Глава 19. Что ты скрываешь?

Когда мы возвращаемся к нашему домику, солнце уже медленно клонится к закату, окрашивая небо в тёплые золотисто-розовые оттенки. Воздух все еще тёплый, но лёгкий ветерок приносит с собой свежесть.

Мы идём молча, но эта тишина не кажется неловкой. Напротив, она уютная, словно мягкое одеяло после долгого дня. Маттео идёт рядом, его пальцы лениво переплетаются с моими, будто он даже не задумывается об этом — просто держит мою руку, как что-то естественное.

Я украдкой смотрю на него. Его лицо расслаблено, взгляд чуть рассеянный, но я знаю, что он замечает каждую деталь вокруг.

—О чём ты думаешь? - спрашиваю я, когда мы подходим ближе к домику.

Маттео бросает на меня короткий взгляд, в уголках его губ играет лёгкая улыбка.

—О тебе.

Я закатываю глаза, хотя внутри что-то приятно сжимается.

—Ты всегда так отвечаешь.

—Потому что это правда, принцесса.

Я не знаю, что сказать, поэтому просто качаю головой и усмехаюсь.

Мы поднимаемся по ступенькам крыльца, и Маттео первым открывает дверь, пропуская меня внутрь. В домике царит приятная полутьма, а лёгкий запах дерева и свежего воздуха создаёт атмосферу спокойствия.

Я опускаюсь на мягкий диван, вытягивая ноги и глубоко вздыхая. День был долгим, но почему-то внутри меня нет усталости — только странное, тёплое чувство, которое я ещё не до конца понимаю.

Маттео проходит вглубь комнаты, бросает взгляд в сторону кухни, затем смотрит на меня.

—Чай? Кофе? Или ты просто хочешь сидеть и смотреть на меня с этим мечтательным выражением лица?

Я прищуриваюсь.

—У тебя слишком завышенное самомнение.

—Возможно, но это не отменяет того факта, что ты сейчас буквально мечтательно смотришь на меня.

Я бросаю в него подушкой, но он легко ловит её и усмехается.

—Хорошо, - сдаюсь я. — Чай.

Он кивает и исчезает на кухне. Я слышу, как он что-то делает, гремит чашками, а потом тихо напевает себе под нос какую-то незнакомую мелодию.

И вдруг я ловлю себя на мысли, что мне нравится это.

Эти моменты.

Эта лёгкость между нами.

И эта мысль пугает меня, но я не спешу отталкивать её.

Потому что, возможно, в первый раз за долгое время, я действительно чувствую себя.. счастливой.

Маттео возвращается с двумя чашками чая, ставит одну передо мной, а сам усаживается рядом.

—Не отравил? - шучу я, поднося чашку к губам.

Он закатывает глаза.

—Пока ты единственная, кого я не собираюсь травить, принцесса.

—Какое утешение, - усмехаюсь я и делаю осторожный глоток. Чай горячий, с лёгкой ноткой чего-то травяного, успокаивающего.

Маттео кладёт руку на спинку дивана, его пальцы почти касаются моего плеча, но он не торопится сокращать расстояние. Просто смотрит на меня.

—Тебе хорошо здесь?

Я задерживаю взгляд на его лице. Он спрашивает искренне, без подтекста, просто хочет знать.

—Да, - тихо отвечаю я. — Мне спокойно.

Маттео кивает, но в его глазах мелькает что-то еще.

—Хорошо.

Он делает глоток чая и откидывается назад, прикрывая глаза. На мгновение наступает тишина, но она не тяготит.

Я ставлю чашку на стол, поджимаю ноги под себя и осторожно опираюсь плечом на него. Маттео не двигается, но через секунду его рука медленно соскальзывает с дивана и ложится мне на спину, легко, ненавязчиво.

—Ты правда доверяешь мне? - вдруг спрашивает он, почти шёпотом.

Я чувствую, как его пальцы едва заметно сжимают ткань моей одежды, и моё сердце на мгновение замирает.

—Доверяю, - отвечаю я, не раздумывая.

Маттео глубоко вздыхает, и мне кажется, что это значит для него больше, чем я могу понять.

—Тогда просто будь здесь, - говорит он. — Сейчас. Без всех этих мыслей, без страхов. Просто будь.

Я закрываю глаза, чувствуя его тепло рядом, и понимаю — я хочу этого.

Этого момента.

Его.

Я не знаю, сколько времени проходит. Может, несколько минут, а может, целая вечность. Но мне не хочется двигаться.

Маттео тоже молчит, просто сидит рядом, его рука остаётся на моей спине, а дыхание ровное и спокойное.

—Это странно, - вдруг говорю я, не открывая глаз.

—Что именно? - его голос звучит мягко.

—Что с тобой мне.. спокойно.

Я чувствую, как его пальцы слегка напрягаются.

—А должно быть иначе?

—Должно быть страшно. Ты сам сказал, что я боюсь.

Он слегка поворачивает голову, и я ощущаю его взгляд на себе.

—Ты боишься, - соглашается он. — Но не меня.

Я открываю глаза и встречаюсь с ним взглядом. Он так близко, что я могу разглядеть каждую искорку в его изумрудных глазах.

—Чего тогда?

Маттео изучает меня несколько секунд, прежде чем тихо говорит:

—Себя.

Мои губы едва заметно приоткрываются, но я не нахожу, что сказать. Потому что он прав.

Я не боюсь его. Боюсь того, что он делает со мной. Того, что я начинаю чувствовать.

Он словно понимает мои мысли, потому что его губы трогает лёгкая усмешка.

—Ты хочешь убежать, принцесса?

Я сглатываю.

—Нет.

—Тебе не стоит боятся, убегать. Я никогда тебя не обижу. Эмилия, ты будешь под моей охраной, и если тебе будет грозить хоть какая-либо угроза, я убью этого человека.

Убьет? Что это значит? Мои глаза бегают по его выражению лица, оно странно спокойное. Что он этим хотел сказать? И какая вообще угроза? Мне может грозить угроза, но только из-за врагов отца. Но.. Маттео не может быть врагом моего отца. Отец бы рассказал, предупредил. Он не может быть мафией.. Нет, только не он. Это все мои мысли. Это просто бред.

Бред же, правда?

Я смотрю на Маттео, он снова закрывает глаза, словно говоря: Я здесь. Я никуда не спешу. Я делаю глубокий вдох и тоже закрываю глаза.

Просто быть.

Просто быть рядом с ним.

Я хочу быть рядом с ним.

Я не сразу понимаю, что Маттео уснул. Сначала я просто чувствую, как его дыхание становится ровнее, теплее, как мышцы расслабляются под моими пальцами. Он лежит у меня на коленях, его голова чуть повернута вбок, ресницы едва заметно дрожат во сне.

Я не двигаюсь. Только осторожно, почти невесомо, провожу пальцами по его волосам. Они мягкие, чуть растрёпанные, и я ловлю себя на том, что мне нравится это чувство. Нравится, что он доверился мне настолько, чтобы просто заснуть рядом.

В груди поднимается странное, тёплое чувство. Как будто этот момент — нечто хрупкое, почти сокровенное, что я хочу сохранить как можно дольше.

Но тишина нарушается.

Раздаётся короткая вибрация. Затем еще одна.

Сообщение.

Я чувствую, как тело Маттео едва заметно дёргается, но он не просыпается. Его телефон лежит на краю стола, а затем экран погас. Я замираю, глядя на него.

Кто пишет ему? И почему от этого у меня внутри поднимается лёгкая тревога?

Телефон снова вибрирует.

Я затаиваю дыхание, чувствуя, как что-то внутри сжимается. Не знаю, почему это сообщение так беспокоит меня. Может, потому что Маттео сейчас так спокойно спит, и мне не хочется, чтобы что-то его тревожило.

Или, может, потому что я боюсь увидеть, кто именно ему пишет.

Я опускаю взгляд на его лицо. Он все еще спит, его дыхание ровное, губы чуть приоткрыты. Мне не хочется будить его, но телефон вибрирует уже в третий раз, и я знаю — если это что-то важное, ему, возможно, нужно будет ответить.

Осторожно, чтобы не разбудить его, я дотягиваюсь до края стола. Кончиками пальцев чувствую гладкую поверхность телефона. Аккуратно беру его в руки и, чуть колеблясь, переворачиваю экраном вверх.

Я замираю, чувствуя, как в груди что-то сжимается сильнее.

Сообщение от его отца.

Не знаю почему, но почему-то моё сердце пропускает удар. Мои пальцы сжимают телефон крепче, когда приходит еще одно сообщение.

ОТЕЦ: Ты следишь за ней, как я просил?

Я резко вдыхаю, чувствуя, как внутри все холодеет. Грудь сдавливает странное чувство. Холод пробегает по коже, как будто в комнате внезапно стало слишком холодно. О ком он говорит? Он не называет имени, но внутри меня уже поднимается паника.

ОТЕЦ: Что-то необычное есть в её поведении? Ты должен быть начеку, Эмилия не должна ничего заподозрить.

Моё имя..

Моё сердце пропускает удар.

Они говорят обо мне.

Очередная вибрация.

ОТЕЦ: Маттео, если заметишь хоть что-то подозрительное — докладывай сразу. Это важно.

Кровь стучит в висках.

Маттео.. следил за мной? Все это время?

Я не знаю, сколько секунд я просто сижу, глядя на экран. В груди поднимается странное, тянущее чувство — смесь страха, недоверия и чего-то еще, чего я пока не хочу признавать.

Телефон вибрирует снова.

ОТЕЦ: Я надеюсь, ты не забываешь, на чьей ты стороне, и кто ты.

Моё сердце сжимается. Я опускаю взгляд на спящего Маттео. Так кто он тогда? Человек, которому я начала доверять? Или тот, кто был рядом по приказу отцу? Но почему я? Что происходит?

Я хочу отвести взгляд, хочу закрыть телефон и сделать вид, что ничего не видела. Но не могу. Потому что в голове уже роятся вопросы, и ни один из них мне не нравится.

Я ощущаю, как внутри все холодеет. Как будто что-то, что раньше казалось надёжным, внезапно треснуло.

Следит за мной.

Маттео должен следить за мной.

Его отец хочет знать, не заподозрила ли я что-то.

Но что?

Моя грудь сжимается от напряжения, мысли скачут, как разбитые стеклянные осколки. Я снова смотрю на Маттео. Он спит, его лицо расслаблено, дыхание ровное. Все тот же человек, который держал меня за руку, целовал, касался меня, говорил, что я могу доверять ему.

Только теперь я не уверена, что могу.

Я чувствую, как в пальцах нарастает напряжение, и прежде чем успеваю передумать, пролистываю сообщения выше.

Не знаю, чего я надеюсь там найти.

Может, объяснение. Может, ответ.

Но чем дальше я читаю, тем сильнее сжимается сердце.

"Не забывай, зачем ты рядом с ней."

"Если появится что-то подозрительное, сразу сообщи мне."

"Она не должна ничего заподозрить."

Я резко закрываю телефон, едва не уронив его на колени. Сердце колотится так сильно, что мне кажется, Маттео должен это услышать.

Не должна ничего заподозрить.

То есть он все это время..

Я сглатываю, чувствуя, как в груди поднимается глухая боль.

Что я для него?

Только цель?

Только задание?

Мне хочется разбудить его, заставить объясниться. Хочется спросить: все ли это было ложью? Или хотя бы часть была настоящей?

Но я не двигаюсь.

Потому что боюсь ответа.

Я смотрю на Маттео, и в какой-то момент мне кажется, что я больше не вижу в нём того, кто был рядом со мной все это время. Мои глаза скользят по его спокойному лицу, и в груди, где еще недавно было тепло, появляется холод. Я чувствую, как этот холод постепенно заполняет меня целиком.

Что если все, что между нами, было частью его плана? Эта поездка тоже его часть плана? Почему я настолько глупая.. Папа всегда мне твердил, чтобы я не доверяла никому. Но Маттео.. Почему-то мне хотелось верить именно ему. Доверять с первых секунд. Но кто он такой, что скрывает, что прячет под этой маской "хорошего" мужчины? Зачем это все? С чем он связан? Почему, почему.. В мыслях столько вопросов, но ответа ни на одного из них нет.

Я не могу поверить в это.

Но что мне теперь делать с этим знанием?

Я отпускаю телефон, и он тихо падает на подушку. Мысли путаются, и я пытаюсь найти хоть одну оправдательную мысль, одну зацепку, которая вернула бы мне уверенность. Но ничего не приходит.

Только холодное осознание того, что я не знаю, кто он на самом деле.

Я снова опускаю взгляд на него. Он спит, так невинно, так расслабленно. И если бы я не узнала об этих сообщениях, я бы сказала, что это просто мужчина, который мне дорог. Человек, которому я доверяю.

Но сейчас я не уверена.

Не могу быть уверена.

В голове возникают вопросы, которые я не могу игнорировать: почему он не сказал мне об этом? Почему не рассказал, что он следит за мной, и что это часть его плана? Почему все это время я была просто пешкой в какой-то игре, и не знала об этом?

Или, может быть, это не так? Может, он тоже запутался, не может выбрать между долгом и тем, что чувствует ко мне?

Я качаю головой, пытаясь избавиться от мыслей, которые только путают. Мне нужно успокоиться.

Мне нужно понять, что делать дальше.

Я осторожно встаю с дивана, пытаясь не потревожить Маттео, и направляюсь к окну. За ним тёмное небо, немного замедляющее время, и в воздухе витает спокойствие, которое, кажется, мне так не хватает.

Я задерживаю дыхание, ощущая, как мой разум пытается собраться. Все это время я доверяла ему. А теперь..

Теперь мне нужно решить, что я буду делать с этим дальше.

Я начинаю осознавать, как хрупким стало все, что казалось стабильным. То, что ранее приносило мне утешение, теперь вызывает лишь сомнения и тревогу. Я не знаю, как вести себя с Маттео, потому что каждое его слово и действие теперь кажутся двусмысленными. Все, что между нами, может быть частью чего-то гораздо более сложного, чем я представляла.

Я стою у окна, чувствую, как холодная ночь поглощает комнату, а мысли в голове кружат, как водоворот. Вопросы бесконечны, но на все них нет ответов. Оставаться ли рядом с ним, несмотря на все это? Или уйти, чтобы не позволить себе быть использованной, даже если моё сердце говорит, что там есть что-то настоящее?

Я вижу, как внизу мягко мерцает огонь, и в голове что-то щелкает. Возможно, это мой шанс понять, кто он на самом деле — и что это значит для меня. Я возвращаюсь к дивану, снова сажусь рядом с ним, ощущая его присутствие, и медленно осознаю, что, возможно, все эти чувства и вопросы не уйдут, пока я не разберусь в них сама.

Вновь смотрю на его спокойное лицо, а затем касаюсь его руки, чуть медленно, словно пытаясь понять, кто он сейчас для меня.

Почему ты ничего не сказал мне?

Зачем это все?

Я ведь доверилась тебе, а ты..

Соберись, Эмилия, слова его отца еще ничего не значат. "Я надеюсь, ты не забываешь, на чьей ты стороне, и кто ты." Кто ты, Маттео? Кто? Что это значит.. Эти слова повторяются раз за разом у меня в голове, до тех пор, пока я не чувствую как Маттео просыпается.

Я чувствую, как его рука слегка напрягается под моей, и его глаза медленно открываются. Он смотрит на меня, и, хотя его взгляд все еще немного размытый от сна, я вижу в нем ту же искренность, что была раньше — или по крайней мере так мне кажется.

Он не сразу говорит, но я вижу, как он что-то замечает на моем лице — какое-то напряжение, скрытое беспокойство, и его голос звучит мягко, как будто он не хочет меня пугать.

—Эмилия, что-то случилось?

Я едва ли могу собраться с мыслями, все еще ошеломленная от только что прочитанных сообщений. Не знаю, что ответить ему. На одном уровне я хочу спросить, что это все значит, что он скрывает от меня. Но на другом я не уверена, готова ли услышать ответ.

Я держу его руку, чувствую, как в груди что-то сжимается, и все, что я могу выдавить, это:

—Я знаю, что ты скрываешь кое-что от меня, - мой голос становится строже, чем обычно. — Сам расскажешь?

Маттео наклоняется ближе, его взгляд становится более ясным. Он внимательно следит за мной, будто пытаясь понять, что я чувствую. Я вижу, как его губы чуть подрагивают, но он молчит. Он не делает резких движений, не пытается оправдаться, но его молчание говорит больше, чем любое слово.

—Я знаю, что ты чувствуешь, - наконец говорит он, голос хриплый от сна. — И я не хотел, чтобы ты узнала таким образом.

Всматриваюсь в его глаза, пытаясь понять, что за этими слова стоят. И все, что мне приходит в голову, это одно единственное, простое слово.

—Почему?

Его дыхание становится глубже, и он слегка откидывается назад, но не отстраняется. Он не убирает руку, которая до сих пор лежит на моем бедре, будто не решая, что делать дальше.

—Потому что я должен был быть рядом с тобой. Я должен был защищать тебя, не дать тебе попасть в опасность, - его голос тихий, но с какой-то неизбежной тяжестью. — Но я тоже не могу быть тем, кто разрушит все, что между нами.

Я ощущаю, как в груди становится холодно от этих слов. Мне хочется, чтобы он сказал что-то, что успокоит, что-то, что вернёт доверие. Но пока что его объяснение только усложняет картину.

—Ты следил за мной, - почти шепчу я. — Ты был рядом не только потому, что хочешь меня защищать. Ты был рядом, чтобы выполнять приказ.

Он закрывает глаза на мгновение, как будто борется с чем-то внутри себя. Затем открывает их и снова смотрит на меня, с какой-то болезненной решимостью.

—Да. Но я тоже был рядом, потому что мне важно, что происходит с тобой. Потому что я не могу просто оставить это все без внимания. Это не просто приказ. Я не могу сказать, что это не имеет значения для меня. Я не могу это сделать, Эмилия.

Мои глаза блестят от собравшихся слёз, которые я не могу сдержать. Я не знаю, что с этим делать. Слишком много вопросов и слишком мало ответов.

—Ты доверяешь мне, Эмилия? - спрашивает он, его голос теперь почти шепот.

—Кто ты такой, Маттео? Скажи мне правду! - мой голос срывается на крик, а нахлынувшие слёзы текли по моим щекам, смахивая ладонью.

Маттео застыл, его лицо внезапно стало еще более напряжённым, чем раньше. Он не отступает, не отводит взгляд, хотя в его глазах я читаю боль — боль от того, что я открыла то, что он пытался скрыть, и от того, как это все влияет на нас.

Я смотрю на него сквозь слёзы, ощущая, как каждое его слово проникает глубже. Он долго молчит, прежде чем наконец отвечает, и его голос звучит мягко, но все же с тяжёлым оттенком в нём.

—Я не хочу, чтобы ты страдала, Эмилия. Не потому, что это приказ, а потому что я не могу просто наблюдать за этим. Мне не все равно. Это не просто игра. Я не знаю, как тебе это объяснить, но я не мог позволить себе быть тем, кто обманывает тебя целиком.

Но ты обманул меня.

Я не могу сдержать горечь в голосе, когда отвечаю:

—Ты обманул меня, Маттео. Все это время. И теперь ты говоришь, что тебе не все равно? Но что это значит? Как я могу тебе доверять, если ты всегда был рядом по приказу?

Маттео поднимает руки, как бы пытаясь что-то объяснить, но снова делает глубокий вдох, перед тем как продолжить.

—Я не хотел этого, Эмилия. Я не знал, как поступить. Но я должен был. Я не знал, что будет, если я открою тебе все. Если бы я рассказал, ты бы ушла. Я не мог бы оставить тебя в опасности. Мне нужно было быть рядом. И я остался.

—Но ты следил за мной. Ты стоял рядом только потому, что должен был!

—Я был рядом, потому что хочу защитить тебя. Потому что, несмотря на все, что я должен был делать, я не могу просто быть равнодушным.

Его слова, конечно, пытаются оправдать его действия, но они звучат все равно как оправдания. Он был честен, но в какой-то момент я теряю ощущение того, что он тот человек, которому я верила. Я не знаю, что мне делать с этой информацией.

Он продолжает, тихо и с тяжёлым вздохом:

—Я знаю, что ты можешь быть разочарована, что все это может разрушить все, что было между нами. Но я не мог бы жить с собой, если бы не сделал хотя бы это, если бы не был рядом с тобой.

Я остаюсь молчаливой, не зная, что сказать. Его слова звучат искренне, но их тяжесть заставляет меня чувствовать себя преданной. В груди холодно, как будто что-то важное разрушилось, и это чувство не исчезает.

Маттео снова склоняет голову, как будто он тоже теряется в этой ситуации, не зная, как все исправить. Его глаза полны отчаяния, и я вижу, что ему тоже больно. Но это уже не может вернуть мне ту безопасность, которую я чувствовала, пока не узнала правду.

Я пытаюсь собраться с мыслями, но что-то в моём сердце уже не даёт мне покоя. Все, что между нами, теперь как-то изменилось, даже если я и не могу точно понять, насколько.

—Я хочу, чтобы ты был честен со мной, - говорю я наконец, едва сдерживая поток новых слёз. — Я не могу жить в этом неопределённом состоянии, не зная, что происходит, и что я для тебя на самом деле.

Маттео медленно кивает, и его взгляд наполняется решимостью.

—Я был честен с тобой, Эмилия. Даже если ты не можешь поверить мне сейчас, я буду рядом. Я буду рядом, пока не поймёшь, что я действительно хочу для тебя быть чем-то большим, чем просто тем, кто выполняет приказ.

Я не знаю, что сказать. В голове все вертится, но я не могу сделать шаг вперёд. Только время покажет, что на самом деле скрывает эта правда, и как я смогу с этим справиться.

Но сейчас.. я просто смотрю на него.

—Какая опасность мне грозит? Отчего.. Или от кого ты меня должен защищать? Маттео, что за тайны?! Я ненавижу тайны, - хмурю свои брови, отстраняясь от него. — Говори правду мне, Маттео. Кто. Ты. Такой?

—Эмилия, - его голос строгий, холодный, который я слышу впервые. — Я никогда не хотел причинить тебе боль. И я понимаю, что все это выглядит так, будто я тебя предал, но я не могу просто взять и рассказать тебе все. Да, я не сказал тебе всей правды, и мне нет оправданий. Я знаю, что ты чувствуешь, и я заслуживаю твоего гнева. Но поверь, Эмилия, ты для меня больше, чем просто цель. Я не хочу быть тем, кто разрушает то, что мы имеем. Я не хочу, чтобы ты меня ненавидела, но ты должна понять, что я был поставлен в такую позицию. Все это время я пытался найти способ быть с тобой, не теряя свою цель. Но, может быть, я ошибался.

Я крепко сжимаю руки, глядя на Маттео. Мой взгляд холоден, но внутри все кипит. Я чувствует, как тяжело даются его слова, но при этом все равно не могу поверить ему до конца.

—И что ты хочешь от меня, Маттео? - срывается мой голос, почти тихий, но от того не менее острый. — Чтобы я просто сидела и ждала, пока ты решишь, что мне можно узнать, а что нет? Ты ведь говоришь, что я стала тебе важной.. Но как я могу поверить тебе, если ты не говоришь мне правду?

Маттео делает шаг ко мне, но я отступаю назад, его взгляд не смягчается, а напряжение в воздухе не исчезает.

—Я знаю, что ты обижена, и мне тяжело это видеть, Эмилия. Но я пытаюсь защитить тебя. Не потому что хочу тебя контролировать, а потому что есть вещи, которые ты не должна знать сейчас. Я не могу позволить тебе попасть в опасность, пока не буду уверен, что ты готова к этому. Ты заслуживаешь большего, чем эта жизнь в тайне.

Я не отводила взгляда, медленно качая головой.

—Ты продолжаешь говорить, что хочешь защитить меня, но ничего не объясняешь. Зачем тогда все эти скрытые угрозы и молчание? Ты хочешь, чтобы я оставалась в неведении, и это не защита, Маттео. Это просто манипуляция.

Он снова молчит, но в его глазах мелькает холод. Я не должна была читать сообщения от его отца, а тем более брать его телефон! Но тогда я бы и дальше думала, что мне нечего боятся. Лучше узнать сейчас всю горькую правду, чем жить в сладкой лжи.

Маттео, кажется, затрудняется с ответом, его взгляд избегает моего. Он собирается что-то сказать, но замолкает, как будто слова не могут выразить всю боль и сложность, что он переживает.

—Ты не понимаешь, Эмилия, - его голос мягче, но все равно решителен. — Я не хочу быть твоим врагом. Я пытаюсь найти правильный путь, и иногда это требует жестких решений, которые могут ранить. Но ты должна поверить мне, когда я говорю, что моя цель — не причинить тебе боль. Моя цель — защитить тебя, даже если это означает молчание.

Я вижу, как его лицо меняется, он сжимает челюсти, пытаясь собраться с мыслями. Но я уже не чувствую того доверия, что было раньше. Его слова звучат как пустые обещания.

—Твои слова не стоят ничего, - тихо отвечаю я, чувствуя, как внутри все сжимается. — Потому что если ты действительно хотел бы меня защитить, ты бы не скрывал от меня правду. Если бы ты действительно заботился обо мне, ты бы не оставлял меня в неведении.

Я шаг за шагом отступаю, чувствуя, как мои слова становятся все более тяжелыми. Этот разговор, словно нож, рассекает все, что оставалось между нами.

—Если ты хочешь, чтобы я поверила тебе, - говорю я, — Ты должен быть честным со мной. Скажи мне правду, Маттео. Просто скажи.

Он замолкает, и в его глазах появляется растерянность, как будто он стоит перед чем-то слишком сложным для него.

—Что ты скрываешь?

Маттео делает шаг назад, его глаза становятся темными, и на его лице появляется выражение, которое я раньше не видела. Он явно борется с чем-то внутри себя, пытаясь найти правильные слова, но вместо этого его молчание становится все громче.

—Я.. - он тяжело вздыхает, сжимая кулаки. — Я не могу рассказать тебе все. Не потому, что не хочу, а потому что это слишком опасно. Ты не готова услышать все, что я должен тебе сказать.

Его слова звучат так, как будто они были произнесены через силу, и я ощущаю, как он пытается удержать свои мысли под контролем. Но в его взгляде скрывается какая-то внутренняя борьба, и я начинаю понимать, что он что-то скрывает, но не может мне это сказать.

—Я не могу быть с тобой, если ты не доверяешь мне, - отвечаю я, и мой голос дрожит от растерянности. — Если ты продолжаешь прятать от меня что-то важное, мы не сможем двигаться вперед. Ты должен быть честным, Маттео. Я не могу быть с человеком, который живет во лжи.

Маттео молчит, его лицо затуманено чем-то, что трудно разгадать. Мы остаемся на расстоянии друг от друга. Не решаясь сказать хоть слова.

Это конец?