Глава 30

Я покачала головой и насупилась.

Неужели я и правда приставала к Охотнику? С какого такого рожна, спрашивается? Опять эта дурацкая татуировка козни мне строит, не иначе. Ничего, понемногу забытые события прошлой ночи обретают ясность, значит, и оставшееся вспомню. Там уже буду разбираться по факту.

А вот тошнота настораживала уже сейчас...

Голод может, конечно, провоцировать рвотные позывы, но я не чувствую себя голодной. В хороших условиях и при хорошем расположении духа, я могу спокойно питаться раз в несколько месяцев, не теряя самообладания. Это не голод.

Тогда что?

Вода пришла в движение. Кайден невозмутимо ступил в лохань, устраиваясь напротив меня, благо места хватало, и выжидающе замер, поймав мой взгляд.

— Ты здоров? В штанах?

— Ты сама мне запретила раздеваться! — напомнил тот, потянувшись ко мне.

Отпрянула.

Етить-колотить, раз, вот так.

— Пожалуй, я всё... Отвернись!

Дождавшись, когда Охотник выполнит мою просьбу, я осторожно выбралась из воды, всё время поглядывая на мужской затылок, проверяя его честность, и завернулась в огромное, лежащее рядышком полотенце.

— Не буду мешать. — пропищав это, я поспешила удалиться, оставив мужчину одного.

Сон никак не шёл. Я бездумно валялась в кровати, завернувшись в одеяло по самые уши, и ворочалась с боку на бок. Показавшаяся безумно мягкой и удобной кровать, теперь стала источником моих мучений.

Неудобно, жёстко, там судорога ногу сводит, там поясница онемеет, там бок отлежу. Увалившийся рядом Охотник моему комфорту не способствовал, скорее уж наоборот. Этот хитрозадый норовил не просто меня обнять, — ладно, это бы уж как-то выдержала, — но и забросить на меня свои конечности, чуть ли не все вместе и одновременно. Немного поприпираясь и повздорив, я всё-таки забылась тревожным сном.

А утро... утро я встречала в нужнике.

Пришедшие несколько отвратительных мгновений спустя девушки, вчерашние служанки, принесли нам чистую одежду и пригласили на завтрак с высочествами. Переодевшись, я зависла, разглядывая свои ботиночки, в которые моя нога не хотела отчего-то помещаться.

Странно, ссохнуться они не могли, да и я за ночь не растолстела же...

С трудом и пыхтением я всё-таки обулась, выпрямилась, встретив обеспокоенный взгляд Охотника, и вздохнула.

— Меня тревожит твоё состояние, — почти невесомо Кайден провёл костяшками пальцев по моей щеке, заставив шумно втянуть носом воздух. — Ты очень бледная...

— Я вампир, Кай. Я всегда бледная... — прошептала я, остановив эту завораживающую ласку.

— Но тебе плохо.

— Плохо. — не стала я отрицать очевидный факт. — Я разберусь с этим.

— Я просто хочу помочь.

— Вот и прекрасно. Помоги встать с кровати, что-то у меня со сна на этом орудии пыток, всё никак поясница не отойдёт. Болит немного.

Кайден сглотнул, вперив взгляд в мой живот.

— Мы вчера это уже обсуждали. — разозлилась я. — Я не могу быть беременна! Хватит так... смотреть. — едва сдерживая себя, дабы не перейти на крик, зашипела я.

Пришлось вставать самой и, гордо задрав повыше подбородок, выпорхнуть из комнаты.

В столовой царило оживление и приподнятое настроение. Смех и хохот лились со всех сторон. Драконы отлично поладили с эльфийками, а драконо-мамка заботливо подкладывала гному что-то воздушное в тарелку.

Чувствовала себя сволочью, потому что, глядя на них, почему-то накатило раздражение.

Хмуро поздоровавшись, я, не дожидаясь пока Кайден отодвинет мне стул, помогая устроиться, плюхнулась на него сама, громко скрежетнув по полу металлическими ножками.

— О, будущая мать не в духе...

— Алистер! Не смей шутить о женщинах! Тем более о тех, кто на сносях! — осадила королева сына, сочувствующе оглядев меня. — Совсем плохо, да?

— Нет. Мне хорошо. Мне прекрасно. — поспешила переубедить всех я. — Можно нам домой, а? Нам ещё кроватку выбирать, манеж, коляску, почитать отзывы на смеси и подгузники...

— Ты в положении! И думать забудь о полётах! — погрозив мне пальцем, королева добродушно улыбнулась. — К тому же, я тебя обеспечу всем необходимым. Кроме подгузников, не поняла, что это. Выделим вам с Каюшкой крыло отдельное... — драконо-мамка мечтательно прикрыла глаза, уплывая в свои мечтания и планы на мою, между прочим, жизнь.

— Эээ, нет! — решительно воскликнула я. — Это, что за безобразие?! Я так не хочу! Хочу официальное свидетельство о рождении, социальные пособия, маткапитал, там. Вот! На Землю хочу!

— Это в тебе говорят гормоны, милочка. — резко пришла в себя королева. — Я, вон, двоих вырастила! Дважды была на твоём месте. Такого творила... — хохотнув она, уже заговорила более дружелюбно. — А как родишь, может, и сходите в свой этот мир, погостить. Куда он денется?

Округлив глаза, я обвела всех присутствующих взглядом. Все усиленно делали вид, что заняты поглощением завтрака, а на деле же прислушивались к нашему разговору.

Пришлось идти на крайние меры.

— Да что ж за жизнь такая? — завопила я в голос, пуская слезу. — Все мне что-то указывают... — хлюпнула носом, — За меня решают! А я, вот, даже сидеть не могу нормально! Поясницу ломит, голова кружится, перед глазами плывёт... Домой хочу! Пузо скоро на глаза будет лезть, а я так и не побываю дома-аааа... — протянула я, глотая слёзы.

Кайден, сбитый с толку, заметался вместе со стулом около меня. Драконо-братья, к моему величайшему счастью, стали переубеждать мать, мотивируя тем, что такую меня они не вынесут и месяца.

— Хорошо! — сдалась королева. — Но только через неделю! Понятно? — злобно прошипела она. — К нам вернётесь, отказа не приму. А мы за это время обустроим детскую... — вновь мечтательная улыбка преобразила её лицо.

Я чуть не захлопала в ладоши от радости, забыв подыгрывать.

— Спасибо. — в последний раз шмыгнув носом, я упала Кайдену на грудь, позволяя обнять себя и гладить по волосам. — Простите, не знаю, что на меня нашло...

— Ничего, милая. — сочувствующе произнесла Мэрелин, — Это все гормоны. Ты, главное, не нервничай.

Не нервничать... Как же...