Глава 6 Провокация

На следующий день всё будто бы становится... тише. Слишком тихо. Я жду — в столовой, на парковке, у спортзала. Ищу её взгляд. Но она будто растворилась.

Ни лайков, ни сторис. Ни сообщений. Ни каких кандалов или ещё чего-то.

Это зловещая тишина. Та, что всегда идёт перед бурей.

Весь день проходит отвратительно. Мысли так и крутятся постоянно о вчерашней ночи.

Я снова поддался на поводу эмоций из-за нее, хотя не должен был этого делать.

В который раз я себе это уже говорю?

В сотый? В тысячный?

Каждый раз, эта бешеная фурия с голубыми глазами и с золотистыми волосами, котрая до ужаса одержим розовым цветом, появляется в поле моего зрения или же хотя бы её едва уловимый аромат духов, улавливают мои ноздри - это говорит о том, что конец моим принцыпам и всему тому, что было до неё и было как раз сделано для нее.

Спенсер всегда было наплевать на все правила котрые её когда либо окружали. Даже то правило, которое её преследует с самого её рождения, в такой семье аристократов.

Быть примером в семье, стать лучше для всех, а главное для себя. Быть идеальной и бла, бла, бла...

К чем так много заморочек со всем этим дерьмом, если она делает так, что её ангельсвой улыбке и её поведению верят все, кроме меня.

Спенсер хоть и кажется приблемной дочерью на первый взгляд, но я-то знаю, какая она на самом деле.

Та, которую никто не замечает. Или не хочет замечать.

Это уже становится почти привычкой — ловить её фальшивую вежливость на публике, эти притворные взгляды в сторону родителей, натянутые улыбки, поклоны, слова, от которых у любого учителя брызжут слюни восторга.

Но не у меня.

Я видел, как она может издеваться над некотрым девушками. Как с дерзкой ухмылкой отказывалась делать то, что ей было неинтересно. Как швырнула чашку с кофе в стену, когда кто-то случайно задел её у столика.

Вот она — настоящая.

Та, которая исчезла сегодня.

Я стискиваю зубы.

Это не должно волновать. Не должно.

Но, чёрт возьми, волнует.

День скатывается в какое-то серое месиво. На паре с мистером Холлом я втыкаю в одну точку. Даже когда Чак толкает меня локтем — не реагирую. Он с Джеймсом переглядываются, но ничего не говорят.

Я знаю, о чём они молчат.

Парни начали догадываться, что между мной и Спенсер — что-то странное. Но никто не понимает до конца что именно. Даже я.

— Она тебе что, реально в мозги залезла? — однажды спросил Джеймс, когда мы стояли у раздевалки после тренировки.

— Нет. Она — мои мозги сломала, — ответил я тогда.

Сейчас я это чувствую особенно остро.

Половина пары проходит в тумане. На автомате. Слова преподавателей — глухой фон, как радио, играющее в другой комнате.

Я ловлю себя на том, что просто... сижу. И жду. Не зная, чего именно.

Может, её? Может, наказания?

Может, чтобы наконец всё закончилось?

****

Во время перерыва Джеймс пытается что-то сказать. Его губы шевелятся, но я не слышу. Он нахмурен. Наверное, спрашивает, что со мной.

— Всё в порядке, — отвечаю резко. Слишком резко.

Он кивает, но не уходит. Просто остаётся рядом, как всегда. Как друг, который всё видит, но молчит, пока ты сам не готов.

Я не готов.

****

Тренировка провалена.

Мяч из рук выпадает. Координация — ноль. Я срываюсь. Кричу. Толкаю Чеда.

— Ты с ума сошёл?! — орёт тот, вытирая пот со лба.

— Ты тормоз! — парирую, глядя ему прямо в глаза.

Джеймс хватает меня за плечо. Уводит в сторону.

— Ты в порядке, брат? — спрашивает он тихо, когда я срываюсь на Чеда за неудачный пас.

— Я в норме, — рычу сквозь зубы. — Просто кто-то слишком долго думает, куда кидать мяч.

Я отворачиваюсь.

— Не лезь, - холодно отвечаю ему, сбрасывая его руку со своего плеча.

Каждый умудрился сделать по нескольку ошибок за раз. И каждому хотелось оторвать голову и использовать её вместо нашего привычного баскетбольного мяча.

Но я не такой как Джеймс. В отличии от него, я думаю, а после действую.

Но знаете, в такие моменты как сегодня, действие это первое что приходит мне в голову.

Я всегда был человеком, который не особо любил драки и марать руки в чей-то крови.

Но какая-то часть меня всегда желала этого сделать. Разбить череп и увидеть собственными глаза и как чья-то жизнь уходит на твоих глазах.

***

И она действительно приходит.

Та тишина котрая была сегодня весь чёртов день исчезает.

Вечером.

Когда я меньше всего жду.

Спенсер присылает мне фото.

Очевидно это в её стиле.

Она сидит в ванне. Пена прикрывает грудь, но чуть ниже — намёк на бедро, кожа вспыхивает белизной на фоне воды. Её взгляд прямо в камеру — вызывающий, спокойный. Почти насмешливый. Как всегда.

Даже я не исключение для её взгляда высокомерие и насмешки.

Под фотографией замечаю подпись:

"Я думаю о тебе. Всё чаще. Это пугает."

Мои пальцы сжимаются на телефоне. Адреналин поднимается, как волна. Она играет.

Она снова в игре.

Она вернулась.

Нет. Она никуда не уходила. Просто решила дать мне вкус тишины. А потом — удар. Как плёткой по коже.

И я снова — её пешка.

Я не отвечаю.

Не могу.

Телефон горит в ладони, как раскалённый металл. Я скидываю его на кровать и прохожу по комнате туда-сюда, как дикий зверь в клетке.

— Ты не должен реагировать, — шепчу себе сквозь зубы. — Не должен. Не должен, мать твою.

Но в голове уже выстраивается картина — её тело в воде, то, как она смотрит в камеру, будто знает каждую мою слабость. И точно знает, на какую именно нажать.

Чёртова Спенсер.

Проходит пятнадцать минут.

Потом двадцать.

А потом я всё-таки беру телефон. Просто... посмотреть. Убедиться, что это было. Что я не сошёл с ума.

Сообщение мигает. Ещё одно.

Спенсер: Ты всё ещё злишься? Или просто боишься?

Я сжимаю челюсть.

Боюсь?

Ты серьёзно?

Пальцы сами печатают ответ:

Лео: Ты понятия не имеешь, чего стоит мне не сорваться из-за тебя.

Спустя секунду — три точки. Она печатает. И мне уже хочется выдернуть этот грёбаный интернет из розетки, лишь бы не знать, что она сейчас скажет.

Спенснр: Сорвись, Лео. Сделай хоть что-то, кроме того, чтобы прятаться за своим контролем.

Я моргаю. Один раз. Второй.

Она правда сказала это?

****

На каждом светофоре думаю, что развернусь.

Но не разворачиваюсь.

Я снова иду к ней. Как заколдованный.

Весь путь прокручиваю в голове, что скажу. Что объясню. Что сорвусь, да, но наконец поставлю точку.

Но как только открывается дверь — никакой злости уже нет.

Она в тёмно-синем халате, что во первых непривычно видеть ее в таком цвете. А во вторых, волосы распущены, слегка влажные. Кожа сияет, как после ванны.

— Привет, — её голос как конфета с ядом. — Быстро. Я думала, ты проигнорируешь.

— Я тоже так думал, — отвечаю. — Но, как обычно, ты обламываешь мои принципы. Она отходит в сторону, пуская внутрь. Я чувствую аромат — ваниль, каких-то цветов, и что-то сластливое, липкое, будто липкий сироп капает с потолка.

Всё — слишком Спенсер.

— Я не собирался приходить, — говорю, не оборачиваясь. — Но ты знаешь, как меня ломать.

— Я просто отправила фото, Лео. Всего одно.

— Ты знала, что я приду.

— Я надеялась. — Она подходит ближе. — Потому что ты нужен мне. Такой, какой ты есть. Без маски. Без контроля. Без всех этих твоих "должен/не должен".

— Тебе этого достаточно, — резко поворачиваюсь к ней. — Тебе достаточно взгляда, чтобы снова вывернуть меня наизнанку. А я, как идиот, каждый раз ведусь.

— Потому что хочешь, — спокойно отвечает она

— Я ненавижу то, кем становлюсь рядом с тобой.

— А я — обожаю.

Она стоит вплотную. Так близко, что слышу, как бьётся её сердце.

— Потому что ты всегда всё держишь внутри. Всё эмоции держишь внутри. А со мной ты другой, ты живой, когда злишься. Когда хочешь. Когда дышишь мной. — Я не могу быть с тобой, Спенсер.

— Потому что боишься меня? Или потому что боишься себя рядом со мной?

Я молчу. А она — улыбается. Её рука ложится на мою грудь.

Хватаю её запястье. Жёстко. Смотрю прямо в глаза.

Она тянет меня за ворот. Медленно. Провоцирующе.

— Признай это, Лео. Я — твоя слабость. И тебе уже давно не хочется лечиться.

И она права.

****

— Что ты хочешь от меня? — спрашиваю, почти шепотом.

— Всё, — отвечает она. — Целиком. Без остатка.

Я хватаю её запястье, прижимаю к стене. Губы рядом с её ухом.

Мы оба знаем — это не закончится хорошо.

Но мы оба хотим продолжения.

И никто не нажимает на тормоз.

Никто из нас никогда не знал, как вовремя остановиться.

Резкий стук в дверь вырывает меня из оцепинения и того, что я мог сделать сейчас с ней.

— Ты кого-то ждёшь?

— Н-нет, подожди.

Она отпускает меня и смотрит в глазок, а после за дверью слышится что-то вроде "курьерская доставка цветов"

Без лишних слов, Спенсер открывает дверь дома, в её руки сразу же отдают цветы, а посде требуют расписаться на планшете за доставку. Курьер что-то ещё просит подписать там и быстро уходит.

— Цветы? Да ещё и такие дорогие? У тебя поклонник появился.

— Или ещё одни сталкер!

Злобно произносит она рассматривая красный букет с лилиями.

— Твой поклонник ещё и романтик, записку тебе оставил. — быстро поднимаю бумажку, которая кажется выпала их букета, когда курьер вручил эти цветы ей в руки

— Дай сюда! — Спенсер вырывает из моих рук записку, взамен оставляя мне этот чёртов букет поганых красных лилий.

Хоть и девушка стоит ко мне спиной, но мой рост даёт мне преимущество в том, что я сейчас могу видеть то, что написано было в данной записке, которая прилагалась к букету:

"Я видел — ты идёшь одна,В глазах тревога, как вина.Ты не из мира — ты из снов,Из тишины и лепестков.

Тебе идут цветы мои —Осколки алой тишины.Краснеют лилии в руке,Как капли сна на лезвие.

Ты — слишком тонкая для дня,Для шума, суеты, огня.Ты создана, чтоб быть внутри —Стеклянной клетки красоты.

Не плачь. Не дрожи. Не зови.Я рядом, за чертой любви.Я сохраню твой силуэт,Пока меня на свете нет.

А если вдруг захочешь знать —Кто шлёт цветы и чьё "молчать" —Спроси у зеркала в ночи...Оно — не врёт. И я... почти"

У неё появился сталкер и это не просто какой-то тупой подросток.

В этом стихотворение чётко написано то, что он хочет.

— Не слишком ли странный стих?

— Обычный стих, ничего странного я не заметила в нем

—Ты серьёзно закроешь на это глаза?

— Перестань быть таким занудой. - спокойно произносит она и улыбается, а после проходит мимо меня и направляется в гостиную. 

Я остаюсь на месте и прокручиваю каждую строчку этого стиха.

Это определённо написал псих. По первым двум слова можно было понять это.

— Эй, статуя, тебя долго ещё ждать там приглашения пройти внутрь дома? - где-то за спиной слышу звонкий голос Спенсер.

Черт, я и забыл для чего вообще суда приехал