Глава 22

Жан«Потаскушки» оставили им столько одеял, сколько могли, но даже самыетолстые покрывала не могли спасти от невыносимо жёсткого пола. Ввоскресное утро Джереми проснулся с ноющей болью сразу в несколькихместах и, поморщившись, поднялся. Жан мельком взглянул на него, но тут жевновь переключил свое внимание на телефон. В столь ранний час он могписать только одному человеку, но, судя по отсутствию напряжения на еголице, плохих новостей не было. Значит, просто сплетни и небольшоеобновление информации - с этим Джереми мог жить.- Всё нормально? - спросил он, на всякий случай.- Эндрю сделали операцию вчера ночью. Без осложнений, его выпишутсегодня утром.Жан отложил телефон и, высвободившись из одеял, поднялся. Движениевызвало у него болезненную гримасу, и Джереми не пропустил мрачную ноткув его голосе:- Забудь про мотоцикл. Я продам машину, лишь бы купить себе кровать.- Если Кэт права насчёт её стоимости, ты сможешь позволить себе и то, идругое.Если она и правда не ошибалась, то Жан был бы единственным, кто смог бывыспаться в их компании. Лайле и Кэт могло понадобиться несколько недель,чтобы получить выплату по страховке арендатора, а судебный иск Гэри противподжигателей мог бы тянуться ещё дольше. Родители Кэт отправят им столько,сколько смогут, а родители Лайлы переведут деньги в понедельник, но пока увсех ребят были туго с финансами. Вчерашние приоритеты заключались в том,чтобы обустроить ванные комнаты и кухню, а также купить минимум одежды,чтобы продержаться первое время. О мебели пока не шло и речи.- Может, купим раскладушки, - предложил Джереми, пока Жан с трудомподнимался.Тот сделал ужасную гримасу, потирая поясницу, и издал такой раздражённыйзвук, что Джереми задумался, а стоит ли ему вставать вообще. Выбор сделализа него - Жан протянул руку, и Джереми, набравшись сил, ухватился. Мороподнял его на ноги и тут же принялся аккуратно складывать одеяла.Растяжка не помогла, и Джереми сдался:- Кофе?- Кофе, - мгновенно согласился Жан.Утренний свет больно бил по глазам, пробиваясь сквозь окна гостиной инагревая воздух. Шторы здесь были необходимостью - не только для защитыот жары, но и ради уединения, когда нужно переодеться. Окна гостинойвыходили на соседние квартиры, но окно в спальне Лайлы и Кэт смотрелопрямо на офисное здание. Минувшей ночью девочкам пришлосьпереодеваться в ванной.Кэт старалась брать вчера только самое необходимое, отдавая приоритеткастрюлям и сковородам, а не бытовой технике, которой у неё раньше было визобилии. Но кофеварку купить не забыла. В шкафчике было ровно четырекружки, и Жан поставил их на стол, пока Джереми заправлял кофеварку.В любой другой выходной Кэт не встала бы из кровати раньше десяти, носегодня у них был огромный список дел, и часть из них требовала еёприсутствия.Жан приготовил лёгкий завтрак. Кэт присоединилась к ним спустя секундупосле сигнала кофеварки, устало протирая глаза кулаками. Джереми взглянулна дверь спальни за её спиной, и девушка лишь покачала головой в ответ наего безмолвный вопрос. Даже если Лайла была уже на ногах, к ним она неприсоединится. Джереми молча убрал четвёртую тарелку и её кружку обратнов шкаф.Сидеть было негде, поэтому все трое просто прислонились к кухонному столу,набираясь сил перед долгим днём. Джереми уступил первую очередь в душеЖану и занялся уборкой, пока Кэт разливала остатки кофе по их кружкам. Оназадумчиво посмотрела на кофейный фильтр, будто раздумывая, не поставитьли ещё одну порцию, но вместо этого резко взглянула на него.- Она не позволит тебе вернуться.Это не был вопрос, и оба знали ответ. Джереми одним махом допил кофе ипринялся мыть кружку. Кэт прижалась к его спине, обхватив руками вмедленном, но крепком объятии. Её глухой голос был едва слышен через тканьего футболки:- Это нечестно. Скажи ей, что мы чувствовали бы себя безопаснее, если бы тыбыл здесь. - Джереми не пришлось отвечать - Кэт сжала его так сильно, что еёпальцы, казалось, оставили синяки. - Я знаю, что ей плевать, но...- Это всего на несколько недель, - пообещал Джереми без особой уверенности.- Мы нуждаемся в тебе больше, чем она. Она тебя не заслуживает.- Она моя мать, Кэт.Кэт пробормотала что-то неразборчивое, так и не ослабив хватку. Джеремипоставил кружку на сушилку и накрыл её руки своими. Они молча стояли так,пока не услышали, как открылась дверь ванной. Когда Нокс слегка потянул еёза запястья, девушка нехотя отпустила его. Разворачиваясь, он сказал:- Я дам тебе знать, когда мы поедем обратно, хорошо?- Ага, - не слишком радостно ответила она. - Я буду готова.Джереми быстро помылся, и они с Жаном отправились в путь. Дорога до врачаЖана от их нового дома оказалась на удивление короткой. Джереми несобирался ждать, пока закончится сеанс Моро, однако всё равно припарковалсяу здания и проводил друга на пятый этаж. Они сидели в приёмной, пока Жанане вызвали, и только тогда Джереми поднялся и ушёл. Он забрал машину спарковки и направился на северо-запад.Ранний час помог избежать большую часть пробок, но Джереми ездил этиммаршрутом достаточно часто, чтобы знать - он вернётся примерно тогда же,когда Жан закончит. Перед домом Дженни Спейдер уже было припаркованонесколько машин, но Нокс сумел найти свободное место в полквартале от него.Он знал код от её ворот, так что отправил женщине сообщение перед тем, каквойти внутрь.Доктор Спейдер уже ждала его в дверях, опершись о косяк и скрестив руки нагруди. Выражение её лица ясно давало понять, что быстро он отсюда невыберется. Тем не менее, он попробовал. Улыбнулся своей самой невиннойулыбкой - зная, что на эту женщину она никогда не работала,- и последовал заней в прихожую. На обувной полке было свободное место, так что Джеремибыстро стянул с себя кроссовки, а затем запер входную дверь.- Доброе утро, Джереми, - сказала Спейдер, ведя его по коридору на кухню.На столешнице стояли два стакана с холодным чаем друг напротив друга. Одиннаходился рядом с конвертом, за которым и пришёл Джереми, но Нокс не подалвиду и первым делом потянулся за напитком. Спейдер взяла свой стакан исказала:- Передай мои соболезнования твоим друзьям по поводу их потери.На скептический взгляд Джереми она лишь приподняла бровь и кивнула черезплечо. На краю кухонной стойки был установлен небольшой телевизор. Онбыл включён, но звук был убавлен до едва различимого фона.- Я же смотрю новости.- Как и мама, - ответил он и едва смог сдержать поток язвительных слов,готовых вырваться наружу.Тот факт, что его мать и Спейдер могли смотреть один и тот же канал, но приэтом извлекали из него совершенно разную информацию о жизни Джереми,казался ему невыносимо жестоким. Но сейчас был не тот момент, чтобы этообсуждать. Оценочный взгляд Спейдер дал понять, что она догадалась, о чёмон думал, даже если Нокс не стал говорить вслух свои мысли. Джереми отвёлвзгляд и спросил:- Где Лили?Если бы она надавила, он, скорее всего, ответил бы честно, но это была не егоежемесячная сессия. После короткой паузы Спейдер позволила сменить темуи просто сказала:- Её снова госпитализировали. Сегодня с ней её отец.Это был тот ответ, которого он боялся, поэтому Джереми тихо сказал:- Мне жаль.- Спасибо.Маленькая Лили Спейдер практически не покидала больницу с момента своегорождения. Её здоровье было главной причиной, по которой Спейдер два годаназад попыталась передать всех своих клиентов другим терапевтам. Джеремиоказался единственным исключением - отчасти из-за упрямства его матери, нов большей степени благодаря компромиссу, который они нашли. Спейдерпродолжала выставлять счета его матери за еженедельные сессии, но раз вмесяц возвращала один платёж Джереми наличными. Для неё это был лёгкийдополнительный доход, пока она заботилась о младшей дочери, а для Джереми- деньги, которые родители не могли отследить.Сегодня он пришёл за ними чуть раньше, чем обычно, но они уже ждали егона столе. Джереми осушил стакан и спрятал конверт в задний карман, но,повернувшись к Спейдер, так и не смог выдавить благодарность. На экранетелевизора был Кевин, но на этот раз его лицо оказалось не самым важным вкадре. Джереми резко ударился локтем о столешницу в попытке схватитьпульт.- Извините, - воскликнул он, запинаясь. - Простите, можно...?Договорить он так и не успел, потому что уже прибавлял громкость. Спейдертоже придвинулась ближе, чтобы посмотреть новости. Кевин зачитывалотрепетированное заявление о травмах своих товарищей по команде, ноДжереми не слышал ни слова. Рядом с ним, у входа на корт в Лисью Нору,стояла Теодора Мулдани. Закинув свою клюшку на плечи, она терпеливождала, когда он закончит. Девушку ни с кем нельзя было перепутать - еёнежные пастельные тени на веках и цифра 14 на свободной футболке«Хьюстон Сирен» ясно давали понять, кем она является. Джереми обошёлкухонный остров, чтобы лучше видеть экран.- Кто-то важный? - предположила Спейдер. Женщина начала следить за экситолько после того, как он стал её пациентом, и её преданность всегдапринадлежала «Троянцам». На профессиональные команды, тем более нанациональные, у неё не хватало ни времени, ни желания.- Что-то вроде того,- сказал Джереми. - Раньше она состояла в «Воронах», носейчас ее не должно быть в Южной Каролине.Как по команде, репортёр повернулся к Мулдани и протянул ей микрофон:- Самое неожиданное событие этих выходных - Ваш приезд в университетПалметто-Стейт. Не могли бы Вы объяснить, что Вы здесь делаете?- Мне не нужно Ваше разрешение, чтобы ездить туда, куда я захочу.Кевин метнул в неё раздражённый взгляд, но Тея лишь холодно посмотрела нанего в ответ, и он, фыркнув, отвернулся.- Просто любопытно, - продолжил журналист, не реагируя на её грубость. -Сразу после матча «Воронов» и «Лисов» Ваш визит к последним можнооценить как акт солидарности.- Акт солидарности к кому? К этой посмешищной команде? - переспросилаМулдани. - Я бы лучше перерезала себе горло.Кевин отмахнулся:- Они стали... Идиот.Камера резко переместилась, чтобы заснять то, что привлекло его внимание. Кбордюру подъехал Maserati. Джереми понял раздражение Кевина, увидев зарулём Эндрю, но затем дверь со стороны пассажирского сиденья открылась иоттуда выглянул... ещё один Эндрю. У второго одна рука была перевязана, такчто хотя бы стало ясно, кто из них настоящий.Через несколько секунд открылась задняя дверь, и из машины выбрался Нил.Он оперся о дверную раму, оценивая лучший способ выйти, а затем,поморщившись от боли, выбрал менее болезненный вариант. Кевин тут женаправился к ним, бросив короткое:- Извините.Камера следовала за Кевином, пока репортёр быстро пересказывал зрителямситуацию, кратко перечисляя травмы Лисов и предполагаемые сроки ихвозвращения на поле. Джереми был больше заинтересован в том, что говорилКевин, но Королева Экси знала, когда стоит понизить голос. Это не избавилолицо Дэя от раздражения, а резкие жесты выдавали его нетерпение, пока онпытался выгнать травмированных товарищей по команде со стадиона.Кевин набросился на Эндрю, но тот его попросту игнорировал, начавподносить к губам пачку сигарет. Достать одну было несложно, но зажигать еёЭндрю не стал. Он некоторое время держал сигарету во рту, а затем разломалеё на куски и отбросил в сторону. Раздражение отразилось в уголке его рта, иубийственный взгляд, которым он одарил Кевина, моментально положил конецспору. Кевин всё ещё был зол, но отступил, позволив Нилу наконец закрыть засобой дверь машины.- Пояснишь? - спросила Спейдер, воспользовавшись паузой.Джереми только успел начать:- Ты смотрела... - но в этот момент Нил, прихрамывая, миновал Кевина игромко сказал:- О, Тея. С возвращением.Намек на то, что она уже бывала здесь раньше, заставил камеру резкоповернуться к ней. Но Мулдани лишь смерила Нила полным презрениявзглядом. Когда микрофон направился в её сторону, она раздражённоотмахнулась - что, как оказалось, было ошибкой, поскольку теперь репортёрполностью сосредоточил внимание на Ниле. Джостен не смотрел в камеру, ноостановился, когда репортёр назвал его по имени.- Это не первый ее визит? - предположил репортёр.- На корт? Без понятия, - Нил небрежно пожал плечами и тут же об этомпожалел. Он прижал руку к травмированному боку и медленно втянул воздухсквозь стиснутые зубы. - Она заходила весной. Когда это было? - Нил спросилу Эндрю, но не стал ждать ответа. - Апрель? Жан оказался у нас в марте, значит,где-то после его прибытия к нам, она решила навестить обоих.Нил не оставил репортёру шанса вставить слово, вместо этого повернувшиськ Кевину, и указал на корт:- Тренер на месте? Ладно, тогда мы идём.Он и Эндрю направились внутрь. Кевин подождал, пока они исчезнут задверью, а затем снова повернулся к камере, явно пытаясь спасти ситуацию.- Тея здесь, потому что я её пригласил. Я хотел обсудить последние измененияв команде «Воронов» с человеком, который их понимает.- Каких Воронов? - резко перебила Мулдани, её выражение потемнело.Этого было достаточно, чтобы заставить Джереми тихо выдохнуть:- Ох...Но Мулдани ещё не закончила:- Ворон, который не может играть, не Ворон. Эти жалкие создания незаслуживают формы, которую носят. - Она выделила следующее слово, какбудто произносила приговор: - Важна победа, - её голос дрожал от ярости инегодования.Наконец она повернулась к камере, будто могла смотреть сквозь неё прямо насвою бывшую команду.- Господство на корте превыше всего. Это наш долг и наша цель. Но выуничтожили это безвозвратно. Вы разрушили всё, что он вам дал, и запятналиего наследие. Он никогда не простит вас за этот позор. - «Наш долг», - сказалаона, словно не окончила обучение несколько лет назад. Джереми невольносделал шаг назад от экрана. Мулдани демонстративно сплюнула в сторону, азатем махнула Кевину: - Мне больше нечего сказать об этих трусах. Пошли.Кевин помолчал, обдумывая, что бы ещё добавить. Всё, что он смог выдавить:- Спасибо, что зашли к нам. Мы ценим вашу поддержку и заботу.- Это не закончится хорошо, - сказала Спейдер, наблюдая, как Кевин и Мулданиуходят. Камера последовала за ними, а репортёр начал поспешное завершениевыпуска. Спейдер выключила звук и повернулась к Джереми с серьёзнымвыражением лица. - Ты рассказывал мне, что случается с Воронами, когда онипроигрывают. Быть опозоренными одной из своих, да ещё в конце отменённогосезона... для них это будет серьезным ударом. Надеюсь, у них есть доступ кнужной помощи.Джереми вспомнил короткие карьеры Воронов, измождённый вид Ричера и то,как Жан вздрагивал всякий раз, когда произносилось имя Тэцудзи Морияма.- Думаю, у них её никогда не было, - ответил он. - В Эдгаре Аллане никогда незаботились об их долголетии или психическом состоянии, только о репутации.Он прижал руку к карману, чтобы приглушить звук вибрирующего телефона -шквал уведомлений намекал, что как минимум два его товарища по команде иРеманн уже увидели новости.- Мне нужно к Жану, предупредить его.- Дай знать, если я могу чем-то помочь, - сказала Спейдер.- Вы уже помогли,Спасибо.- Джереми похлопал по карману, где лежали деньги. -Она проводила его до двери, и Джереми как можно быстрее сел в машину,пересекая город. Задержка из-за интервью стоила ему драгоценного времени,и он припарковался как раз к концу сеанса Жана. На бегу он отправилсообщение:- Уже иду.Жан напряжённо сидел в кресле в приёмной, когда Джереми вошёл. Он одарилего виноватой улыбкой и придержал дверь лестничной клетки.- Прости, мне нужно было ненадолго отойти. Нам нужно поговорить, но еслитебе нужно время...- У нас проблема? - угадал Жан, следуя за ним вниз.- У нас - нет, - заверил Джереми, но дождался, пока они дойдут до машины,прежде чем сказать: - Мулдани отвернулась от Воронов.Жан застыл, держась за дверную ручку.- Нет. Нет, - повторил он, его голос прозвучал резко и недоверчиво. - Онаслишком долго боролась, чтобы попасть в основной состав. Она бы никогда непредала его команду.- Это больше не его команда, - напомнил ему Джереми. - Это был ее главныйаргумент. Поехали.Ему следовало бы написать Кэт, что они уже возвращаются, но Джереми хотелубедиться, что с Жаном будет все в порядке, прежде чем они окажутся дома.Дорога обратно была слишком короткой, чтобы обсудить всё до конца, но ктому моменту, как Нокс припарковался у Лофтов, Жан уже перестал спорить ипросто молча смотрел на него. Джереми наконец отправил сообщение Кэт, азатем повернулся в кресле, насколько позволяла спинка, чтобы изучить егопустое выражение лица.- Она действительно приезжала к тебе в Южную Каролину, да? - спросилДжереми.Жан отмахнулся:- Она приехала, чтобы увидеться с Кевином. Она не знала, что я там, пока неоказалась внутри.- Но она увидела тебя, - настаивал Джереми. - Она знала, что они... что он стобой сделал.Жан отвёл взгляд.- Да.Джереми подумал, что на этом ответ закончится, но Моро сжал руки в кулакии провёл пальцами по костяшкам. Джереми слишком часто видел, как онпроверяет рёбра, чтобы не понять - Жан снова ощущает фантомную боль.Наконец Жан заговорил, но слова вытягивались из него так же медленно, какгустой мёд:- Но она думала, что это был кто-то другой. В последний раз, когда она виделаменя в таком состоянии... это сделал другой человек. Я не удивлён, что онаошиблась.Джереми подумал, что Жан имел в виду Грейсона, однако Моро не потянулсяк своему горлу, как обычно, когда речь заходила о нем. Это должно было быобрадовать Джереми... Должно было бы, если бы у Нокса не появились новыеподозрения. Весной Жан покинул «Эдгар Аллан» с чудовищными травмами.Осознание, что это происходило и раньше, и что виноват был не Рико и неГрейсон, было невыносимым. Он хотел потребовать имя, но знал, что Жан емуне скажет.- Жан, - всё же начал он. Дверца сзади распахнулась с громким:- Охренеть, парни. Скажите, что вы это видели!- Видел, у доктора Спейдер, - ответил Джереми. Он повернулся и вытащил изкармана конверт, протягивая его через плечо. - Она разрешила мне забрать этораньше.Кэт поколебалась, но затем убрала его в сумочку.- Спасибо. Правда.Кэт явно хотела посплетничать о происходящем, но Джереми не знал дорогидо мотоциклетного салона её дяди. Она пыталась совмещать разговор иодновременно давать указания по дороге, но через пару кварталов сдалась,полностью сосредоточившись на подсказках Ноксу. Вскоре они добрались донужного места. Реманн видимо приехал на место раньше них и ждал натротуаре. Не было смысла выходить из машины, поэтому Джереми простопожелал удачи:- Дайте знать, как всё прошло!Кэт наклонилась между передними сиденьями и поцеловала его в щёку,прежде чем выйти вместе с Жаном. Тренер передал ключи Жану, указал наприпаркованную машину Воронов и задержался, чтобы обменяться паройсерьёзных слов. Он двинулся к машине Джереми только после того, как Кэтвтолкнула Жана внутрь. Джереми отъехал от тротуара, как только Реманнустроился на пассажирском сиденье.- Спасибо, тренер, - сказал он. - Им правда нужно было что-то хорошее.- Могу себе представить, - кивнул Реманн. - Они всё ещё в отеле?- Нет, - протянул Джереми, обдумывая ответ. Решить, что можно рассказать,было несложно: Реманн знал про ФБР с того момента, как полиция этим летомзагнала Жана в угол на Золотом Корте. Тренер слушал молча, пока Джеремиобъяснял их визит и давление с переездом в определённое здание. Закончил онтем, что сказал: - Сейчас они, вероятно, в большей безопасности, чем запоследние месяцы, но мне это не нравится. Агент Браунинг сказал, что самуквартиру они прослушивать не будут, но...Реманн обдумал это, затем спросил:- Есть новости от Дермоттов?- Последний раз, когда я спрашивал, они всё ещё разбирались спроизошедшим. Пока ничего нового, - ответил Джереми.- А твои родители?Джереми отбил нервный ритм по рулю, заворачивая в район тренера.- Я больше не могу оставаться у Лайлы.Это было решение его матери, и оно застряло в горле тяжёлым камнем.- Я думал сказать маме, что вмешалось ФБР, но, думаю, это встревожит её ещёбольше. Лучше просто затаюсь, пока она не передумает. Может, ей станетспокойнее после моего LSAT. - Без машины Жана было легко припарковатьсяза старенькой машиной Реманна. Джереми поставил машину на стоянку исказал: - Дам знать, если произойдёт что-то ещё интересное.- Давай пару недель без «интересного», - сухо заметил Реманн.- Я только за, тренер.Он подождал, пока Реманн зайдёт в дом, а затем направил машину домой.Уильям открыл дверь ещё до того, как Джереми успел дойти до крыльца.Проходя мимо, он услышал:- Ваша мать будет на работе до семи. Мистер Уилшир на конференц-звонке вкабинете, но просил зайти к нему, когда вы вернётесь. - Он запер входнуюдверь и взял у Джереми ключи. - Я сообщу, когда он освободится.- Отлично, - без энтузиазма сказал Джереми.Уильям решил не томить его ожиданием:- Они уезжают во вторник. Арнольд пригласил сыновей на благотворительныйвечер.Джереми не стоило надеяться. Особенно когда Уильям выглядел такимсерьёзным. Они не возьмут его с собой, но и свободы в их отсутствие ожидатьне стоило. Они вызвали его домой, зная, что сами не смогут за ним следить.Проверяют его послушание, как уже бывало раньше. Вздыхать былобесполезно.- Я буду наверху, - только и сказал он.- Я поставлю кофе, - пообещал Уильям.- Что бы я без тебя делал?Он ожидал привычного ответа Уильяма, но тот лишь сказал:- Давайте не будем это выяснять.Джереми мог истолковать это только одним способом: его родители были вещё более отвратительном настроении, чем обычно. Он подавил в себежелание возразить, что ни в чём не виноват, и, перепрыгивая через ступеньки,поднялся в свою комнату. Кровать, на которую он упал, показалась раем посленочи на полу в новой квартире Лайлы, но вместе с удобством пришла и тоска.Он не хотел быть здесь. Но он не хотел быть и там. Он хотел вернуться вуютный дом, который построил с Кэт, Лайлой и Жаном.«Мы создадим новый»,эти слова казались пустыми.- пообещал он себе, но в этом ледяном пространствеОн не собирался засыпать, но Уильям разбудил его спустя какое-тонеопределённое время, положив руку ему на плечо. Джереми протёр глаза,пытаясь избавиться от сонливости, и, поднявшись, взял из рук Уильяма кружкус кофе. Он пробормотал благодарность в край кружки и вышел из комнаты,следом за Уильямом. Вероятно, он мог бы выпить весь напиток по пути вкабинет Уоррена, но являться к отчиму с пустыми руками было плохой идеей.Он постучал в дверной косяк, подождал две минуты, пока Уоррен признает егоприсутствие, и вошёл. По эту сторону массивного махагонового стола стоялодва стула, но Джереми знал, что садиться без приглашения не стоит. Оностался стоять между ними, сжимая кружку так, будто от неё зависела егожизнь, и терпеливо ждал, пока Уоррен закончит свои дела.Скрипучие движения ручки по бумаге были почти так же раздражающи, какслишком громкий тик-так его дорогих часов. Джереми выдерживал это такдолго, как мог, а потом нарочито громко отпил кофе. Хитрость сработала -отчим отложил бумаги и раздражённо уставился на него.- Ты хотел меня видеть, - сказал Джереми.- Завтра утром твоя мать и я улетаем в Бостон, - сообщил Уоррен. - Надеюсь,ты будешь вести себя прилично в наше отсутствие.Джереми изобразил удивление:- Намёк на то, что я способен соответствовать вашим стандартам? Что-тоновенькое.- Я скажу это один раз, так что слушай внимательно, мелкий педик, - Уорреноткинулся в кресле и сложил руки на животе. - Джереми застыл как статуя,напрочь забыв о кофе. - Либо ты сбавляешь свой тон, либо убираешься. Ты итак уже на тонком льду. В следующий раз, когда провалишься, я буду стоять наберегу и смотреть, как ты тонешь. Ты меня понял?- Это дом моей матери, - тихо напомнил Джереми. - Ты не можешь менявыгнать.- Хочешь проверить? - предложил Уоррен. Джереми открыл рот, закрыл егоснова и только крепче сжал кружку. Уоррен дал ему минуту, чтобы придуматьответ, а затем сказал: - Если я получу хотя бы один звонок или сообщение отом, что ты снова ведёшь себя неподобающим образом, пожалеешь об этом. Атеперь убирайся из моего кабинета. Не хочу тебя видеть до ужина.Джереми резко развернулся и вышел. Он был уже на полпути к лестнице, когдаего окликнул Уильям. Джереми попытался отмахнуться - не было ни сил, нижелания разговаривать, - но дворецкий бесшумно встал у него на пути исказал:- Вас ждут посетители на улице.Вместо объяснений он просто протянул руку.- Кружку?Джереми допил остатки кофе и передал ему кружку, а Уильям открыл передним дверь. Облегчение, сжавшее его сердце, когда Нокс увидел Жана и Кэт уфонтана, едва не сбило его с ног. Кэт повернулась на звук двери, но Джеремине был уверен, что сможет сохранить выражение лица. Он задержался намгновение, бросив взгляд на Уильяма, чтобы выиграть несколько драгоценныхсекунд, и сказал:- Спасибо. Я прослежу, чтобы они не задержались настолько, чтобы он ихзаметил.Уильям кивнул и плавно прикрыл дверь, а Джереми направился к друзьям. Кэтвскочила на ноги и приняла эффектную позу, направляя его взгляд на парумотоциклов, припаркованных в нескольких шагах. Оба были металлическогочёрного цвета с серебристыми акцентами и выглядели как единый комплект.- Ну как тебе? - спросила Кэт вместо приветствия. - Красота, да? Хотя мнепридётся покрасить свой, чтобы их проще было различать. Жан, покажи!- Он и так их видит, - заявил Жан, но всё же медленно двинулся к ближайшемубайку. Когда он слишком долго медлил с описанием всех его достоинств, Кэттут же разрушила тишину быстрым потоком технических характеристик.Джереми услышал лишь обрывки - в мотоциклах он не разбирался, а вот Жанбыл куда интереснее. Француз медленно провёл в перчатке пальцем от руля досиденья. В его взгляде было что-то новое, и от этого у Джереми сердцепропустило удар.«Удовлетворение»,- подумал он, или, возможно, тихая гордость. Что-то чутьболее жадное, чем просто радость, словно Жан не мог поверить, что этодействительно его. Джереми слишком поздно заметил, что Кэт замолчала.- Рад, что вы нашли что-то по душе. Они и правда крутые.- Они потрясные, - согласилась она. - Теперь хочешь с нами прокатиться, да?Идея была немного пугающей, но на миг его почти потянуло сказать «да».- Спасибо, но сегодня не лучший вечер.Часть её радости угасла, когда она скользнула взглядом к дому.- Так и думала. - Её приглушённый тон привлёк внимание Жана, и он перевёлна Джереми тяжёлый взгляд. Джереми не смотрел на него, пока Кэт невздохнула и не потянулась за шлемом. - Ну, мы поехали. Просто хотелиотметить первый заезд и заодно заскочить к тебе.- Я рад, что вы заехали, - сказал Джереми, и Кэт, проходя мимо, крепко егообняла на прощание. Он смотрел, как они уезжают, подавил сожаление иповернулся обратно к дому.В понедельник днём Жасмин Лейн покончила с собой.Джереми узнал об этом, когда они с Жаном выходили с занятий по гончарномуделу. Ему не хотелось сообщать плохие новости Моро, учитывая, чтопоследнему предстояло просидеть еще целую лекцию в кабинете, но Нокс немог позволить, чтобы тот узнал об этом от кого-то другого. Джереми быстронаписал Шейну предупреждающее сообщение, а затем отвёл Жана в сторонуот Хоффмана. Жан слушал с каменным лицом, пока Джереми рассказывал емуо последней трагедии. Моро попытался отмахнуться от этого, заверяя, что онис Лейн ненавидели друг друга, но Джереми заметил напряжение его плеч, когдаМоро направлялся к Шейну.К тому времени, когда Джереми вернулся домой, Брейдена Уильямса иКамерона Уинтера также не стало.- Я думал, за ними установили наблюдение, - сказал Коди, когда Джеремипозвонил им. В их голосе слышалась та же горечь, что и в голосе Жана: кузеныпрезирали друг друга, но Камерон всё же был для Коди семьей. Коди не знал,что чувствовать и как реагировать на эту неожиданную трагедию. - Ты неможешь сказать мне, что Эдгар Аллан не был готов к этому. Я не... - Коди резкозамолчал и резко выдохнул.- Мама разрывает мой телефон. Мне надо идти.- Берегите себя, - настоял Джереми. - Звоните, если что-то понадобится.- Так и сделаю, капитан.Коди не позвонит, не тогда, когда с ними рядом Пэт и Ананья. Остаток вечераДжереми просидел над учебником, не запомнив ни единого слова.Во вторник он понял, что больше не может следить за новостями. Журналистыи телеведущие, освещавшие второй крах «Воронов», умело притворялисьобеспокоенными, но в их словах сквозило голодное осуждение, котороеДжереми не мог вынести. Кэт была более терпима и весь день присылала емукраткие новостные сводки.На каком-то этапе виноватыми в этих смертях становились почти все: Мулдании Кевин - за свою черствость, несмотря на публичные страдания «Воронов»;тренер Росси - за то, что выпустил на площадку команду, которая к этому небыла готова; Эдгар Аллан - за то, что не следил за своими спортсменамивнимательнее; тренер Морияма - за то, что бросил команду так быстро ирешительно после их первого поражения. И так далее, с нарастающим накаломи догадками. Впервые единственное имя, которое не упоминалось стольбеспечно, было имя Жана.Во вторник вечером Лайла написала Джереми:«Как думаешь, это конец?»Когда Джереми долго не отвечал, она добавила:«Эти трое начали драку. Они лишили «Воронов» шанса на нормальную игру всезоне, когда травмировали Эндрю и Нила. Если виноваты только они,возможно, остальные смогут двигаться дальше.»«Не знаю»,- наконец отправил он. – «Надеюсь. Как Жан?»«Немного потерян»,бы хотелось, чтобы ты был здесь.»- призналась она. – «Мы за ним присматриваем, но мнеДжереми набрал шесть разных ответов, прежде чем остановился на одном:«Прости.»Нокс знал, что это не то, что она хотела услышать, но это было всё, что он могпредложить. Вздохнув, он бросил телефон на кровать и снова попыталсясосредоточиться на учёбе. Джереми не помнил, как опустил голову, но черезкакое-то время Уильям разбудил его, положив руку на плечо. Джереми подавилзевок, аж хрустнув челюстью, и отлепил лицо от учебника. Он сонно поискалвзглядом часы, прежде чем сфокусировался на Уильяме.- Мама? - предположил он.Вместо ответа Уильям просто отошёл в сторону. Джереми посмотрел надверной проём и увидел там знакомый силуэт.- ...Лайла?- Я приехала сюда на мотоцикле, - заявила она, швыряя спальный мешок ирюкзак в ближайший угол. Джереми проследил за тем, как вещи падают напол, а затем уставился на подругу в полном недоумении. Уильям отступил всторону, давая Ноксу подняться, но тот остался сидеть. Он ещё не был уверен,что не спит. - Я думала, что умру как минимум десять раз. Ты единственныйчеловек, ради которого я на это пошла, надеюсь, ты это понимаешь.- Я принесу что-нибудь попить, - сказал Уильям, направляясь к двери.- Спасибо, - ответила Лайла и отошла, чтобы пропустить его.Джереми наконец встал и крепко её обнял, когда она шагнула ему навстречу.- Что ты здесь делаешь?- Если гора не идёт к Магометуi...- Она положила подбородок ему на плечо итяжело вздохнула. - Ты сказал, что твоих родителей не будет до воскресенья,так? Мы уедем в субботу утром, и никто ничего не узнает. Завтра просто заедемв квартиру за одеждой.- Ты ненавидишь это место, - напомнил он, когда она выскользнула из егообъятий.- Если твоей семьи здесь нет, то я ненавижу это место гораздо меньше, чемнаш новый дом.Лайла схватила его за руку и потянула за собой.- А теперь пойдём, Кэт грозится провести Жану экскурсию по второму этажу.Она что-то говорила про то, что хочет раскрутить все винты в столе и креслеБрайсона.Несмотря на эту угрозу, Жан и Кэт спокойно ждали в холле. Кэт веселопоприветствовала его, когда он появился на лестнице, и подобрала сумки,оставленные у её ног. Моро задержался лишь на мгновение, а затем последовалза ней. Кэт поймала свободную руку Джереми и поцеловала его костяшки.- Мы вторгаемся, - заявила она. - Сопротивление бесполезно.- Я и не собираюсь сопротивляться, - заверил её Джереми и отступил в сторону,чтобы они могли пройти.Он внимательно посмотрел на Жана, когда тот проходил мимо, пытаясьразглядеть в нём напряжение или печаль. Но не увидел ни того, ни другого.Возможно, поездка помогла ему развеяться, или его достаточно отвлёксменившийся пейзаж. Джереми был благодарен в любом случае, но всё равнособирался следить за другом этой ночью.Было слишком рано разбирать спальные места, поэтому ребята просто кинулисвои вещи к небольшой кучке Лайлы. Кэт уперла руки в бока и оглядела егокомнату. Ожидаемо, она воскликнула:- Вот это да! - Джереми заметил на её лице явное неодобрение. - Я забыла,какая тут скучная обстановка. Ты всё ещё спишь на этих уродливыхпростынях? Однажды мы купим тебе комплект с... не знаю, космическимикораблями или маленькими бигфутами, просто чтобы посмотреть, что скажеттвоя мама.- О, я могу представить, - сказал Джереми.- К сожалению, я тоже.Жан осматривал комнату с медленным, сосредоточенным интересом, дольшевсего задерживаясь на фотографиях на стенах. Джереми поспешно убралучебники, пока Кэт болтала о поездке. Усталость, преследовавшая его весьдень, рассеялась, как дым, в тепле, которое принесли с собой друзья. Ониустроились на его кровати, а он сел напротив них, за письменным столом.Лайла была на середине истории про один из своих учебных предметов, когдавернулся Уильям. Джереми помог расставить напитки на краю стола, а потомрассмеялся, принимая миску с попкорном.- Ты - спаситель.- Обязательно добавлю это в резюме, когда в следующий раз попрошуМатильду повысить мне зарплату, - отозвался Уильям, убирая поднос под руку.Джереми не пропустил внимательный взгляд, который Уильям бросил наЖана, и сделал жест в сторону обоих:- Уильям, это Жан Моро. Жан, это Уильям Хантер, дворецкий моей матери. Онс нашей семьей уже почти двадцать шесть лет. Дольше, чем кто-либо из нас,детей, - добавил он. - Без преувеличения, он - стержень этого дома.- Представь, сколько неловких историй он знает, - сказала Кэт Жану. - Ксожалению, он слишком предан, чтобы его можно было подкупить.Уильям улыбнулся.- Прошу прощения, что не представился при вашем прошлом визите, мистерМоро. Чувствуйте себя как дома и дайте мне знать, если вам что-топонадобится.Затем он обратился к Джереми:- Я буду внизу, пока вы меня не позовёте.-Уже поздно, - заметил Джереми. - Тебе не стоит работать. Обещаю, мы небудем тебя беспокоить.Уильям вежливо пожелал им спокойной ночи и ушёл, а Джереми передалмиску с попкорном друзьям. Масло точно попадёт на простыни, но ему быловсё равно. Главное - они здесь. Ребята засиделись допоздна, смеялись,швырялись горстями попкорна и решили лечь спать только тогда, когдаДжереми уже не мог перестать зевать.Он уступил кровать Лайле и Кэт, а сам взял спальный мешок и устроился наковре рядом с Жаном. Его беспокоило, что без разговоров Жана одолеютмысли, но тот выглядел скорее задумчивым, чем встревоженным. Джеремислушал, как дыхание Лайлы становится ровным, а Кэт начинает тихонькопохрапывать, и только потом осторожно толкнул Жана ладонью.- Ты в порядке? - спросил он.Жан обдумывал ответ какое-то время, а потом сказал:- В этом есть и моя вина.- Жан... - начал было Джереми, но тот его перебил:- Да. Я спросил тренера Ваймака, как мне защитить вас, и Тея была его ответом.Он втянул её в это только потому, что я попросил. А она точно знала, как ихсломать.Жан беспомощно повёл рукой и, после долгой паузы, медленно произнёс:- Я не жалею об этом. Возможно, должен. Но я выберу тебя снова. И Кэт, иЛайлу. Буду выбирать вас каждый раз. Я потеряю их всех, если понадобится.Кэт зашевелилась и сонно пробормотала что-то. Жан тут же её успокоил, легкоотмахнувшись от её сонного вопроса, а потом перевернулся на другой бок.Джереми остался лежать, глядя на затылок Жана, его сердце стучало такгромко, что Жан, должно быть, это слышал. Его мысли закрутились вводовороте, повторяя слова Моро снова и снова, в бесконечном круге. Ондолжен был что-то сказать, но боялся открыть рот. Он не знал, что именноможет сорваться с языка. Наконец, Нокс выдавил из себя слабое:- Спокойной ночи, Жан, - и натянул спальный мешок на голову.Было бы чудом, если бы он вообще смог уснуть этой ночью, и Джеремимолился, чтобы ему не приснились сны.i Поговорка «Если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе»