Кладбище в интернете

Леша плюхнулся на вертящийся стул и врубил компьютер.- Через пару минут вся информация будет у нас в кармане, - уверенно заявил он.- А ты какой программой пользуешься при входе в Интернет? - спросила Лика.Лешины пальцы быстро забегали по клавиатуре.- Моя любимая программа «Мазилла», - ответил он.- Как, как? - переспросил Орешкин. - «Мазилла»? Это от слова «мазать», что ли?Толстиков насмешливо посмотрел на Ромку.- Сам ты «мазать». Разработчики программы назвали ее так в честь героя мульти-ка. В мультике есть динозавр, который...- Не отвлекайся, Толстый, - сказал Димка.Леша снова сосредоточил внимание на компьютере. На экране монитора мелькали строчки, схемы, значки... Оставив клавиши, Толстиков работал «мышкой». Но чем больше он работал, тем меньше уверенности в нем оставалось. Наконец Леша и вовсе убрал руку с «мышки».- Вот чертова чертовщина. Куда-то не туда заехал.На сей раз уже Ромка насмешливо взглянул на Лешу.- Тоже мне, компьютерщик. Правильно говорят: «Техника в руках дикаря - груда металлолома».- Разреши я попробую, Леша, - сказала Лика.Толстый, с кислым лицом, неспеша встал со стула.Лика села на его место. И теперь уже ее пальцы забегали по клавиатуре. На экране высветилось пустое белое окошечко. В это окно Соломатина вписала по-английски: парижские кладбища.- Теперь надо подождать, - убрала она руки с клавиатуры.Ребята стали ждать. Толстиков сгонял на кухню и сделал себе большой бутерброд с двумя котлетами.Он и остальным предложил по бутерброду, но ребятам было не до котлет. Все с нетерпением ждали, что выдаст компьютер.- О, да здесь хакеры орудуют, - раздался вдруг веселый голос.Ребята повернулись к двери и увидели... Лешу Толстикова. Только на двадцать лет старше.- Папа! - обрадовался Леша. - А мы и не слышали, как ты пришел. Пап, у нас ничего не получается. Помоги, а?- А что вы хотите?- Нам нужна информация о парижских кладбищах. Мы вошли в Интернет. А машина уже двадцать минут молчит.- Ничего удивительного, - сказал папа Толстиков. - У Петербурга нет прямого соединения с Парижем. Наш компьютер сначала выходит на компьютер в Гатчине, компьютер в Гатчине выходит на компьютер в Москве, компьютер в Москве выходит на компьютер в Финляндии, а уж после этого финский компьютер соединяется с парижским компьютером.Едва он закончил свои объяснения, на экране выскочила большая страница.- Что я вам говорил. - Папа Толстиков наклонился к экрану. - Пожалуйста. Вся информация о парижских кладбищах. - Он стал быстро переводить с английского. - Книги о кладбищах, фильмы о кладбищах, памятники на кладбищах... о, даже песни о кладбищах... Вас что конкретно интересует?Димка показал на Лику.- Соломатина хочет узнать, где похоронена ее дальняя родственница.- А она русская? - спросил папа Толстиков.- Да, русская, - закивали ребята.- Тогда первым делом поглядим русское кладбище Сен-Женевьев-де-Буа. - Папа Толстиков подвел стрелку к строке «Сен-Же-невьев-де-Буа». Клик-клик - щелкнул он кнопкой.Тотчас страница заменилась другой страницей.- Как зовут родственницу?- Елизавета Аркадьевна Горохова-Данилова, - сказала Лика.Папа Толстиков поманипулировал «мышкой». На экране возник длинный список фамилий на русском языке.Клик-клик - щелкнул папа Толстиков кнопкой. И от списка остался один раздел на букву «Г».- Горохова... Горохова-Вавилова... Горохова-Ваганова... - принялись читать вслух ребята фамилии тех, кто похоронен на кладбище. - Ой, смотрите, даже Горохова-Вампи-роваесть...- А Гороховой-Даниловой нет, - радостно сказала Лика.- Вот она! - Молодцов ткнул пальцем чуть ли не в самый экран.- Елизавета Аркадьевна Горохова-Данилова, - растерянно прочла Лика. - Участок № 4, могила № 36.- Хотите посмотреть фотографию надгробного памятника? - неожиданно предложил папа Толстиков.- Хотим, - ответили ребята.На экране появился мраморный православный крест с надписью:Елизавета Аркадьевна Горохова-Данилова.Чуть ниже шли две даты - год рождения и год смерти.- Умерла пять лет назад, - упавшим голосом сказала Лика.- Вот чертова чертовщина, - доедая бутерброд, пробормотал Леша.- Ну что, убедилась, Соломатина? - спросил Димка, когда папа Толстиков вышел из комнаты.- Нет, не убедилась, - упрямо ответила Лика. - Может, это простое совпадение.- Чтоб одновременно совпали фамилия, имя и отчество, такое редко бывает.- Но все-таки бывает, - упорствовала Лика.- А что, если тебе, Лика, у самой тети Лизы узнать? - сказала Катька. - Была у нее в Париже родственница с такой же фамилией, именем и отчеством?- Ни в коем случае! - воскликнул Молодцов. - Если Горохова-Данилова - Буратино, то Соломатина глазом не успеет моргнуть, как на том свете окажется.- Тогда надо дяде Грише все рассказать, - заявила Катька. - Пусть он разберется.- Ни в коем случае! - на сей раз воскликнула Лика. - Не хватало еще, чтобы к тете Лизе пришли из уголовного розыска и начали ее допрашивать. Да бедную старушку удар хватит.Орешкина развела руками.- Ну а что делать, Лика?- Я знаю, что делать, - сказал Димка. - Мы установим за Гороховой-Даниловой и Гошей наблюдение.- А за Гошей-то зачем? - спросил Толстиков.- На всякий случай. Настоящий сыщик всегда должен иметь запасной вариант. Если версия с Гороховой-Даниловой не подтвердится, нам придется устанавливать наблюдение за Гошей. А так мы за ним уже заранее будем следить.- И что дальше? - спросил Ромка.- Ясно что, - ответил Леша. - Горохова-Данилова выведет нас на французскую агентуру. Да, Дим?- Соображаешь, Толстый. Кстати, эти шпионы не обязательно французские. Они могут быть и казахские, и иракские... Любая страна заинтересована в получении материалов по проекту «Голограмма», - повторил Молодцов слова полковника Шустрова. - Слежку будем вести с утра до вечера.- А как же школа? - заволновался Леша.- Придется прогуливать.- Прогуливать? А если Изабелла Юрьевна узнает? Она же нас в два счета из школы вытурит.- Не вытурит, Толстый. Наоборот, гордиться будет, что ученики ее школы раскрыли шпионскую сеть и вывели на чистую воду бандита Вуратино.- Ох, вытурит, - качал головой Леша, - ох, вытурит...- В общем, так, - подытожил Молодцов, - с этой минуты мы становимся оперативно-следственной группой. Слежку начнем с завтрашнего дня. Я и Ромыч будем следить за Гошей. Катя и Толстый - за Гороховой-Даниловой. Через день меняемся. А ты, Соломатина, будешь следить за ними у себя дома.- Интересно получается, - сказала Лика. - Вы, значит, утром сумки взяли и якобы в школу пошли. А я что маме скажу, почему в школу не иду?- Придумаешь чего-нибудь, - отмахнулся Димка от такой мелочи.- Скажи, что тебя все время тошнит, - посоветовал Лике Толстиков.- Спасибо за ценный совет, Лешенька. Знаешь, Молодцов, не нравится мне твоя затея со слежкой. Не хочу я следить за тетей Лизой и Гошей и маме, представь себе, я тоже врать не хочу.- Соврешь - не помрешь, Соломатина, - сурово сказал Димка. - Этого требует безопасность нашей страны. Как ты не понимаешь - если материалы твоего отца попадут в руки каких-нибудь маньяков, они запросто могут спровоцировать войну. Создадут, к примеру, на расстоянии видимость нашествия стратегических бомбардировщиков... - вновь повторил он слова полковника Шустрова.- Ой, мамочка, - поежилась Катька. - А вдруг материалы уже попали в руки маньяков.- Не попали, - уверенно ответила Лика.- Откуда ты знаешь? - спросил Ромка. Лика помедлила с ответом.- Знаю. Мне папа сказал, куда он их спрятал.- А куда? - спросил Димка. Лика опять помедлила с ответом.- Хорошо, я вам скажу, но дайте слово, что вы никому не разболтаете.Все дали слово, что будут молчать как рыбы. Соломатина вполголоса произнесла:- Все материалы по проекту «Голограмма» хранятся у папы дома, в потайном сейфе. Когда он уезжал в Брюссель, то один ключ от сейфа взял с собой, а второй, запасной, оставил мне. Я его постоянно держу при себе. Об этом даже мама не знает.Сказав это, Лика расстегнула две верхние пуговицы на блузке и показала цепочку, на которой висел маленький ключик.