Том 2. Глава 54. Начало конца. Часть 2

Аврора телепортировалась неподалёку от места, где Рейла пережила нападение. Колени дрожали, а дыхание сбилось, словно девушка пробежала несколько километров.

«Демон меня сожри... Нужно было выкрасть заряженный телепорт, а не использовать этот!» — Переместиться в нужную точку, используя обычный телепорт, было рискованным решением, которое влекло огромную растрату магических сил, но у Авроры не имелось возможности добыть заряженный телепорт из охраняемой оружейной, потому она поступила опрометчиво.

Мун согнулась в спине и упёрлась ладонями в колени, чтобы перевести дух. Ей было тяжело. Если бы духовную силу можно было измерить в процентах, то после телепортации у серебряной девы осталось около двадцати из ста, чего не хватит на затяжной бой с какой-нибудь тёмной тварью.

Аврора подумала, стараясь выровнять дыхание и потоки ци в своём теле: «Судя по энергозатратам это место почти в двух неделях пути от клана... Чуть ли не в два раза больше, чем я предполагала. — Мун сделала глубокий вдох. — Ну ничего... нужно выкачать откуда-то силу и буду как новенькая».

Взяв себя в руки, Аврора напрягла шесть чувств и направилась в сторону нужного клочка земли, следуя воспоминаниям, которые Айзек транслировал ей в голову. «Способности брата разрушительны», – мелькнула мысль, пока Мун лисой кралась в ночной тьме, укрываясь еловыми ветвями и кустарниками.

Ей стоило быть сосредоточеннее, но Аврора никак не могла очистить голову. То что с ней сотворил Айзек – было ненормально. Транслировав воспоминания Рейлы о последний днях он превратил Аврору в неё, потому сейчас серебряная дева тонула в чужих эмоциях и не могла избавиться от навязчивых образов перед глазами.

«Мне необходимы силы, чтобы сопротивляться влиянию Айзека, иначе я так свихнусь», – подумала Мун, подходя к нужному месту.

Спрятавшись во тьме, девушка остановилась и из укрытия окинула взглядом залитую кровью поляну, где шесть саблезубых псов доедали тело какого-то заклинателя.

«А вот и твои силы», – Аврора сделала шаг навстречу врагу. Кто-то на ухо шептал, что нужно делать.

На простиравшейся перед глазами поляне всё было плохо. Учитывая стойкий запах крови даже не требовался дневной свет, чтобы понять, что тут ею забрызгано всё. Из цельных трупов Аврора смогла найти лишь тот, который доедала компания псовых, остальные тела были разорваны и разбросаны по округе.

Саблезубые псы, заслышав шум, подняли головы. Несколько пар сияющих глаз уставились на Аврору, сверкая злостью и голодом.

Троица тварей отделилась от стаи и направилась к незваной гостье. Тёмные создания отличались кровожадностью и если они видели того, кого могли съесть, то действовали незамедлительно, без предосторожности и долгих прелюдий.

Глядя на псов Аврора не почувствовала страха. То ли это было из-за хаоса в её голове, то ли от того, что девушка оставалась уверенной в своей победе.

На каждый шаг врага склеры глаз серебряной девы становились чернее, а леденящий душу ветер начинал завывать сильнее. Тонкие пальцы пару раз сжались в хватательном движении, словно Аврора готовила руки к прикосновению.

Всё произошло в мгновение ока. Враги бросились на Мун из-за чего она резко отпрыгнула в сторону и с дуру ударила по носу крайнего пса. Тот взвыл и остановился, дико мотая башкой. Его товарищи, не сообразив, что произошло, по инерции пронеслись дальше чем нужно, выиграв для Авроры время на повторный удар.

Она подлетела к ошалевшему саблезубому псу и тут же коснулась его рукой, начав вытягивать духовную силу. Аврора сразу почувствовала прилив энергии, вязкой и тёмной, смешанной с жаждой убийства. Эта сила оказалась настолько едкой, что светлый барьер вокруг души чуть не затрещал по швам. У Мун с трудом хватило сноровки вовремя укрепить его.

Когда ставший жертвой пёс почуял неладное – было уже поздно. Силы стремительно покинули его, шкура обвисла на костях и начала разрушаться, как сухой лист. Авроре хватило четырёх секунд, чтобы обратить крупного зверя в горстку пыли. Другие твари, видя, что вытворила серебряная дева, оскалились, но нападать не спешили. Те, которые обгладывали труп, тоже подняли головы и зарычали.

Авроре от поглощённой тьмы стало дурно, но вопреки этому её разум начал очищаться, глуша воспоминания Рейлы.

Не став ждать повторного нападения она взмахом руки вынудила врагов замереть на месте.

Псы заскулили в попытке вырваться, но их тела не повиновались.

Аврора вытянула тьму ещё из трёх тварей и восстановила духовные силы немного больше, чем наполовину. Густая магия наполнила сосуд души пагубным влиянием, т.к. была отравленной и звериной. Она влияла более разрушительно, чем сила амулета — Аврора это чувствовала, но выбирать не приходилось.

Мун глубоко втянула окровавленный воздух маленьким вздёрнутым носом и обернулась, обратив внимание на замерших возле недоеденного трупа двух псов.

— Кого вы едите? – насмешливо спросила она, присаживаясь на корточки рядом с тёмными тварями.

Серебряная дева с холодным интересом посмотрела на труп и отметила, что перед ней адепт клана Луны, один из выдающихся магов — страж её отца. Она попробовала понять, от чего он умер, но дрянные собаки достаточно погрызли тело, потому это осталось загадкой.

Аврора выпрямилась, игнорируя скулящих возле ног саблезубых псов, которые боялись даже сбежать. Демоническая ци, которая исходила от неё в этот момент, была сокрушающей.

Мун осмотрелась по сторонам, а после прошлась по округе в поисках улик. На поляне оказалось несколько лошадиных тел, которых было меньше, чем человеческих (возможно остальные кони убежали или кто-то из людей шёл пешком). Сколько всего в походе участвовало заклинателей в точности посчитать сложно, так как ни одного цельного трупа не нашлось, а части тел были беспорядочно разбросаны по округе.

Обойдя поляну, серебряная дева заметила невообразимое переплетение энергетических следов. Из-за борьбы нити спутались, отчего выделить что-то конкретное не представлялось возможным.

Закончив осмотр, Аврора сделала вывод, что тела её отца здесь нет. Даже его частей. «Жив? Надо бы спросить».

Аврора приказала, обращаясь к псам:

— Охраняйте, пока я в трансе. Мне нужно призвать кого-нибудь из умерших. — С этими словами она преспокойно уселась на единственный не забрызганный кровью участок травы и, сложив руки в особую печать, произнесла заклинание, призывающее духов.

Убийство случилось не так давно, потому души ещё были здесь, потерянные и не знающие, что делать дальше. Такие души можно призвать даже не зная имени усопшего и не имея при себе вещи, принадлежавшей ему. Авроре требовалось поймать хотя бы одного духа, чтобы выяснить, что произошло после того как Рейла сбежала.

Несмотря на то, что поглощённая тьма пробудила тёмную сторону, сознание серебряной девы обладало поразительной сопротивляемостью. Её принципы, устои и цели были настолько нерушимы, что никакая сила и жажда крови не могли заставить бросить то, за чем пришла. А пришла она разобраться в произошедшем, найти виновных, вытрясти информацию и отомстить каждому за своего владыку и угрозу жизни лучшей подруги.

— М-молодая госпожа? — прошелестел чей-то голос над ухом, вынудив серебряную деву приоткрыть глаза и воззриться в пустоту.

— Да. Ты страж моего отца?

— Д-да... М-молодая госпожа, что произошло?

Аврора не стала отвечать.

— Где мой отец? Он сбежал?

Дух замешкался, но сказал:

— Н-нет, владыка боролся... был ранен.

— Он ушёл?

— В-ваш отец... Его утащили на восток...

Аврора почувствовала, как лёгкий ветерок коснулся щеки, указывая направление. Она обернулась и заметила энергетический след отца, казавшийся поразительно явственным, словно его кто-то выделил для неё.

Серебряная дева разорвала печать призыва, теперь по-настоящему открыв глаза и выйдя из транса. Она поднялась с земли и направилась в сторону, куда смотрела секунду назад. Пройдя сквозь переплетения энергетических потоков и неплотные заросли еловых ветвей, Авроре удалось разглядеть затерявшийся след, такой же, какой был на поляне, но гораздо слабее. Мун прошла дальше, постепенно приходя к выводу, что борьбу Ааравос начал с полным запасом сил, а к концу остался без них. Кровь на траве свидетельствовала, что его сильно ранили, но не убили, а после уволокли, намеренно задевая энергетические следы других заклинателей, чтобы хоть как-то спутать того, кто может искать.

«Если его уволокли мертвецы, они несомненно соображают и однозначно когда-то принадлежали к одному из кланов, ведь простые смертные не знают об энергетических следах и их запутывании. Я подозревала, что сознательные мертвецы – бывшие заклинатели, но одно дело подозрения, а другое – вера. Кто смог обратить заклинателей? Как их подчинили? Зачем сознательным мертвецам понадобился владыка клана Луны? Неужели они хотят заманить меня в ловушку? Нет... бред. Никто не мог знать, что я явлюсь сюда так скоро и одна... Если мертвецы в восточных землях, значит ли это, что они являются порождением тёмных глубин? Авалон говорил мне, что причастие полуночников невозможно, но почему эти твари оказались здесь? Были ли слова тёмного господина правдой или он утаил что-то важное? Учитывая то, что Авалон полгода водил меня за нос, будучи осведомлённым о моей гибридной сущности, то вполне вероятно, что он мог о многом умолчать».

Аврора вздохнула от накопившихся вопросов, ответами на которые даже не пахло. С одной стороны причастность клана Ночи казалась очевидной, а с другой всё выглядело слишком просто – полуночники управляют мертвецами, значит полуночники создали мертвецов.

— Демонщина. — Мун почувствовала раздражение от того, что всё развернулось в таких масштабах.

Она подошла к саблезубым псам, покорно восседавшим на своих местах, и, потрепав их за ушами, вытянула магию, обратив тела в пыль. Эта пыль успеет развеется к моменту, когда адепты Луны доберутся до поляны.

Серебряная дева отряхнула одежды от пыли и, уперев руки в бока, начала раздумывать над тем, что делать дальше? «Если пойду пешком, наткнусь на какую-нибудь тёмную тварь и впустую потрачу силы на ненужный бой. К тому же на своих двоих я не нагоню мертвецов — стоит призвать кого-то на помощь».

Аврора приложила два пальца к вискам и сосредоточила сгусток тёмной энергии внутри себя. Она накопила силу в душе, а после выплеснула наружу, вопрошая помощи, заодно освобождая себя от части пагубного влияния.

Через несколько минут тишины на поляну вышел искажённый единорог, жуткий и донельзя противный. Его шкура не была покрыта шерстью, оставаясь гладкой и черной, а грива походила на солому, торчащую во все стороны.

— Серьезно? – проворчала Аврора себе под нос. – Я разве не любыми тварями могу повелевать? Почему опять это страшное подобие лошади?

Серебряная дева нехотя приблизилась к скакуну, брезгуя касаться его шкуры. Пару десятков раз скривив губы, она забралась на уродливое создание, решив по пути загнать его до смерти (и расстояние сократит быстро, и тёмную тварь убьёт – выстрел в двух зайцев).

Ударив пятками в бока искажённого единорога, Аврора вынудила животное сорваться на галоп.

***

К утру серебряная дева добралась до небольшой деревни, на границе которой поглотила магическую энергию скакуна, потому что подохнуть самостоятельно эта тварь не желала. Она продолжила путь пешком, прямиком по угасающему энергетическому следу отца.

Деревня, расположенная в тёмных глубинах, значительно отличалась от тех, которые можно посетить в лунных землях: начиная от царящей на улочках атмосферы и заканчивая внешним видом построек. Между культурой кланов Ночи и Луны лежала пропасть несмотря на то, что они располагались по соседству на пограничных территориях.

Уделять внимание архитектуре Аврора не стала. Она не особо рассматривала то, что окружало её, вперив леденящий душу взгляд в еле различимую полоску света, влекущую дальше и дальше.

Аврора прошла половину деревни и замерла на середине, обнаружив, что след оборвался.

Девушка огляделась в поисках подсказок, но не нашла даже капель крови. И если отсутствие крови не означало, что человек обязательно умер, то отсутствие энергетического следа значило однозначную смерть!

— Быть не может, – одними губами произнесла Аврора.

Она легонько хлопнула ладонью по щеке, мысленно велев взять себя в руки. Не то чтобы серебряная дева поддалась панике, скорее спутала мысли, начав размышлять над смертью отца и над тем, что будет, если это так? Что делать клану? Как ей объяснить всё по возвращении и так далее — это отвлекало.

Аврора ещё немного пошарила по округе, облазив все закутки и пытаясь разнюхать хоть что-то, но в итоге осталась ни с чем. Тогда она прибегла к крайнему способу – общению с возможными свидетелями. Мун ненавидела выуживать из людей информацию, особенно находясь в чужих землях.

Аврора подошла к дому, стоящему рядом с местом, где след оборвался, и принялась настойчиво стучать в дверь, до момента, пока перед ней не предстала высокая женщина со скрывающимся за спиной маленьким ребенком. На дворе было раннее утро и судя по недовольному лицу хозяйки дома – серебряная дева потревожила их, но так как дитя и мать были собраны и одеты, можно было предположить, что Мун подняла людей хотя бы не из постели.

Аврора попыталась припомнить, как её брат общался с людьми из которых желал вытянуть информацию, потому прощебетала, стараясь сделать интонацию максимально естественной и дружелюбной:

— Уважаемая, простите за беспокойство, могу я задать вам несколько вопросов?

Женщина внимательно осмотрела незваную гостью с ног до головы.

— Что лунная дева забыла в тёмных глубинах? — брезгливо спросила она. Лицо смертной выражало неприязнь и негодование.

«Неужели в этом месте так сильно не любят чужаков? – Аврора невольно скривила губы. — Мне казалось, что только резиденция клана Ночи не жалует посторонних, но я не предполагала, что даже живущие здесь обычные смертные отличаются таким же недружелюбием».

Аврора кашлянула, чтобы отвлечься от желания раскроить череп зловредней собеседнице. Она натянуто улыбнулась и ответила:

— Я преследую одну опасную тварь, которая сегодня ночью побывала в вашей деревне.

Женщина нахмурилась, ещё больше пряча ребёнка за спиной:

— В нашей деревне?

Аврора кивнула.

— Не беспокойтесь, бестия не задержалась у вас и двинулась дальше, я лишь хотела спросить, не видели ли вы ночью что-то странное? След обрывается перед вашими окнами.

— Перед нашими окнами? – в голосе собеседницы звучали ноты недоверия и волнения. — Что вы такое говорите? Неужели это чудовище могло проникнуть в дом? — На лицо женщины легла тень страха, казалось, она приготовилась сорваться с места и покинуть собственное жилище, лишь бы уволочь ребёнка подальше от опасности.

Аврора ответила спокойно:

— Вряд ли тварь могла проникнуть в ваш дом. Я уверена, что она пошла дальше и покинула деревню. Мне лишь хотелось узнать, в каком именно направлении двинулось чудище. Надеялась, что вы заметили хоть что-то странное.

Женщина, казалось, выдохнула, и, осознав, что опасность её миновала, тут же обратилась в мерзкую кислую вишню:

— Ночью я спала и ничего не видела, — отрезала она.

Аврора прямо почувствовала, как собеседница захлопнула воображаемую дверь перед её носом. «Какого демона? Стоило сказать, что опасности нет, так эта грымза сразу закрылась как ракушка?»

Мун слегка нахмурилась, неудовлетворённая ответом, и обратила внимание на ребенка, скрывающегося за спиной матери. На вид мальчику было не больше шести, он смотрел на мать, подняв голову, и тянул её за юбку, словно просил разрешения подать голос.

— Не мешай, – сухо произнесла дамочка, пригрозив сыну.

Аврора сделала успокаивающий жест рукой:

— Не ругайте его, уважаемая. — Она присела на корточки и взглянула ребёнку в лицо. — Ответь мне, ты видел что-нибудь этой ночью?

Малыш нерешительно кивнул, на что его мать мягко стукнула сына по затылку.

— Ничего он не видел, он спал, как и все.

Аврора посмотрела на дамочку, так некстати мешающую переговорам. «Ох уж этот дрянной материнский инстинкт, бездумно жаждущий огородить дитя абсолютно от всех людей и даже разговоров».

Серебряная дева выпрямилась, глядя в лицо собеседнице. Терпение лопнуло, потому её губы растянулись в опасной ухмылке, а глаза почернели. Она не любила притворяться белой и пушистой, могла потрудиться с пару секунд, но если не видела мгновенной отдачи – выбирала вариант обратиться в пугающее чудовище. Страх развязывал рты лучше доброты и радушия.

Аврора никогда не станет пугать жителей лунных земель, которыми дорожит, но на заносчивую уроженку тёмных глубин Мун было плевать! Особенно сейчас, когда атмосфера накалилась, когда душу влекло в одну точку, когда владыку Луны уволокли боги знают куда, а каждая минута промедления могла стоить жизни. Притворяться – увольте, лучше Аврора продемонстрирует монстра, если это поможет добыть ответы. Наплевать, что все увидят её силу; в этой деревне всё, что о ней знают люди – факт принадлежности к клану Луны — ни имени, ни звания.

Женщина открыла рот в немом шоке.

— Д-демон... – пробормотала она, растеряв свою грозность.

Аврора усмехнулась:

— Зовите меня как угодно. Мне нужно знать, что видел ваш сын и если вы не хотите, чтобы я кого-то убила, то лучше посодействовать. — Боги видели, Мун пыталась быть хорошей, но мирные жители в тёмных глубинах оказались такими же несносными, как и их заклинатели-защитники.

Собеседница с трудом отвела взгляд и неуверенно посмотрела на сына.

— Р-расскажи нашей гостье, что ты видел.

Покорность порадовала Аврору. Она вернула себе прежний облик и даже натянула маску дружелюбного человека, чтобы не испугать ребёнка — он-то уж болтать не станет, если описается от страха.

Мальчик потоптался на месте и нерешительно прошелестел:

— Это не было чудовище...

— А кто был?

— Трое страшных мужчин, один из которых нёс кого-то на плече.

— Куда они пошли?

Мальчик указал пальчиком направление:

— На чёрную гору...

Лицо серебряной девы стало серым. Одно дело создавать мертвецов на территории тёмных глубин, а другое...

Аврора оправила свои одежды и бросила холодное «благодарю».

Она ушла, размышляя, что путь на чёрную гору лежал неблизкий, а учитывая исчезнувший духовный след – требовалось бежать со всех ног. Как бы серебряная дева не спешила, ей пришлось задержаться. Измождённый организм урчанием живота напомнил, что Аврора всё ещё человек, который если не поест, то сдохнет.

У старенькой лавочницы — единственной, кто открыл булочную к семи утра — Мун прикупила съестного, а у мимо проходящего пахаря — рослого тяжеловоза, который поможет добраться до горы.

Забравшись в седло, серебряная дева вздохнула и ещё раз взглянула туда, куда указал маленький мальчик. В утренней дымке вырисовывались чёткие очертания Долоре́м – горы Скорби, резиденции клана Ночи.

Если мертвецы шли оттуда, то заклинательский мир перевернётся.