VII

Через день. 02.10.1996

Мишель стояла перед зеркалом и рассматривала свой новый образ. Было крайне непривычно. Вроде она была собой, в школьной форме, только форма были чуть иной.

Та же черная юбка, но более короткая, выше колена. Та самая белая рубашка, но приталенная, обтягивающая, с двумя верхними пуговицами расстегнутыми – ровно настолько, чтобы выглядело элегантно, но с намеком. Теперь на лице был виден легкий макияж, а волосы были хорошо уложены в пучок.

Она не выглядела как другой человек. Точно выглядела как сама Мишель — только уже не та, кого можно проигнорировать.

Спустя несколько манипуляций с духами, Кирк взяла сумку и вышла с комнаты. Идя по коридорам, она невольно ловила взгляды. Мишель искренне не понимала, почему? Она ведь немножко поменяла образ, но выглядела собой. Зайдя в большой зал, девушка направилась к своему столу с немножко поднятым подбородком и спокойным взглядом. Она не смотрела на кого то одного, просто шла, пока не села на скамью.

С соседнего стола обернулась Джинни и восторженно ахнула.

- Я же говорила, что тебе пойдет.

Теодор в то время сидел за столом с приоткрытым ртом. Он собирался положить туда кусок омлета, пока не увидел Мишель.

- Что случилось, Тео? Привидение увидел? - насмешливо спросил Блейз.

- Она издевается. - процедил сквозь зубы Нотт. Он был зол, не на нее, на себя. Был зол потому что не мог отвести взгляда от девушки.

Было тяжело не смотреть на Мишель до этого. Теперь же - это было невозможно.

- А что ты хотел? Девочка нашла себя. - ответил Малфой.

Теодор пытался отвести взгляд от девушки, но он все смелее бегал по ней. То на талии, красивых ногах, шее и наконец он посмотрел в глаза. Мишель ответила на это и продолжала смотреть, с вызовом. На полсекунды. Мишель улыбнулась. Не вызывающе. Просто – легко. Как победитель, не празднующий вслух.

- Я не могу избавиться от ощущения, что она делает это, лишь бы позлить меня.

- Спешу тебя расстроить, но у тебя кажется синдром главного героя. - подметила, врывающаяся в разговор, Пэнси

После завтрака, в коридоре, к Мишель подкрался знакомый голос:

— Ну, наконец, кто-то в этом замке оделся достойно.

Это был Кормак Маклаген. Улыбающийся, самоуверенный, немного навязчивый.

– Привет, – сдержанно сказала она.

– Привет? За такой вид – как минимум цветы надо. Не боишься, что кто-нибудь потеряет сознание?

– Разве что от твоего пафоса, – усмехнулась Мишель.

– Остро. Нравится. Может быть, поговорим? За... зельеварением?

– Если зелье – антидот от высокомерия, я за. Вот только мы на разных курсах. – ответила она, и направилась дальше, оставив Кормака с разбитым, но пораженным лицом.

Со стороны слизеринской группы кто-то — именно Тео — молча все видел. Его лицо не менялось. Но пальцы невольно сжались на ремешке сумки.

***

Кабинет Зельеварения

Влажный воздух подземелья глушил звуки и сжимал грудь, словно Хогвартс сам затаил дыхание. Каменные стены были покрытые тенями — размытыми, как воспоминания, и немного враждебно настроенными. На полках вдоль стен блестели банки с темными жидкостями, мумифицированными частями растений и слегка шевелившимися щупальцами, словно во сне.

В классе царила странная тишина – не напряженная, а почти медитативная. Ручьи пара поднимались из десятков котлов, клубились над головами учеников, сплетались и рассыпались, словно мысли, которых никто не решался озвучить. Запахи — резкие, сладкие, землистые — смешивались в причудливое облако, словно размывавшее границу между реальностью и сном.

Мишель склонилась над котлом. Ее пальцы работали точно: размять, выжать, перемешать. Каждое движение было выверено, как в игре на скрипке. Лепестки увядающего фукса переливались в серебристой жидкости, а пар из котла окутывал лицо мягкой вуалью. В ее взгляде было что-то совершенно неожиданное – спокойная уверенность. Она не пыталась выделиться. Просто делала свое дело.

— Ах, госпожа Грейнджер — как всегда блестяще, — послышалось поблизости.

Слизнорт двигался между рядами с той грацией, что бывает только у людей, привыкших быть центром внимания. Его округлый силуэт покачивался в такт шагам, а глаза – теплые, внимательные – скользили от котла к лицу.

- Профессор, я еще не добавила лепестки, - спокойно сказала Гермиона, не отводя взгляда от варева.

- Да и не нужно, милая. У тебя все под контролем. Я это вижу.

Голос Слизнорта был густым и немного успокаивающим, как мед в горячем чае. Он двинулся дальше, склонившись к котлу Драко Малфоя. Тот, заметно напряженный, смотрел на свое зелье, что было темнее, чем нужно. Локти уперлись в край стола, пальцы судорожно сжимали мешалку.

— Господин Малфой, много корня валерианы. Но ничего, бывает даже с лучшими. Я же знаю, вы хорошо разбираетесь в составляющих.

Когда он дошел до скамьи, где работала и Мишель, пара уже стала особенно плотной - серебристый туман поднимался вверх, отражая свет так, что все вокруг казалось немного нереальным.

- Браво, мисс Кирк! — воскликнул Слизнорт с таким пристрастием, словно Мишель только что открыла новый магический элемент. — Серебристая идеальность. Впечатляюще.

Мишель даже не поднялась – просто немного отодвинула мешалку в сторону и спокойно ответила:

— Я просто следовала инструкциям.

– И это делает вам честь! Скромность – лучшее украшение для мастеров зельеварения! — профессор одобрительно покачал головой, его глаза вспыхнули. — Скажите, дорогая, вы никогда не задумывались об исследовательской работе? Я знаю несколько мастерских, где бы вы могли...

– Я еще не решила, кем хочу быть, – осторожно прервала Мишель.

– Прекрасно! Тогда позвольте мне немного устремить вашу юную гениальность. Я организую маленькие вечера для перспективных учащихся. Без оценок, без домашних заданий — только обсуждение идей, дегустация фруктовых тарталеток, ну и... может быть, несколько знакомств, которые могут понадобиться в будущем.

Он подмигнул. Мишель на мгновение улыбнулась – сдержанно, с ноткой недоверия, но глаза у нее тепло вспыхнули.

– Клуб Слизней? – уточнила она.

– Именно он! Вы были бы отличным дополнением к нашей скромной компании.

Тишина в классе стала немного напряженной. А потом Слизнорт обернулся.

- И, кстати, я только что решил пригласить и господина Нотта.

Несколько голов вернулись. Теодор сидел за двумя рядами левее, спиной к стене. Его зелье дымилось едва заметно, а цвет — идеально голубовато-серебристый — сверкал в глубине котла. Сам Тео, казалось, даже не слушал разговор — слишком сосредоточенно он следил за плавными оборотами мешалки.

- У вас очень уверенная рука, господин Нотт, - продолжил Слизнорт, подходя ближе. – Вы меняли пропорции?

– Осленщик, – коротко ответил Тео. – На треть меньше. При комнатной температуре он реагирует слишком быстро.

– Поразительно. Просто поразительно, — профессор снова взглянул на класс. — Вот видите! В Хогвартсе до сих пор есть ум и изысканность!

Дин сбоку прошептал:

— Поздравляю, госпожа Талант. Может, следующим шагом будет письмо из Министерства?

Мишель прыснула, чуть не пролив жидкость мимо мерной ложки. Но уже через мгновение она незаметно взглянула на Теодора.

Тот молчал, как обычно. Но его лицо — невозмутимое, почти маска — изменилось только в одном: мышца челюсти слегка дернулась. Он не смотрел на нее.

И все-таки она знала: он все слышал. И он отреагировал.

Профессор двинулся дальше, подытоживая свой обход.

— Следовательно, наш следующий вечер — девятого октября. Жду вас, госпожа Кирк, господин Нотт. И возьмите с собой хорошее настроение – хотя, с таким уровнем работы, я уверен, оно у вас будет!

Несколько учащихся обменялись взглядами. Гермиона, хоть и пыталась сосредоточиться, то и дело бросала взгляд на Мишель.

А Мишель молчала. В ней боролись два чувства: легкий триумф – и неожиданная, тихая тревога. Ей вдруг показалось, что она сдвинула что-то большее, чем котел.

Тео тоже молчал. Но внутри него уже зажигалось что-то теплое и опасное. Не зависть. И не ревность.

Что-то другое. Что-то, о чем он никогда не говорил вслух.

***

09.10.1996

Комната, в которой проходили собрания Клуба Слизней, выглядела как один из уютных гостиных салонов дорогого имения – мягкие кресла, приглушенный золотой свет, подносы с деликатесами на антикварных столиках и шелест интеллигентных бесед. Атмосфера — как с вечера наследников.

Мишель стояла у книжной полки, рассматривая переплеты, когда дверь открылась. Тео вошел, сдержанно осмотрев комнату. Она была в сдержанном черном платье с V-образным вырезом. Ее глаза сразу обнаружили его. Его – ее. Но оба быстро отвели взгляды.

Ее сердце сжалось.

«Ну вот и он... И снова ни слова. Стена между нами теплее этого камина».

Слизнорт поздравил всех громким:

– Дорогие мои! Как я рад видеть столько знакомых и новых лиц!

В центре комнаты уже сидели Блейз и Джинни. Они говорили так легко и естественно, что Мишель поначалу даже не поверила глазам. Но когда Джинни улыбнулась ему той же улыбкой, которой раньше дразнила ребят на расстоянии — Мишель поняла.

«Они вместе. Уже вместе. Вот черт...»

В другом конце комнаты сидела Гермиона с Гарри и они вместе что-то обсуждали.

Слизнорт, пройдясь между столиками, поднял бокал сливочного пунша.

– Сегодня к нам присоединились новые лица!

Он поманил к себе Тео:

— Теодор, я давно слышал о твоих успехах в зельеварении, но твой последний анализ сложного зелья поразил меня. Скажи, это семейное?

Тео молча посмотрел в сторону Мишель.

— Можно сказать, что да... Мой отец был знатоком традиционных зелий, но я стараюсь... экспериментировать. - по нему было видно, что он такие мероприятия не любит

– Смело! Вот дух настоящего алхимика! - засиял Слизнорт. — А ты, Мишель, что-то слышала о славной семье Киррк?

Она почувствовала, как пылают щеки.

– Моя семья – не из выдающихся, профессор. Но я люблю зелья... потому что у них все зависит от тебя.

Слизнорт, одобрительно хмыкнув, двинулся дальше. Теодор и Мишель, как на невидимой веревке, еще несколько секунд смотрели друг на друга. Больше, чем просто взор. Меньше, чем признание.

Позже, когда большинство участников разошлось в малые группы для бесед, к Мишель подошел Кассиан. Он, как всегда, молчалив, в темном свитере и с невозмутимым лицом. Его присутствие имело удивительный магнетизм.

– Не люблю подобные собрания, – сказал спокойно, стоя рядом, не вторгаясь в ее пространство. — Все говорят в спектакле. Но я услышал, что ты здесь.

Мишель удивленно посмотрела на него.

– Тебе кто-то сказал?

– Нет. У меня есть уши. – Уголок его рта едва дернулся – намек на улыбку. - И глаза.

Она засмеялась – впервые за неделю искренне. Ему удалось хотя бы на мгновение отвлечь ее от сидящего в углу Тео, мрачно крутя бокал в пальцах и делая вид, что не видит ее.

Но она знала, что он видит.

«Пусть смотрит. Если он хочет молчать – молчит. Я тоже могу молчать.»

***

После собрания

Мишель вышла из кабинета последней. В воздухе еще выветривались тяжелые пары от ванили, пряностей и драконьей крови. Слизнорт, как всегда, настаивал на особой атмосфере. Она медленно шла по коридору, осторожно держа флакон с эликсиром-ароматом, который им предложили создать в качестве упражнения.

Она почувствовала шаги еще до того, как Кассиан заговорил.

- Ты никогда не спешила, - его голос, глубокий и ровный, слегка отдавался в коридоре. - Это хорошо. Люди, которые не суетятся, всегда меня успокаивали.

Мишель оглянулась. Он шел не спеша, руки в карманах мантии, взгляд сосредоточенный, но без того избыточного давления, которое она ощущала от других ребят.

- Ты не выглядишь спокойным, - сказала она с легкой улыбкой. — Скорее скучающим.

- Видишь насквозь? – Кассиан немного прищурился. — Я на таких собраниях всегда скучаю. Слизнорт будто коллекционирует людей, а не приглашает их. Хотя...

Он умолк. Они остановились у одной из ниш, где стояла старая мраморная статуя.

— ...на этот раз я пришел, потому что узнал, что ты там будешь.

Мишель удивленно приподняла брови. Она не ожидала прямо такой откровенности. Но в голосе Кассиана не было флирта, не было пафоса. Только тихая, спокойная констатация.

– Почему? – спросила она просто.

– Ты настоящая, – ответил он. – А среди нас это редкость.

Мишель почувствовала, как что-то шевельнулось в груди. Не Тео. Не страсть. А что-то поспокойнее. Как теплый чай после долгого прохладного дня. Без драмы. Без боли.

– Я не уверена, что это плюс.

– В твоем случае – безусловный плюс.

Когда они разошлись с Кассианом, то Кирк догнала Джинни.

- Ей, Джинн! Есть вопрос. - девушка появилась неожиданно за спиной гриффиндорки, поэтому та аж подпрыгнула от испуга.

- Не пугай так больше.

- Ты начала встречаться с Забини?

- Да, сегодня перед собранием слизней, просто не успела сказать. - Мишель начала радостно прыгать и тискать подругу. - Тише, уже почти отбой. - Когтевранке показалось, что она рада за подругу больше, чем та за себя.

После 20-ти минутных обсуждений, Джинни решила перевести тему разговора.

- Я видела ты много проводила времени с Кассианом сегодня

- Ты такая наблюдательная

- Он тебе нравится , или что?

- Кассиан? Он интересный... Но это не важно.

— Потому что Тео есть.

— Тео есть, — вздохнула Мишель. — И этот баран ведет себя так, будто ничего не произошло. Убегает от меня, от взгляда, от всего.

– Тео – идиот. Но и горд, как тролль на конкурсе красоты.

Мишель рассмеялась сквозь злобу.

— Какая прекрасная метафора. Но ты права. Если он такой упрямый баран, то я буду поступать так же.

***

Гостиная Слизерина. В это же время.

Теодор сидел возле костра и курил уже третью сигарету. Нотт не любил такого рода собрания, но пришел лишь потому что его туда тянула одна кудрявая девушка. Ноги сами туда пошли. Смотреть на то, как она лыбиться тому долбоебу, было трудно.

- Ты ее любишь ведь. Признайся уже.

- Закройся, Блейз.

- Хватит от нее бегать.

- У тебя блять забыл спросить.

- Хватит язвить, Теодор. Я не виноват в том, что ты упертый баран, который не умеет слушать. А еще делает поспешные выводы. - начал Забини, отвечая грубостью на грубость. - Я искренне поражен, как тебя поменяла Кирк. Раньше ты был умнее. Начал за ней бегать и отрицаешь этого.

- Любовь зла. - добавил Малфой.

- Какая любовь? Я не люблю ее, а она не любит меня. Мы не подходим другу другу. Не похожи. Мы - разные. - отвечал Нотт резко, грубо, но в душе знал, что врет. - Нам не по пути.

- Когда ты научишься слушать, тогда ты все поймешь. - Забини уже откровенно устал. Теодор лишь тихонько встал. Он не хотел чувствовать себя слабым, не хотел показывать эмоции, но у него не получалось. - Их нужно свести до матча по квиддичу против гриффиндора, а то с таким настроем, мы проиграем. - сказал Блейз, как только Тео скрылся за дверьми.

- А лучше к его дню рождению. - подметил Малфой.

***

Прошел почти месяц, а ничего не поменялось. Блейз несколько раз встречал Мишель в библиотеке пытался поговорить о том, что Нотт гордый долбоеб.

- Мишель, прошу, поговори с ним.

- А почему ты его не просишь подойти первым? - Забини замолчал. - Пускай подойдет первым. По другому никак.

В другой день он пытался обьяснить ей, что Теодор любит ее.

- Блейз, ты думаешь я дура? Думаешь я этого не вижу? Как он разглядывает меня, ласкает сухим взглядом.

- Ну а ты?

- Что я?

- Любишь его.

- Не нужно подобные вопросы задавать, это ни к чему.

- Это не вопрос.

Мишель искренне не могла понять, почему за взрослого парня решать проблемы должен его друг. Она уже стала надеяться на то, что Нотт совсем скоро потеряет к ней интерес, но этого не случалось. Еще и Джинни стала подключатся в эту игру "заеби Мишель". Это было уже слишком.

Теодор, же, вел себя слишком странно. От старого Нотта почти ничего не осталось. Забини еще не видел, чтобы влюбленность так кого-то меняла.

В один день дошло до того, что он услышал, как Дафна жалуется на Кирк подружкам. Нотт сильно завелся и завязался скандал. Тогда Джинни и Блейз решили действовать. Через несколько дней должно было быть день рождение Теодора. Забини хотел устроить небольшую вечеринку с алкоголем для друга в их комнате, но решил сделать ему подарок получше.

***

04.11.1996

Джинни нашла подругу на балконе с книгой по зельеварению.

- Мишель. У меня для тебя сюрприз. - игриво произнесла рыжая, когда увидела Кирк.

- Что ты уже придумала, Джинни? - настороженно, но с улыбкой спросила когтевранка. Она любила сюрпризы, а Уизли всегда их делала отменными.

- Нужно, тебе закрыть глаза чем-то. - сказала рыжая и наколдовала повязку. Она взяла за руку Кирк и повела ее по неизвестному направлению.

***

Теодора друзья поздравили с самого утра, но он ждал поздравление еще от одного человека, хотя не был уверен, что она знает об этом.

- Тео, друг наш. Мы приготовили для тебя сюрприз. Для этого подожди нас здесь. - торжественно произнес Забини и они с Малфоем вышли из комнаты ждать Джинни.

Когда те увидели ее с Кирк в руках, то чуть не засмеялись.

- Мишель, снимешь повязку, когда я скажу, хорошо? - прошептала Джинни подруге, на что та кивнула

Затем они быстро завели ее в комнату к Теодору, который не сразу ее заметил.

- Теперь открывать? - спросила Мишель, размахивая руками, чтобы ухватиться за что-то. Джинни лишь крикнула что-то одобрительное и закрыла двери.

Кирк сняла повязку и увидела перед собой Нотта, который так же как и она не ожидал такого сюрприза.

- Нотт? Это ты придумал? Какой бред.

- Я думал, что это ты додумалась так оригинально поздравить меня с днем рождения.

- У тебя сегодня день рождение? Тогда это была идея Джинни и Блейза. - Мишель направилась к выходу, но дверь была заперта. Она хотела достать палочку, но почему то не могла ее найти. Брюнет сбоку тоже яростно копался в пустых карманах.

- Вы блять забрали наши палочки? Какого хуя? - проорал он возле двери.

- Пока не поговорите нормально - не выйдете.

- Какие вы банальные, а ничего интересней не придумали? - крикнула Кирк.

– А что, тебе так невыносимо быть здесь со мной? – он сложил руки на груди, глядя сквозь нее.

– После всего, что ты сделал?! – ее голос поднялся. – После поцелуя с Дафной, после того, как неделями делал вид, что я – никто?! Ты думаешь, я просто забуду?

– Я не просил тебя прощать, – голос Тео стал глухим. – Но ты просто не пришла, Мишель, когда я ждал тебя, как идиот.

— Ты думаешь, что я это сделала нарочно?! — она кричала, глаза блестели от ярости. - Я заснула, когда пришла, тебя не было. Ты сам меня отталкивал месяцами.

— Потому что ты лезешь под кожу, — он подошел ближе. – Потому что я не могу о тебе не думать, даже когда хочу тебя ненавидеть!

- Ненавидь меня! – она толкнула его в грудь. - Давай! Какая разница?! Ты все равно бессердечный урод!

Он молча стоял, не уходил. Она снова попыталась его ударить – он уклонился, но не ответил. Руки крепко держал при себе.

– Бей, если так легче, – бросил сквозь зубы. – Но я не буду тебе отвечать.

– Ах ты... – она снова ударила, на этот раз слабее, а потом еще. — Ненавижу тебя, ты холодный, грубый, безразличный.

Мишель начала кидать в него все предметы, которые попадались под руку. Подушка, подсвечник, книжка.

– И ты не лучше, Мишель, – гаркнул он. — Самоуверенная, упрямая, не слышишь никого, кроме себя! Но я все равно...

Кирк подошла и начала замахиваться руками, он остановил одну, а затем и вторую. Она пыталась вырваться из сильной хватки, но никак не получалось

Он умолк. Кровь стучала в висках. Она подняла глаза - и там, в его взгляде, было что-то дикое, беззащитное и настоящее.

Нотт резко сократил расстояние между ними и поцеловал ее. Не нежно. Не осторожно. Как уставший сдерживаться. Девушка расслабила руки и ответила на долгожданный поцелуй. Как бы мозг не отрицал это желание, все же тело быстро поддалось красивому слизеринцу. Его язык проник внутрь, а она просто впустила.

За дверью Джинни и Блейз, уже почти ссорившихся между собой:

— Они там убьют друг друга! - прошептала Джинни.

– Может, лучше проверить... – и Блейз, не выдержав, открыл дверь.

Оба замерли на пороге.

В комнате – тишина. Теодор и Мишель целуются, словно окружающий мир исчез.

– Мерлин, – пробормотала Джинни.

– Только не говори, что ты не этого хотела, – прошептал Блейз, пораженный не меньше.

В этот момент Мишель открыла глаза – и увидела их. Ее тело дернулось.

– Ох, черт... – прошептала она, оттолкнула Тео и бросилась к двери. – Отойдите!

– Мишель! – воскликнул Теодор, но она уже выскользнула в коридор.

- МИШЕЛЬ!

Джинни молча посмотрела на Блейза.

— Ну, теперь, по крайней мере, что-то сдвинулось. Хоть и как гром среди ясного неба.