37

Глава 37. Полунасекомое

Meow-laoda

Взрыв прозвучал громко, но вибрации не последовало.

Клаас встал и в сопровождении охранников побежал в уборную столовой.

Джон тоже бросил Хейдена и побежал. Вольво несколько раз крикнул позади него, но вампир, казалось, его не услышал.

— Члены Ассоциации такие непрофессиональные! — пробормотал Вольво, затем развернулся, вместе с другими охранниками поддержал порядок и повел заключенных обратно в камеры.

Казалось, что воздух внезапно стал мутным.

Сначала люди почувствовали, что их зрение затуманилось, а затем постепенно поднялась дымка, окружая их всех.

Несколько людей-охранников начали дрожать, дергаться и даже упали на землю. Сатиры тоже выглядели очень плохо, но без сознания не находились. Некоторые из заключенных просто кашляли, а некоторые реагировали так же резко, как и люди.

Один вампир громко заплакал, другой рухнул на месте, а некоторые со страхом на лицах убежали.

Вокруг воцарился хаос.

У многих охранников также появились странные симптомы, но удивительно, что со всеми оборотнями все было в порядке.

Туман становился все гуще, почти полностью закрывая обзор, и распространялся во всех направлениях.

Сквозь густой туман Вольво услышал крик своего коллеги:

— Маг исчез!

Клаас первым бросился в уборную. Некоторые из охранников вокруг него упали в тумане, а некоторые вообще не отреагировали.

Дверь была открыта, а внутри слышался шорох.

Охранник-оборотень встал перед Клаасом, надел изолирующие перчатки и включил электрошокер на своей дубинке.

Электрошоковая дубинка, которой расправлялись с заключенными монстрами, гораздо мощнее той, которую применяли в отношении людей в обычных тюрьмах. Применение этой вещи на людях привело бы к серьезным травмам или даже смерти.

Из густого тумана пронеслась черная тень. Охранник ударил по электрошоковой дубинкой, но тень не испугалась.

— Боже! Что это! — даже сильный охранник-оборотень испугался увиденного.

Форма существа была очень странной.

Оно стояло на четвереньках, обладало массивным, раздутым телом костяного цвета, имело звериные когти и длинный хвост. На его спине быстро трепыхались крылья, похожие на те, что имели летучие мыши, издавая шелестящий шорох.

При этом оно имело человеческую голову с очень ясным лицом. Это был Эндрю, человек-маг из заключенных.

Его глаза пропали, из глазничных костей выросла пара красных фасеточных глаз, а человеческий рот превратился в ротовой аппарат насекомого.

Внутри находился еще один монстр. Они могли его слышать, и эта штука разрушала защиту на вентиляционных отверстиях.

Охранники-оборотни бросились вперед и попытались подчинить существо.

Но оно было настолько сильным, что могло отбросить оборотня. В ходе драки охранник ударил его электрошоковой дубинкой прямо в рот. Это должно было сработать, казалось, существу больно, но оно не прекращало двигаться.

Оно покачало головой и откусило дубинку...

На внешней стороне ротового аппарата также имелся ряд зубов!

Охранники и Клаас испытали шок. Это не являлось характеристикой какого-либо живого существа.

— Отойди!

Охранник с силой оттолкнул Клааса, и тот попал в угол. В это время они не заботились о том, чтобы быть нежными и вежливыми.

Он разорвал форму, его спина распухла, конечности стали растягиваться, а из горла вырвался звериный рев.

Процесс трансформации оборотня длился всего несколько секунд. Хотя он все еще оставался прямоходящим существом, его рост теперь был более восьми футов, и появилась черная грива, покрывающая его сильное, как гора, тело.

Другой охранник-оборотень также завершил свою трансформацию, но не смог помочь первому: сзади на них набросился еще один неизвестный монстр того же типа.

На нем до сих пор болтались фрагменты формы охранника. Это был охранник-человек, который упал мгновение назад.

Оборотни и монстры начали сражаться.

Со стороны столовой донеслись вопли и рычание. Туда уже бежали другие охранники-оборотни...

Похоже, что даже некоторые заключенные приняли звериный облик для дачи отпора появившимся монстрам.

В то же время все больше людей обращалось в монстров.

Монстр прижал оборотня и попытался укусить его за горло.

В это время тень пронеслась так быстро, что люди не могли ясно увидеть ее движение. Появившийся повернул голову монстра, та щелкнула, и монстр остановился.

— Джон?.. — Клаас хотел встать, но его ноги ослабли, возможно, из-за дыма.

Джон в шоке посмотрел на труп монстра.

Еще один монстр, сражавшийся с оборотнем, взмахнул крыльями, вырвался из его хватки, развернулся и бросился в туманную уборную.

Ограждение, стоявшее на вентиляции, должно быть, уже оказалось разрушено. В густом тумане послышался скрежет, и сбежавший монстр тоже попал в вентиляционное отверстие.

— Ты в порядке? — Джон поднял Клааса. Тот несколько раз моргнул, прежде чем смог наконец устоять на ногах.

— Я в порядке... они внутри, — Клаас указал на ванную.

Благодаря работе вентиляционной системы туман постепенно рассеялся, и плотная пелена, скрывавшая обзор, стала чуть тоньше.

Когда оборотни вошли, они обнаружили, что монстры не только сбежали через вентиляционные отверстия, но и сделали дыру в стене в направлении раковины, достаточно большую, чтобы через нее могли пройти существа размером с человека.

На полу были пятна крови и белые перья. Клаас вошел, присел на корточки и стал собирать перья одно за другим.

Комендант Вольво закончил заниматься делами снаружи и поспешил вперед.

Теперь он стал полуволком с каштановой шерстью, на голову выше обычного оборотня.

Он огляделся, в несколько шагов бросился к Клаасу и сильно дернул его за руку.

Джон изо всех сил сжал огромную лапу оборотня:

— Эй! Ты кто такой?!

Вольво, превратившийся в волка, приложил силу и потянул Клааса и Джона перед собой.

Хотя тело вампира было небольшим, его сила поражала. Лапа Вольво болела, но он не винил Джона.

— Не нервничайте, я Вольво, — его голос звучал глубже, чем обычно. — Ты, господин Девиль Клаас, что ты за существо?

— Я человек, — ответил Клаас и шепнул Джону, чтобы он не нервничал. Хотя действия Вольво могли показаться грубыми, они не причинили ему вреда.

— Невозможно... — Вольво прищурился. — Люди, все люди в столовой только что...

— Мутировали в полуволков полунасекомых, да? — Клаас вздохнул и вытащил из-под воротника тонкую цепочку. На цепочке, перевитое серебряными нитями, висело белое перо.

— Человек-мотылек может свести людей с ума. Но его перья — отличное защитное средство. Человек, владеющий ими, может быть невосприимчив к токсинам мотылька, но он должен держать их у кожи или слизистых...

Клаас убрал цепочку с пером и сжал в руке подобранные перья.

— Я не знаю, что конкретно сделал "маг". Вообще говоря, он смог превратить людей в безвольных существ при помощи гибрида токсина мотылька и зелья одичания оборотня... Я слышал, что он изучал последнее до того, как его арестовали.

Вольво кивнул:

— Да, мы все это знаем. Но даже если ты можешь противостоять токсину человека-мотылька, как насчет одичания оборотня?

— На протяжении тысячелетий человеческая история содержала легенды о противостоянии вампиров и оборотней. На это есть очень важная причина, — Клаас положил руку Джону на плечо и посмотрел на нескольких прямостоящих полуволков перед собой. — Комендант, ты же должен знать, верно? Есть один человек, которого оборотень трансформировать не может.

— Ты имеешь в виду...

Клаас кивнул:

— Ну, меня отметил вампир.

Несколько оборотней оказались весьма удивлены, глядя на Клааса, а затем на Джона.

Джон был в замешательстве:

— Что ты имеешь в виду?

— Когда тебя укусили в первый раз — ты отмечен. Разве твоя семья никогда не говорила об этом?

Клаасу хотелось немного посмеяться. На самом деле человеку приходилось обучать вампира такому типу знаний.

— Вампиры не убивают свою жертву. Если человека укусят один раз, это равносильно тому, что его отметили. Вампир может искать другую цель в следующий раз, когда будет охотиться, или быстро найти отмеченного человека. Для всех вампиров отмеченный человек куда более легкая добыча, чем обычный человек. В то же время отмеченный человек невосприимчив к одичанию оборотня.

Джон находился в шоке больше, чем охранники-оборотни.

Он просто открыл рот, не в силах говорить.

Клаас говорил так легко, как будто описывал технику украшения кофе.

Джон хотел сказать: "Я не хотел этого делать" и "Если бы я знал раньше, то не укусил тебя".

Но было слишком поздно что-либо говорить. Клаас ясно знал это все, но все равно вызвался дать ему своей крови.

Клаас, казалось, понял, что он хотел сказать, поэтому отвел взгляд.

— Хватит изучать мою проблему. Сейчас важен "маг" и обращенные в монстров люди, — сказал он. — Для "мага" не должно быть сложно получить кровь оборотня, Хейден и его подчиненные — оборотни. Мотыльки редки. Они встречаются даже реже, чем оборотни или вампиры. Возможно, "маг" ждал удобного случая. Ему нужна Мосс, но ее, вероятно, блокировали охранники и Хейден... Неизвестно, жива ли она. Возможно, она мертва или находится в заложниках у "мага".

— Но что собирается делать "маг"? — Джон указал наружу. — Может быть, хочет сбежать из тюрьмы? — Он только проделал дыру в ванной, но мощность взрыва была всего лишь как у кустарных химикатов. Из "бункера" не так-то просто выбраться, дальше столько дверей...

— Он мог бы... — спина Вольво внезапно задрожала, — он мог бы пойти за господином Расселом!

"Бункер" вышел из-под контроля.

Заключенные люди и охранники-люди превращались в невиданных монстров, а другим охранникам и монстрам приходилось сражаться с ними, чтобы защитить себя.

Сначала некоторые заключенные пытались сбежать из тюрьмы.

Вскоре они обнаружили, что это невозможно, поскольку им не знакомы внутренние маршруты. Кроме того, большая часть дверей была закрыта.

И куда страшнее были монстры.

Эти твари полностью лишились рассудка, одержимые единственной целью схватить жертву, чтобы разорвать ее на части и высосать мозги через хоботок.

Хейден также сорвал с себя одежду и превратился в полуволка с коричнево-рыжей гривой.

Изначально на нем был магический ошейник, который не позволял ему трансформироваться, но охранник, который также являлся оборотнем, использовал секретный приказ и снял его.

Хейден не успел поблагодарить охранника и немедленно бросился в бой с монстром.

Одного он полностью разорвал на куски, а остальных монстров, которые не сбежали, охранники связали или убили.

Тяжело дышащий Хейден отбросил разбитый стол и подошел к мужчине у стены.

Охотник Дрифтвуд опустил руки и глубоко вздохнул. Его глаза были устремлены вдаль, как будто он вообще не видел Хейдена.

Хейден стал таким высоким, так что ему пришлось присесть на корточки, чтобы посмотреть Дрифтвуду в глаза.

Рука зверя протянулась и схватила охотника за руку.

Дрифтвуд пошатнулся, но Хейден поддержал его тело.

— Охотник, твоя рука никуда не годится, — сказал оборотень.

Он просто констатировал факт, в его тоне не было и следа насмешки.

Дрифтвуд усмехнулся и кивнул.

Оборотень закатал его рукав.

На руке было много шрамов, и хорошо просматривались следы от швов.

— Во время той погони сухожилия моего запястья и пальцев были полностью разрушены, — он отвел взгляд и посмотрел прямо на оборотня перед собой. — Теперь я хоть и могу двигать рукой, но едва могу поднять что-либо тяжелее чашки, мне даже до макушки дотронуться сложно. Хейден, как ты себя чувствуешь сейчас, ты счастлив?

После того как его отправили в тюрьму, Дрифтвуд продолжал блефовать.

Из-за его плохой репутации немногие заключенные легко с ним связывались.

К счастью, его ноги не были повреждены, поэтому тот земной демон понес небольшие потери.

Хейден некоторое время молчал, а затем спросил:

— Что-то не так. Почему ты не стал монстром? Очевидно, что ты...

Он сжал руку Дрифтвуда в ладони, но охотник не сопротивлялся.

— ...Ты больше не человек.

Неосознанно Хейден сжал его руку сильнее. На руке Дрифтвуда появились красные отметины, но его это не волновало.

— Тебя впервые обнял вампир?

Поэтому Дрифтвуда отправили в тюрьму ночью, и он не появлялся в столовой во время еды.

— И... первое объятие произошло после того, как твоя рука полностью сломалась!

Если бы Дрифтвуд сначала подвергся превращению, а затем оказался серьезно ранен, то главное было бы в том, чтобы он выжил. Тогда все его раны могли полностью исцелиться.

Однако его ранили до того, как ему дали первое объятие.

Повреждения, которые были у человека до превращения в вампира, уже неизлечимы.

Шрамы не заживут, тело не восстановится, и даже химическая завивка в течение суток сойдет на нет.

Первые объятия могли избавить человеческое тело от болезней, но не избавляли от инвалидности.

— В тот день "умер" не только Хьюберт, — пробормотал Дрифтвуд.

Хьюберт являлся вампиром, который работал с ним, а также был членом французской Ассоциации.

Он и охотник вместе охотились за целью, но группа преступников захватила их. Из вампира высосали кровь и душу, его тело стало хрупким, как сухая почва, а затем под воздействием солнечного света превратилось в пепел.

Дрифтвуд оставался неподвижными, а Хейден долго стоял и смотрел на него.

Наконец оборотень сделал шаг вперед, схватил Дрифтвуда и закинул его на плечо.

— Отпусти меня! — Дрифтвуд боролся.

— Ничего не подумай, сейчас особая ситуация, — Хейден обнял его крепче. — Нам нужно отправиться в безопасное место.

— Опусти меня... — Дрифтвуд вздохнул, его поведение значительно смягчилось. — Мои ноги в порядке, я могу ходить самостоятельно.