Глава 29

Комната тонула в полумраке, лишь редкие лучи солнца пробивались сквозь тяжелые шторы. В этом добровольном заточении Гарри пытался найти хоть какое-то подобие покоя, но беспокойство, поселившееся в его душе, было по-прежнему сильным.

— Юный мастер, вы просили приносить свежие выпуски «Пророка»,—  перед ним появился Динки, маленький, сморщенного вида домовой эльф. Он был не из тех домовиков, которые одним своим присутствием вызывали негодование, как Кричер из дома Блэков(хотя вид их был довольно схож), но все же нечто в его робкой почтительности вызывало у Гарри щемящее чувство раздражения. Динки сразу же склонил голову очень низко, почти касаясь лбом пола, испуганно дергаясь всем телом, словно ожидая удара. Затем дрожащими руками оставил сложенную вдвое газету на столике, словно это была бомба, и мгновенно исчез, будто его и не было.

Гарри мрачно взглянул на «Ежедневный пророк». Один взгляд на газету вызывал приступ тошноты, и, тем не менее, он знал, что не может этого избежать. Ему хотелось узнать, кем теперь он стал в глазах общественности. Заклинанием он притянул «Пророк» к себе и, едва взглянув на главную страницу, сразу увидел большую фотографию себя в весьма карикатурном злодейском виде. На лице у него было выражение, которое вполне могло сойти за безумный оскал, а глаза горели нездоровым фанатизмом. Должно быть, кто-то приложил немало усилий, чтобы выставить его в таком свете. Выглядело это почти комично, сюрреалистически, но юноше в этот момент было совсем не до разборов творческого потенциала того человека, кто изобразил его в таком виде. Его больше волновало содержание газеты.

   Затаив дыхание, он прочитал заголовок, набранный огромными, жирными буквами:

«ПАДЕНИЕ ГЕРОЯ. ГАРРИ ПОТТЕР - ТЕМНЫЙ МАГ?»

Заголовок был уже вызывающим, поистине скандальным после многих статей, восхваляющих его как героя, победителя турнира и прочего-прочего. Он ощутил, как ярость, холодная и знакомая, поднимается изнутри. Его пальцы непроизвольно сжали кусок бумаги, готовые разорвать его в клочья, но он сдержался. Он знал, что это бессмысленно. Правда (или ее мерзкая пародия) все равно выплеснется наружу, поражая всех вокруг. Вместо этого юноша, собрав остатки самообладания, решил прочесть статью. Он должен знать, что они говорят о нем.

«Любители свежих скандалов, сплетен и сенсаций, ликуйте! Ваша Рита, как всегда, копает глубже, чтобы вытащить на свет самые мерзкие тайны, от которых содрогается волшебный мир! И на этот раз, мои дорогие, жертвой моего пера стал не кто иной, как... сами знаете кто, но на этот раз не Тот-Кого-Нельзя-Называть, а тот, о ком вы, возможно, думали лучше: Гарри Поттер!

Да-да, тот самый мальчик, с которым нам так долго морочили голову, оказался не просто заурядным лицемером, а настоящим пожирателем смерти! Вчерашний вечер в Министерстве Магии (подробности и фотографии - на страницах 20 и 21) стал не просто подтверждением возвращения Сами-Знаете-Кого, но и временем, когда правда наконец расскрылась.

Как сообщают мои надежные источники (и, смею заметить, я сама была одним из ключевых свидетелей), Гарри Поттер с выражением крайнего безумия преклонил колено перед Темным Лордом, тем самым подтверждая свою верность злу. Зрелище было настолько невероятным, что даже пойманные в тот день Пожиратели смерти не смогли сдержать удивления!

«Шок,—  как выразился один из моих доверенных информаторов, — был так силен, что почти осязаем. Мы не можем поверить, что все это время так ошибались.»

Что же считает ваша преданная слуга Скиттер? Гарри Поттер всегда был эгоистом, трусом и любителем легкой жизни, скрывая амбиции и темные стремления под маской глупого простака! И теперь, когда война на пороге и Того-кого-нельзя-называть вернулся, он наконец показал свою истинную сущность, испугавшись столкновения с тем, поэтому встал на сторону Сами-знаете-кого, показав свою трусость и лицемерие.

Так что приготовьтесь, дорогие читатели! Гарри Поттер, тот самый мальчик, чьим именем мы так долго восхищались, теперь является союзником Сами-знаете-кого. Следите за моими публикациями, и я раскрою вам все новые и новые подробности об этом чудовищном предательстве!»

Резкий, сухой смешок сорвался с губ Гарри. Ярость, все это время сдерживаемая, закипела в нем, требуя выхода. Его зубы стиснулись до боли, а руки так сильно сжимали газету, что бумага начала трещать. Он откинул "Пророк" в сторону, не дочитывая ни эту грязную статью, ни последующие с менее громкими заголовками о смене министра и происшествии в Министерстве магии. Читать о том, как его имя полощут в грязи, было выше его сил. Вспоминать свой роковой выбор в Министерстве магии, навязанный магическим влиянием, он тоже не желал. Слишком больно и тяжело ему было осознать, какой шаг он сделал тогда, под давлением страха и отчаяния. И даже если ему навязало этот выбор влияние Темного Лорда, это не меняет того факта, что он предал все, во что верил. Он предал себя.

Теперь его жизнь разделилась на две части: до и после. И он не знал, как жить дальше. Совершенно не знал. Бороться на стороне Темного Лорда, видя лица без, кто дорог ему? Отбросить все рамки морали для этого? Или решительно пойти против отца и общества, став врагом обеих сторон?

— Жалкое зрелище, —  прозвучал громкийледяной голос, разрушивший хрупкое безмолвие. Волдеморт. Его фигура, облаченная черной мантией, возвышалась в дверном проеме. Худоба его тела, доходящая до болезненной истощенности, лишь подчеркивала зловещую мощь, исходящую от него. Узкое, словно повторяющее форму черепа, лицо с заострившимися чертами, змеиные щелочики вместо носа, холодные линии рта, красные, залитые кровью глаза, горевшие нездоровым огнем - все эти детали, которые Гарри видел уже не раз, впервые показались ему отталкивающими, пугающими, словно он осознал истинную природу монстра, стоящего перед ним. — И это мой сын. Разбитый, сломленный. Ты сделал выбор и до сих пор не можешь принять его последствия? Если это так, я разочарован. Ты казался мне намного сильнее. Но на деле... ты обычный слабый мальчишка.

   Последние слова, произнесенные с презрительной усмешкой, хлестнули Гарри, как удар плетью. Он вскинул голову, в его глазах неожиданно вспыхнули искры ярости.

— Это не так! — резко возразил Поттер, смотря прямо в глаза Волдеморту, пытаясь скрыть дрожь, охватившую его тело. Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Сама магия крутилась вокруг него, как невидимый вихрь, готовая вырваться в любой момент. Комната будто бы заполнилась статической энергией, вот-вот готовой вспыхнуть. —  Это был не мой выбор. Не мой! Я не хотел этого. Совершенно.

— Хочешь сказать,— Лорд сделал короткую паузу, подчеркивая свои слова,— это я заставил тебя перед всеми защитить меня?

    Волдеморт усмехнулся, и в его глазах промелькнул злой огонек. Его голос так и сочился насмешкой, словно он наслаждался мучениями Гарри.

   —  Думаешь, я бы не смог отразить какое-то глупое заклинание старого аврора? Брось, Гарри. Ты не должен отрицать, что сам интуитивно бросился отразить заклинание. И моего участия в этом нет.

— Нет... Я... я не...

Голос Гарри, как и руки, предательски дрожал. Он не знал, что ответить, потому что, как ни старался, не мог заглушить голос разума, нашептывавший ему горькую правду. Волдеморт прав. Он сам предал всех. Сам пожелал защитить его. Инстинкт, внезапный порыв, что-то внутри него восстало против мысли о том, что Волдеморт может быть ранен. И это «что-то» было частью его самого, та часть, которую он так долго пытался подавить, отрицать. Навеянная осколком души Волдеморта, ставшая уже кусочком его, Гарри, естества.

    Волдеморт сделал шаг вперед, и в полумраке его лицо казалось еще более зловещим. Его голос стал тише, но от этого еще более опасным.

— Ты знаешь, что я прав, Гарри. Иначе ты бы не колебался. Ты бы отрицал это с той же яростью, что и раньше. Но ты молчишь.

Волдеморт остановился в шаге от Гарри, его красные глаза смотрели в самую душу.

— Я жду тебя через час в столовой. Мои верные слуги, какими жалкими они не казались мне после своего побега, будут ждать нас там. Пришло время начать этап подготовки. Британия склонится у моих ног совсем скоро... И ты, мой сын...—он сказал это с долей насмешки...— станешь частью этих изменений.

  Гарри стиснул зубы, но в его горле будто застрял комок. Он молчал, ничего не мог ответить тому, наблюдая, как Темный лорд ухмыльнулся и медленно покинул его. Юноша же остался в тишине ...

***

Мрачный зал для собраний был скован ледяной тишиной. Каждый вдох и выдох казался грехом, способным обрушить гнев Темного Лорда. Пожиратели Смерти бросали друг на друга взгляды, полные страха и невысказанных вопросов. Особенно напряжены были Малфои. Люциус сидел молча, но его рука судорожно сжимала ладонь Нарциссы, чье лицо казалось еще бледнее, чем обычно. Лишь Беллатрикс, восседающая рядом, источала безумную, почти болезненную радость. Ее глаза, горящие нездоровым огнем, блуждали по пустующим креслам, словно она предвкушала чей-то приход.

   Тяжёлые деревянные двери распахнулись. Волдеморт, окутанный аурой власти и смертельной опасности, медленно, словно хищник, вступающий на свою территорию, вошел в зал. Его темная мантия колыхалась. За ним, как безмолвная тень, следовал и Гарри. Его лицо было лишено каких-либо эмоций, а взгляд, вопреки бушующим в нем переживаниям, был спокоен и даже холоден.

  — Вы разочаровали меня,— прозвучал голос Волдеморта, словно удар грома, раскатываясь эхом под высокими сводами зала. Он стремительно прошел к месту в центре стола, словно восходя на трон, и его мантия взметнулась, подчеркивая его властное положение. Нагайна, скользнувшая в зал вслед за хозяином, обвила спинку стула и подняла голову, зловеще поблескивая алыми глазами. Затем, не найдя ничего интересного для себя, переползла на колени Гарри, занявшего место рядом с Волдемортом. — Вы показали свою слабость кучке второсортных магов. Ничтожному Ордену Дамблдора, состоящего из воров и слабаков. 

   При этих словах Гарри напрягся, сжимая пальцы в руках. Мертвая тишина в зале стала еще более гнетущей. Волдеморт обвел взглядом лица своих последователей, как бы сканируя их души, выискивая признаки раскаяния, но видел лишь страх, заискивание и жажду власти.

— Рабастан, Рудольфус, — его голос снова рассек тишину, — вы показали себя трусливо. Я был разочарован узнать, что вы бежали от какой-то девчонки и ее дружка оборотня.

   Братья Лестрейнджи, словно подкошенные, склонили головы, не смея поднять глаз. Они ожидали чего-то ужасного, но к их счастью, Волдеморт не сделал ничего.

— Беллатрикс, — вместо этого продолжил Темный лорд,— твоя преданность, безусловно, похвальна, но твоя… одержимость порой затмевает разум и мешает хладнокровно оценивать ситуацию, — произнес Волдеморт, и Беллатрикс, словно ужаленная, вздрогнула. Она ожидала похвалы, а получила упрек.

— Долохов, твоя жестокость… зачастую неэффективна и не приносит желаемого результата. На войне, которую мы ведем, нужен не садист, а расчетливый воин.

Антонин Долохов, закоренелый садист, лишь хмыкнул в ответ, скрывая за показным безразличием вспыхнувшую злобу.

— Люциус, — в голосе Волдеморта послышался лед, — я поставил тебя во главе...операции. Однако твоя непростительная беспечность привела к поражению. Твоя семья запятнала себя позором, который не смыть до скончания веков.

Люциус, не в силах выдержать взгляда Темного Лорда, опустился на колени, его голос дрожал от страха:

— Мой Лорд, я… я виноват. Я готов на все, чтобы искупить свою вину и вернуть Ваше расположение.

Волдеморт смотрел на него с презрением, словно на ничтожное насекомое.

— Хорошо, – медленно произнес он. — У вас, и у всех присутствующих, есть шанс доказать свою преданность. Возможность заслужить прощение. Возможность показать, что вы все еще достойны носить мою метку.

Он обвел взглядом всех присутствующих.

— Магический мир готовится к войне, —  в голосе Волдеморта зазвучали зловещие нотки. — Но им не обязательно знать, откуда она начнется и куда ударит в первую очередь. Я дам вам первое задание. Посейте хаос среди маглов. Посейте семена страха и паники в их никчемном мире. Пусть они ощутят приближение тьмы, которая надвигается на всех. Отвлеките внимание от истинных целей и заставьте министерство магии и Орден Феникса разрываться на части, пытаясь защитить их.

Он сделал паузу, наслаждаясь, как лица паники и страха постепенно сменились восторгом. Он взглянул на Гарри, наблюдая, как тот с трудом сдерживает свои эмоции. Поттер был не счастлив слушать все это. Пока. Вскоре, Волдеморт постарается, тот станет относится к этому с таким же предвкушением, как и он сам.

— Я надеюсь, вы справитесь с таким простым поручением. Беллатрикс, Антонин... Доверяю вам это дело,— произнес Темный лорд.— О, и пока не забыл. Я думаю, вы и сами видите, что мой сын вновь вернулся в наш строй.

   При этих словах все Пожиратели смерти взглянули на молчавшего до сих пор молодого юношу. Особенно пристально, как казалось Гарри, на него смотрел Снейп. То ли тот старался увидеть в нем что-то, какое-то подтверждение его мыслям, то ли прочитать его разум, но этот взгляд не казался Поттеру враждебным. Скорее...печальным. Но через миг выражение лица профессора снова стало обыденным.

— Если вы не глупцы, на что я надеюсь, то вы уже должны были понять, что Эван... На деле и есть Гарри Поттер,— изрек Волдеморт, словно сообщая о чем-то само собой разумеющемся. Он замолчал, выжидая реакции.

   Слова Волдеморта, словно громом поразили каждого присутствующего. Пожиратели Смерти испытали целую гамму смешанных чувств: изумление, недоверие, шок, страх. Некоторые испытали даже восхищение. Гарри Поттер, Мальчик-Который-Выжил, герой магического мира, оказался среди них. Нет, более того, он сын Темного Лорда. Это казалось невероятным, невозможным, абсурдным. Но они знали, что Волдеморт никогда не позволит себе лгать.

Впрочем, страх, сковавший их, был сильнее любопытства. Никто не осмеливался нарушить тишину, задать вопрос или высказать свое мнение. Они боялись, что любое слово, любой жест может обрушить на них гнев Темного Лорда. Лица Пожирателей выражали лишь безмолвное изумление. Даже Беллатрикс, казалось, на мгновение замерла в своем безумном восторге, словно пораженная неожиданной правдой.

  — Иронично, не так ли? Тот, на кого все надеялись, величали моим победителем, теперь стоит здесь, среди нас,— изрёк Волдеморт. Он положил руку на плечо сына, слегка сжимая ее.—  Впрочем... Для меня это лишь ещё одно поражение Дамблдора. Они упустили своего удобного «героя». Гарри Поттер теперь среди наших рядов. И он ещё ни раз покажет, что я не зря учил ему многому.

  Собрание подошло к концу. Гарри наблюдал, как слуги Волдеморта один за другим начались расходиться. А он...оставался сидеть на месте, поглощённый собственными мыслями. Война началась. И в ней он встал на сторону, что казалась ему особенно ужасающей.