18+

– Ю-н-н… – заморгала, вдруг ощутив его глубоко внутри.

Боже правый!

Он тут же достал пальцы и принялся облизывать, пристально глядя в глаза, а затем заменил ладонь у моего рта своими теплыми губами. Бессовестный язык скользнул внутрь, а его пальцы снова пробрались под подол. Мужчина развёл мои ягодицы. Большой теплый бугор упирался между ног.

– Ш-а-а… – сдавленно захрипела. – Безумец! Больной! – завопила и залепила уроду звонкую пощечину. – Отпусти!

– Не существует силы, способной оттащить меня… – недобро разулыбался, сглаживая место удара другой моей ладонью, а затем поднес её к губам, втягивая мизинчик в рот.

– А-а-а… – протянула, когда он принялся его посасывать.

Пульс подпрыгнул. В клитор ударила волна желания. Я заметалась под ним, задыхаясь от навязчивого желания кончить. Вперед, назад, глубже, быстрее… Юн поочередно сосал мои пальцы, всё это время осатанело заглядывая в глаза. Мы убивали друг друга. Медленно. Обстоятельно. Так по-сумасшедшему чувствовали – страсть гремела громом, заглушая слёзы разума. Он раздвигал складки, проникая в меня пальцами, и тут же вынимал обратно. Похабно брал на заднем сиденье своего внедорожника.

Встретились не для счастья – на погибель. Больные отношения, стирающие сердца в пыль. Раз за разом. До новой схватки.

Я застонала, упиваясь его властью над моим телом, шире разводя ноги для дьявольских ласк. Юн приподнялся, молниеносно расстёгивая джинсы. Спустя мгновение он отправил их вместе с боксерами на пол, а затем задрал подол моего платья.

– Бл*! – разорвал стринги, тяжело дыша. – Хочу… поцеловать тебя… Глубоко! – ухмыльнулся, в то же мгновение погружая в меня свой сладкий язык. Он согнул мои ноги в коленях, широко раздвигая их. – А-а… – теплая головка толкнулась между хорошо смазанных губ.

Отвыкла от него, в первую секунду задохнувшись от ощущений. Удовольствие струилось по кончикам пальцев, согревая изнутри. Я закрыла глаза, обвивая крепкую шею руками.

Моя неземная благодать.

Юнги покинул меня, но тут же снова вошел до конца. Его движения стали бешеными.

– Господи, прекрати! – судорожно умоляла, дрожа всем телом. – Нас могут заметить! А если…

– Вот ведь повезет кому-то – заснять, как известную актрису трахают посреди дороги!

– Ненавижу! – оттянула зубами его нижнюю губу.

– М-м-м… – впился пальцами в мои бёдра.

– Ещё… – лихорадочно облизывала его губы. Я истекала, проклиная себя за беспощадную тягу. – Ещё, Юнги, пожалуйста, – умоляла, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в восхитительные глаза.

В них стояли слёзы. И что-то еще, сложное, больное, недосказанное, понятное только нам двоим.

«Он изменил тебе!» – язвительно напомнил внутренний голос.

– Плевать… – исступлённо пробормотала, плотнее обхватывая его внутренними мышцами.

– Я хочу трахать тебя всю ночь… Даже во сне… Давай сбежим куда-нибудь?

– По своей воле… никогда! – презрительно выплюнула, извиваясь под ним.

Низ живота свело от колючих вибраций. Каменный член мучил узенькую дырочку, заставляя скулить ещё громче.

– Тогда я не буду спрашивать. Идёт? – Юнги мрачно улыбнулся, принимаясь лизать мое лицо.

Горячая эрекция дразнила особую точку внутри. Любовник растягивал узенькое влажное отверстие, до краев заполняя меня собой. Машина наполнилась сладостными влажными звуками и солоноватым запахом пота. Хлюп. Хлюп. Хлюп. Мы оба дрожали. По венам разливался экстаз, граничащий с помешательством. Я впала в агонию от его поцелуев, рисуя ногтями узоры на крепкой заднице.

Секунда – и поясницу прошиб пот. Взвизгнула, увлажняясь ещё сильнее, вдруг ощутив большой палец у себя во рту.

– Соси! – недобро скомандовал любовник.

– М-р-р… – принялась послушно исполнять приказ, пока всё вращалось от нахлынувшего оргазма.

Юн тяжело дышал, не прекращая неистовые толчки. Вдруг он резко приподнялся, покидая меня. Горячая липкая струя ударила прямо в живот. Я лежала тихо, не двигаясь, перекатывая загрубевшую подушечку между зубами.

Он принялся протирать мою перепачкавшуюся кожу влажной салфеткой. Бёдра всё еще потягивало от только что пережитого удовольствия. Чувствительные губки припухли.

– А теперь выпьешь со мной кофе? – мужчина обезоруживающе улыбнулся, и у меня внутри всё перевернулось.

– Юн, ты…

– Когда мы увидимся? – мужчина многозначительно заглянул в глаза.

– Никогда! – краска гнева и стыда залила лицо.

Я бросила негодующий взгляд на клочок кружевной ткани, в который превратились мои трусы, не в состоянии сдержать озабоченный вдох.

– Мира, нам нужно многое обсудить, – Юн сжал мою руку.

– Да, например, наших супругов. Отличная тема для разговора, не находишь?

– Я хочу объясниться. Снять груз с души. Неужели не можешь выкроить хотя бы полчаса? – спросил он сурово.

– Нет! – меня затрясло.

– Но ты ведь тоже это чувствуешь… Не можешь не чувствовать!

– С паршивой овцы, хоть шерсти клок. Что с тебя взять, если ты хорош в этом деле? На разговоры не годишься.

Юнги насупился. Он стал темнее тучи. Онемевшими пальцами расправила подол, стремительно покидая салон внедорожника. Мне всегда казалось, такие здоровые машины приобретают мужики с крошечными членами, но сегодня узрела истину – их покупают, чтобы компенсировать отсутствие мозгов. Он как был членистоногим питекантропом, так им и остался. Грубый неотесанный мужлан.

Я залезла в свой автомобиль, скорее блокируя двери. Хотя он и так уже получил всё что хотел. Сорвалась с места, через секунду оставив внедорожник Мина позади.

***

Переступая порог дома, я благодарила судьбу, что Гынхо возвращается завтра утром. Что бы сказал муж, обнаружив меня в таком потрепанном виде?

Я остановилась в центре пятидесятиметровой гостиной, утомленно озираясь по сторонам. Всегда ощущала, что живу в огромном благоустроенном музее. Кругом стеллажи, стеллажи, стеллажи… Некоторые экспонаты коллекции мужа внушали благоговейный страх, чего только стоили четки Африканской ведуньи. Я не разделяла его страсти обладать всеми этими реликвиями.

Под гул лихих мыслей поднялась по лестнице, плотно закрывая дверь в спальню. Я избавилась от платья, спешно отправив его в корзину для грязного белья, а затем скрылась в ванной. Прохладные струи из душевой лейки погнали тысячи мурашек по самым чувствительным местам. Я задыхалась, как будто только что пережила всё заново. Помешательство.

Если бы наша страсть могла гореть – мы бы спалили всю планету!

Хорошенько отмокнув под душем, высушила волосы, накинула халат и вернулась обратно. В сумке завибрировал телефон. Достала мобильный, проворковав чересчур жизнерадостным голосом.

–Гынхо , рада тебя слышать! – сердце сжалось от волнения.

Казалось, муж видит меня насквозь.

– Добрый вечер, ненаглядная. Звоню предупредить, что задержусь в Лондоне еще дня на три. Завтра премьера в оперном театре, а потом несколько важных встреч.

– И ты не успеешь вернуться к премии? – внутри зашевелилось нехорошее предчувствие.

– Вряд ли.

– Ну ладно, надеюсь, ты не против, если меня будет сопровождать Чонгук?

– Без проблем! Неплохой ход перед премьерой фильма.

– Я тоже так думаю.

Муж отключился, а я измождено повалилась на кровать.

***

Зимой мы с Чоном снялись в новом проекте. Чтобы подогревать интерес публики, время от времени появлялись вместе на светских мероприятиях, заявляя на камеру, что просто дружим.

С недавних пор муж не пропускал ни одной премьеры в оперном театре. Корреспонденты толсто намекали, что мой муж облюбовал себе новую музу – восемнадцатилетнюю певицу с невероятным диапазоном голоса. В глубине души я давно подозревала нечто подобное. Ничего удивительного – все мужчины мне изменяли: Чимин, Юнги, теперь и Гымхо. С ним отношения совсем разладились. Наши рабочие графики не совпадали: он возвращался с командировки, а я улетала на съемки, или наоборот. Уже забыла, когда мы встречались в постели в последний раз. Я изо всех сил старалась почувствовать к нему хоть что-то, стать достойной любящей женой, но ничего не вышло. Тем не менее я не прекращала его уважать. Только благодаря протекции ,отец остался жив и вышел на свободу.

Несмотря на то, что на съемках за мной увивались десятки мужчин, никогда не думала об измене. Однако сейчас чувствовала себя грязной падшей женщиной. Меня сжирало чувство вины.

Вся наша история с Юнги была одной огромной ошибкой. Будто сама стихия кричала «Вам не суждено быть вместе!», подсылая ураганы, пожары и прочие бедствия, но мы, как два идиота, продолжали упрямо нестись на бетонное ограждение.

Трудно жить, зная, что где-то существует мужчина, способный заставить тебя гореть. Периодически задыхаться от угарного газа, но пылать так, что видно из космоса.

Я распахнула дверцы огромной гардеробной и прошла в самую глубь. Открыла небольшой шкаф, забитый хламом. Покопавшись в старье, вытащила черную футболку с надписью на груди. Я скинула халат, нарядившись в его футболку.

Сегодня ночью мне хотелось спать с ним.