Т/И ароэйс

Ароэйс (от англ. aroace, сокращение от aromantic asexual) - это термин, обозначающий человека, одновременно относящего себя к аромантичному (не испытывающему романтического влечения) и асексуальному (не испытывающему сексуального влечения) спектрам.Люди, идентифицирующие себя как ароэйс, могут не испытывать ни романтического, ни сексуального влечения к другим людям. При этом спектры аромантичности и асексуальности разнообразны, поэтому у ароэйс-людей возможны различия в восприятии близости, привязанности, партнёрства и других аспектов межличностных отношений.

Хартслабьюл.Риддл Роузхартс.

- Аромантик и асексуал, говоришь?..Хм. Я должен признать, что не сталкивался с этим понятием так открыто прежде. Но... это не нарушает ни одного из правил Королевы Червей.Личное - остаётся личным. Каждый имеет право быть собой. У нас в общежитии важно следовать порядку, но не навязывать чувства, которых нет. Если ты не испытываешь романтического или физического влечения - это твоя природа. Это не подлежит обсуждению или исправлению.Только скажи, если кто-то будет приставать с непрошеными вопросами или, не дай Эйсу, попытается высмеять тебя. Я лично разберусь. И ошейник будет очень туго сидеть....*Риддл не возражает, но не раз замечал, как Т/И попадает в неловкие ситуации. К счастью, когда он оказывается рядом, всегда находит слова, чтобы ответить за Вас - чётко, холодно и без лишних эмоций. Его это нисколько не смущает: он воспринимает это как обязанность - поддерживать порядок даже в таких мелочах.Иногда, правда, его терпение иссякает, особенно если в ситуацию вовлечён Эйс. Тогда Риддл и впрямь прибегает к своей уникальной магии, чтобы прекратить глупости раз и навсегда. Конечно, заслуженно.В остальном все уже привыкли, что Вы держитесь особняком. Никто не делает из этого трагедии. Напротив - это давно стало частью того, каким Вас видят окружающие. И лишь Риддл, быть может, замечает чуть больше.*

Саванаклоу.Леона Кингсколар.

- Эй...Ты, навязчивый. У тебя проблемы с пониманием слов "нет" и "неинтересно"?Слушай внимательно. Т/И - ароэйс. Ни романтики, ни тяги, ни желания. Это не «трудно растопить лёд», не «интересный вызов» и уж точно не твоё дело.*Леона оказался тем, кто без колебаний встал на защиту, когда внезапный флирт и навязчивое внимание обрушились на Вас, словно без спроса перешагнув границы дозволенного. Он знал - или быстро понял - что Т/И вовсе не испытывает тех чувств, которые другие, по наивности или самоуверенности, пытались в Вас пробудить. И это злило его куда сильнее, чем могло показаться на первый взгляд.Он был возмущён самим фактом, что Вас вынуждают выслушивать чужие заигрывания, будто Ваше собственное мнение не имеет значения. В его взгляде читалась холодная досада, а в голосе - сдержанное раздражение. Он не стал устраивать сцен, но дал ясно понять: никто не имеет права вторгаться в чужие границы, особенно так нагло и без приглашения.Леона может и не признавался вслух, но для него было важно - чтобы Вас оставили в покое.*

Октавинелль.Азул Ашенгротто.

-Это довольно редкое сочетание... Интересно, как ты с этим справляешься в обществе, где все так зависимы от связей и эмоций.Знаешь, иногда люди не понимают таких, как ты, и могут вести себя... грубо или навязчиво. Если кто-то причинит тебе дискомфорт - скажи мне. Я не люблю, когда мои друзья страдают из-за недопонимания или невежества.*Все слова Азула были правдой - действительно, немало девушек стремились с ним познакомиться, ведь он был привлекателен, харизматичен и всегда держал себя с достоинством. Но больше всего его зацепило нечто другое - ты.Азул заметил тебя с первого взгляда. В то время как большинство юношей с жадным интересом оглядывались на девушек, ты стоял в стороне, спокойно беседуя с кем-то по телефону. В этом было что-то выбивающееся из общей картины, что-то... особенное. Он почти сразу заподозрил: ты не такой, как все.Сначала ему пришла мысль, что, возможно, ты гей. Но вскоре стало ясно - дело вовсе не в ориентации. Ни парни, ни девушки, похоже, не вызывали у тебя того интереса, который был так привычен другим. Ты будто существовал немного в стороне от всего этого, как наблюдатель, а не участник игры чувств и страстей.Азул принял это без удивления и без осуждения. Он не стал вдаваться в домыслы и не стремился тебя изменить. Для него всё осталось на своих местах - ты просто стал ещё одной загадкой в коллекции, которую он с уважением оставил нераскрытой. Его отношение к тебе не изменилось: ровное, спокойное, без лишней суеты. Он лишь отметил про себя - ты другой. И, возможно, именно в этом и заключалась твоя ценность.*

Скарабия.Калим Аль-Асим.

- Ароэйс? Хм... Это звучит необычно! Что это значит? Ты можешь рассказать мне? Я хочу понять тебя лучше.*Калим сначала не понял, что означает этот термин. Он лишь смущённо улыбался, пока Джамиль, сам сперва пребывая в растерянности, не объяснил ему суть. Но, несмотря на первое недоумение, оба отнеслись к этому с принятием и теплотой.- Главное, чтобы тебе было хорошо и спокойно, - сказал тогда Калим с искренней улыбкой. - Быть собой - это ведь здорово, правда? Мне радостно, что ты понял, кто ты есть и что тебе близко.Он говорил это с той безусловной добротой, которая была ему свойственна: открыто, светло, по-доброму. В его глазах не было ни тени осуждения - только неподдельная радость за другого человека, нашедшего своё отражение в собственных чувствах.*

Помфиор.Вил Шоэнхайт.

- Значит, ты ароэйс... Хм. Это многое объясняет. Не то чтобы я был удивлён - у тебя особая аура, не запятнанная этой глупой романтической суматохой, в которой увязли другие.Честно? Я рад. Зная, что ты не влюбишься в меня после... поцелуя, мне становится легче. Не потому, что ты мне неприятен - наоборот. Просто в мире, где всё постоянно искажается под глупыми чувствами, приятно иметь дело с человеком, который не станет путать роль и реальность.Мы актёры. Мы существуем на грани вымысла и истины. И если кто-то способен держать грань - так это ты.А теперь, красавица, закрой глаза. Кристине Даэ нужно освободиться. И да - макияж у тебя просто безупречен.*Вы играли нечто, напоминающее великую «Призрак Оперы» - трагедию любви, страха и сострадания, развернувшуюся на фоне роскошной, но тёмной парижской оперы конца XIX века.Там жил Он - гениальный, но изуродованный человек по имени Эрик, скрывающий своё лицо под маской и скрывающий душу в подземельях театра. Он был призраком не только для сцены, но и для жизни, отвергнутый, заброшенный - до тех пор, пока не появилась Она.Кристина Даэ. Чистый голос, ангельская красота. Он сделал её музой, наставлял, открывал двери в мир славы... но взамен его чувства стали пугающе одержимыми. Она же стояла между двух миров - между светом детской любви к Раулю де Шаньи и тенью Эрика, в котором видела не монстра, но страдающего человека.Когда он пленил их обоих - её и Рауля, - Кристина поцеловала его. Не из страха, а из жалости, человечности. Этот поцелуй стал для Эрика первым прикосновением любви, которое он познал... и последним. Он отпустил её. Исчез. Осталась только маска.Позже, в неофициальном продолжении (Love Never Dies), история приобрела новые краски. Утверждается, что у Эрика и Кристины был сын - Густав. Она приезжает в Америку, чтобы снова спеть... и снова встретить того, кого, возможно, так и не забыла. Всё заканчивается трагедией - выстрел, смерть Кристины, открытый финал. С кем было её сердце? Рауль был рядом... но эмоции остались с Эриком.И вот - вы взяли эту пьесу и переписали её под себя. Здесь Рауль стал Себэком. И, как в искривлённой зеркальной версии, девушка в финале осталась не с героем, а с тенью.Рауль - Себэк - предал Т/И. И от отчаяния, от боли он осталась с Призраком. Не потому, что мечтал о нём... а потому что другие отвернулись.Т/И не был его первым "музой". Он предлагал эту роль другим - сестрам, дочерям, воспитанницам. Даже Трейн и Джамиль отказались, прекрасно понимая, чего это стоит.Ты - последний. Ты, кто не испытывал подобных чувств вовсе, кого заставили учиться даже поцелуям. Сначала ты сопротивлялся, почти с отвращением. Но потом... пришла сделка. Деньги. Маска. Грим. Юбка. Голос, который чуть не сорвался несколько раз, но которого хватило, чтобы обмануть весь зал.Вил выбрал тебя. Из всех - именно тебя. Ты не влюбляешься, не требуешь. Не просишь. Потому что не хочешь ни проблем, ни скандалов. Но он сам ведёт тебя за руку - силой, в гримёрку, на репетицию, в тень. Иногда будто бы забывает, кто ты на самом деле. Иногда будто бы хочет тебя поцеловать.И ты знаешь: на этой сцене уже нельзя играть чужую роль. Призрак оперы теперь - не в подвале. Он сидит в зале. И смотрит только на тебя.*

Игнихайд.Идия Шрауд.

-Эээ... Хех... Подожди, ты серьёзно?.. Ты... совсем не чувствуешь... романтических штук? И... никакого... вот этого? ...Знаешь... Это... это круто. То есть, не "круто" как пафосно, а... блин, это значит, что ты прямо свой формат игры проходишь. Я тоже много чего не понимаю в этих романтических квестах... Все эти флаги, свидания, красные щеки - ну камон, я до сих пор не знаю, что такое "идеальное первое свидание", потому что никогда его не запускал!Слушай... мне, на самом деле, легче от этого. Ну, что ты такой. Ты реальный. Не играешь роль....И вообще, мы с тобой на одном сервере, получается. Плевать, какие у кого там чувства, если можно просто смотреть аниме и быть собой, да?*Два сапога - пара.В любой ситуации, будь то серьёзная дилемма или нелепая мелочь, в течение недели Ты/И - первым делом направляешься к Идии. Рассказываешь ему, что произошло за день, делишься мыслями, случайностями, иногда - просто смешными историями. Он слушает, иногда вставляет свои едкие замечания, а иной раз вы даже смеётесь до слёз. Это вошло в привычку. Это стало почти необходимым.Идии рядом с Вами удивительно спокойно. Он не может с уверенностью сказать, когда это началось, но в какой-то момент понял: с Вами - проще дышится. И теперь сам не знает, стали ли вы близкими друзьями... или это уже что-то большее.*

Диасомния.Маллеус Дракония.

-Аро...эйс, говоришь?.. Хм... Странное сочетание звуков. Это... одно из тех слов, что люди вашего мира используют для описания самих себя?То есть... ты не чувствуешь того, что называют "влечением"? Ни к телу, ни к душе другого? Ни желания прикасаться, ни вожделения, ни той... как её... "романтики", которую все вечно возводят в культ?...Любопытно. Ты напоминаешь мне старые сказания - о тех, кто шёл своей дорогой, невозмутимо глядя на праздники влюблённых, будто наблюдая иную реальность.*Маллеус сперва не понимал, что именно это означает. Слово казалось ему чуждым, чувства - расплывчатыми, а смысл - ускользающим, словно утренний туман. Но время, как и всегда, расставило акценты: с чьей-то осторожной помощью он всё же осознал, о чём идёт речь.Поначалу он не мог принять это - не потому что осуждал, а потому что не знал, как правильно реагировать. В его мире всё было иначе: глубокая связь, привязанность, древние ритуалы близости - вот что было привычным. А тут... выбор иной.Он немного сожалел - не о самом пути, а о том, что ты прошли его в одиночестве, без прикосновений, без близости, к которой он привык думать, как к неотъемлемой части связи. Но что ему оставалось, кроме как принять твой выбор?С горделивым достоинством, присущим древнему дракону, он склонил голову - не в поражении, но в уважении.- Если это то, кем Вы являетесь... - сказал он тихо, - я не стану искажать это своим непониманием.И в этих словах было больше принятия, чем ты мог бы ожидать.*

Лилия Ванруж.

-Ароэйс, да? Знаешь, меня это даже заводит... Особенно когда ты такой холодный и невозмутимый. Прямо как лёд, который я так люблю растопить...Холоден? Значит, у тебя точно есть что скрывать под этой ледяной маской. И мне хочется узнать, что же там - может, я смогу пробудить в тебе эмоции, которые ты так ловко прячешь?Ты интересен именно такой - сдержанный, немного загадочный... Но поверь, это только раззадоривает меня ещё больше. Мне нравится быть тем, кто вызывает у тебя самые неожиданные чувства.Ведь, знаешь, лёд тает не просто так... Особенно когда его касается что-то горячее.*Этот лукавый старик ведёт с Вами изощрённую игру - кокетливую, тягучую, как старая мелодия, в которой невозможно разобрать, где правда, а где лишь искусно разыгранная сцена. Он подходит слишком близко, его слова звучат как шутка, но в них проскальзывает нечто тревожное: то ли настойчивость, то ли откровенный вызов. Он не отступает, не даёт передышки, будто находит особое удовольствие в том, чтобы дразнить именно Вас - холодного, скрытного, неприступного.Разве это нормально? Может, и нет. Но именно в этом - его суть: он не желает отпускать того, кто способен скрывать мысли за маской безразличия. Ему любопытно разгадать Вашу природу, выманить наружу то, что Вы прячете так тщательно.*

Сильвер Ванруж.

-Хм... Что? Прости, я... возможно, не сразу понял, что ты имел в виду. Ты ищешь... не любовь, а скорее... партнёра для жизни? Просто человека рядом. Чтобы делить обязанности, пространство... даже, может быть, тишину.Это... звучит рационально. Ведь вдвоём действительно проще - и квартиру оплатить, и, наверное, не чувствовать себя таким... одиноким.Но... ты уверен, что хочешь именно так? Без привязанности? Без чувств?..Знаешь, в мире много хороших людей. Может, тебе просто нужен верный друг, надёжный, с кем можно молчать... или говорить, если захочется. Или кто-то, кто станет спутником не из любви, а из... понимания.Это тоже... своего рода близость. Просто... иная.Я... не осуждаю. Только... подумай, не станет ли тебе холодно от этого со временем.*Сильвер не понимает Вашу точку зрения. Как жить одному, без любви? - в его взгляде читается искреннее недоумение. Тогда зачем вообще жить?Но когда Вы спокойно, без драматизма, объясняете, что Вам не нужен партнёр, а нужен лишь сосед по жизни - тот, кто будет рядом, но не станет центром Вашего мира, - Сильвер замирает. Это противоречит всему, во что он верил. Его взгляд становится чуть более серьёзным, чуть менее сонным. Он не спорит, но в его молчании слышно больше, чем в словах.Он просто удивлён.*

Долина Шипов.Малеона Дракония.

-Что?.. Хм... любопытно. Хотя, знаешь, это даже к лучшему. Присмотришь за остальными юными драконятами - а они, поверь мне, существа капризные и своенравные. По человеческим меркам им бы дали лет пятнадцать... ну, может, шестнадцать. А некоторым и вовсе не больше тринадцати. Ты ведь понимаешь, как непросто с ними бывает? У каждого - крылья да огонь в душе, но ума... хм... пока не столь же много, как хвоста. Так что держи ухо востро и помни - им нужен не только страж, но и временный наставник.*Малеона нисколько не боится оставить тебя на попечение младших драконов - она даже проверяла тебя, слушая твои слова и убедившись, что ты справишься. Благодаря ей ты стал своего рода нянькой для этих маленьких драконов, которые без устали изматывают тебя: кто-то то убегает, то падает - словно маленькие котята, требующие постоянного внимания и заботы. К счастью, рядом всегда есть феи-стражи, которые помогают тебе справляться с этим шумным и непоседливым выводком. Малеона не зря доверила тебе эту задачу - за такую ответственность последует своя награда.*