6 глава

~Расследование началось~

Улица встретила их всё той же серостью. Дождь давно закончился, но асфальт ещё держал в себе влагу – в трещинах поблёскивали лужицы, в углах тянулись разводы грязи. Здание, возле которого накануне нашли тело, выглядело ещё более заброшенным при дневном свете: облупившаяся штукатурка, сетка на окнах нижнего этажа, лёгкий запах плесени и старой бумаги, тянущийся из подвала.

Феликс шёл первым – уверенно, привычно. В этом районе он был раньше, пару лет назад, когда расследовал уличные кражи. Сейчас всё казалось меньше: и дома, и люди, и даже опасность.

Хёнджин замыкал, поглядывая по сторонам. Его взгляд скользил от мусорных баков к окнам на втором этаже, от заклеенных дверей до ржавой таблички с номером дома. Он почти физически чувствовал, как в этом месте спрессовалась тишина – не просто из-за буднего утра, а будто после шёпота смерти здесь никто не решался говорить громко.

Х- красиво. Почти как пригород ада – протянул он, слегка морща нос от влажности и тухлого запаха из-под водостока.

Ф- не думаю, что ад настолько уныл – ответил Феликс, поднимаясь на ступени к подъезду.

Он оглянулся, кивнул на старичка, который сидел на табуретке под входной аркой. Мужчина щурился на солнце, укутанный в тёмный клетчатый шарф, и выглядел, будто не двигался отсюда с прошлой осени.

Ф- начнём с него?

Х- ага. Допрос в стиле «дед, кто кого скинул?».

Феликс прищурился:

Ф- допрос в стиле «альфа, иди не мешай».

Он подошёл к старичку, показал удостоверение ‐ вежливо, без нажима.

Ф- добрый день. Мы из полиции. Можно задать вам пару вопросов?

?- если только вы не пришли проверить счётчик. Я ему ничего не должен! – буркнул старик, но взгляд его был живой, цепкий. – А… полиция? Опять?

Ф- мы по поводу того происшествия. Вы, случайно, не видели, кто был в районе около полуночи?

Старик мотнул головой, фыркая.

?- темно было. Но я слышал. Кто-то бегал. Быстро. Сначала вниз по лестнице, потом хлопнула дверь. А потом – грохот. Будто мешок с картошкой с крыши бросили. Только это не картошка была, да?

Феликс сжал губы. Хёнджин, стоявший в паре шагов, записывал на диктофон.

Ф- вы не видели лицо?

?- не-а. Только спину. Вроде худой был. И… не знаю… не спешил. Шёл спокойно. Не как те, кто убегают.

Хёнджин поднял брови. Переглянулся с Феликсом, но ничего не сказал.

Ф- спасибо. Это уже многое. Вы не против, если мы ещё немного побудем здесь?

?- да оставайтесь хоть на неделю. Только не трогайте мой радио – там сейчас мои любимые песни.

•••

Они прошли внутрь подъезда. Тот пах пылью, чужими запахами и прогнившей проводкой. Стены покрывали граффити, кое-где в углах – пятна от давно забытых утечек. Подъём на крышу был всё тем же – скрипучая лестница, низкие пролёты, неприветливое эхо.

Х- этот тип… если он действительно не торопился, не боялся, или привык.

Ф- или знал, что его не поймают.

Х- или знал, что его не будут искать.

На крыше всё осталось без изменений. Пыль. Плесень на камне. Следы ботинок, наполовину размытые дождём. И пятно, в которое больше не хотелось вглядываться.

Феликс сел на корточки рядом с бетонным бортиком. Прислонился плечом к стене, глядя в даль, на серые дома.

Ф- думаешь, тот старик ничего не приукрасил?

Х- старики не врут. Особенно когда нет причин. Он не просил награды, не звал прессу. Ему просто скучно. А тут – хоть какое-то кино.

Феликс кивнул. Порыв ветра тронул его волосы, заставил рукав куртки задраться чуть выше запястья. Веснушки на его лице стали чётче под светом.

Х- веснушка, ты понимаешь, да? Если он и правда не бежал – то это не первое его тело.

Феликс посмотрел на него. Внимательно. Медленно.

Ф- пока что – это единственное. Всё остальное – предположения.

Х- ладно. Тогда поищем ещё свидетелей. У нас же целый день впереди, а?

Феликс поднялся. И чуть хмыкнул.

Ф- если я до конца этого дня не выкину тебя с крыши – это будет маленькая личная победа.

Х- обещаешь сдержаться? – Хёнджин прищурился. – Может, мне стоит поблагодарить тебя ужином?

Ф- если это попытка флирта, то она провалилась на слове «обещаешь».

Хёнджин рассмеялся – по-настоящему, чуть громче обычного. А потом всё-таки шагнул вперёд, снова повернувшись к лестнице:

Х- пошли, малютка. Может, сегодня кто-то захочет поговорить.

И Феликс, вздохнув, пошёл следом. Он знал – Хёнджин не отстанет. Ни от дела. Ни от него.

•••

Сначала была женщина с третьего этажа. Низкая, в халате с цветами, с кружкой кофе, пахнущей чем-то карамельным. У неё дрожал голос – не от страха, от возраста, и она говорила слишком много: про мужа, который ушёл десять лет назад, про сына, что живёт в Канаде, про собаку соседей и то, как в этом доме давно не было покоя.

Но ничего полезного.

Потом – девчонка на крыльце: куртка oversize, жвачка, взгляд исподлобья. Она услышала грохот, но решила, что это пьяницы. Сказала, что один парень как-то приставал к ней у ларька пару недель назад, но вряд ли это был он.

Феликс записывал. Хёнджин тянулся к каждому по-своему – в шутку, с улыбкой, иногда нарочито лениво, как будто вызывал на диалог не подчинённых, а случайных прохожих в баре. И это работало – люди раскрывались, не чувствовали давления.

Следующим стал худощавый парень в очках, с рюкзаком, который прятал руки в карманы, будто надеялся, что с ним вообще не заговорят.

Ф- извините, у вас найдётся минута?

?- я ничего не делал, честно. Я просто здесь живу. Всё нормально.

Х- мы не про вас. Хотя, теперь интересно, что вы думали, что мы могли подумать.

?- я… эм… ладно… В ту ночь я поздно возвращался. Был у друзей. И... ну… Я видел парня.

Они замерли.

Ф- Опишите его. - насторожился омега

Парень откашлялся, почесал шею. Глаза бегали.

?- высокий. Очень. В худи. Капюшон натянут, но я видел – волосы короткие, сбоку выбрито. Он стоял на крыше. Просто… стоял. Я шёл мимо и случайно поднял голову. Мне даже показалось, он смотрит прямо на меня. Страшно стало.

Феликс сжал губы.

Ф- какой цвет волос?

?- тёмный. Может, с фиолетовым отблеском. Или мне показалось?

Х- а лицо?

?- почти не видел. Но… Я его уже второй раз встречаю. Он обычно стоит у продуктового – знаете, где старый автомат с газировкой?

Хёнджин и Феликс переглянулись.

Ф- когда вы видели его в последний раз?

?- эм… два дня назад утром. Стоял, курил. Один. Не говорил ни с кем.

Феликс поблагодарил, и они, быстро сверившись, направились к машине. Воздух уже успел прогреться, солнце вышло из-за крыш, но в тени ещё оставалась влага. Машина пахла кофе из утреннего стаканчика, освежителем и лёгким намёком на мужской парфюм – терпкий, древесный.

Феликс устроился в своём кресле, листая записи на планшете. Хёнджин завёл двигатель, но не сразу поехал – сначала бросил взгляд вбок, задержавшись на лице омеги чуть дольше, чем следовало.

Х- ты весь день серьёзный. Сколько тебе лет, а, малютка?

Ф- двадцать два. Ты это знаешь.

Х- просто странно видеть столько профессионализма в существе ростом с подростка и лицом из рекламы мёда.

Феликс вскинул бровь, медленно повернув голову к нему.

Ф- и это должно было быть… комплиментом?

Х- абсолютно. Удивительно, как ты в таком виде вообще выжил на службе.

Феликс не ответил. Лишь уставился на него, не моргая. Тот чуть склонил голову, облокотился на руль.

Х- ладно-ладно. Ты грозный. Прямо сейчас излучаешь энергию «не подходи – укушу». Хотя, по-моему, ты максимум можешь кого-нибудь легко лизнуть.

Феликс рассмеялся. Очень тихо, но всё-таки – искренне. И даже не пытался это скрыть.

Ф- удивительно, как ты до сих пор не получил по голове за язык.

Х- получал. Не раз. Но если один омега хотя бы улыбается, значит, всё не зря.

Он вырулил на улицу, и машина двинулась к нужному адресу.

•••

Район, в который они прибыли, был не таким серым, как прежний. Здесь пахло едой – с прилавков на углу шёл аромат жареного теста, фруктов. Люди здесь были живее: кто-то смеялся в телефоне, кто-то ругался, кто-то катил коробку с бутылками по брусчатке.

Но всё равно чувствовалось: что-то не так. Как будто в воздухе был тихий, едва различимый тревожный аккорд.

Феликс ещё не успел толком выйти из машины, когда Хёнджин, будто по рефлексу, встал ближе, перегородив путь лёгким разворотом плеч. Не грубо, не властно – просто… как щит, ставший на место, прежде чем опасность возникла.

Он замер, глядя на него снизу вверх. В его голове не сразу сложилась чёткая мысль – всё было скорее ощущением. Легким, будто нечаянным толчком изнутри, как если бы кто-то ткнул пальцем под рёбра, но не больно, а осторожно.

Х- слушай. Просто… держись рядом, хорошо?

Зачем он это делает?

Хёнджин не был из тех, кто разыгрывает благородство ради показухи. Он мог быть навязчивым, флиртовать, отпускать дурацкие прозвища – но сейчас в нём не было ни игры, ни бравады. Только серьёзность, напряжение в челюсти и взгляд, ставший на тон глубже, чем обычно.

Ф- это потому что я омега?

Х- это потому что я альфа. И потому что ты – ты.

Феликс чуть нахмурился, но не сказал ни слова. Хёнджин шагнул ближе, дотронулся до его локтя, сдержанно, но с намерением.

Х- если что – не геройствуй. Если увидишь что-то – покажи. Если появится кто-то – стой за мной.

Феликс почувствовал это. И, возможно, в любом другом случае – в другой жизни, с другим альфой – он бы взбрыкнул. Оттолкнул, выпрямился, надавил на рану: «Не надо меня защищать. Я не хрупкий».

Но тут – не стал. Не захотел.

Он отметил про себя, как близко стоял Хёнджин. Как его рукав чуть задел ладонь, когда он дотронулся до локтя. Как голос был не командным – тревожным. И в этой тревоге было что-то… приятное. Чужая забота всегда странно воспринималась – особенно когда ты омега на службе. Чаще – это раздражало. Пытались держать в стороне, не доверяли, умаляли твою силу.

А здесь – было иначе. Хёнджин не сомневался в нём. Просто… беспокоился.

И это беспокойство, чёткое, даже немного безрассудное, разлилось внутри Феликса чем-то мягким и тёплым, как чашка в ладонях в холодный вечер. Он даже удивился себе – сколько времени прошло с тех пор, как кто-то вот так, напрямую, сказал ему: «Если что – стой за мной»?

Не приказал. Не поддразнил. А просто… предложил.

Он опустил глаза – не потому что стыдно, а потому что чувствовал: если посмотрит в упор, то предательски улыбнётся. А он не хотел. Хотел держать лицо. Сохранять тот самый образ – собранного, разумного, надёжного.

Но уголки губ всё равно дрогнули.

Ф- ты ужасно предсказуем, знаешь?

Х- только когда дело касается тех, кто мне не безразличен.

И снова – пауза. Тишина между ними, на секунду нарушенная скрипом велосипедного тормоза где-то сбоку.

Он шагнул вперёд, Не отстраняясь. Не споря. Не потому, что не нуждался в защите. А потому, что знал: если будет нужно, она уже есть.  Просто медленно и Хёнджин пошёл рядом, чуть ближе, чем нужно. Чуть настороженнее. И чуть тише, чем обычно.