27 глава

Наконец, приготовления были закончены. Розена, стоя перед зеркалом, любовалась своим отражением. На ней было платье из винно-красного бархата, идеально облегающее фигуру и подчеркивающее ее изящные формы. Высокий воротник и длинные рукава, расшитые черным кружевом, создавали иллюзию изящной татуировки на коже. Тонкий слой темно-зеленого шифона, ниспадающего с плеч, добавлял образу таинственности и загадочности. Темно-зеленые узоры, вышитые на подоле платья, перекликались с цветом глаз Тома.

Том, одетый в черный костюм в готическом стиле, выглядел невероятно элегантно. Длинный плащ с винно-красной подкладкой, украшенный замысловатым орнаментом, повторяющим узоры на платье Розены, придавал ему аристократичный и в то же время немного мрачный вид. Серебряные цепи и броши, инкрустированные темно-зелеными камнями, гармонировали с нарядом Розены. Вместо ошейника, Том выбрал элегантный серебряный кулон с темно-зеленым камнем, подчеркивающий цвет его глаз.

— Ты выглядишь потрясающе, — произнес Том, подходя к Розене и нежно беря ее за руку.

— Ты тоже, — ответила Розена, с улыбкой глядя на него. — Готов покорять высший свет?

— С тобой — всегда готов, — ответил Том, галантно целуя ей руку.

Они аппарировали прямо к воротам Малфой-менора. Их появление вызвало настоящий фурор. Гости, собравшиеся в роскошном бальном зале, с изумлением смотрели на вновь прибывшую пару. Шепот пробежал по толпе, когда люди заметили на мантии Тома герб Перевелов, вышитый серебряной нитью рядом с его собственным.

— Реддл… с гербом Перевелов? — удивленно спросил кто-то.

— Не может быть… неужели они…?

— Похоже, старик Годрик наконец-то дождался своего зятя, — раздался чей-то смешок.

Септимус и Элизабет Малфой, хозяева бала, поспешили приветствовать гостей.

— Розена, дорогая, — произнесла Элизабет, целуя ее в щеку, — ты выглядишь восхитительно! А мистер Реддл… я приятно удивлена.

— Благодарю, Элизабет, — ответил Том, с легкой улыбкой. — Мы рады быть здесь.

Септимус, немного нахмурившись, обратился к Тому:

— Поздравляю с… приобретением, Реддл. Не ожидал увидеть вас в таком… амплуа.

— Жизнь полна сюрпризов, Септимус, — ответил Том, его голос был спокоен и уверен. — И я надеюсь, этот сюрприз приятный.

— Время покажет, — многозначительно произнес Септимус.

Шепот среди гостей усилился. Все с любопытством наблюдали за молодоженами, пытаясь разгадать тайну их неожиданного союза. Гудение голосов, словно рой потревоженных пчел, наполняло бальный зал. Сплетни о внезапном браке Розены Перевел и Тома Реддла распространялись быстрее лесного пожара. Дамы шептались за веерами, мужчины переговаривались, склонив головы, бросая любопытные взгляды на молодоженов. Даже вальсирующие пары, казалось, двигались чуть медленнее, краем уха ловя обрывки разговоров.

Розена и Том, словно не замечая всеобщего внимания, спокойно прогуливались по залу. Розена изящно держала бокал с шампанским, изредка отпивая мелкими глотками. Том, придерживая ее под руку, с легкой улыбкой отвечал на приветствия гостей.

— Кажется, мы стали гвоздем программы, — тихо произнесла Розена, глядя на Тома.

— Неужели тебя это смущает? — спросил он, поднимая бровь.

— Немного. Все эти перешептывания… словно мы экспонаты в музее.

— Пусть шепчутся. Главное, что мы вместе, — ответил Том, нежно сжимая ее руку. — А на их мнение… мне, честно говоря, плевать.

— Мне тоже, — улыбнулась Розена. — Просто непривычно.

Они остановились у фонтана, любуясь переливами магической воды.

— Знаешь, — сказал Том, — я никогда не думал, что окажусь на таком мероприятии… в роли мужа.

— А я никогда не думала, что выйду замуж за… тебя, — со смехом ответила Розена.

— Это комплимент? — притворно обиделся Том.

— Самый лучший, — подмигнула ему Розена.

В этот момент к ним подошел Антонин Долохов, с широкой улыбкой на лице.

— Розена! Моя дорогая Розена! Как я рад тебя видеть! — воскликнул он, театрально хватаясь за сердце. — Ты разбила мое сердце! Вышла замуж за этого… Реддла! И даже не пригласила меня на девичник!

Розена рассмеялась.

— Антонин, ты неисправим! Какой девичник? Мы поженились буквально несколько часов назад!

— Тем более! Свадьба без девичника — это преступление! — продолжал шутить Долохов. — И как же ты могла променять меня на этого… мрачного типа?

— Он не мрачный, — возмутилась Розена. — Он… загадочный.

— Загадочный? Да он же ходячая энциклопедия темных искусств! — Долохов подмигнул Тому. — Не обижайся, Том, я же шучу. Поздравляю вас обоих! Будьте счастливы… и плодовиты! — добавил он, громко рассмеявшись и подмигнул Розене.

Розена и Том, несмотря на шутливый тон Долохова, не могли сдержать улыбок. Сплетни сплетнями, но их окружали друзья, и это было главное.

Смех Долохова еще не успел стихнуть, как к Розене и Тому подошли Лета Лестрейндж и Эван Розье. Лета, как всегда, выглядела элегантно и немного отстраненно, в своем излюбленном черном платье. Эван, напротив, был полон энергии, его глаза блестели от веселья.

— Розена! — воскликнула Лета, обнимая ее. — Поздравляю! Ты… удивила нас всех. Приятно удивлена, должна сказать.

— Спасибо, Лета, — ответила Розена, с улыбкой. — Я рада, что ты здесь.

— Мы оба рады, — добавил Эван, галантно целуя руку Розены. — Том, мои поздравления. Ты заполучил настоящее сокровище.

— Я знаю, — ответил Том, с легкой улыбкой, владелец которой крепче сжал руку Розены.

— А девичник где был? — спросила Лета, ее губы тронула хитрая улыбка. — Почему нас не позвали?

— Лета! — укоризненно произнесла Розена. — Какой девичник? Мы же только сегодня…

— Шучу, шучу, — перебила ее Лета, подняв руки в притворном ужасе. — Не стоит так серьезно воспринимать все. Просто любопытно, как вам удалось так быстро все провернуть. В тайне от всех.

— Это длинная история, — ответил Том, уводя Розену немного в сторону. — Мы вам как-нибудь расскажем. Если будет желание слушать, конечно.

— Еще бы! — воскликнул Эван. — Такие сенсации пропускать нельзя!

Лета кивнула, соглашаясь с ним. Ее взгляд скользнул по гербу Перевелов на мантии Тома.

— Интересный выбор, Том, — произнесла она, с легкой иронией в голосе. — Герб Перевелов… Символично.

Том лишь загадочно улыбнулся в ответ, не желая вдаваться в подробности. Он предпочитал держать свои секреты при себе.

— Ладно, — сказала Лета, — не будем вас больше задерживать. Наслаждайтесь вечером. И еще раз поздравляю.

— Спасибо, Лета, Эван, — ответила Розена, с искренней благодарностью в голосе.

После их ухода Том повернулся к Розене.

— Ну что, — спросил он, — продолжим наше триумфальное шествие?

— С удовольствием, — ответила Розена, с сияющей улыбкой. И, взяв Тома под руку, она гордо прошествовала по залу, словно королева.

Вечер продолжался, вихрь танцев и разговоров кружил Розену и Тома в своем водовороте. После непродолжительного разговора с несколькими аристократами, к ним подошла Чарис Блэк, ее темные глаза, как всегда, светились острым умом и проницательностью. Рядом с ней стоял Конкадертус Нотт, молчаливый и внушительный, как скала.

— Розена, поздравляю, — произнесла Чарис, ее голос был ровным и спокойным, но в глазах плясали веселые искорки. — Не ожидала такого… стремительного развития событий.

— Жизнь полна сюрпризов, Чарис, — ответила Розена, с легкой улыбкой.

— Согласен, — кивнул Конкадертус, его глубокий голос прозвучал неожиданно громко в общем гуле разговоров. — Этот союз… интригует.

— Надеюсь, приятно интригует, — добавил Том, его взгляд, встретившись со взглядом Нотта, на мгновение стал жестким, но тут же смягчился.

— Время покажет, — ответил Конкадертус, не отводя взгляда. В воздухе повисло некоторое напряжение, но Чарис быстро разрядила обстановку.

— Не будем о политике, — произнесла она, с легкой улыбкой. — Сегодня праздник. Розена, платье великолепно. Красный тебе очень идет.

— Спасибо, Чарис, — ответила Розена, ей стало немного легче. — Твой вкус, как всегда, безупречен.

— А Том, — продолжила Чарис, обращаясь к нему, — выглядит… непривычно респектабельно. Герб Перевелов… к лицу.

— Я рад, что вам нравится, — ответил Том, с присущей ему ироничной улыбкой.

— Не сомневаюсь, что старик Годрик в восторге, — заметила Чарис, ее глаза блеснули. — Наконец-то нашел достойного наследника… и продолжателя рода.

Розена невольно покраснела, а Том лишь тепло сжал ее руку.

— Мы еще не обсуждали этот вопрос, — ответил он спокойно.

— О, я уверена, что скоро обсудите, — сказала Чарис, с многозначительной улыбкой. — В любом случае, еще раз поздравляю вас обоих. Желаю счастья… и терпения.

— Спасибо, Чарис, — ответила Розена. — Мы примем к сведению твой совет.

Конкадертус кивнул на прощание, и они с Чарис отошли, оставив Розену и Тома наедине с их мыслями и перешептываниями окружающих. В воздухе остался витать легкий аромат духов Чарис и невысказанное напряжение разговора, которое, казалось, еще долго будет напоминать о себе.

Словно чувствуя неловкость, возникшую после разговора с Чарис и Конкадертусом, к Розене и Тому подошли Диана Митфорд и Абраксас Малфой. Диана, обычно яркая и жизнерадостная, выглядела сегодня unusually subdued, ее взгляд был потухшим, а улыбка казалась вымученной. Абраксас, напротив, держался с привычной аристократической надменностью, хотя легкий румянец на щеках и чуть нервный блеск в глазах выдавали его волнение.

— Розена, — произнес Абраксас, целуя ей руку. Его голос, обычно холодный и отстраненный, сегодня звучал чуть хрипловато. — Ты… прекрасно выглядишь.

— Спасибо, Абраксас, — ответила Розена, стараясь сохранить нейтральный тон. Она чувствовала исходящее от него напряжение и не хотела давать ему ложной надежды.

— Том, — произнесла Диана, едва заметно кивнув. Ее голос был тихим и почти безжизненным. В ее взгляде, обращенном к Тому, читалась смесь боли и resignation.

Том лишь слегка кивнул в ответ, не произнося ни слова. Он чувствовал неловкость ситуации и предпочитал не усугублять ее лишними словами.

— Неожиданный… союз, — произнес Абраксас, нарушая повисшее молчание. Он старался говорить ровно, но в его голосе проскальзывали нотки горечи. — Никто не ожидал…

— Жизнь полна сюрпризов, — ответила Розена, повторяя фразу, сказанную уже несколько раз за этот вечер. Она чувствовала, как взгляд Дианы прожигает ее насквозь.

— Действительно, — тихо произнесла Диана, ее взгляд все еще был прикован к Тому. — Сюрпризов…

Повисла неловкая пауза, которую никто не решался прервать. Абраксас нервно теребил манжеты своего белоснежного костюма. Диана молчала, ее взгляд, по-прежнему устремленный на Тома, выражал невысказанную боль.

— Ну что ж, — произнес наконец Абраксас, — еще раз поздравляю. — Он бросил на Розену быстрый, полный невысказанной тоски взгляд и, слегка кивнув Тому, повернулся и быстро отошел.

Диана еще мгновение молча смотрела на Тома, затем, тихо произнеся: «Будь счастлив», — повернулась и последовала за Абраксасом, оставив за собой шлейф горького аромата неразделенной любви.

Тишина, последовавшая за уходом Дианы и Абраксаса, казалась еще более тягостной, чем неловкий разговор. Розена почувствовала на себе взгляд Тома, пристальный и проницательный.

— Не думал, что ты способна на такую… жестокость, — произнес он, нарушив молчание. Его голос был тихим, но в нем слышалась странная смесь осуждения и… восхищения?

— Жестокость? — переспросила Розена, поднимая на него взгляд. — Я просто не даю ложных надежд.

— Возможно, — ответил Том, отводя взгляд. — Но иногда ложная надежда — это все, что у нас есть.

— Не в моем случае, — холодно ответила Розена. — Я предпочитаю честность, даже если она болезненна.

— Честность… — повторил Том, словно пробуя это слово на вкус. — Интересное понятие.

Он замолчал, погрузившись в свои мысли. Розена наблюдала за ним, пытаясь понять, что творится у него в голове. Этот разговор, эта встреча с Дианой и Абраксасом, словно открыли в Томе какую-то новую, неизвестную ей сторону.

Музыка сменилась на медленный вальс. Несколько пар закружились на танцполе.

— Потанцуем? — неожиданно спросил Том, протягивая Розена руку.

Она колебалась. Ей не хотелось продолжать этот разговор, не хотелось анализировать сложные чувства, которые вызывал в ней Том. Но отказать ему сейчас было бы… неправильно.

— Хорошо, — ответила она, принимая его руку.

Том привлек ее к себе, и они закружились в танце. Его рука крепко держала ее талию, его взгляд был устремлен на нее, проницательный и… теплый? Розена старалась не встречаться с ним взглядом, сосредоточившись на ритме музыки.

— Ты знаешь, — произнес Том, его голос был низким и хрипловатым, — я никогда не понимал, зачем люди танцуют. Это кажется таким… бессмысленным занятием.

— А сейчас? — спросила Розена, не поднимая глаз.

— Сейчас… — Том помедлил. — Сейчас я понимаю.

Он прижал ее к себе еще крепче, и Розена почувствовала, как его сердце бьется в унисон с музыкой. В этот момент, окруженная яркими огнями и звуками вальса, она забыла обо всем — о Гриндевальде, о Тайной комнате, о Диане и Абраксасе. Остались только она и Том, два одиночества, нашедшие друг друга в этом шумном и праздничном зале.

Часы пробили полночь. Музыка стихла, и праздничная суета в Малфой-меноре замерла. Наступила торжественная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня в камине. Настало время древнего ритуала, благодарности предкам, проводимого чистокровными семьями в новогоднюю ночь.

Все гости, одетые в парадные мантии, собрались в большом зале. В центре зала, на возвышении, стоял древний каменный алтарь, украшенный рунами. Септимус Малфой, как глава семьи, начал церемонию. Его голос, обычно надменный, сейчас звучал глубоко и почтительно. Он произносил древние слова на латыни, призывая духов предков стать свидетелями и благословить их потомков.

Том стоял рядом с Розеной, держа ее за руку. Сегодня вечером, перед началом бала, они совершили обряд бракосочетания по древним традициям рода Перевелов. Этот обряд, проведенный в тайне, означал не только союз двух сердец, но и вхождение Тома в древний и могущественный род. Он принял имя Том Марволо Реддл-Перевел, связав свою судьбу с наследием Салазара Слизерина.

Розена чувствовала, как сила рода Перевелов течет по ее венам, наполняя ее энергией. Она понимала всю ответственность, которая теперь лежала на ее плечах – сохранить и передать потомкам древние знания и традиции.

Септимус закончил свою речь, и настала очередь Розены . Она вышла вперед, к алтарю. Взяв в руки серебряный кубок, наполненный темным, как ночь, вином, она произнесла:

— Во имя предков, во имя силы рода Перевелов, я приношу эту жертву!

Она вылила вино на алтарь, и пламя, горевшие в каменных чашах, вспыхнули ярче, озарив зал зеленым светом. В воздухе заклубился дым, принимая причудливые формы.

Розена почувствовала, как незримая сила окутывает ее, словно благословляя. Она знала, что предки слышат ее, чувствуют ее преданность роду.

Том, стоявший рядом, также ощутил прилив могущества. Он понимал, что вступив в род Перевелов, прикоснулся к чему-то древнему и великому. В его глазах горел огонь амбиций, а в сердце зрели грандиозные планы. Он использует силу и знания Перевелов, чтобы достичь своей цели – власти над миром волшебников. И Розена, его жена, станет его верной союзницей и опорой на этом пути.

Ритуал закончился. Гости начали расходиться, шепчась о могуществе рода Перевелов и о неожиданном союзе Розены и Тома. Новый год наступил, и он обещал быть полным событий, которые навсегда изменят мир волшебников.