Глава 22

Сижу. Курю. Офигеваю. Нет, до Креана мы с Деймом добрались без происшествий, в провинцию Си-Хон — тоже. Но то, что я видел сейчас... Крушение самолета — не самое приятное зрелище. Покореженный металл и трупы, а точнее то, что от них остается, разбрасывает на десятки километров, но даже если исключить этот факт, я все равно не мог спокойно воспринимать происходящее. Первое, что вводило в ступор, — еще три пары киллер-опер с такими же шокированными лицами, как и у меня. Ладно, объяснение можно было найти всему, нам порой заказывали не только убийство, но и слежку, и охрану, и все чего душа пожелает. Однако четыре пары сразу в одном месте... Немыслимо. Второе — огромное количество людей из головного реестра. Сейчас я насчитал семнадцать. Для такого банального, на первый взгляд, происшествия этих ребят тут слишком много. И, пожалуй, именно это меня и напрягало больше всего... А, нет, наравне с этими двумя фактами можно было ставить мою паранойю, которая заставляла хвататься за телефон для проверки камер в квартире в два раза чаще. Надо было все-таки запереть малявку в доме, чтобы даже на балкон не выходила...

— Судя по билетам и официальным данным от их пресс-центра, они летели в Соръерру на переговоры, — вполголоса сказал Дейм, подходя ко мне. Я перевел на него отрешенный взгляд. Он держал в руках планшет и периодически касался гарнитуры в ухе, напряженно хмурясь. От меня явно ждали реакции, так что пришлось все же осмыслить сказанное и выдать хоть что-то:

— Что за переговоры?

— М-м... — Дейм в очередной раз коснулся гарнитуры, вздохнул и, как и я, сел на капот машины, — Все они члены одной компании, в разных должностях, но факт. И у них была назначена встреча для обсуждения крупного проекта с соръерийской компанией. Если хочешь, подробности читай сам.

— Все из одной компании, но друг друга заказывали... Весело, — хмыкнул я и затянулся почти истлевшей сигаретой.

— Типичная ситуация, — буднично ответил Дейм и подсунул мне планшет. Что тут? Гистограммы бирж? Вот уж что не люблю. Впрочем, выбора у меня нет. Тяжело вздохнув, я все же вгляделся в экран.

— То есть, думаешь, все из-за переговоров?

— Да, скорее всего. Других причин я не вижу. По крайней мере, сейчас.

Хм... Я внимательно изучал цифры на графиках. Что ж... Эта сделка могла стать хорошим подспорьем для развития компании, их акции сильно росли в цене. Да и капитала прибыло бы не мало... Вероятно, Дейм прав. Хотя...

— Возможно, кому-то это действительно было выгодно, но...

Я поднял голову и посмотрел на спецов из реестра. Сомневаюсь, что если бы все было так просто, эти парни тут ошивались бы.

— Согласен, реестр не вяжется, — проследив за моим взглядом, сказал Дейм, — Но не думаю, что стоит копать сейчас.

Увы. Это было бы глупо. Учитывая, что я и так раздразнил их дальше некуда, нас размажут ровным слоем при первой же попытке. И тут уж никакие оправдания не помогут: у нашего реестра прозаическая позиция в стиле «шаг в сторону — попытка убийства, прыжок на месте — попытка убийства». В общем, все, за что не схватись, в сторону реестра — «попытка убийства», нарушение устава и т.д., и т.п.

— Значит, останавливаемся на этой причине, — заключил я и достал новую сигарету. М-да. Какая она за сегодня? Пятая? Седьмая? Быть мне паровозом, однозначно...

Формально, здесь мы выполняли роль независимых экспертов полиции Арнейта. Даже документы подтверждающие были, но на деле я мог только смотреть на воронку издалека, до тех пор, пока спецы из реестра не дадут разрешение на осмотр. Учитывая, что мы просто смотрим уже пятый час... Можно не надеяться. Выдохнув струйку дыма в воздух, я прищурился от яркого солнца и в сотый раз осмотрел местность. Стандартная деревня. А, простите, провинция: лесочек, грядки, домики. И огромная воронка от взрыва вместе с кучей железа посреди этого великолепия. Нервный смешок невольно сорвался с моих губ, когда в моей голове оформилась давно вертящаяся там мысль. Может, реестр здесь не из-за подозрительной катастрофы, в которой много заказчиков или жертв погибло, а потому, что они сами это все и устроили, а теперь подчищают следы? Тогда становится намного более логичным и то, что нас не пускают в оцепление, и то, что их тут так много и даже то, почему самолет упал чуть ли не посередине маршрута. Вот, кстати, что еще меня настораживает... Я уже открыл рот и повернулся к оперу, когда он встрепенулся, коснулся гарнитуры и, округлив глаза, спрыгнул на землю.

— Нам разрешили осмотр!

Что?

— Да ну? — ошарашенно выдохнул я, но меня уже не слушали: опер на всех парах помчался к оцеплению. Не понял... А, да что ж я думаю-то! Отбросив сигарету, я пулей метнулся следом за Деймом и вскоре, поднырнув под лентой, надевал маску и перчатки.

— У вас полчаса, — хмуро сообщил нам сутулый мужчина в такой же однотипной медицинской маске, недовольно провожая нас взглядом. Забавно...

— Кажется, нас не очень-то хотели пускать... — заметил Дейм, как только мы отошли подальше.

— Наверняка сами ничего интересного не нашли, вот и впустили, — буркнул я, осматриваясь, — Ищем наших клиентов?

Дейм кивнул, и мы разошлись в разные стороны. Эх... Ненавижу осмотр трупов.

Но, увы. Видимо, закон подлости — мой вечный спутник, ведь, естественно, с первого раза наши клиенты не нашлись. К тому моменту, как я наткнулся на что-то отдаленно похожее на запонки, которые были, судя по данным отчета, на жертве во время катастрофы, я успел осмотреть (а это значит, еще и пощупать!) шесть тел разной степени потрепанности и обгорелости. Фу! Нет, серьезно, я со спокойной душой мог перерезать глотку человеку и самозабвенно наблюдать фонтан крови. Да что говорить, когда на третьем курсе нас таскали в морг на осмотр тел, оставленных нашими спецами и требовали от нас причину смерти, уже на втором занятии я с аппетитом мог там завтракать! И не я один. Но вот в такой обстановке меня начинало корежить. Одно дело — свежий труп из-под твоих рук или «лягушки» для опытов в морге, другое...

— М-да, — мрачно выдал я, сравнивая чеканку на запонке с картинкой на экране телефона. Что ж, единственное, что радует — клиента нашел. Чудно. Теперь выяснить бы, как он умер... Быстрый осмотр не дал ничего кроме мысли: взрыв был знатный. Для более детального пришлось внимательнее приглядеться к трупу. Хм... Ничего. Задумчиво нахмурившись, я отодвинулся подальше от пованивающего даже сквозь маску паленым тела и осмотрел его в целом. Просто человек, умерший при крушении, не больше. Ни ран, ни переломов... То есть нет, все это было, но появилось явно в процессе крушения самолета. Можно предположить, что его траванули или булавкой ткнули, но кому оно надо? Или все же надо? Эх, крови бы на анализ... Кто б ее нам еще выдал. Хмыкнув и покачав головой, я встал с земли и, осмотревшись, нашел взглядом Дейма, сосредоточенно осматривающего другую часть поля.

— Это надолго, — пробормотал я и, снова посмотрев на труп возле себя, обратился к нему:

— Ну что, пойду докладывать о твоем обнаружении.

А, собственно, что еще я могу?

Лесса

Ух, какая я была злая... Песня! Просто оратория о ярости бушующей внутри меня и активно изливаемой на всех встречных! А самое главное почему?! Потому что «накажу»! У-у-х... Извращенец белобрысый! И мозг мой — извращенец!

За то время, пока занималась, я успела накрутить эту короткую фразу до невообразимых вещей, которые злили и заставляли до боли в костяшках лупить манекен для бокса. Но все бы хорошо... если бы за ночь я не извелась окончательно. Нет, естественно были попытки абстрагироваться и сосредоточиться на заданиях, я даже записала примерный план, что надо отработать. Если бы это еще помогло... Почему-то последняя фраза Алеса раз за разом всплывала в голове и вызывала... самые неоднозначные реакции! И самое противное: понять их не получалось! С одной стороны, он обнаглел и вполне заслужил смерти, а с другой... при воспоминании об этом пристальном взгляде и вкрадчивом «накажу» внутри появлялась странная дрожь, а щеки предательски краснели.

Вот и получилось, что на следующий день утром я встала злая, как шершень, на приехавшего за мной Брайана глянула так, что у него приветствия застряли в горле, дружелюбная улыбка превратилась в испуганный оскал, а на парах сидела мрачнее тучи и нервно черкала в тетради. Ибо бес-сит...

Но как бы я не шипела, уже через пару дней злость невероятным образом улеглась. Я все еще возмущалась по поводу непонятной угрозы от Алеса, вот только... злиться до внутренней дрожи и яростного рычания уже не получалось. Может гормоны шалят... А возможно, все из-за того, что даже в отсутствие нашего великого и ужасного я продолжала впахивать на тренировках, и все лишние мысли вылетали из головы от усталости. Уж не знаю, когда этот садист успел договориться с мастером Виарион — Тэором, но на следующий же день после того, как Алес уехал, меня после занятий отловила Виа и сообщила торжественную новость: до возвращения Алеса я занимаюсь под надзором Тэора вместе с ней. Почему торжественную? Да потому, что я была злая, а Тэор оказался еще злее, и в итоге, пока Виа гуляла по полосе препятствий в повязке, меня с удовольствием поваляли по площадке и заставили съесть немного песка. А, прошу прощения, аккуратно заставили. Не представляю, как Алес так договаривался со своим другом, но даже избивали во время спарринга меня аккуратно. Если, конечно, так вообще можно сказать об избиении...

Сегодня пятница, и уже четыре дня как уехал Алес. Настроение было не самым радужным, и поэтому по арене на сегодняшней тренировке бегала на автомате, полностью погруженная в собственные мысли. Я ощущала себя... одинокой? Наверное... Просто, если первые несколько дней я из-за собственной злости ничего не замечала, то, как только она схлынула, резко ощутила, как тихо и пусто в квартире. А ночью вообще не спала, периодически вскакивая от подозрительных шорохов. В итоге даже ночник-гирлянду включила, но это не помогло. Я снова оказалась никому ненужной, и это заставляло меня погружаться все глубже в мрачные мысли. Да и в принципе... Скучно было. Жизнь словно замерла, зациклившись на учебе, тренировках и окрасившись в серые тона... Но признавать, что это все из-за отсутствия одного белобрысого индивида, не хотелось. Ибо нефиг из-за этого садиста хандрить! Много чести!

Я добежала круг и остановилась отдышаться. Фух... Благодаря ежедневным многочасовым тренировкам тело быстро возвращалось в норму, и теперь я уже спокойно пробегала норматив и даже превышала его. Так что, на одну проблему стало меньше. Рассеянно мазнув взглядом по арене, остановилась на Виа и ее мастере. Они отрабатывали удары, причем у Виа явно не получалось, о чем свидетельствовали бесконечные промахи и недовольное выражение лица Тэора. По идее, мне следовало бы подойти и получить задание, но... Я подвисла, наблюдая за тем, как Тэор мягко поддержал Виарион, в момент, когда она потеряла равновесие при очередном промахе. Да и выражение ее лица оказалось очень красноречиво. Непонятно... Мысль все же не успела оформиться до конца: они закончили блок, и Тэор, махнув Виа на скамейку со снаряжением, подошел ко мне.

— Закончила? — спросил он. Вообще, стоило признать, что Тэор внешне был намного мягче Алеса. Темные волосы, светло-карие глаза, смотрящие из-под длинных пушистых ресниц. Он не выглядел опасным. Хотя, возможно, это лишь внешнее впечатление... Мысленно себя одернув, я кивнула. Эх, сейчас наверняка заставит рукопашку отрабатывать...

— Супер, тогда займемся ближним боем с оружием. Иди за ножом.

Вот блин, я прямо провидица! Сдержав скорбный вздох, дошла до скамейки и, подхватив резиновый тренировочный нож, вернулась на арену. Тэор за это время уже успел отправить Виа на разогревочный круг перед полосой для доверялок, и теперь она бодро бежала по беговой дорожке. Значит, избиение младенцев в моем лице будет недолгим!

Я встала напротив Тэора и приготовилась.

— Нападай.

«Нападай» всплыло в памяти сказанное совсем другим голосом, и я, уже начав маневр, сбилась, за что и получила по рукам.

— Еще раз, сосредоточься.

Что за фигня? Недовольно нахмурившись, крепче сжала нож и, судорожно вдохнув, снова сделала выпад. В этот раз мозг никаких картинок не подкидывал, так что прием удался... Хоть и не был успешным. Мою руку перехватили и заломили, уронив меня на землю.

— Хорошо, — отпуская мое запястье, сказал Тэор и отошел, позволяя мне подняться. Снова встаю напротив. Тэор выжидающе смотрит на меня, а я... мозг! Какого хрена ты творишь?! Перед глазами встал образ Алеса, вот так же сосредоточенно ждущего моего удара, вот только в отличие от спокойного, даже доброжелательного Тэора, Алес иронично усмехался, будто всем своим видом говоря: «Слабачка, ничего у тебя не выйдет».

— Я жду! — уже жестче повторил Тэор, вырывая меня из омута мыслей. Да чтоб тебя! С досадой мотнув головой, напала. Но моя рассеянность сыграла злую шутку, и в итоге я снова созерцаю потолок.

— Мозги в кучку собери, пока я добрый.

Собери, как же... эти бунтующие извилины фиг призовешь к порядку! Что за фантазии ты мне подсовываешь, мозг?! Внутри начала подниматься злость, и поэтому следующий удар я наносила жестче и резче. Выдох, ухожу от ответного удара, блокирую вторую руку... Плохо. Моя атака вышла слабой, да еще и шла не по той траектории.

«Кажется, сегодня ты у нас ночная пташка, а, куколка? Штрафные круги вот-вот нагрянут!» Потолок.

— Я закончила, — раздался рядом слегка запыхавшийся голос Виарион.

— Хорошо, — отозвался Тэор, отпуская мою руку и выпрямляясь, — Экипировку почему не надела?

Виа что-то промямлила в ответ, а я... Готова была взвыть от злости! Почему этот белобрысый садист даже в свое отсутствие мне мешает?!

— Где ты витаешь? Когда бьешь, надо включать голову, а не засыпать на ходу! — резко сказал мне Тэор, когда я все же встала и замерла перед ним, — Десять базовых блоков по тридцать на каждую руку! Отрабатывать пока не вернусь!

Да-да... Все еще несколько тяжело дыша, я проводила его взглядом, а потом... Резко со свистом выдохнув, со всей силы кинула нож на пол так, что он вошел в песчаное покрытие, и пнула землю, поднимая столб пыли.

— Черт! — шипяще выругалась я себе под нос, яростно сжимая кулаки. Сколько еще мой организм будет бунтовать против меня?! Я скоро с ума сойду!.. Попинав со злости пол и окончательно измазавшись в песке, глубоко вздохнула, призывая себя к спокойствию. Хватит. Я вытащила нож, после чего направилась к манекенам. Вот стану убийцей, и первым делом прикончу эту белобрысую пакость! Чтобы не лез куда попало, а, особенно, в мои мысли!

Тэор вернулся через полтора часа вместе с изрядно потрепанной и мокрой Виа. Я к тому моменту уже сама выдохлась, но продолжала со злостью избивать манекен, вымещая на нем свои эмоции. Между прочим, помогает! Когда Тэор, проведя еще несколько спаррингов и отработав новые блоки, отпустил меня, в раздевалку я зашла спокойная, как удав, и даже немного довольная. Подойдя к шкафчику, распахнула дверцу и, вытащив косметичку и полотенце, направилась на скамейку переодеваться. Эх... Виа уже успела сходить в душ и теперь рассеянно сушила свои светлые волосы. Хм... Я задумчиво проводила ее взглядом и все-таки ушла в душ. И вот там, стоя под горячими струями воды, задумалась, что... Все же, мне не показалось. Сейчас, после долгой и явно не самой удачной тренировки Виарион не выглядела раздраженной, скорее, слегка недовольной и мечтательной. Но... Почему? В памяти мгновенно всплыл недавно подмеченный момент... Тэор уж очень... осторожно ее поддержал? Нежно? Заботливо? Да и вообще, если задуматься, он на нее не орет, а старается говорить спокойно, без угроз. Возможно... Не-ет. Это же невозможно...? Я сложила грязную форму в сумку и, застегнув молнию, вышла в раздевалку к подруге. Все же, наверное, лучше спросить у нее?

— Хм... — нерешительно начала я, неспеша просушивая волосы полотенцем, — Виа, мне показалось, или ты и Тэор... То есть, я имею в виду...

Я запнулась в момент, когда она резко вскинулась и густо покраснела.

— Ты заметила?! — еле слышно прошептала она. Румянец с ее щек исчез, и теперь она стремительно бледнела. Что? Я было открыла рот, но меня не слушали.

— Только не говори никому, — опустив глаза, все также тихо торопливо сказала Виа.

Да ладно... Мысленно хлопнув себя по губам, чтобы случайно не начать говорить вслух, постаралась сделать нормальное лицо. Мои догадки окончательно подтвердились. Вот только... ну надо же!

— Да я и не собиралась... Но это же запрещено.

— Я знаю, — расслабившись, она смущенно улыбнулась и вернулась к сумке, — Но...

Виа на секунду замолчала, улыбнулась шире и продолжила:

— Ты знаешь, он мне давно нравился, а когда я случайно призналась...

— Ты ему призналась?! — не сдержавшись, выпалила я, ошарашенно на нее вытаращившись. Хорошо еще в раздевалке из-за позднего часа никого не было! Виа покраснела еще сильнее.

— Так... вышло, — она окончательно смутилась и опустила голову, — Он такой, такой... невероятный! Это...

Я слушала ее тихую с придыханием речь, смотрела на мечтательную улыбку и горящие глаза и не могла понять: как? То есть, в теории все было понятно, романтическими книжками я зачитывалась и еще как, но... Почему-то в жизни все оказалось не так просто. Покивав, все же собрала сумку, и вскоре мы вышли из академии, где и распрощались. Правда, отсутствие предмета моих мыслей меня от них не избавило.

Поздоровавшись с Брайаном, я села на заднее сиденье и, положив сумку рядом с собой, откинулась назад. Машина плавно и все еще непривычно медленно выехала с парковки. Я невольно ухмыльнулась. После высоких скоростей в исполнении Алеса, мне, видимо, все остальные водители будут казаться улитками... За окном плыли привычные пейзажи, но мои мысли были далеко от них и, в этот раз, даже от Алеса. Почему-то я продолжала думать о сегодняшнем открытии, хотя, казалось бы, это совершенно не мое дело, но... Виа встречается со своим мастером, и, судя по всему, чувства там взаимные и сильные. На мгновение вспомнилась мечтательная улыбка подруги и мозг решил, что чувства очень сильные. А еще... В памяти в который раз всплыли показавшиеся странными их отношения во время тренировки. Это так... романтично. Запретные отношения, ставшие реальностью. На секунду я даже позавидовала. А потом-таки вспомнился Алес. М-да. Уж кто-кто, а он явно не из этой оперы. Законченный садист и психопат, который издевается надо мной от всей души. Фыркнув, я посмотрела в окно. Алес вряд ли будет так нежно поддерживать свою девушку во время спарринга и вообще считаться с ее мнением. Да что говорить! Стоит только вспомнить характеристику, которую он дал своей бывшей! Он же махровый сексист!.. Несмотря на возмущение, мой мозг вдруг подкинул мне картинку того, как заботливо он обращался со мной, когда я повредила ногу, как кардинально менялся в моменты, когда, я действительно была чем-то расстроена... Как надежны его объятия, которые дарят нереальное чувство защищенности, и в моей голове появилась совершенно абсурдная мысль. Стоило ей оформиться, как я тряхнула головой и отмела ее. Вот еще не хватало...

Больше сегодня постаралась об этом вообще не думать. Ну выяснила и выяснила, не такое уж и серьезное открытие. Сделала домашку, отработала полосу препятствий и блоки упражнений, даже поужинала. Потом посмотрела на календарь. Конечно, Алес обещал, что его поездка на три дня, но беспокоиться я не спешила. Во-первых, с чего вдруг, а во-вторых, он же предупредил, что это все может затянуться на неделю. Так что я с чистой совестью отправилась в душ и вскоре, погасив свет, улеглась в кровать. Привычно закопавшись в одеяло, закрыла глаза и попыталась заснуть... Угу, щазс.

Словно воспользовавшись тишиной и отсутствием каких-либо дел, мозг решил припомнить все самые яркие мысли сегодняшнего дня. Я упорно игнорировала их, но в какой-то момент среди них появилась та самая абсурдная мысля, от которой я отмахнулась еще тогда, когда она впервые возникла в голове. Недовольно выдохнув, я перевернулась на другой бок. Нет уж. Вот это нечто даже развивать не стоит. Повисла тишина, в которой я продолжала упорно... отбиваться от этой мысли: ворочалась, пытаясь найти удобное положение, но в итоге все же обреченно откинулась на спину и, уставившись в балдахин, над головой подумала... А каково это: встречаться с Алесом? Не то чтобы меня так привлекала идея запретных отношений, но... Да я не знаю, как можно объяснить, почему эта мысля пришла ко мне в голову! Просто... Просто интересно!

Сначала я лежала, раздумывая над тем, что вообще бывает в подобных отношениях, но в какой-то момент моя бурная фантазия начала активно подкидывать сюжеты возможных... Событий? Почему-то мне не представлялись типично ванильные сюжеты из разряда прогулок за ручку, совместного похода по магазинам... Я подумала, что мы могли бы так же уютно смотреть фильмы ужасов вместе и при этом вести бессмысленные, легкие беседы. Проводить вечера, обсуждая какие-то учебные дисциплины... Интересно, а наш роман освещали бы в прессе? Я недавно видела, как отношения одной из Фолийских моделей раскрывались пабликом в соцсети... Тогда мы могли бы вместе прятаться от папарацци... Эта мысль и представленная картинка заставили хихикнуть. Алесу пошло бы худи с капюшоном... Еще мы могли бы вместе тренироваться, но не в формате, когда маленькую меня буквально мочалят по арене, а когда он помогает и поддерживает... На секунду в памяти всплыл другой его образ, когда Алес сосредоточенно показывал приемы, какими выверенными были его движения, как слаженно работали мышцы. С таким мужчиной можно почувствовать себя за каменной стеной. И разве это не романтично, когда эта «стена» жесткая и холодная для всех, для своей любимой превращается в заботливого и нежного парня? Тихонько вздохнув, я повернулась на бок и закопалась поглубже в одеяло. Почему-то мысль о нежном и заботливом Алесе выудила из памяти совершенно другие картинки. Его накачанное тело, длинные пальцы, черные глаза, в которых порой бывает так много эмоций, и губы... Я вспыхнула, когда в голове всплыло так упорно игнорируемое воспоминание о моем «наказании». Тогда его руки так ласково оглаживали мою талию, а губы... пьянили и сводили с ума. Интересно, а если бы не было запретов, разницы в возрасте, могло бы у нас что-то получиться? Я попыталась представить... И от этих мыслей по коже побежали мурашки. Наверное, он бы обнимал меня чаще, даря ощущение защиты и будто говоря «я рядом». Мы бы завтракали вместе, обсуждая планы на день... Он бы утыкался лбом мне в ключицы, как тогда, когда думал, что я сплю. Мы бы засыпали в одной постели... Я обняла одеяло руками и зажмурилась, почему-то представив, как прятала бы лицо на его груди, как обнимали бы меня его руки... Как осторожно соприкасались бы наши губы...

От следующей не самой приличной фантазии меня бросило в жар, и я резко села, не обращая внимание на заплясавшие от внезапной смены положения тела перед глазами звездочки. Что за... Подскочив, спрыгнула с кровати и, уставившись в темноту комнаты, разбавленную только светом огней Скай-джи из окна, с силой сжала сцепленные в замок руки. О чем я только что вообще думала?! Судорожно вздохнув, прошлась по комнате, массируя виски. Самое непонятное для меня — собственная реакция! Меня бросало в жар, все тело было расслабленным, даже томным. Щеки вообще пылали так, что, казалось, еще немного и я сама вспыхну как спичка. И от чего?! От глупой фантазии?! Лесса, да о чем ты вообще размышляешь, о каких отношениях?!.. Я остановилась, глядя в темноту. Но ведь... Эта фантазия была действительно... заманчивой? Желанной? На секунду вдумавшись в собственные чувства, я... поняла, что мысль была не просто заманчивой, я действительно была бы не против... Подобных отношений!

— А-а! — крикнула, взъерошив волосы. Все! С меня хватит! Пошел этот Алес вместе с моим свихнувшимся мозгом в бездну! И чувства эти туда же! В попытке сохранить здравый рассудок, я в который раз тряхнула головой, но это не помогло. И почему эти мысли нельзя просто вытряхнуть как мусор?! Сорвавшись с места, я схватила со стула все еще влажное полотенце и умчалась в ванну. Вот никогда бы не подумала, что буду принимать холодный душ! Еще и по такой причине!..

Я лежала на спине, с мыслью о том, как же лень просыпаться. Солнечные лучи касались обнаженной кожи, шею щекотало теплое дыхание, а тело плавилось под нежными поглаживаниями его ладоней. Мои глаза закрыты, но мне так уютно, что открывать их не хочется. Зато хочется поцелуев, и уже через мгновение мое желание исполняется. Его губы ласкают мои, но, видимо, ему этого мало, и он слегка прикусывает мою губу, лишая поцелуй целомудренности. Я мысленно улыбаюсь, подаюсь к нему, крепче обнимая за шею, отвечаю и тоже кусаю его. Он на секунду прерывает поцелуй и выдыхает мне в губы:

— Дразнишься? Какая вредная...

Не выдержав, запрокидываю голову и тихо смеюсь, ощущая настоящее счастье, когда в качестве наказания он целует и прикусывает нежную кожу за ушком. Ух-х... Снова тихо смеюсь и, открыв глаза, встречаюсь взглядом с невероятно теплыми черными глазами. Их бархат затягивает, заставляя мои губы растягиваться в очередной счастливой улыбке, когда Алес снова наклоняется, касается моих губ своими, в то время как его рука спускается ниже, скользя по моему телу, к бедрам...

Мелодия будильника вырывает меня из хрупкого сна, заставляя осознать фантазию и резко подскочить. Что за... Тяжело дыша, я сжала пальцами одеяло на коленях, пока телефон продолжал разрываться стандартным рингтоном. Все тело дрожало, меня бросало в жар... В голове крутился вихрь фантазий крайне эротического содержания, а я медленно офигевала от ситуации. Мне только что... Снился сон... Об Алесе?! Опять?! Сильно тряхнув головой, вылетела из кровати, а, оказавшись в ванной, с размаху открыла душ и встала под холодные струи прямо в одежде. Волосы мгновенно намокли и потяжелели, футболка повисла неприятной мокрой тряпкой, но даже это не прогнало вороха ненужных мыслей. Наоборот, нерадивая фантазия продолжала раз за разом прокручивать сцены из моего сна, дополняя и искажая их так, что теперь они были похожи на кадры из порно! Я отчаянно взвыла, опускаясь на корточки и запуская пальцы в волосы. Что за безумие?!

Логично, что вниз на парковку я спускалась не то чтобы мрачная, злая как шершень весной! Хотелось рвать и метать, но больше всего хотелось оторвать свою голову к чертовой матери! Правда, когда я вышла из лифта, пришлось успокоиться. Все же, мир не виноват в том, что мой мозг сошел с ума. Но в академии... Нервы дали сбой. Я честно держалась весь день, стараясь абстрагироваться от фантазий, подкидываемых мозгом, читала какую-то книжку, найденную в телефоне, и слушала музыку в наушниках. Вот только на обеде это не прокатило. Есть и читать одновременно у меня не получалось, а взять и надеть наушники, когда Виа пытается со мной что-то обсуждать, — неприлично. И все бы было хорошо, если бы в какой-то момент, понизив голос, она не сказала:

— Представляешь, мы с Тэо пойдем в выходные на Элир-ти!

И все с радостным придыханием и горящими глазами. В голове уже на автомате (после уроков Алеса-то! А-а... Черт, не думать о нем!) всплыла информация о прозвучавшем названии. Элир-ти... Новая высотка с панорамным верхним этажом. И, если не ошибаюсь, на этом уровне ресторан... Все то время, пока я думала, Виа восторженно что-то говорила, пыталась спросить у меня совета по поводу наряда, но... Да. Мне надоело.

— Стокгольмский синдром, — отстраненно выдала я, когда она задала мне очередной вопрос про платье.

— Что? — аккуратная светлая бровь вскинулась, а в зеленых глазах мелькнуло непонимание.

— Стокгольмский синдром, — так же апатично повторила я и продолжила, — Очень интересное явление, особенно, если наблюдать его в живую.

Виа по-прежнему меня не понимала. Я усмехнулась и, вяло ковырнув салат, начала пояснять.

— Этот синдром проявляется у жертв, которые влюбляются в тех, кто причиняет им боль. В данном случае ты влюбилась в парня, который гонял тебя по ночам по спортзалу, бил, всячески измывался и делал все, что у них называется «тренировка». Типичная ситуация.

Нет, конечно, я не собиралась ее обижать, просто все эти романтические мысли заставляли меня вспоминать то, что я весь день упорно от себя отгоняла. И теперь просто сорвалась на Виа, своими словами всколыхнувшую мои чувства.

— Я... — краснея и судорожно хватая ртом воздух, дрожащим голосом выдавила она, — Я не...

Ее губы мелко задрожали, зеленые глаза словно стали ярче, когда в них мелькнули подступающие слезы... А потом она резко выдохнула и, сжав губы в тонкую линию, злобно сощурилась.

— Никакой это не синдром! — зашипела Виа, неосознанно сжимая вилку в руках, — Сама ты... Синдромная! Я думала, мы друзья, а ты... Дура!

Я хмыкнула и, прекратив ковырять несчастный салат, поднялась из-за стола. Пошло оно все. Так ничего и не ответив, подхватила поднос и пошла к выходу.

Все старания по успокоению после этого происшествия пошли трещинами. Внутри бушевали эмоции, начиная от злости и обиды, и заканчивая... завистью. В каком-то маленьком уголке моего сознания затаилась странная мысль: хочу так же. И даже несмотря на то, что я бесилась при осознании того, что мой мозг фантазирует об этом белобрысом садисте, тем самым краешком сознания ощущала обиду и самую настоящую зависть. И это бесило меня еще больше!

Логичным исходом моего состояния стал удивленный взгляд Тэора, когда я раз за разом, словно в состоянии аффекта наносила удары во время спарринга.

— Что случилось? — все же остановившись в какой-то момент, спросил он. Я глубоко вдохнула, восстанавливая сбившееся дыхание и призывая себя к спокойствию.

— Ничего.

Он прищурился, вглядываясь в мое каменное лицо, а потом.... Указал мне на выход из зала.

— С такими настроениями можешь валить домой. Я с твоими психами разбираться не собираюсь.

На секунду стало стыдно, кровь бросилась в лицо, но, собравшись, я сделала независимый вид. Ну и фиг с ним! Хватит мастеров в моей жизни! Плавно развернувшись на каблуках, чеканя шаг, вышла из зала и даже дверью не хлопнула. Да что ж такое... В груди царапался стыд, бурные фантазии одолевали и сводили с ума, а злость на саму себя окончательно добивала мои хрупкие нервы. Тихо, но отчаянно застонав, я опустилась на скамейку и, уронив голову на руки, зарылась пальцами в волосы. Боже, кто-нибудь, уберите все эти мысли из моей головы, прошу... Прикрыв глаза, попыталась отстраниться от всего, но не удалось. Что же делать...

— Я так больше не могу, — прошептала я и опустила голову ниже. В горле встал ком, а глаза предательски заслезились. Нет! Нельзя. Если кто-нибудь зайдет и увидит меня в слезах и соплях, об этом мгновенно узнают все! Академия — центр скопления сплетниц! Помассировав виски и крепко зажмурившись, предприняла новую попытку установить тишину в своем мысленном «эфире». Все это так навалилось, может... стоит разложить по полочкам, и станет легче? Я читала в какой-то статье, что если разобрать все на составляющие, становится намного проще понять. Какая-то прядка выскользнула из хвоста и щекотнула мне щеку, возвращая в реальность. Верно, Лесса. Надо просто сесть и спокойно все обдумать. Я открыла глаза и встала, уже уверенно направляясь к шкафчику. Принятое решение дало тот самый необходимый тайм-аут, и теперь я уже яснее видела выход из этой ситуации. А первое, что стоит сделать, — позвонить Брайану.

«Очную ставку» с бардаком в моей голове было решено устроить в комнате, в компании доверенных лиц: плюшевого медведя, подушки и кровати. А, ну и про вкусняшки, которыми я закупилась по пути домой, не забываем.

Набив рот попкорном, я захрустела им и нервно вздохнула. Итак, Лесса, что мы имеем? Локальное безумие... но, если серьезно. Рассуждая трезво, можно сказать что происходящее даже логично. Такие эмоции действительно было сложно проигнорировать. Все же... подобного опыта в моей жизни действительно не было раньше: яркого, сжигающего изнутри... и жутко смущающего! Я рваными движениями открыла пачку печенья и запихнула пару хрустяшек в рот, заставляя себя отвлечься на них. Продолжим! Сначала этот эмоциональный всплеск, потом невозможность исключить его причину из круга общения, потом... Сюда же добавляем отсутствие кого-то еще в моей жизни. Возможно, если бы я общалась с кем-то помимо Алеса (Виа не берем, хоть мы и друзья, но общаемся только в академии), то не зациклилась бы на нем, а так... Вышло, что вышло. Да и вообще, как можно игнорировать такого персонажа, как Алес?! Вот-вот! Любая на моем месте размечталась бы! А у меня еще и такая почва для воображения... Я завинтила крышечку у бутылки с соком и, обняв подушку, уткнулась в нее носом. Получается, это всего лишь фантазия. Ничего больше. Такое со всеми девочками в моем возрасте бывает... Да и если копнуть поглубже, то выяснится, что это просто симпатия и восхищение. Не больше. Верно?.. Конечно, верно. Надо будет как-то обозначить свою позицию Алесу, что я просто ученик, готовый восхищаться его величеством. А то мало ли, что моя фантазия еще выкинет... Не хотелось бы оказаться зависимой от чувств к этому садисту...

Прокручивая в голове сделанные выводы, я включила компьютер и, забив на домашку, дожевала свои вредные вкусности под интересный фильм. А к утру поняла: мой самотренинг возымел действие. Проснувшись, я ощутила давно забытое чувство легкости на душе и, довольно улыбнувшись своему отражению в зеркале, умчалась в зал на утреннюю пробежку. Теперь у меня было четыре дня на то, чтобы придумать достойную Алесовских мозгов речь. Бег прочистил голову, а успешное прохождение полосы и девять из пятнадцати сбитых из снайперки мишеней окончательно подняли настроение, так что и в академию я явилась солнышком, готовым дарить позитив. А первой на моем пути стала...

— Привет, — слегка смущенно сказала я, подсаживаясь к Виа за обедом. Меня смерили холодным взглядом и ничего не ответили. Хм, ну, ладно, будем исправлять ситуацию.

— М-м... Виа, знаешь...

— Что, у тебя тоже обнаружился синдром? А я знала, знала... — насмешливо перебила она. Я вскинула брови, смотря, как зеленые глаза ехидно щурятся. Э-э...

— Нет, но я хотела сказать, что погорячилась вчера. Извини.

— А-а... Так вот что у тебя за диагнгоз, — она со знанием дела покивала головой и положила в рот кусочек рыбы, — Синдром кипящего чайника.

— Чайника?

— Угу, — она наколола на вилку сельдерей (у-у, пакость несусветная), — Кипит, кипит, а потом бац и взрывается, разбрызгиваясь на всех подряд.

Хм...

— Ты злишься? — ощущая, как сердце колет иголочка вины, спросила я, вяло ковыряя цветную капусту. Ну вот, кажется, единственную подружку все же умудрилась обидеть...

— На чайник?! Ну что ты, вот не было печали!

Я подняла голову и недоверчиво на нее уставилась. Виа широко улыбалась.

— Забей, это я переборщила со своими восторгами, — она слегка смутилась и покраснела, — Просто так хотелось с кем-то поделиться, вот я и...

— Да я понимаю, — я невольно улыбнулась в ответ, — Много всего было, что случайно на тебе... вскипела, — рассмеялась я. Виа тоже хихикнула и, отложив вилку, протянула мне узкую ладонь:

— Друзья?

— Друзья.

Мы шутливо пожали руки, и с этого мгновения жизнь перестала напоминать ураган. Мозг, видимо, поняв, что хозяйка решительно против его самовольств, прекратил подкидывать ненужные фантазии, что, в свою очередь позволило мне сосредоточиться на учебе. Перед Тэором, кстати, тоже пришлось извиняться, но он только махнул рукой и криво улыбнулся, показывая, что не в обиде. Так что и эта часть пошла своим чередом: тренировка дома, тренировка в академии и снова дома. Идиллия.

Календарь сообщал, что с момента отъезда Алеса прошло уже почти две недели. Это начинало напрягать, но шибко нервничать я все же не спешила. Он дяденька взрослый, и ничего с ним там не случится. Гораздо большим поводом для беспокойства стала выставка Валеона Шери, сопряженная с представлением новой линейки духов от компании «Лео», которые обнаружились уже через три дня. Три дня! А я еще ничего не продумала и даже не удосужилась посмотреть, что собственно за линейку они собираются представлять! Именно осознание этого факта заставило меня закопаться в свободное время в компьютер и вынести неутешительный вердикт: я в этом ни черта не понимаю. Нет, написано все черным и даже по белому, но... Вечером я снова раз за разом перечитывала небольшие статьи, посвященные этим событиям, и осознавала, что ни малейшей крохи информации оттуда не выношу. Смиряясь с неизбежным, отложила ноутбук и решила сделать перерыв. К тому же, через час пора тренироваться, так что... Я решительно встала и направилась на кухню. Если не знаешь, что делать, — иди покушай. В любой непонятной ситуации — кушай. И даже если мир полыхает синим пламенем — кушай. Вот такая философия от человека, которому по идее ничем кроме салата питаться не положено.

Собственно, я как раз думала, чем поужинать, когда случилось... Кое-что неординарное. Вообще за две недели я так привыкла к относительно спокойной и размеренной жизни (не считая моего свихнувшегося мозга), что, когда раздался звонок телефона, очень удивилась. Хм? И кто это может быть? Алес? Если он сейчас скажет, что на выставку я пойду одна, сделаю харакири! Ему! Закрыв холодильник и подхватив со столешницы телефон... Я еле удержалась, чтобы не выронить его из вмиг ослабевших пальцев. Мои руки мелко задрожали, сердце дрогнуло, но... Зная, что звонящий долго ждать не будет, я смело приняла вызов и бодро произнесла:

— Привет, пап.