Ты знал, что она видит кошмары? — я резко сменила настроение разговора.

— Да, — его лицо омрачилось. Он ненадолго замолчал, обдумывал, стоит ли говорить. — Знал. Она же часто у нас оставалась. Однажды я случайно застал её в кровати, Вивьен задыхалась.

— А кто ещё об этом знает?

— Её родители, мы двое и Алиса, на сколько я знаю.

— А Вульф? — удивлённо спросила я, не услышав его имени.

— Вульф не в курсе. Его это как-то обходит стороной.

— Как может это как-то обходить стороной? Они же с пелёнок дружат.

— Она очень сильно старается, чтоб обходило, — объяснил Ций.

— Зачем?

— А вот это уже спроси у неё.

— Да ладно. Ты уже начал, договаривай, — взмолилась я.

— Ты не хочешь хотя бы открыть папку? — «беспалевно» сменил тему он.

— Ненавижу, когда ты так делаешь, — я укоризненно посмотрела на него, но, понимая, что вряд ли добьюсь от него желаемого, немного привстав, взяла папку и уселась обратно. — Итак, роковой момент, — торжественно объявила я и открыла папку. Я бегло пролистывала страницы, пока что не вникая в детали и выискивая только выделенные фрагменты и фотографии.

— Ты же понимаешь, что вероятнее всего, мы ничего ключевого не узнаем? — задал риторический вопрос Сайн. Встав с места он приблизился ко мне. — Ты чего застыла? — он слегка наклонился, пытаясь увидеть, что я так пристально рассматриваю. — Что это?

— Фоторобот, — наконец, выдохнула я, приходя в себя.

— Как фоторобот? — не понял он, присаживаясь рядом. — Точнее, чей фоторобот?

— На этой части трассы была всего одна камера, — произнесла я, продолжая всматриваться в изображение.

— Да, я помню. Я же сам тебе об этом сказал. На ней видно, как тебя выбросило, потом машина загорелась и камера вышла из строя, — не понимая, к чему я клоню, напомнил мне Ций.

— А ты заметил вот это сферическое зеркало? — спросила я, перелистнув на предыдущую страницу и показав на несколько фотографий с разных близостей.

— Нет, не заметил, — он взял папку в руки. — Кто это?

— Примерно вот этот... ребёнок, — с трудом произнесла я, сглатывая ком в горле и снова перевернув на страницу с фотороботом.

— Примерно? — он начал быстро листать дальше.

— Фото не очень хорошего качества. Авария случилась, когда почти стемнело. Фоторобот не точный, — немного помедлив, я добавила: — Фоторобот тебе никого не напоминает?

— Кажется я знаю, кого он тебе напоминает, — приглушённо произнёс Ций и показал мне одну из страниц, следующую за фотороботом.