Том 3. Глава 87. Разбитое зеркало вновь стало круглым

- Модао, как ты поживал без меня? - Стоило отойти от остальных, и Морион сразу затянул свою "песню". - Чем занимался помимо того, что пытался умереть? - ехидно спросил он, шагая по широкой улочке.

- Я вовсе не пытался умереть, перестань так беспокоиться.

- О. - Бессмертный обернулся на Люциана, вскинув брови. - Так ты заметил?

Владыка Луны выдохнул, потерев переносицу двумя пальцами.

- Как тут не заметить... - буркнул он себе под нос, а после заговорил о другом: - Я хотел извиниться. - Люциан взглянул на него. - За то, что тогда прогнал тебя из своего сна. Это было грубо.

Судя по вытянувшемуся лицу, Морион не ожидал услышать именно это. Люциан от себя тоже не ожидал, потому что чувство вины за случившееся почти исчезло.

- Как мило, - в итоге отозвался бессмертный. - Ты переживал об этом все долгие месяцы нашей разлуки?

- Не такие уж долгие были месяцы.

- Правда? - Морион театрально ахнул и заговорил в духе Хаски: - Модао до сих пор холоден и ни капли не оттаял. Для меня эти несколько месяцев тянулись как сотни лет, а для тебя как день? Ох. Мне так тяжело было не видеть друга столь долгое время! - Он положил руку на сердце.

Люциан подумал, что ослышался.

- Друга?

- Я про Хаски. - Морион отмахнулся.

Люциан поджал губы и испытал слабый намек на огорчение, хотя демон не первый раз говорил ему, что не считает его своим другом - можно было уже и привыкнуть. Неясным оставалось одно: зачем при таких условиях он постоянно выручал и преследовал даже во снах? Разве его действия не противоречили высказываниям? Кто будет вести себя подобным образом с тем, с кем не хочет сближаться и кем не дорожит? Или это лишь потому, что Кай считал его светлым началом? «Нет. Если бы он решил уберечь меня только из-за этого, то ему проще было бы навсегда запереть меня в Асдэме, а не даровать свободу, чтобы умереть от тревог. К тому же я не его начало», - подумал Люциан и решил вернуться к беседе, чтобы спросить о важном:

- За время, пока мы не виделись, тебе удалось узнать что-то о местоположении Ксандра?

Они миновали арку и ступили на длинную торговую аллею, с двух сторон заставленную прилавками.

- Нет. Если бы я что-то узнал, то пришёл бы к тебе, - Морион взглянул на Люциана, - ведь мы условились помогать друг другу. - Он ухмыльнулся. - Ну а ты? Выяснил что-нибудь?

Люциан покачал головой и окинул взглядом торговые ряды, позволяя шуму чужих голосов вклиниться в их беседу. Легкое чувство тревоги закралось в сердце: появление Мориона, уход Хаски, пострадавший Бог Земледелия и незнание о том, где сейчас владыка демонов и что собирается делать - беспокоили больше, чем раньше. И хотя последнее нападение на лунные земли произошло недавно - пока он был в медитации, - ощущение, что новое не за горами не отпускало. Казалось, тревожность отразилась на его лице, потому что Морион сказал:

- Не переживай. Даже если что-то случится, я защищу тебя.

Люциан остановился у прилавка со свежей выпечкой и, обернувшись на бессмертного, сказал:

- Мне не нужна твоя защита. Мне важно уберечь народ.

- Убережем, - спокойно отозвался Морион, подкрепив своё слово кивком.

Люциан вздохнул и перевел взгляд на прилавок. Не сказать, что чужие слова его утешили, но и сомневаться в том, что Кай способен всех уберечь не приходилось, потому Люций решил закрыть эту тему. Чуть наклонившись, он принялся бездумно разглядывать выпечку, тихо уточняя:

- Почему ты не пошел с Хаски до конца? - Хотя Люциан не беспокоился за благополучие Бога Обмана и Кай сказал, что не пошел с ним лишь потому, что не захотел, все же было любопытно, почему он принял такое решение, учитывая ситуацию, которую Люций озвучил далее: - Насколько я понял, он должен отвести Хаанана к твоей матери, которая находится на девятом кругу перерождения. Почему ты ушел оттуда, не повидавшись с семьей? - Люциан перевел взгляд на Мориона.

- Я ведь уже говорил, что пока не время захаживать в гости. - Морион небрежно пожал плечами.

Люциан на секунду задумался, пытаясь вспомнить, когда это было сказано и прикинул, что, наверное, это было в Асдэме.

- И что удерживает тебя от визита?

- Обещание, - глухо отозвался Морион, обратив внимание на прилавок со сдобой. - Я обещал отцу убить Ксандра и пока не сделаю этого - к семье не вернусь.

Глаза Люциана расширились без воли хозяина, а сам он замер, тупо глядя на демона.

- Ты ведь сказал, что не винишь себя в произошедшем и всё это - дело рук Ксандра, тогда почему тебе важно исполнить обещанное? Семья не видела тебя двести лет... думаю, месть их заботит меньше, чем встреча с тобой.

- Я так решил, вот и всё, - отозвался Морион, озвучив слова голосом, в котором не было ни одной эмоции. Он выглядел спокойным, говоря и разглядывая ароматную выпечку, но при этом Люциану стало больно от его слов, словно он смог увидеть то, чего не демонстрировали.

Решение Кая не показываться на глаза, пока не отомстит, подходило сыну, что стал разочарованием для семьи и сейчас пытался искупить грех и восстановить своё доброе имя. Могла ли взаправду великая темная сущность, демон всех демонов, испытывать чувство вины перед близкими? Кай трезво осознавал, что не по своей воле убивал тогда и знал, что был одурманен Ксандром, о чем и сказал Люциану ещё в Асдэме, но освобождало ли его это осознание от страданий? Не врал ли он другим и самому себе о своем равнодушии? Или Люциан хотел видеть то, чего нет?

Он смотрел, как Морион договаривается с торговцем о покупке нескольких булочек. Смотрел, как блестят его белоснежные волосы в мягких солнечных лучах и переливается золотая вышивка на черных одеждах. Разглядывал приятный профиль, черты которого были не такими острыми, как у его истинного воплощения и думал о том, что перед ним не просто юноша приятной наружности, а убийца адептов клана Ночи, а также своей возлюбленной. Тот, кто за годы не заметил внутри лучшего друга демоническое зло, посеявшее разрушения и уничтожившее его родных. Тот, кто допустил ошибку, что стала фатальной. Кем бы он ни был - демоном или великой сущностью, - мог ли он не переживать о минувшем? Ответ на этот вопрос Люциан не знал и страдания чужой души, если те были, постичь был не в силах.

Морион расплатился за еду и принял от торговца небольшой мешочек.

- Пойдем дальше, - сказал он, вырывая Люциана из объятий тягостных дум. - Я хочу сушёный пряный картофель и рисовые шарики в кляре, давно не ел эту жирную сельскую пищу. - Морион развернулся, направившись вдоль прилавков.

Люциан какое-то время стоял, глядя вслед удаляющемуся бессмертному, походка которого напоминала движение плывущего по водной глади кленового листа и лишь когда чужая фигура стала меньше в два раза - поспешил за ним.

Закупившись на рынке, они вернулись на постоялый двор, где Абрам, Эриас и Сетх встретили их в гостевой комнате - просторном, светлом помещении, в котором было принято ожидать освобождения комнат, устраивать собрания для бесед и игр. Заклинатели сидели за столом на подушках перед разложенной фишечной доской и помимо них в комнате никого не было. С краю от игры стояли два кувшина с ханаем, один из которых оказался наполовину пуст, а слева - курильница, из которой лился дым с приятным успокаивающим ароматом. Разговор юношей стих, стоило Люциану и Мориону переступить порог.

- Отлично, я уже начал переживать, что останусь голодным. - Абрам поднялся с места и протянул к Мориону руки, чтобы забрать небольшой мешочек с закусками. - Вы взяли мне булочек? - Он подвинул один из кувшинов, чтобы поставить на его место мешок.

Люциан задумался, припоминая.

- Да, - ответил Морион, усевшись во главе стола рядом с ханаем. Он как раз покупал эти булочки, а вот Люций о них благополучно забыл еще в начале прогулки, хотя четко помнил, как разглядывал выпечку на прилавке.

Владыка Луны чуть устыдился: слишком заболтался с демоном и не озаботился о выполнении просьбы товарища. «Хорошо хотя бы Морион все взял...» - Люциан с теплотой посмотрел на бессмертного, который поймал этот взгляд и мягко улыбнулся, незаметно приподняв уголки губ.

Абрам недоверчиво покосился на Мориона и нырнул рукой поглубже. Нашарив на дне мешка мягкую сдобу, он расплылся в улыбке.

- Шикарно! - Он выложил всю еду на стол. - Угощайтесь, я же не только для себя их просил.

- Меня уговаривать не надо, - хмыкнул Сетх, потянувшись за булочкой.

Эриас последовал его примеру - на фоне сухих жестких или жареных закусок мягкая ароматная сдоба выглядела аппетитнее. Абрам аккуратно разложил еду вокруг игрового поля. Он и Люциан заняли свои места, после чего Абрам спросил:

- Раз все в сборе, можем начинать?

- Да, - жуя, сказал Эриас.

Игра оказалась увлекательнее, чем предполагалось, потому разошлись заклинатели только глубокой ночью. Перед сном они пережили долгий конфликт, решая, с кем будет спать владыка Луны. На одну из кроватей в его комнате претендовало двое - личный страж и проказливый демон. Если мотивы Эриаса оставались благородны и прозрачны, то мотивы Мориона являлись чем-то непонятным, потому спор закончился тем, что тёмного принца отправили в пустующую комнату Хаски.

Проснулись все к полудню следующего дня, потому что не было смысла вставать раньше. Такие дни, как этот - когда не нужно ничего решать и куда-то спешить, - были редкостью, поэтому ими наслаждались сполна. Даже деятельный Люциан решил отлежаться, не беспокоя и не подгоняя других.

Абрам, собравшись, оставил всех и пошёл прогуляться. Сетх тоже ушёл, желая пообщаться с селянами, а после позаботиться об оставленных в конюшне лошадях, которые завтра отправятся с ними в долгий путь.

- И сколько времени владыка тьмы собирается пробыть в нашей компании? - ворчливо спросил Эриас, когда он, Люциан и Морион остались одни в гостевой комнате.

- Уже выгоняешь меня? - Бессмертный скрестил руки на груди и усмехнулся. - А я думал, ты скучал.

Эриас чуть не сплюнул.

- По вашей тёмности здесь никто не скучал.

- Да-а? - Морион бросил взгляд в сторону Люциана, который, забавы ради, разглядывал полотна на стенах, стоя посреди гостевой комнаты. - Действительно никто не скучал?

Владыка Луны остался безучастным.

Морион не стал настаивать на его ответе, вместо этого развернулся и шагнул к софе, что находилась возле стены.

- Я уйду, когда захочу, - поведал он Эриасу. - Лучше смирись с моим присутствием, иначе твои нервные клетки не доживут до нашей разлуки. - Бессмертный сел и чинно закинул ногу на ногу.

- Может быть, вам стоит перестать препираться? - безучастно поинтересовался Люциан. - Знакомы не первый день, пора зарыть меч войны.

- Это не я начал. Все вопросы к беспокойному стражу владыки Луны.

- Я вовсе не беспокойный. Просто вижу тебя насквозь.

- О-о? И что же ты видишь? Поведай, очень интересно.

- Я вижу, что ты ведешь свою игру, правила которой нам неведомы и чувствую, что общение с тобой не пойдёт нам на пользу.

Морион скучливо хмыкнул, доставая из поясного мешочка книгу.

- Тебе нравится озвучивать очевидное? - Он выжидающе посмотрел на Эриаса. - По-моему, всем и так ясно, что демон в компании - не к добру, но что с того? Прогнать меня ты не в силах, убить - тоже, поэтому, даже если я поведу вас в ловушку, вы не сможете найти сил воспротивиться.

- То есть ты признаешь, что снова ведёшь нас по вытоптанной тобою тропе? - Эриас направил на Мориона уничтожающий взгляд, словно в нем затаилась пара клинков, готовая резать людей на части.

У Люциана голова заболела от их разговора. Он не разделял чувств Эриаса, потому, опустив ладонь на его плечо, поспешил урезонить:

- Оставь это. - Владыка Луны бросил короткий взгляд на книгу, которую Морион держал в руках. - Я вижу, владыка тьмы собрался почитать - не будем ему мешать. Лучше пойдем пройдемся, а после поможем Сетху. - Он скользнул рукой вниз, убирая ладонь с плеча Эриаса, и развернулся к дверям.

- Я не могу позволить ему отправиться с нами! - зашипел страж, как только они покинули дом и вышли на улицы.

- Можешь, - устало выдохнул Люциан. - Прогнать его не в твоих силах.

- Тогда ты прогони! Я понимаю, что ты к нему благосклонен, но, вспомни, куда он завёл нас в прошлый раз и кем оказался! Он же врал нам с самого начала, чтобы затащить в Асдэм, кто знает, в чём он солжет сейчас? Хаски ушел с ним и уже пропал! Он даже друзей не щадит.

- С Богом Обмана все хорошо, перестань так волноваться. И это не Кай затащил нас в Асдэм, - напомнил Люциан, остановившись посреди пустой улочки, - это был я. Мы поехали в Несуществующий город из-за моего желания, а владыка тьмы лишь сопроводил нас. Я понимаю твою настороженность и согласен с тем, что Кай не цепляется к людям, если они не являются частью его интересов, но пока он на нашей стороне его не нужно опасаться.

- Ты уверен, что он на нашей стороне? Как по мне, у него нет стороны. Хаски как-то сказал, что владыка тьмы не просто великая сущность, а нечто намного хуже из-за его демонической сути. Никто из богов не способен выносить его вечные манипуляции. Ум этого демона острее проклятого кинжала, погубившего тысячи душ. Только Хаски понимает тёмного принца, потому что является Богом Обмана. - Эриас вздохнул и добавил. - Мне кажется, ты субъективен... Тебе льстит, что он защищает тебя и потому ты думаешь, что он добр, но на деле владыка тьмы лишь делает то, что делают демоны - дурит. Он играет с нами, Люциан, а его безграничная сила делает эту игру бесподобной и неуловимой. Ради всеобщей безопасности нам нужно отдалиться от него.

Люциан упер ладони в бедра и отвернулся, чтобы Эриас не увидел, как его губы на мгновение искривила усмешка. «Льстит, что он защищает меня? Ха, - подумал он, вспоминая, с какими мыслями бежал из Асдэма. - Да мне меньше всех должна льстить его защита и больше всех настораживать», - ворчал Люциан в собственных мыслях, хотя душа его уже не могла вспомнить тревог, потому что их перекрыла радость от встречи в гробнице Хаанана. Этот образ безгранично сильного существа, явившегося туда ради него, казалось, теперь был высечен на каждой стене замка воспоминаний подле других портретов этого же создания, перекрывая собой все остальные рисунки, описывающие жизнь и страхи владыки Луны.

Люциан тяжело вздохнул и скользнул взглядом по фасадам домов, что тянулись вдоль улицы, словно в их окнах крылись ответы на его вопросы. Он должен был бояться Кая как тогда, но времени прошло столь много, что угроза стать началом почти забылась как страшный сон, о котором, к счастью, не напоминали.

- Я согласен с тем, что нам нужно отдалиться от него, - в итоге сказал Люциан, возвращая взгляд к Эриасу, - но в то же время не могу прогнать его.

- Я понимаю, что воспитание не позволяет тебе быть грубым с тем, кто помогает, но он... Очень опасен...

- Я знаю, - смиренно согласился Люциан и, развернувшись, зашагал дальше, - но осознание этого ничего не изменит. Я не отвечаю злом тому, кто добр ко мне. Я буду учтив с Каем, пока он ведет себя прилежно.

- Прилежно? - прыснул Эриас, поспешив за ним. - С кем? С тобой? С нами? А с другими людьми он остаётся прилежным? Вдруг он убивает направо и налево, пока мы не видим? Разве тебя это не волнует?

- Я не думаю, что владыка тьмы заинтересован в неконтролируемых убийствах. Как владыка клана Луны, я должен беспокоиться в первую очередь о благополучии лунных земель и пока Кай не вершит зло на моей территории, то имеет право пребывать подле меня. - Люциан посмотрел на Эриаса, который поравнялся с ним. - Послушай... тебе стоит постичь смиренность. Ты злишься на присутствие владыки тьмы каждый раз, когда он появляется и это путает разум. Заклинатель обязан иметь устойчивую психику и контролировать порывы. Научишься мириться с его присутствием и достичь иных высот станет легче.

- По-моему, ты уже говорил нечто подобное по пути в Асдэм, - выдохнул Эриас, раздраженно потерев лоб.

Люциан пожал плечами. Возможно, он и впрямь говорил нечто подобное, потому что когда дело касалось Кая, Эриас ворчал об одном и том же, только доносил мысли разными словами.

Они продолжили прогулку по улицам, переходя с одной на другую, бродя без цели куда-то зайти или где-то остановиться. Несмотря на благоприятную погоду, атмосфера вокруг царила безрадостная, как и вчера, потому что сегодня шел второй день похорон, но теперь уже для погибших лесорубов. Подойдя к дому старосты, где снова выставили столы, Эриас и Люциан перешли на соседнюю улицу, чтобы скрыться, но успели заметить Абрама, утешающего двух плачущих дев, а после и Сетха, помогающего разгрузить телегу с продуктами.

- Похоже, твоё желание не мелькать на глазах у смертных в день похорон наши друзья не разделили, - резонно подметил Эриас. - Может быть, вернуться и дать обоим подзатыльники?

- Не нужно. Абрам и Сетх не настолько неопытны, чтобы недооценить ситуацию. Думаю, они все контролируют.

- Всё же если на них кто-нибудь кинется с обвинениями... - начал хмуро ворчать Эриас.

- Тогда и обсудим допущенную ими ошибку, а пока пусть все идет своим чередом. То, что они помогают людям - неплохо.

Эриас не стал спорить, продолжив молчаливую прогулку подле своего владыки, в ходе которой они забрели в небольшую чайную, где, как оказалось, можно было послушать пипу, попивая согревающий ароматный напиток. В заведении было просторно, уютно и не слишком людно. Красивая девушка, расположившаяся на высоком стуле, играла душевную тягучую мелодию. Эриас и Люциан заняли место в углу, чтобы им никто не мешал, и они никому не мешали. Первый погрузился в собственные мысли, слегка хмурясь, а второй пребывал в безмолвной расслабленности, предпочтя сфокусироваться на мелодии. То, что играла девушка, не шло ни в какое сравнение с тем, что исполнял Кай, когда Люциан слушал его во время болезни.

Мелодия пипы была изящной и тонкой, а мелодия гуань пробуждающей и зыбучей, как пустынный песок. Пипа пела как прекрасная дева, успокаивая, а гуань звучала, как густой лес, увлекая тебя в свою призрачную чащу и веля пробудиться ото сна. Люциан задумался над тем, как играла бы сяо, если бы Кай решил ею воспользоваться, ведь эти флейты похожи в способе использования, только сяо была значительно длиннее. «Она звучала бы мягче, но печальнее, чем гуань, - подумал Люциан, глядя через зал в раскрытое окно. - Учитывая, что Кай обучался игре для призыва и управления мертвецами, сяо бы вряд ли вынудила их проснуться, скорее, заплакать... Звук гуань более будоражащий».

Люциан вздохнул, отбрасывая размышления и делая глоток чая. Легкий ветерок проникал сквозь открытые окна, беспокоя тонкий тюль. Изредка позвякивали чашки, опущенные на блюдца. Чайная казалась домом для сотен дум, и почти все гости здесь молчали, а те, кто говорил - делали это почти неслышно, чтобы не прерывать музыку.

Заклинатели просидели здесь до самого вечера, кроме чая ничего не попробовав, а после ушли, оставив щедрое вознаграждение подавальщице, что раз от разу подходила и обновляла чайник.

- Не знал, что в Фаэлле есть такое уютное заведение, - произнёс Эриас, выйдя на улицы.

- В каждой деревне есть место для отдыха, просто обычно мы их не ищем. Я рад, что нам удалось забрести сюда.

- Я тоже. Это дало мне время подумать.

- О чем? - Люциан покосился на Эриаса, шагая рядом и держа руки за спиной.

- Я... не одобряю то, что владыка тьмы снова в нашей компании, но, думаю, ты был прав в своих суждениях: если меня раздражает он, значит, мой разум слабее чувств и я могу очернить душу при заклинательстве. Нужно научиться контролировать это, но мой контроль не будет означать, что я принял демона в наши ряды.

- Значит, ты хочешь отгородиться от него равнодушием, а не постигнуть принятие?

- Да.

Люциан хмыкнул:

- Не самый хороший способ. Эмоциональный барьер не избавит тебя от негодования, а скроет его и подарит мнимый контроль. Но раз тебе хочется обучиться именно этому приему совладения с духом, то за помощью можешь обратиться к Абраму.

- К Абраму? - фыркнул Эриас. - Наш духовный строй абсолютно разный. Как мне поможет оболтус, который ведёт себя дружелюбнее собаки, а его эмоции льются через край?

- Удивительное умение, правда? Абрам такой же подозрительный и внимательный к людям как ты, но ведет себя "дружелюбнее собаки". - Люциан не сдержал смешка. - Ваш духовный строй может и разный, но отношение к владыке тьмы одинаковое. Абрам абсолютно не доверяет ему. Он подозревает его во всех мелочах, но, несмотря на это, остаётся приветливым.

Эриас опешил.

- С чего ты взял, что Абрам не доверяет этому демону?

- А ты не заметил? - Люциан прищурился, глянув на друга. - Вчера Абрам попросил купить ему булочек. Когда он спросил, выполнили ли мы просьбу, я растерялся, и Кай ответил вместо меня, так как он покупал еду. Думаю, по ответу Абрам понял, что к чему и не стал есть.

Эриас вспыхнул:

- Значит, сам демонические булки есть не стал, но отдал мне, тебе и Сетху?!

- Это неважно, - отмахнулся Люциан. - Очевидно, что булочки не могли быть отравлены, я ведь был подле Кая, но Абрам, подозревая, что их купил он, заранее отказался от пищи. Он не доверяет владыке тьмы и всему, что с ним связано, но умело скрывает эмоции. Абрам кажется самым взбалмошным среди нас, но на деле он один из сильнейших и в бою превращается в лучшего из лучших. Если ты хочешь установить эмоциональный барьер, то можешь обратиться к нему, он занимался этим ранее, но сейчас практикует принятие.

Эриас ахнул, явно не ожидая такого совета от своего владыки. Если сравнивать Абрама и его, то первый должен был учиться у второго, а не наоборот...

С губ стража сорвался смешок.

- Мда... Столько лет бьёмся бок о бок, а я всё это время даже не знал, что у Абрама есть ум. Он, конечно, неглупый и достаточно сильный, но мне казалось, этот засранец не более чем пёс, переживающий вечный гон.

- Понимаю, - протянул Люциан, возвращая взгляд на полупустую вечернюю улицу.

Прим.автора: название главы это идиома.Разбитое зеркало вновь стало круглым - образно это выражение означает воссоединение мужа и жены после долгой разлуки.