Глава 5

Соня стояла у входа в конференц-зал с ощущением, что идёт на минное поле. Всё должно было быть просто: пресс-мероприятие, официальные лица, немного камер, спонсоры. Стандарты, в которых она была как рыба в воде. Только на этот раз — это не её вода.Это был Чонгук.А с ним ничто не бывает стандартным.

Он опоздал на сорок минут.

— Это не интервью с Vogue, — прорычал кто-то из PR-отдела.— Это вообще не похоже на спорт. Это шоу, — поддакнул второй.

Соня молча нажала на гарнитуру, связываясь с координатором отвечая спокойным голосом.— Как только появится, подведите его ко входу. Не в зал. Сначала ко мне. Он не выйдет, пока мы не поговорим.

⸻

Он появился, как всегда — уверенно, небрежно, будто весь этот блеск и давление — мелкий шум, недостойный внимания.

— Ты где был? — прошипела она, схватив его за руку.Он посмотрел вниз на её пальцы, потом — на неё.— Ты начинаешь звучать, как тренер. Или жена. Что-то не так?

Соня сдержала раздражение, отпустив его,глубоко вздохнув и выдохнув.— Ты должен говорить. Хоть что-то. Просто не... разрушай всё,пожалуйста.

Он изучающе посмотрел ей в глаза наклоняя голову в бок усмехаясь.— Почему ты так стараешься?

— Потому что у нас контракт. У тебя репутация. У меня — работа. Мы оба на ринге, просто с разных сторон.Она сделала паузу.— И потому что я тебя уважаю. Даже когда ты ведёшь себя, как идиот.

Он хмыкнул.— Значит, не такая уж ты и хрупкая, Сонечка.

Она шагнула ближе тыкая указательным пальцем ему в грудь.— Не путай вежливость с покорностью. Я не фанатка. И не ассистент. Я — твоя команда. А если ты не научишься играть вместе, проиграешь в одиночку.

Секунда — и он снова замкнулся. Эта броня, которую она начала видеть не как высокомерие, а как щит. Только на этот раз — он не отвернулся. Он кивнул,выдохнув но также держал небрежный взгляд.

— Ладно. Только одно условие: никаких личных вопросов. Ни о семье. Ни о детстве. Ни о прошлом. Ты меня поняла?

Соня посмотрела на него внимательно.— Поняла. Но рано или поздно, тебе придётся перестать прятаться за кулаками.

⸻

Зал вспыхнул вспышками камер, как только он появился.

Чонгук был, как всегда, внушителен: чёрная рубашка, рукава закатаны, татуировки — словно напоминание, что перед ними не просто спортсмен, а человек, собранный из боли и силы.

Сначала всё шло гладко: пара дежурных вопросов, немного юмора, шутки от ведущего. Он справлялся. Даже слегка улыбался. Пока не встал тот самый журналист из жёлтой прессы.

— Господин Чонгук, вы всегда избегаете личных интервью. Расскажите, правда ли, что вы не поддерживаете связь с семьёй из-за ссоры перед первым чемпионатом?

Соня замерла. Это был удар в печень, прямо как в ринге. Она почувствовала это и пристально смотрела на Чона.

Чонгук резко повернулся к журналисту. Его глаза стали холодными, как лёд.

— Ты хочешь знать, почему я не говорю о семье? — его голос звучал спокойно. Но это была тишина перед бурей.— Потому что мне не нужны дешёвые драматизации. Моя жизнь — не сериал. Я не продавал боль за лайки.

Он сделал шаг вперёд. Зал стих. С Чонгука сочилась агрессия которую он хотел сдерживать.

— И если ты ещё раз задашь вопрос, на который не имеешь права, — я выйду отсюда. А ты потеряешь работу. Понял меня?

Микрофон захрипел. Кто-то кашлянул. Кто-то нажал «стоп» на рекордере.

Соня взяла ситуацию в руки. Подошла к микрофону,хмуро смотря на того самого журналиста чуть повысив голос отвечая уверенно.

— Мы здесь, чтобы говорить о спорте, о достижениях и будущем. Личное — остаётся за пределами ринга. Спасибо за понимание.

Она перевела взгляд на него. Он не ушёл. Но стоял, сжав кулаки. Он дрожал. Не от злости. От контроля. Слишком знакомого. Сколько раз жизнь ломала Чонгука стоит лишь взглянув на него. Он сломлен,но держится. Он отрекся от чувств,но сам не верит в это.

⸻

Через двадцать минут они стояли в пустом коридоре за сценой. Чон стоял облокотившись о стену делая затяжку сигарет выпуская дым,а Соня стояла поодаль от него кивая.

— Ты справился, — тихо сказала она.

— Я едва не сломал ему лицо. Это не «справился».

— Но не сломал. Значит, ты не только боец. Значит, ты — сильнее, чем думаешь. Не будь так жесток к себе.

Он посмотрел на неё. В первый раз — не как на раздражающий голос в ушах. А как на человека, который видит. Видит то чего не видят другие.

— Мне не нужна жалость, Соня.

— И я её не предлагаю. Я предлагаю тебе выбрать: остаться один против всех — или позволить кому-то быть рядом, даже если страшно.

Он отвернулся,выбрасывая сигарету в урну.— Я не умею быть рядом.

— Начинай с малого, — ответила она. — Например, с того, чтобы просто... не отталкивать. И принимать помощь от тех кто хочет тебе помочь.

Он не ответил.

На следующий день Соня нашла на своём рабочем столе чашку кофе. С тем самым сиропом, который она всегда добавляла. Она огляделась и осмотрела стол в поисках записки или хоть чего нибудь,но выпрямилась посмотрев на чашку.

Без записки.

Без слов.

Но она поняла. Поняла что не такой уж он и монстр хоть и славиться «убийцей ринга».