Глава 33.

Вечер подходил к концу. Музыка стала тише, гости начали расходиться. Люстры всё ещё мерцали, официанты убирали бокалы с полуразлитым шампанским.

Ария стояла у столика с цветочной композицией, глядя в бокал воды, как будто вглубь. Её пальцы то и дело скользили по кромке стекла — медленно, нервно. Она не замечала, что отец подошёл.

Отец Арии (мягко):— Ты выглядишь бледной.Всё в порядке?

Она оборачивается, натягивает улыбку. Слишком быстро.

Ария (сдержанно):— Всё хорошо. Просто… немного устала. Голова разболелась от шума и разговоров.

Он смотрит внимательно. Не давит, но не отводит взгляда.

Отец:— Ты умеешь держать лицо.Ты в этом — как мать.Но у неё тоже были моменты, когда она улыбалась, а потом подол платья был мокрым от слёз.

Ария опускает глаза. Тепло и щемяще внутри. Но она не готова.

Ария:— Пап, правда. Всё хорошо.Просто слишком много лиц. Слишком много слов.Я правда...(вздох)Я горжусь, что стояла сегодня рядом с тобой.

Он улыбается, подходит ближе, кладёт руку ей на плечо — крепко и надёжно.

Отец:— А я горжусь, что ты — моя дочь.Если когда-нибудь тебе будет трудно — даже если я не пойму всего сразу — ты можешь прийти. Всегда.Без объяснений. Без стыда.

Ария молча кивает. В глазах блестит, но она сдерживается.

Ария (тихо):— Спасибо, папа.

Отец:— Хочешь, я отвезу тебя в общежитие?

Ария (мягко):— Не стоит. Я вызову такси.Ты и так сегодня всё на себе держал.

Отец сомневается, но кивает.

Отец:— Тогда напиши, когда доберёшься.И, Ария…

Он смотрит на неё долго. Почти что-то спрашивает. Почти. Но — не решается.

Отец (тихо):— Береги себя.

---Хх

Ария сидела на заднем сиденье, опершись лбом о холодное стекло. Водитель молча вёл машину. За окном — фонари, мосты, поздние прохожие.Навигатор выводил: "Общежитие — 18 минут."

Ария достаёт телефон. Несколько секунд смотрит на него. Потом — пальцы дрожат едва заметно — меняет адрес.

Новый маршрут: Уэстгрейн, 45 — жилой комплекс, где живёт Лукас Стерлинг.

Машина делает поворот.

Она закрывает глаза. Всё ещё пульсирует напряжение от разговора с Лео. И тревога. И вина. Но за всем этим — непрошеное, невыносимо сильное желание быть рядом с тем, кто сейчас не смотрит на неё как на слабость, а как на выбор.

---

Звонок в дверь прозвучал глухо — как будто сам дом не ожидал, что в столь поздний час кто-то решится войти.Лукас шёл к двери босиком, в мягкой домашней футболке и серых брючных штанах. Волосы слегка растрёпаны, на столе в гостиной стоял бокал с недопитым красным вином, а на диване — лежала раскрытая книга, которую он больше слушал, чем читал.

Он открыл дверь — и замер.

Ария.В том самом голубом платье. В глазах — усталость, напряжение, неуверенность и какая-то дрожащая решимость. Она стояла, будто чуть не передумала.

Лукас (тихо):— Я не верил, что ты приедешь.

Ария (шёпотом):— Я тоже.

Он отступает в сторону, давая ей пройти. Закрывает за ней дверь — медленно. Несколько секунд — тишина.

Она стоит в холле, не зная, как начать.

Лукас:— Что случилось?

Ария оборачивается, снимает туфли, подходит ближе. Голос у неё срывается.

Ария:— Лео видел нас на террасе.

Он вздрагивает, но не удивлён. Подходит ближе, не касаясь, но присутствием — как щит.

Ария:— Он ждал меня у выхода…И говорил так, будто у него теперь есть… рычаг. Надо мной. Над тобой.

Лукас (напрягаясь):— Что именно он сказал?

Ария:— Не всё прямо. Только..."Ты удивишься, как много я знаю. И как легко это знание может всплыть".Он был спокоен.Спокойнее, чем должен был быть.

Лукас:— Он собирается давить.Но он не получит то, на что рассчитывает.Я не позволю ему использовать тебя — ни как повод, ни как угрозу.

Ария (глядя прямо в глаза):— А если всё всплывёт?Если совет узнает? Если твоя карьера…Ты правда готов?

Лукас (подходит ближе, спокойно):— Ты не ошибка, Ария.И если выбор стоит между титулом и тобой — я даже не думаю.

Он касается её щеки. Она обнимает его — резко, будто боится, что он исчезнет. Он сжимает её в ответ — спокойно, надёжно, долго.

Ария (в его груди, тихо):— Я не знала, куда ещё идти.После вечера. После этого взгляда его отца. Его матери.Мне просто хотелось тишины.И тебя.

Лукас:— У тебя есть и то, и другое.Останься.

Она молча кивает.

Он проводит её в спальню. Там мягкий тёплый свет, раскрытое окно, хлопковое одеяло и запах лаванды от его постельного белья.

Ария переоделась в его чёрную футболку, которую он дал молча. Она ей до середины бёдер, и ткань приятно обволакивает кожу.Он ложится рядом — не касаясь сначала. Просто рядом.

Ария (глядя в потолок):— Мне страшно.

Лукас:— Мне тоже.Но у нас будет утро.И мы встретим его вместе.Без масок.

Она поворачивается к нему, пряча лицо у его груди. Он обнимает её, медленно, с какой-то осторожной благодарностью.

Они засыпают так — как будто тишина сама укрывает их, а ночь охраняет.

---

Свет мягко пробивался сквозь полупрозрачные шторы.На подушке — Ария, ещё спящая, её волосы раскинулись по белому белью, дыхание ровное. На щеке лёгкая тень от руки Лукаса, который до недавнего момента лежал рядом.

Теперь он стоял у двери спальни.В сером пальто, с ключами в руке.Он смотрел на неё, будто в последний раз, впитывая этот момент — её, мирную, в его доме.На прикроватной тумбе лежала записка.

"Я должен быть в университете к первой паре. Встретимся в аудитории."— Л.

Он вышел почти беззвучно. Только лёгкий щелчок двери остался напоминанием о том, что утро — уже началось.

---

Большая аудитория была почти полна.Студенты гудели, обсуждая благотворительный вечер, новости, контрольные.Кто-то уже знал, что день особенный. Кто-то ещё не догадывался.

Лукас вошёл в аудиторию как всегда — сдержанно, точно, без театральности.Только в глазах — что-то другое. Тяжесть. Решимость. Прощание.

Ария уже сидела ближе к середине.Когда он вошёл, её сердце как будто остановилось.Он не смотрел на неё — пока.

Он встал у кафедры. Пауза.

Лукас (спокойно):— Доброе утро.Я знаю, что вы ожидали обычной лекции.Но сегодня всё немного иначе.

Зал начал замирать. Несколько человек переглянулись.

Лукас:— Это моя последняя пара в этом университете.

Тишина. Потом — удивлённые возгласы.

— Что?— Как?— Почему?

Он поднял руку. Зал стих.

Лукас:— С сегодняшнего дня я официально перехожу в семейную компанию.Это решение не было спонтанным.И хоть мне было невероятно ценно работать здесь, пришло время двигаться дальше.Это непростой выбор. Но необходимый.

Кто-то явно расстроен. Кто-то в шоке. Но Ария сидит в полнейшей тишине.Её дыхание словно застряло.Она не знала. Он не сказал. Даже ночью.

Лукас (смотрит по залу):— Я не прощаюсь с вами навсегда. Надеюсь, наши пути ещё пересекутся.Каждому из вас — спасибо за честность. За труд. За вопросы.Особенно тем, кто не боялся спорить. Учиться. И меняться.

Он бросает взгляд — короткий, прямой — в глаза Арии.

На секунду — весь зал исчезает. Только они.

Лукас (тихо):— На этом — всё. Если у кого-то есть вопросы, я останусь в аудитории ещё десять минут.

Он отступает, берёт со стола папку. Некоторые студенты переглядываются, шепчутся. Кто-то выходит.Кто-то — в растерянности.Но Ария не двигается.Не сейчас. Она просто смотрит на него.Пока он окончательно не исчезнет за дверью, унося с собой целую эпоху.

---

Запах кофе, перегретой пасты и картошки фри — стандартный фон любой университетской столовой.На экранах в углах — приглушённые новости, но никто не смотрит. Все — говорят.

Ария и Кэрол устроились за угловым столиком у окна.На подносе Кэрол — лазанья и яблочный сок. У Арии — салат и чай, к которому она почти не прикасалась.

Кэрол (протыкая вилкой сыр):— Я тебе клянусь, если я ещё раз услышу "Стерлинг ушёл" — я засуну этот сыр себе в уши.

Ария (невпопад):— Он любит острые формулировки.

Кэрол (прищуривается):— А ты — что, с ним разговаривала?

Ария опускает взгляд.Кэрол прикусывает губу, но делает вид, что не заметила.

Кэрол (переходит на полушёпот):— Ты знаешь, что сейчас происходит в группе истории права?Там целая теория — что он ушёл, потому что поругался с деканом.Другая версия — что он женится на иностранке, и ему нужна виза.Ну и, конечно, моя любимая: он выиграл суд против ректора и уходит с миллионом компенсации.

Ария (сухо):— Ему точно не нужен миллион. У него есть фамилия.

Кэрол (набирая в рот лазанью):— А у тебя — секреты.

Ария (вздыхает):— Кэрол…

Кэрол (мягко, уже серьёзнее):— Я ничего не спрашиваю.Но ты сидишь, как будто тебе вырвали полгрудной клетки.И как бы я ни старалась быть циничной — мне правда жаль.

Ария отводит взгляд к окну. Там — студенты, бегущие на следующую пару. Жизнь продолжается.Но внутри всё стоит.

Кэрол (подливает сока):— Слушай, ты ведь понимаешь, что это был его выбор?Он взрослый. Умный. И если он ушёл — он знал, что делает.

Ария (шепчет):— А если он ушёл из-за меня?

Кэрол (спокойно):— Значит, ты для него стоишь больше, чем кафедра.И мне кажется, ты это знаешь.Просто боишься, что это не так.

В этот момент за соседним столиком кто-то громко говорит:

— …и ведь никто даже не знал, что он собирается уйти!— Говорят, он с кем-то встречался, и из-за этого возник конфликт интересов…

Кэрол (скривившись):— Вот, началось. Скоро будут говорить, что он шпион. Или маг. Или оба.

Ария (тихо, с полусмешком):— Маг точно ближе к правде.

Кэрол:— Ага. Превратил мою лучшую подругу в икону страданий и теперь исчез в тумане.

Они улыбаются, хоть и устало.Ария делает первый глоток чая. Тёплый, обжигающий, но немного возвращает в реальность.

---

Легкий гул басов — постоянный фон за тонкими стенами. Свет — тёплый, но утомительно-жёлтый.Ария, в гримерке, поправляет макияж. Её образ этой ночью — в серебре: мерцающее боди, тонкая цепочка вдоль позвоночника, высокий хвост.Третий выход — уже через 10 минут.

Вокруг — привычная суета девочек: кто-то подрисовывает стрелки, кто-то смеётся над пьяным клиентом, кто-то шепчет в телефоне.А Ария — тиха.Механична.

Всё как всегда. И в этом — что-то тревожное.

Свет гаснет — короткий замирающий момент тьмы — и музыка начинает ритмично подниматься.Ария выходит на сцену — как будто и не она.Движения отточены, тело слушается, взгляд — отстранён. Она работает.Сцена — её территория, но сегодня внутри пусто.Как будто каждое движение — не от желания, а от долга.

Мужские взгляды — прожигают.Кто-то аплодирует. Кто-то шепчет имя:

— Медуза...

Ария слышит это, как сквозь вату.

Третий выход заканчивается. Она уходит за кулисы, надеясь, что до конца смены останется просто отсидеться, переодеться, уйти.

Она снимает кольца, отстёгивает цепочку, когда вдруг заходит администратор клуба — Марисса.

Марисса (коротко):— Медуза. Тебя в третий приват. Срочно.

Ария замирает.

Ария (спокойно, без эмоций):— Имя?

Марисса (пожав плечами):— Аноним. С чёрной метки.Ты сама знаешь, что это значит.

Ария:— Все приваты давно выкуплены…

Марисса (уклончиво):— Таков был контракт, да.Но это — исключение.Очень дорогое. Очень срочное.Ничего личного. Только работа.

Ария смотрит в зеркало.

Серебряные тени, подчёркнутые глаза, холодная маска на лице.Но внутри — что-то зашевелилось. Предчувствие. Или узнавание.

Она поднимается, не говоря ни слова.

Туфли стучат по полу. Шаги резкие, но сдержанные.Остановившись у нужной двери, Ария медленно дотрагивается до ручки.Замок щёлкает.

И пока дверь ещё не распахнута — мы не знаем, кто внутри.

Но она уже знает.Чувствует.Каждой клеткой кожи.

---

Ария вошла и сразу почувствовала, что воздух здесь не тот.Пахло слишком резким парфюмом, дешёвым виски и чем-то… старым. Опасным.

Свет был тусклый, рассеянный.Кресло у стены.В нём — он.

Лео.

В дорогом чёрном пиджаке. Растянутый ворот рубашки. Бокал в руке. Взгляд — ледяной и уверенный.Как у человека, который всё продумал.

Лео (буднично):— Привет, Медуза.

Ария (резко):— Ты не должен был сюда войти. У тебя нет права.

Лео:— У меня давно есть всё.Доступ. Знания. Твоя история.(глоток)И теперь — свобода. Стерлинг ушёл.Значит, ты осталась без крыши.И без правил.

Ария не двигается. Стоит у двери, как будто обдумывает, идти ли дальше.Он продолжает:

Лео (ровно):— Хочешь знать, когда я узнал?(усмехается)С того самого вечера, когда ты выскочила в дождь с рюкзаком.Я пошёл за тобой. Видел, как ты заходишь в чёрный вход. Видел, как твои глаза меняются.И понял, что ты — другая.Не святая Ария с кафедры. Не дочь уважаемого бизнесмена.Ты — моя слабость, Ария.И я решил, что теперь ты станешь моей виной.

Ария (жёстко):— Ты болен.Я не твоя. И никогда не была.

Он встаёт. Медленно.Поворачивает запор на двери — щелчок.Комната становится ловушкой.

Лео (мягко):— Ошибаешься.Ты принадлежишь тем, кто тебя знает насквозь.И знаешь, что самое смешное?Ты же сама пришла. На сцену.Сама разделась.Сама дала мне оружие.Я просто решил — нажать на курок.

Он делает шаг.Ария отступает, взгляд — ищет кнопку тревоги. Её рука тянется незаметно к стене.

Ария (сдержанно):— Ты не понимаешь, что делаешь.

Лео (глухо):— Очень даже понимаю.

Он хватает её за запястье — резко.Она отдёргивается, но он тянет сильнее. Рывок. Ткань платья трескается у плеча.

Лео:— Я тоже умею брать, когда не дают.

Ария:— Не смей!

Он толкает её к стене. В этот момент её рука находит кнопку — плоский круглый датчик в обшивке стены.Короткий сильный нажим. Красный свет мигает.

Лео (вздрогнув):— Что ты сделала?

Ария (в лицо, сдержанно):— Я выбрала себя.

Дверь распахивается почти мгновенно.Охрана.Двое мужчин в чёрной форме врываются, хватая Лео за руки.

Охранник (жёстко):— На пол. Немедленно.

Лео сопротивляется, но это бесполезно. Он орёт, выкрикивает что-то о лжи, о ней, о Стерлинге, об "этой грязной игре".

Ария стоит. Дыхание рваное. Платье — порвано на плече.Но она держится. Прямая. Не ломается.И это — победа.