Глава 8.

Николь зашла в свою каюту и увидела Лоренсо, привязанного к стулу. Он сидел с прямой спиной и разглядывал помещение. А девушка невольно разглядывала его. Длинные чёрные волосы испанца выглядели не совсем опрятно после того, через что он прошёл, но это его не портило. В его зелёных глазах читалось любопытство. А полные губы растянулись в улыбке при виде Николь.— Не правда ли, я красавчик? — усмехнулся испанец.— Не льстите себе, сеньор, — спокойно ответила девушка.— А ты знаешь, как обращаться к испанцам, не то что твой принц.Николь встала сзади Лоренсо и начала развязывать ему руки, тот удивился.— Энджел принципиально не обращается к испанцам, как у них принято, — объяснила она.— А ты не боишься развязывать мне руки, mi amor? А вдруг я схвачу тебя? — издевательским тоном спросил испанец.— Ну, попробуйте, — посмеялась девушка. — Знаете, что мне странно, почему у Вас глаза зелёные? Это не типично для испанцев. Нет, я, конечно, видела испанцев с зелёными глазами, но у Вас они такие яркие. — Николь отвязала мужчину и бросила верёвки на стол, он тем временем начал потирать на руках те места, где были верёвки.— Я отвечу на твой вопрос, если ты перестанешь мне «выкать». Я не такой старый, — игриво ответил он.Николь села на другой стул и кивнула головой в знак согласия.— Моя мать была англичанкой, я унаследовал её глаза, — спокойно объяснил Лоренсо.— Так вот откуда Вы, то есть ты, знаешь английский. А раз ты живёшь в Испании, значит, твой отец испанец?— Да, но я не живу в Испании, я живу на Кубе, mi amor.— Может уже хватит меня так называть, я не твоя подруга и уж тем более не возлюбленная, — слегка разозлилась девушка.Лоренсо встал со стула и подошёл к Николь сзади. Положив ей руки на плечи, он опустился к её уху и прошептал:— Мы можем это исправить, mi amor.Девушка вздрогнула от прикосновения, а его дыхание обожгло её кожу, она не могла пошевелиться, странное волнение пробежало по её телу. Но, взяв себя в руки, она сбросила его цепкие пальцы с плеч и тоже встала.— Я даже не знаю, как тебя зовут, — пыталась спокойно сказать Николь.— О, прости мою оплошность, конечно. Меня зовут Лоренсо, — он учтиво поклонился.— В следующий раз хорошенько подумай, прежде чем дотрагиваться до меня, Дон Жуан.— А то что? Папочке пожалуешься, что тебя обижают? — посмеялся он.Эти слова пронзили сердце Николь, её глаза горели огнём ненависти, она быстро подошла вплотную к испанцу и, тыча указательным пальцем ему в грудь, отчеканила каждое слово:— Никогда. Больше. Не смей. Говорить. Про моего. Отца, жалкий испашка. Я вас всех ненавижу. И благодари Бога, что я не выбросила тебя за борт сразу, как ты тут появился. И прибереги свои грязные ухаживания для девиц из таверны, если, конечно, ты туда доберешься живым.Девушка быстро вышла из каюты и заперла её.Лоренсо стоял в недоумении. «Почему она так резко изменилась, почему она ненавидит испанцев? Неужели они что-то сделали с её отцом?» Мысли мужчины путались, мозг перестал работать от голода и усталости. Он снова сел на стул, подставив другой стул под ноги, и уснул.Тем временем Николь расхаживала по верхней палубе в негодовании. За этим занятием её застал Энджел.— Что случилось, родная? Он тебя обидел? — обеспокоенно спросил он.— Он упомянул моего отца, — злилась она.— Что он сказал? — строго спросил Энджел, хватая девушку за руку, чтобы остановить её.— Он сказал, что я пожалуюсь папочке, если он ещё раз меня тронет.— Он тебя трогал? Я же его связал. Расскажи мне все, детка. Я убью его. — Он обнял её за плечи и прижал к себе.Николь не стала вырываться, в объятиях Энджела она успокаивалась.— Я его развязала. Нет, он не трогал, просто стоял близко. Не волнуйся, я бы не позволила ему.Энджел одной рукой поднял её лицо за подбородок и, посмотрев ей в глаза, сказал:— Ты знаешь, что я никому не позволю обидеть тебя, пока я рядом.Николь смотрела в его голубые глаза, наполненные нежностью и заботой, и затаила дыхание. Молодой человек опустил взгляд на её губы. Она тут же поняла, что сейчас произойдёт, и испугалась. Но пошевелиться не могла, странное сладкое чувство в груди сковало её, и губы сами приоткрылись. Для Энджела это был знак, он медленно прикоснулся к её губам, пробуя их на вкус, осторожно облизывая их. И когда он понял, что Николь не отталкивает его, начал целовать по очереди каждую губу, пока она не начала отвечать на его поцелуй. Для неё это было впервые, она не знала, что делать и просто повторяла за ним. Тогда молодой человек осторожно раздвинул пошире языком её губы и медленно вошёл им в её рот, углубив поцелуй. Николь издала стон, её язык сплелся с его, и она обхватила Энджела за шею, прижимаясь к нему всем телом. Он крепко обнял её за талию и начал целовать сильнее, чем раньше. Их дыхание сбилось. Девушка почувствовала сладкое тягучее желание внизу живота и снова издала стон. Чем глубже становился поцелуй, тем сильнее она прижималась к нему. Чувствовать её тело так близко было для Энджела сверх блаженства. Её неумелые движения и страсть, которую она не знала, как выразить, заводили его. Конечно, он хотел продолжения, но это будет огромной ошибкой, поэтому он просто наслаждался её губами и объятиями. И когда перестало хватать воздуха, они оторвались друг от друга. У Николь ослабли ноги, она так и не смогла отпустить Энджела, он тоже не спешил отпускать её. Восстанавливая дыхание, он приложил свой лоб к её.— Энджел… — прошептала она.— Тише, родная. Не говори ничего, позволь насладиться этим моментом. — Он закрыл глаза и положил её голову себе на грудь.— Это был… мой первый поцелуй, и…— Детка… Прости… Я…— Не нужно, я рада, что это был ты, — наконец, сказала она.Энджел улыбнулся и ещё крепче прижал её к себе, вдыхая запах ее волос.Сейчас Николь стояла в объятиях своего самого близкого человека, друга, которому подарила свой первый поцелуй. И она не понимала, как теперь относиться к нему, и что будет дальше с их дружбой. Ей нужно было обо всем подумать.— Извини, — начала она, высвобождаясь из его рук, — мне нужно в каюту, чтобы подумать обо всем.— Да, конечно, родная. После поговорим, — с некоторым сожалением ответил молодой человек и отпустил девушку.Уходя, она обернулась, чтобы ещё раз посмотреть на него, и он подмигнул ей, улыбаясь.Николь вернулась в каюту, все её мысли были об Энджеле, и она совсем забыла о Лоренсо. Зайдя в помещение, девушка ни на что не обращая внимания, прямиком пошла к кровати. Но боковым зрением она увидела что-то большое на стуле и, повернув голову, подпрыгнула.— О, Боже, — вскрикнула она, — я забыла о тебе.Лоренсо тоже подскочил от её крика, ведь он ещё спал.— Что случилось? — спросил он.— Ничего. Ты голоден? — успокоившись, спросила она.— Да, — ответил мужчина, избавляясь от остатков сна.Через несколько минут Николь принесла ему поднос с едой. Она молча поставила его на стол и молча села на кровать. Она была здесь и одновременно отсутствовала.Лоренсо накинулся на еду, не обращая внимания на её состояние.— Может, присоединишься? — предложил он.Она не ответила. Тогда мужчина, оторвавшись от еды, посмотрел на неё. Девушка сидела, подобрав под себя скрещенные ноги, её пальцы касались губ, а взгляд был направлен в никуда. И только сейчас он заметил что-то странное в её поведении: она притихла и закрылась в себе. Он осторожно, но достаточно громко спросил:— Ты из-за меня такая, mi amor?— А? Ты что-то спросил? — как бы очнувшись, отреагировала она.— Да что с тобой такое? Ты вернулась сюда сама не своя.— Ничего. Все в порядке. В любом случае, тебя это не касается, — девушка вроде бы пришла в себя.Лоренсо уже покончил с едой. Он так и остался сидеть на стуле, глядя на неё. Раздался стук в дверь.— Войдите, — сказала Николь.— Ты в порядке? — спросил Энджел, открыв дверь. И тут он заметил испанца. — А ты что тут делаешь?— Сижу, мистер Очевидность, — усмехнулся Лоренсо.— Это ты так шутишь, клоун? Убирайся отсюда! — начинал злиться помощник.— Пока Ники не скажет уходить, я не уйду. Видимо, она решила развлечься ночью, — издевался он, явно провоцируя Энджела и одновременно проверяя их отношения.— Ах, ты ублюдок! — кинулся помощник на мужчину и схватил его за ворот рубашки.— А, ну, прекратили оба! Вы надоели мне уже. Убирайтесь! — закричала Николь и начала выталкивать их обоих из своей каюты.Мужчины встали и пошли к двери. Энджел обернулся и спросил:— А куда его?— Сам реши, я устала от вас уже. Пошли вон!И когда дверь за ними захлопнулась, девушка легла на кровать и снова погрузилась в свои мысли.«Энджел… Какие у него мягкие губы и какую бурю они вызвали во мне. Он такой нежный со мной и грубый с остальными, как это все вместе уживается в нем? Он всегда заботится обо мне и с ним я чувствую себя свободной и в безопасности. Он самый лучший друг. Друг… Боже, он же мой друг. Нет, эта дружба важнее всего для меня. И я не хочу его терять, никогда».

На следующий день Николь вышла из каюты, чтобы подышать свежим воздухом. Посмотрев, что происходит на палубе, она заметила Лоренсо, раздетого по пояс и драющего палубу. Девушка невольно залюбовалась его телом. При каждом движении торс напрягался, и мышцы выделялись ещё больше. А его смуглая кожа, покрытая капельками пота, жаждала прикосновений. Ветер играл с его волосами, развевая их в разные стороны, что заставляло мужчину периодически убирать их с лица. И то, как он это делал, действовало на девушку магнетически. Лоренсо будто почувствовал чей-то взгляд и остановился, затем поднял голову и обернулся, и заметил там Николь. Их глаза встретились, девушка была взволнована и раскраснелась. Она начала нервно теребить свою косу и кусать губы. «Так, хватит, я никогда не нервничала перед мужчинами, что это такое происходит сейчас?» — думала Николь.Лоренсо улыбнулся и подмигнул ей, она отвернулась.— Доброе утро, детка! — сказал Энджел, поднявшись с нижней палубы на верхнюю.— Привет, Энджел, — смутилась она.Краем глаза помощник заметил, что испанец смотрит на них, и подошёл ближе к девушке. Она не отодвинулась, но и не подняла голову.— Как спалось? — он взял её за руки.— Могло быть и лучше, — будничным тоном ответила она.— Может, поговорим? — спросил он, поглядывая на Лоренсо, который так и стоял, глядя на них. И с каждым движением Энджела, он сжимал кулаки и челюсть. Конечно, это не укрылось от глаз блондина.— Прости, я ещё не готова, — виновато сказала Николь, посмотрев на него.— А если я помогу тебе?— Каким образом?Энджел отпустил её руки, подошёл ещё ближе и обнял за талию. У Николь перехватило дыхание. Посмотрев в её глаза, он прошептал:— Вот таким.И тут же поцеловал её в губы. Девушка не ожидала такой быстроты движений и растерялась. Она позволила ему поцеловать себя, но сама не обнимала в ответ, как это делала в первый раз. Николь не могла понять, что не так в этот раз, но этот поцелуй чувствовался неправильным. Да, ей было приятно, но что-то мешало отдаться полностью этому. Тогда она прервала поцелуй и отвернулась от Энджела. Он подошёл сзади и положил руки ей на плечи. Николь невольно посмотрела в сторону Лоренсо, который стоял все в том же положении, глядя на нее. Только теперь он не улыбался, он злился, а в глазах читалась такая боль, что девушке стало не по себе, она сбросила руки Энджела с себя и молча ушла в каюту. Помощник кинулся за ней.— Что с тобой, Николь? — взволнованно спросил он, заходя в её каюту.— Ничего. Энджел, прости, но я не могу так. Ты мой друг, мой лучший друг, это все так неправильно, — девушка говорила так, как будто объясняла это сама себе.— Нет, милая. В первую очередь, я мужчина, а потом друг. И я не железный, я хочу тебя, тебя всю: и тело, и душу. Николь, я лю… — отчаянно объяснял он.— Остановись, пока все это не зашло слишком далеко. Прошу тебя, Энджел, ты мне очень дорог, если мы перейдём черту дружбы, все изменится, я больше не смогу делиться с тобой своими мыслями и желаниями.— Но почему? Я по-прежнему твой друг.— А если у нас ничего не получится? Ты уже не будешь другом, а я нуждаюсь в тебе как в друге, я люблю тебя как друга, ты моё все. Прошу тебя, Эндж, — чуть не плача, сказала Николь.— Родная моя, не плачь только. Я не заслуживаю твоих слез. Я не хочу делать тебе больно и уж тем более заставлять тебя плакать. Прости, детка. Я все понял. Иди сюда, — молодой человек раскрыл объятия.Николь подошла к нему и обняла его в ответ. Но слезы все равно хлынули из глаз, как она ни старалась их сдерживать. Послышались всхлипы. Молодой человек ещё крепче сжал девушку в своих объятиях. Ему было больно от того, что она плачет. И эта боль была сильнее, чем боль от её отказа. Это храброе создание было таким хрупким, что Энджел был готов пойти на все, ради её счастья и спокойствия.— Эй, успокойся, девочка моя. Нет-нет, пожалуйста, не плачь. Где моя смешная Николь, которая постоянно подшучивает надо мной? — он разжал объятия и, посмотрев на девушку, начал вытирать её слезинки.— Я не плачу, — пыталась улыбнуться Николь, — они сами текут, предатели.— Сейчас я сотру их с твоего милого личика и больше не позволю им вылезать, — ласково проговорил Энджел.Николь улыбнулась и сказала:— Спасибо тебе.— Это тебе спасибо, ты уже второй раз спасаешь нас, а я такой дурак.— Да уж, точно, — засмеялась она.— Ээээ, я думал, что ты скажешь, что я не дурак, — наигранно обиженно сказал помощник.— Разве ты так плохо меня знаешь? Ладно, теперь серьёзно. Мне нужно поговорить с испанцем, вчера так и не получилось, — перевела тему она.— О чем с ним разговаривать? Он, кстати, хорошо драит палубу, может, возьмём его в команду на грязную работу? — смеясь, предложил Энджел.— Энджел, я серьёзно. Он не похож на работорговца, я хочу выяснить: зачем он это делает.— Хорошо, сейчас приведу его. Если что, я рядом, — подмигнул парень и вышел за дверь.Николь тем временем умылась и надела чёрный платок на голову, завязав его сзади под косой.Энджел привёл Лоренсо и усадил его на стул, а сам вышел. Лоренсо пристально посмотрел на Николь и, заметив красные припухшие глаза, спросил:— Ты из-за него плакала, mi amor?— Не твоё дело. Я хочу спросить прямо и жду такого же ответа. Зачем ты занимаешься работорговлей?— А какие у тебя отношения с твоим помощником? — вопросом на вопрос ответил Лоренсо.— Ты не в том положении, чтобы задавать мне вопросы. Если ты ещё не понял: ты мой пленник.— О, да. Это я прекрасно понял. Ты пленила меня сразу, когда я впервые увидел тебя, mi amor, — томно ответил он.— Остынь, мачо, ты не в моем вкусе, и ты испанец, — грубо осадила она его.— О, понимаю. Блондинчик в твоём вкусе, видел я, как ты страстно отвечаешь на его поцелуи. Уверен, что и в постели ты такая же страстная. Повезло парнишке, — издевался Лоренсо.Николь уже еле сдерживала себя, она отвернулась от него и сделала несколько вдохов и выдохов. А мужчина тем временем продолжал издеваться:— Может, ты окажешь мне одну услугу: переспишь со мной? Мы не скажем твоему возлюбленному.Всё, терпение Николь кончилось, она развернулась, подошла к Лоренсо и со всего размаха ударила кулаком в челюсть, затем нанесла второй удар в нос. Мужчина схватил её за руку и притянул к себе, обнимая за талию другой рукой.— Свирепая львица, мне это даже нравится. Но предупреждаю тебя, милая, ни одна женщина не смеет поднимать на меня руку. И если ещё раз ты это сделаешь, я за себя не отвечаю. Ты меня поняла? — серьёзно сказал испанец.Николь в ярости прошипела:— Убери свои грязные руки, испанец! Иначе я за себя не отвечаю.Лоренсо оттолкнул девушку от себя, и она, не удержав равновесия, упала на пол, больно ударившись копчиком. Мужчина сам не ожидал, что так получится, и тут же бросился её поднимать. Она со злостью оттолкнула его руки и поднялась сама. Бросив на него взгляд, полный ненависти, девушка открыла дверь каюты и крикнула:— Энджел, иди сюда быстро.Помощник появился в дверях, увидев состояние Николь, он сразу понял, что разговора снова не получилось.— Выясни у него все, что нужно, я больше не могу с ним разговаривать, меня просто трясёт от его присутствия и наглой морды. Ненавижу этих испанцев.— Я только на половину испанец, милая, — крикнул Лоренсо вслед уходящей Николь.— Я не буду выяснять, что ты наговорил ей, потому что есть множество других вопросов. Но я все равно узнаю, что с ней, — довольно строго сказал Энджел. — Зачем тебе рабы? Ты не похож на богатого плантатора. Или ты просто продаёшь их им?— А кто тебе сказал, что я этим занимаюсь? Если я их вез, это не значит, что я торгую ими, — решил быть честным Лоренсо, ему и самому уже надоела эта игра.— Ну, объясни тогда. Мой капитан сомневается, что ты работорговец.— Неужели хоть что-то хорошее она разглядела в испанце, — слегка поднял руки к небу мужчина. — Мой отец приказал мне доставить ему рабов на его плантации. Я сам не в восторге от этого. И не участвовал в их вылавливании. Я только управлял своим кораблем. И вообще я обычный торговец.— Торгуешь, по всей видимости, товарами отца с плантации, — усмехнулся Энджел.— Именно так. На самом деле, я даже рад, что вы отпустили этих людей, — искренне говорил испанец.— У меня нет обыкновения верить людям, особенно, испанцам. Но я чувствую, что ты говоришь правду, — спокойно ответил помощник, вставая со стула.— И что теперь со мной будет? — полюбопытствовал Лоренсо.— Доплывем до Карибов и высадим тебя в ближайшем порту. Кстати, а что же твой отец сам не поплыл за рабами?— Он говорит, что уже старый и последнее его плавание, думаю, это было десять лет назад, было неудачным. Подробностей не знаю. После этого он оставил море и занялся выращиванием табака, — объяснил мужчина.Энджел снова сел на стул и, посмотрев на Лоренсо, спросил:— Чем он занимался в море?— Каперством. Полагаю, как и вы, — усмехнулся собеседник.— А что же ты не пошёл по его стопам?— Я ненавижу грабежи и разбои. Да, мой отец учил меня этому с детства, но я пошёл против него. Только, думаю, что он все ещё не успокоился на мой счёт, — задумчиво ответил испанец.— А как твоя фамилия? — что-то подозревая, спросил Энджел.— Извини, но я не хочу, чтобы моя фамилия фигурировала в этих грязных делах.— Твоя фамилия уже там фигурирует, судя по делам твоего отца, — иронично произнёс помощник.— Нет, я пользуюсь фамилией матери и я не позволю пачкать её. И давай не возвращаться больше к этой теме, — с горечью в голосе проговорил Лоренсо.— Хорошо. Теперь по поводу Николь. Раз уж тебе ещё плыть с нами, старайся не контактировать с ней. Все вопросы решай через меня, — строго сказал Энджел.— Прости, но насколько мне известно, капитан она, а не ты. Да и кто ты ей: муж, что ли? — надменно сказал испанец.— Не муж. Я её лучший друг и всегда защищу её. Она для меня все, она моя единственная семья. Да, я не отрицаю, я люблю её, люблю, как мужчина любит женщину, неистово и безответно. Но я обещал ей быть всегда рядом. Поэтому я просто друг, но мы очень близки. И я убью любого, кто обидит её морально и физически. Запомни это! Я слежу за тобой. А теперь выходи отсюда, — импульсивно высказался молодой человек.Лоренсо молча встал и пошёл на нижнюю палубу в сопровождении Энджела.Позже капитан и её помощник обсуждали информацию, полученную от испанца. Теперь и самой Николь захотелось выяснить фамилию отца Лоренсо.