6. Одно дело в башке, но, сука, ты засела в сердце

Следующие дни в Питере проходят быстро, как один. Город интересный, большой, яркие — такие же и мы, молодые и вдохновленные. Почти каждый вечер мы втроем сбегаем из-под надзора родителей Аньки и гуляем самостоятельно. Мы спускаем все наши деньги на какие-то шмотки, еду и прогулки на пароходе. Гриша пишет мне каждый день и я заявляю, что нам обязательно нужно покататься на пароходе вместе, ведь это так весело. Он отвечает, что ненавидит Питер, но ради меня бы вернулся, чтобы проплыть Неву столько раз, сколько душе моей угодно.

Он вообще много чего мне пишет. Рассказывает, как прошел концерт в Москве, шлет мне видео и фотки с него, часто отправляет голосовые сообщения, которые я потом переслушиваю перед сном, наслаждаясь его голосом как колыбельной. Внутри у меня скребут кошки от того, как сильно мне хочется его увидеть, но он пока во всю занят промоушеном своего нового альбома, так что я не хочу надоедать и особенно не навязываюсь.

В день вылета я сидела на своем чемодане, уступив сидения родителям подруги, и читала книжку на телефоне. Сама Аня разговаривала с Ромой, хихикая в его плечо, когда он шептал ей что-то на ухо. Это заставило меня приподнять уголок губ. Я часто представляла их в роли партнеров, но и Шилина, и сам Ромка давно дали понять, что не видят друг в друге ничего, кроме хороших друзей. К тому же, Аня не имела никаких проблем с тем, чтобы привлечь к себе внимание того, в ком сама была заинтересована, а с Ромой подобных операций не проводилось ни разу и ничего такого не планировалось.

Я снова обратила глаза к телефону и пробежалась по строчкам книги, но мое внимание привлекло уведомление о сообщение от Гриши. Я тут же ощутила приятное тепло в животе и открыла чат.

ogbuda поделился (-ась) с вами видео, 19:20

На экране высветилось лицо Ляхова. На нем была несуразно огромная толстовка и кепка. Губы были особенно красными и покусанными, это показалось мне странным. Он широко улыбался и через каждое слово смеялся, как будто бы был... накуренным?..

— Записываю видосик своей Балтийской девочке, — он почесал нос и повернул голову, чтобы громко крикнуть, довольно грубо, если бы это было адресовано мне:

— Темыч, сюда иди! Приветик передай Алиночке!

Через секунду на плечо Гриши упала рука Майота. В помещении громко заиграли сильные, грубые басы. Артем залетел в видео, как будто делал это тысячи раз до этого (что, вероятно, и было правдой), и помахал:

— Здарова, Алиночка, — он специально протянул каждую букву моего имени именно в такой вариации, это было мило и забавно, — скажи Грише, что он заебал про тебя пиздеть, пусть покажет тебя уже.

Мои глаза расширились. Я удивленно наблюдала за тем, как Ляхов дал нормального такого леща другу, из-за чего тот со смехом убежал. Гриша еле сдержался от улыбки, встряхивая голову, чтобы волосы не мешались.

— Он тот еще долбан, но люблю его, дебила, — он опустил камеру и я наблюдала за тем, как он надувает губы, кривляясь перед камерой, ебануто мило, — а вообще хочу да тебя с ними познакомить. Хочу увидеть тебя скорее. Напиши мне, как взлетать будешь. Обнимаю, шоколадка.

Он чмокнул камеру и видео завершилось. У меня в сердце случилось извержение вулкана и я прижала телефон к груди.

Боже, что происходит в моей жизни? С каких пор Оуджи Буда и Майотик отправляют мне видео так, как будто они не главные рэперы страны, а простые мальчишки, мои... близкие люди? Почему Гриша кажется таким приземленным, близким? Как это могло случиться со мной? Я до сих пор не могу осознать это.

Начали объявлять нашу посадку. Это отвлекло меня от мыслей и переполняющих за край эмоций. Еще и сочетание двух командров, Аньки и ее мамы, заставляли нас всех по струнке выполнять их команды. Лишь усевшись в самолет, я достала телефон и ответила Буде.

alinarudowa, 20:04

Вы такие милые, мальчики

Передай Майотику, что я тоже хочу с ним познакомиться!

Он ответил тут же:

ogbuda, 20:05

А я уже подумал, что ты решила меня опять игнорить (

Темычу прям щас передал твои слова, он чуть от счастья не обоссался

alinarudowa, 20:06

Аххаха, не ври

Так значит ты Артему обо мне все уши прожужжал? Интересно, что же ты там ему говоришь...

ogbuda, 20:06

Он преувеличивает

alinarudowa, 20:06

Ага

ogbuda, 20:07

Так ты взлетаешь уже, да?

alinarudowa, 20:07

Да, уже сижу в самолете

Мне место прямо в проходе досталось, я расстроена (

ogbuda, 20:07

Не расстраивайся, теть, когда будем вместе летать, будешь только в бизнесе и у окна сидеть

Я замерла, глядя на это сообщение. Буда некоторое время тоже молчал. Вскоре пришло еще одно.

ogbuda, 20:09

Напиши, как приземлишься

Хорошего полета, шоколадка

Я сглотнула. Просто сообщения. Как же много чувств вызывает.

alinarudowa, 20:09

Хорошо, спасибо

Обнимаю

Не засиживайтесь допоздна

В Зеленоводске было тепло и уютно, как обычно. Меня подвезли до дома и мы с Анькой договорились встретиться на днях, так как приближался еще один полет уже в Москву уже как наш окончательный переезд. Дома Миша и мама встретили меня так, как будто мы не виделись не 5 дней, а 5 лет. Было приятно возвращаться туда, где тебя так ждали. Я задумалась о том, как сейчас Гриша приезжает в свою пустую квартиру, учитывая то, что раньше его всегда ждала там его бывшая девушка, Кристина.

После возвращения домой с Гришаней мы общались довольно мало, так как он занимался съемками и выпуском своего мерча. Мне безумно не хватало его сообщений, но я знала, что он занят, поэтому старалась писать сама и не налегать на него, если он не отвечал долго или вовсе забывал сделать это.

Был уже поздний вечер, когда я сидела за компом и в очередной раз обновляла сайт МГУ, надеясь, что результаты выйдут, но, увы, ничего. Я вздохнула и взяла в руки телефон. От скуки повертев его в руках, я открыла чат с Будой и отправила сообщение быстрее, чем обдумала его.

alinarudowa, 00:43

Что делаешь? Мне скучно

Я выключила экран и положила телефон на стол. Громко зевнула и потянулась на стуле. Жутко клонило в сон, так как время близилось к часу ночи, так что я и не рассчитывала на ответ Ляхова. Он говорил, что ужасно устал. Зачем я ему написала? Не знаю, просто захотелось. Захотелось показать, что мне хочется его внимания.

Я решила, что стоит проветриться перед сном. Выходить в столь поздний час на улицу не очень хотелось, поэтому я тихо пробралась в зал и бесшумно вышла на балкон. Мама и Миша давно спали. Сегодня он, слава богу, спал с ней, а не со мной.

Волосы тут же взметнул вверх теплый бриз с моря. Я оперлась на перила и закрыла глаза. Ветер приятно касался оголенных участков кожи, запах моря был соленым и свежим, что немного даже резал стенки носа. В Зеленоводске было довольно тихо, очень далеко, в центре, еще был слышен гул машин, а здесь — тишина и волны.

Как же я любила свой дом.

Я вздохнула и зашла обратно. По дороге из холодильника захватила шоколадку и вернулась в комнату. Подходя к окну, которое я хотела открыть, меня остановила вибрация телефона. Звонил по видео Буда. Сон исчез мгновенно.

У меня затряслось сердце, но я все же ответила и просто молча смотрела на лежащего в постеле Гришу. Из-под одеяла выглядывал только его нос и светящиеся в полутьме зеленые глаза, уставшие и спокойные.

— Эм... — его лицо высунулось еще немного, и я увидела его легкую улыбку и приподнятые брови, — не узнала, шоколадка? Чего молчишь?

Я облизнула пересохшие губы и плюхнулась в свое кресло.

— Я просто в шоках, — ответила я, пожав плечами, и развернула упаковку баунти, — ты никогда не звонишь. Привет, кстати.

— Приветики, — Гриша окончательно вылез и сел ровно, опираясь спиной на спинку кровати, — соскучилась по мне?

— Не-а, — нагло соврала я, не в силах скрыть улыбку, — а ты?

— Пиздец как, — он вздохнул и небрежно откинул челку, — чем занимаешься? Чего не спишь?

— Переживаю, — признала я, мне хотелось поделиться с ним своими чувствами, — с универа еще не выставили результаты. Меня не покидают навязчивые мысли о том, что меня не возьмут туда, куда я планировала.

— Ты не рассказывала о том, куда хочешь поступить и на кого, — вдруг заметил Ляхов, слегка нахмурившись. Я кивнула.

— Да, мне немного... стыдно говорить об этом, — поджала я губы. Парень вопросительно посмотрел на меня и фыркнул.

— Я тебя умоляю, — хмыкнул он, — давай, скажи мне. Не надо меня стесняться, я ебануто тащусь по тебе и что бы ты не сказала, я тебе поверю. В тебя поверю.

Эти слова буквально током прошлись по моему телу. Я нерешительно смотрела то на него, то на окно. Меня буквально физически сковывало стеснение.

— В общем, я давно мечтала поступить в... В МГУ, — последнее я сказала так тихо, что Ляхов поморщился и сделал звук погромче.

— Чего? Алин, я нихуя не понял, скажи громче.

— В МГУ, — выпалила я на одном дыхании, — можешь говорить о том, что это нереально и только на богатеньких детишек, я не обижусь.

Он непонимающе смотрел на меня.

— Почему я должен так говорить?

— Так говорят все. Мне, девочке из маленького города, и не светит туда попасть. Это недосягаемая мечта, что-то заоблачное.

— Я не собирался так говорить, но и хуй с ним, — немного обиженно сказал Буда, но тут же перебил сам себя:

— Почему не светит, не понимаю?

Я проморгнулась, не понимая, притворяется ли он.

— Это вуз либо для очень богатых, либо для очень умных, — с грустью произнесла я, на что Гриша тут же усмехнулся.

— Слава боженьке, что ты относишься ко вторым.

— Ага, — цокнула я, — у меня ни олимпиад никаких, ни мозгов гения.

— При этом ты все равно подалась и ждешь результатов, — он улыбнулся, — теть, ну че ты ломаешься? Ты же сама знаешь, что шанс есть.

Я несколько секунд боролась сама с собой.

— Может и есть, — неловко ответила я, — но он ничтожно мал. Я боюсь.

— Ну так все бояться, когда делают что-то новое, что-то, что может изменить их жизнь, — уверенно произнес парень и вдруг нахмурился, — никогда не бойся целиться высоко. Если бы я боялся выпустить свой первый тречок, то я бы никогда не стал Оуджи Будой. Как и все, как и всегда.

Я молча слушала его.

— Бояться можно, но нельзя позволять себе терять возможности из-за этого страха. Не надо бояться, а надо быть смелым. Надо опираться на силу и труд, — Гриша усмехнулся, — как там говорится, вместе они любое дело перетрут.

Я вздохнула и кивнула, опустив голову. Тут же услышала нежный тембр хриплого голоса, посылающего по коже мурашки:

— Подними глазки, красавица, — я нерешительно посмотрела на него и увидела довольную ухмылку, — все получится, не ссы. Я в тебя верю и ты все равно будешь для меня самой умной и лучшей Балтийской девочкой, что бы не случилось, окей?

Казалось, моего тела недостаточно, чтобы вынести все те чувства, что дарили его слова, он сам. Мне казалось, что все это сон — разве он может быть настоящим? Таким хорошим, заботливым, красивым? Таким, какой он есть? Я ощущала внутри нарастающее желание встать и пешком пойти к нему, чтобы он обнял меня, успокоил. Я так, черт возьми, неистово желала его рядом, особенно сейчас, когда он поддерживал меня и переживал за меня.

— Как резы выйдут, ты мне звякни сразу, я тоже теперь в интриге, — Гриша дал мне некоторое время справиться с мыслями и чувствами, после чего заговорил, — и ты опять жрешь шоколад. Детка, а у тебя попа не слипнется?

Я шмыгнула носом, подавив слезы излишней эмоциональности.

— Нет, — улыбнулась, — не слипнется.

Через несколько дней заветное письмо все же пришло мне на почту. Мы сидели на пляже с Анькой и я вручила ей свой ноутбук, решив, что мое сердце не выдержит, если я сама прочту результаты, поэтому попросила ее сделать это и далее озвучить их мне. Ну, как попросила... Скорее, у нее просто не было выбора.

Аня хитро улыбалась, глядя то на меня, то на экран ноутбука. Я нервно дергала кончики волос, стуча ногами по песку. Она хмыкнула.

— Рудова, не обмочись только, я тебя прошу, — она что-то посмотрела на ноутбуке и поводила пальчиком по сенсору для управления курсором, — ну, ты готова?

— Нет, — тут же выдала я и поднялась на ноги. Это далось очень сложно. Сердце билось не в груди, а где-то выше, на уровне горла. Было тяжело дышать. Я положила ладони на грудь и закрыла глаза, прислушиваясь к звукам моря.

Вдох, выдох. Надо успокоиться. Даже если не поступлю в МГУ, я уже точно поступила в другие вузы, так что ни мой переезд, ни моя мечта об учебе на айтишника никуда не денутся. И все же, просто взять и стереть ощущение тревоги не получалось. Это была моя цель, ради которой я так много жертвовала и приложила такое огромное количество усилий. Конечно, если у меня не получилось, это будет для меня большим ударом. Но я должна верить в себя.

Вдох, выдох.

Я открыла и кивнула настороженно смотрящей на меня Шилиной.

— Давай, в пизду все.

— О, люблю такое, — улыбнулась она, но я видела, что она сама тоже переживает. Несколько мучительных секунд, пока она открывала имейл и пробегалась глазами по строчкам письма, и тут Анька смотрит на меня. Ни по глазам, ни по лицу невозможно было понять, какой результат. Я нахмурилась.

— Что там? — она молчала. — Отказали, да?

Она поджала губы.

— Отказали? Аня, скажи уже! Отказали, да?

Вдруг широкая улыбка осветила ее лицо.

— Обосралась, да? — она усмехнулась. — Взяли тебя, Эйнштейн, ты у нас теперь элита из МГУ.

— Ты врешь! — воскликнула я, не веря случившемуся, и бросилась к ней, чтобы взять в руки ноутбук и обрывисто прочитать:

— Поздравляем вас с зачислением в Москов...

Мой шепот прервался собственными криками. Я вскочила на месте и начала хаотично прыгать по песку, вскидывая руки к небу.

— Ура! Ура! Получилось, Анька, получилось!

Я схватила ее за руки и подняла за собой, заставляя кружиться и танцевать. Она заливисто смеялась, а я не могла поверить в то, что я смогла! Меня взяли!

— Получилось, боже, — я шмыгнула носом и остановилась, ощущая полную неразбериху в груди, — не могу поверить, что все это было не зря.

Я не смогла сдержаться и мои плечи сотрясли рыдания. Шилина тут же обняла меня.

— Ну ты и сопля, Рудова, че ноешь, — она хихикнула, — поступила же, поступила.

— Просто... Я так устала стараться, — я всхлипнула, — уже все, представляешь? Все...

Она ласково мне улыбнулась и дала время выпустить все эмоции через слезы. Все переживания, тревоги, усталость, недосып и нескончаемая радость выливались из меня, наконец, давая возможность хоть немного отпустить ситуацию и ощутить себя свободной. Это не были слезы печали — они освобождали меня, и я с охотой давала им это сделать.

Я отстранилась и посмотрела на подругу с улыбкой, несмотря на то, что по щекам все также продолжали катиться слезы. Она смотрела на меня с гордостью и радостью.

— Поздравляю, Рудова, хоть кто-то из нас небезнадежен.

Я хихикнула и вытерла нос рукавом кофты, из-за чего девушка поморщилась.

— Ну ты и мерзкая, — заключила она, вызывая у меня еще больший приступ смеха.

Дрожащими руками я вытащила из кармана телефон и посмотрела на нее со стыдом, на что Анька вопросительно приподняла бровь, сложив руки на груди.

— Хочу Гришане позвонить, — тихо сказала я, наблюдая, как она насмешливо улыбается, — он тоже ждал результатов.

— Ну давай, порадуй малого, что ты в Москву переезжаешь, — она кивнула мне, — наконец, у вас будет столько возможностей потрахаться.

Я отмахнулась от нее и отошла на несколько метров, слыша вслед:

— Только скажи, что мы вместе едем и он должен теперь всегда по два букетика дарить нам!

— Обязательно! — ответила я и обернулась на мгновение. — Трахаться тоже втроем будем?

В ответ я слышала имитирование рвотного рефлекса, что вызвало у меня ухмылку.

Долгие, протяжные гудки так и не окончились звучанием его голоса. Я позвонила ему еще раз, но он вновь не ответил. Это меня немного расстроило, но я понимала, что он может быть занят, поэтому не стала докучать, только написала:

alinarudowa, 18:10

Гриш, ответь как сможешь, плиз, у меня тут такие новости, обалдеешь!

Но он не ответил. Ни через час, ни через два, и даже ночью. Все уже успели меня поздравить, телефон разрывался от звонков родственников и друзей, но ни один из них не принадлежал ему. От этого радость за все событие поубавилась и на душе стало как-то тоскливо. Спать я легла с тем же тяжелым камнем в груди, что он не оказался рядом, когда был так нужен.

На следующее утро я проснулась к 8 часам и первым делом открыла наш чат, чтобы увидеть несколько сообщений от него.

ogbuda, 03:30

Алиночка, сорри, маленькая моя, я телефон потерял пока на тусе был

ogbuda, 03:40

Ты спишь уже, да?

ogbuda, 03:45

Это насчет МГУ? Отпишись мне, как проснешься, пожалуйста, я переживаю

ogbuda, 04:00

Прости меня, позвони мне утром

Я обнаружила в себе, что у меня сильно сжимается сердце и мне приятно от того, как он переживает. Но звонить мне не хотелось, так как маленькая, пусть и необоснованная, обида засела внутри. Я приподнялась на кровати и быстро напечатала:

alinarudowa, 08:13

Привет, ничего страшного

Да, это насчет МГУ

Несколько минут я ждала, что он ответит, но, видимо, Гриша еще спал, поэтому продолжила:

alinarudowa, 08:16

Я поступила, представляешь! На тот факультет куда и хотела, плюс выделили место на бюджете! Не могу поверить, что это случилось. Вчера ревела полвечера, только сейчас подуспокоилась

alinarudowa, 08:17

Я очень счастлива

alinarudowa, 08:17

Мне очень хочется разделить эти чувства с тобой

Листая ленту инстаграма, я увидела, как много фоток во всех пабликах было со вчерашнего дня рождения Крида. Там был и Гриша: на всех фотках он был лбо смеющийся, либо активно кому-то что-то втирающий. Он выглядел счастливым. Вокруг было много звезд и красивых девушек. Вечеринка, правда, была грандиозная.

Я подавила в себе двоякое чувство и выключила телефон. Да, видимо, он весело провел там время.

****

Лететь без Ани было ошибкой.

Не то, что бы я была аэрофобом, нет. Просто тащить два чемодана, рюкзак и пытаться уследить за своими документами одновременно с тем, чтобы не уснуть в 4 утра после бессонной ночи, было супер сложно. Огромный аэропорт Шереметьево не то, что меня пугал, мне было буквально тошно от количества людей и беспрерывного движения. Еще больше путали постоянные оглашения прилетов и отлетов, это сбивало меня с пути. С Анькой бы все было спокойнее. Больше не буду позволять ей прилетать сюда раньше меня, о боги. И даже мысль о том, что я, наконец, переезжаю в Москву на учебу сразу после своей лучшей подруги, не взбодрила меня.

Уставшая, вонючая и злая я достала телефон и с раздражением прочитала сообщение Феди.

Федот, 04:02

Систр, опаздываю немного, проспал

Подожди минут 10

Я закатила глаза и уселась на свой чемодан. Удивительно, что точно также я сидела на нем, когда мы вылетали из Питера и Гриша присылал мне видео с Майотом. Мысль о нем кольнуло где-то в груди. Очки упали чуть ли не на кончик носа. Я еле как нашла в себе силы их поправить. На телефон пришло еще одно сообщение, в этот раз от Аньки.

Аня, 04:04

Ты прилетела, дура?

Алина, 04:04

Да

Почему ты не спишь?

Аня, 04:05

Ты где щас?

Меня взбесило, что она не ответила на мой вопрос.

Алина, 04:05

Ты типа специально игноришь мои вопросы?

Аня, 04:05

Бля, Рудова, просто скажи, где ты, заебешь

Я агрессивно напечатала номер выхода, у которого ждала Федю, и выключила телефон, не особо горя желанием продолжать диалог. Закрыла глаза, сняв очки, и попыталась немного успокоиться. На нервах переезда и тяжелого перелета я явно была в своем не самом позитивном состоянии. Нужно было успокоиться.

— Шоколадка, щас пар из ушей пойдет, чего бесишься?

Голос за спиной заставил вздрогнуть и вскочить с места. Я обернулась, увидев высокий силуэт, и надела очки, чтобы увидеть...

— Гриша? — шокированно произнесла я, разглядывая его лицо, на которое был накинут капюшон, яркие глаза и счастливую улыбку. Сердце заколотилось как сумасшедшее. Одновременно оно сжалось от того, что я, наконец, его вижу перед собой. Он выглядел таким родным, сонным, мягким.

— Как ты...

Мой взгляд остановился на огромном букете ромашек.

— Да, ты не говорила, что сегодня прилетаешь, и мы с тобой еще поругаемся по этому поводу, — пробормотал он, приближаясь, что я ощутила этот парфюм, самый, блять, лучший, — но я узнал и тебе должно быть похуям, каким образом. Я тут и я пиздец как рад тебя видеть, теть.

Он облизнул губы и внимательно разглядел мое лицо, задерживая дыхание. В его глазах сверкало счастье, ласка, забота. Я еле сдерживалась, чтобы не схватить его за щеки и не зацеловать до смерти.

Сбоку послышался тяжелый бас:

— Алюш, я что-то не догоняю, — мы одновременно повернули головы к Феде, стоящему рядом в полном шоке, — это Оуджи Буда принес тебе букет или я все еще сплю? Какого хуя?

Я посмотрела на Гришу и накрыла рот ладошкой. Тихо прошептала:

— Мне пиздец.

И, о да, судя по глазам брата, это меня и ждало. В лучшем случае.

Последние дни были немного сложноватыми, поэтому сорри, что немного задержала с главой. Плюс, это просто переходная к новому этапу глава, поэтому она мне ужасно не нравится, но она должна тут быть, чтобы логически привести к тому, что нас всех ждет дальше. Очень-очень всех благодарю за отзывы! Люблю, целую, обнимаю!