Глава 84

Отец стремительно несётся к Аарону.

- Ты кем себя возомнил, раз пытаешься разлучить и поссорить дочку с нами, её родителями?! - кричит он во всё горло.

Мне стало страшно по двум причинам: во-первых, из-за риска возможной драки, а во-вторых, за всё то время, что мы здесь, это самая крупная вспышка гнева у папы. До этого была лишь тихая пассивная агрессия.

Неприятно ощущать в воздухе такие злые энергетические волны.

- Это вы кем себя возомнили, раз позволяете себе относиться к нашему с Фелицией священному браку, как к какой-то вещи, с помощью которой вы сможете добиться успеха в личных коварных планах?! - в тон ему отвечает Аарон.

Стоя напротив, папа всё же старался держать небольшое расстояние между ними, но после слов моего мужа шумно выдохнул и попытался сделать резкий шаг вперёд, но его остановила мама, а я в этот же момент схватила Аарона за предплечье, готовясь в любую секунду либо сдерживать его от ответного шага, либо защищать от собственного отца.

- Хватит, Лиордан! Нам всем необходимо успокоиться! - строго проговорила мама.

- Нет-нет, дорогая, подожди, - не сводя прищуренного взгляда с Аарона, проговорил папа и, повышая голос, снова обратился к моему мужу: - Коварные планы?!! Это ты про мир в Веретéе, нашем королевстве, так говоришь??

- Про ваше желание услышать извинения со стороны Благого Двора!

В этот момент по лестнице быстро сбегают Дрейвэн и Тайринн, оба выглядят испуганными.

- Что здесь происходит?? - удивлённо восклицает сестра. - Ваши крики слышно на весь дворец!

Но её голос утонул в очередной эмоциональной реплике нашего отца.

- Конечно я их жду! Ты знаешь как страдали фэйрийцы на этой территории? И эти страдания всё никак не прекратятся! Уже почти два столетия, Аарон! Сто семьдесят два года прошло с того дня, как наша прекрасная Веретéя поделилась на два Двора.

- Ну да, конечно! - закатив глаза, фыркнул Аарон. - Вам настолько было жалко всех, что письмо в Благой Двор написали не вы, а ваш сын! Я же так и вижу, как из вас сочится жалость. Вы такой сострадательный! - Он с наигранной проникновенностью кладёт ладонь себе на сердце.

- Аарон, прошу, успокойся.. - шепчу ему я.

Он переводит свои тёмные от негативных эмоций глаза на меня и, замечая мой страх, спустя пару секунд тихо выдыхает. Его горячие губы опускаются на мой лоб в мягком поцелуе, а ладонь нежно ложится на руку, которая всё ещё сжимала его предплечье.

- Да, это правда, что ту сферу с письмом тайно от нас с матерью отправил Дрейвэн! Перед этим он "записал" один из текстов многочисленных писем, попросив меня вслух прочитать его, поэтому вы и слышали в послании мой голос. Но кто же был автором этих самых писем? - Папа приподнимает брови и разводит руки в стороны. - Правильно, это я! Уже в первый год твоего правления я писал тебе, Аарон, письма! Хотел наконец отдать земли, которые нам не принадлежат, но ты молчал! Не хотел избавить всех нас от той жестокой участи, что уготовил для нас твой предок!

- Что? - растерялся Аарон. - Погодите, я ничего не понимаю.. Никаких писем я никогда от вас не получал! - Он напряжённо нахмурил брови, а после неожиданно рассмеялся.

Мы все с недоумением уставились на него.

- Может хватит лгать? - изогнув бровь, вздохнул он. - Хорошая попытка, но я не поверил. Куда же эти письма, если следовать вашей легенде, делись?

Папа гневно поджал губы.

А меня осенила догадка.

- Дорогой, послушай, а что если эти письма кто-то перехватывал, м-м-м? - легонько поглаживая его по руке, осторожно предположила я. - Вдруг этот... кто-то узнал про папины планы и решил ему помешать, не делая возрождения Веретéи?

Мой муж хоть и взглянул на меня с откровенным скептицизмом, но всё же задумался.

- Сразу видно, кто в их браке обладает умом.. - повернув голову к маме, негромко пробормотал папа. Его слова было прекрасно слышно и всем нам тоже. - Наша девочка. Вся в нас пошла.

Аарон смерил насмешливым взглядом моего папу, но решил никак не комментировать его слова. Язвительный комментарий так и крутился на его языке, я прямо чувствовала это.

- Хорошо, Фелиция. Ты права, такая вероятность может быть, - кивнул он. - Но даже если твоя догадка - это правда, то во всех своих страданиях виноваты они сами! - Его взгляд перешёл на родителей. - Разве нет? Эта часть народа, которая по вашим словам так сильно страдает аж по сей день, пошла против правления моего прадедушки, решив примкнуть к Рейссарну и вместе с ним захватить власть! Поэтому теперь даже не пытайтесь выставлять из себя жертв.

- Что? - теперь очередь папы удивляться. Он переглянулся с мамой, которая пребывала в таком же состоянии. - Никто и не желал захватить власть. Ты о чём?

- Да что вы? Никто не желал? - хохотнул Аарон и в следующую секунду сквозь зубы гневно проговорил: - А разве не Рейссарн убивал всех, кто становился на его пути по достижению власти? Он и его приспешники! Вскоре они и захватили эти земли. Мой прадедушка был очень сострадательным мужчиной и не хотел кровопролития, поэтому сначала попытался договориться мирным путём, но Рейссарн и слушать отказывался, из-за чего прадедушка решил всё так и оставить, молча отдавая территорию без какого-либо боя.

Тоже самое рассказывала мне Мелисса, но, честно говоря, эта история ещё тогда показалась мне... странной. Может, так и есть? Нам солгали?

- Прекрати говорить такие ужасные вещи о моём отце! - рявкнул папа. - Он никогда не проливал чьей-либо крови! Слышишь? Никогда!

- Папа, но это именно то, о чём нам рассказывали все эти годы.. - осторожно вклинилась я.

- Нет.. - шокированно выдохнул. - Доченька, только не говори, что и ты в это поверила! Фелиция! Это же твой дедушка!

- Ну во-первых, откуда мне было про это знать, а во-вторых, я с ним лично не виделась, - растерянно развожу руки в стороны.

Папа с грустью качает головой.

- Всё понятно, - задумчиво кивает мама. - У нас с вами разная правда... но зерно настоящей истины имеет только одна. - Её взгляд устремляется к Тайринн, что неуверенно топталась рядом с таким же Дрейвэном. - Милая, принеси-ка нам ту самую сферу.

Сестра кивнула и быстро зашагала к лестнице.

- Это всё ты виноват... - глядя со злостью на Аарона, прошипел папа. - Именно ты вселил в её голову такие мысли про родного дедушку. Ты и все твои родные. - Он тяжело вздохнул и, уставившись в потолок, провёл рукой по затылку. - Ну почему, Тиерна, почему моя дочь не нашлась раньше и не познакомилась с Люккаилом? Он был бы таким замечательным мужем! Мы бы стали с ним настоящей крепкой семьёй! Фелиция так сильно ошиблась и даже не понимает этого... Моя прекрасная девочка. - Отец снова вздохнул и перевёл взгляд на меня.

Аарон напрягся и прежде чем он ему ответил это сделала я.

- Хватит, папа, - нахмурившись, жёстко отчеканила. - Ты переходишь границы. Никто не смеет говорить такие вещи про моего мужа, ты его совсем не знаешь.

- В тебе говорят не чувства, а истинная связь, как же ты этого не понимаешь, - отчаянно закачал он головой.

- Нет! Я выбрала его задолго до того, как стало обо всём известно! - Во мне не на шутку кипел гнев. - Аарон - это самый лучший мужчина, которого я когда-либо знала. Он невероятный муж для меня и замечательный отец для нашей дочери. И если бы мне дали выбор: короткое мгновение рядом с ним или долгая жизнь с кем-то другим... то я снова и снова выбирала бы его. Без него моя жизнь - это просто серая и бесполезная реальность. Поэтому, если хочешь сохранить со мной хорошие отношения, то ты больше не будешь поднимать эту тему, папа. Сравнивать моего честного и благородного мужа с этим наглым мерзавцем Люком - огромное оскорбление.

- Ты просто не узнала Люка получше! Поверь, он бы тебе понр...

- Хватит, Лиордан! - строго прикрикнула мама и дёрнула его за руку, чтобы развернуть к себе. Угрожающе выставив указательный палец, она медленно проговорила: - Мы не будем опять терять нашу дочь, а тем более из-за разговоров о каком-то там Люке, ты меня услышал? Она любит другого, смирись с этим и лучше сконцентрируй свою энергию не на отговорках для Фелиции, а на том, чтобы лучше узнать нашего зятя.

Папа долгие секунды смотрел на маму, после чего мельком, с прищуром взглянул на Аарона, потом более мягче на меня, и снова вернулся к своей жене. Он медленно, будто с неохотой кивнул.

- Вот и славно! - довольно улыбнулась мама.

Краем глаза я заметила, с какой счастливой широкой улыбкой стоял мой любимый негодяй, поэтому повернулась к нему лицом, чтобы в очередной раз утонуть в лесной зелени его глаз. Ему явно очень понравилась моя речь.

- Тем более, папа, поверь мне на слово, что когда придёт время, то ты очень сильно разочаруешься в Люке. Вот увидишь, - скрестив руки на груди, хмуро проговорил Дрейвэн, что до этого момента стоял совершенно молча.

Отец удивился от его слов, но не успел что-либо сказать, ведь в помещение вернулась взволнованная и запыханная Тайринн.

В её руках была точно такая же сфера, какую Дрейвэн посылал нам. Она передала её родителям.

- Что там? - интересуюсь.

- Я изобретала свои сферы так, чтобы через них можно было не только передать какое-либо известие, а чтобы в них можно было поместить воспоминание. Это было нелегко, учитывая ту малую часть магической энергии, что мне дали, - приглаживая свои косички в волосах, начала рассказывать Тайринн. - И вот, как-то раз папа захотел поместить в них парочку своих самых важных или любимых воспоминаний про дедушку Рэйссарна, ведь боялся, что со временем его образ начнёт медленно терять свою чёткость и краски. Мне эта идея понравилась, ведь просматривать эти воспоминания сможет любой желающий. К тому же это была идеальная возможность впервые использовать на практике это изобретение.

- У отца была редкая способность - видеть собственные воспоминания так, будто он снова в них находится, и воспроизводить их наружу. Для этого он не входил в какое-то особенное состояние - папа, словно по щелчку пальцев, мог начать показывать тебе что-то такое, участником чего был он сам. Это было так легко и просто для него... Его память будто «просыпалась» и проявлялась в виде полупрозрачных сцен перед ним. И повторюсь, что отец не показывал это напрямую в голову другому фэйри - он создавал именно внешнюю иллюзию.

- Как необычно.. - удивилась я.

На мгновение я уже успела была подумать, что способность дедушки Рэйссарна похожа на ту, что между мной и Аароном, но, как выяснилось, нет. Это совершенно разные вещи. Мы с Аароном можем показывать свои воспоминания и делиться прожитыми в тот момент чувствами только между друг другом, а дедушка мало того, что мог показать события своей жизни остальным, так ещё и воспроизводил их в иллюзию вокруг.

До чего же невероятен наш мир...

- Воспоминания мы можем посмотреть как в маленьком формате, то есть непосредственно в самой сфере, а ещё есть возможность, легонько нажав на её тонкую поверхность, расширить воспоминания на всю площадь помещения, - продолжала объянение Тайринн.

Она кивнула родителям и мама осторожно нажала на сферу, внутри которой сияли яркие краски воспоминаний. Серое пространство помещения сменилось на полупрозрачные улицы нашего королевства ещё до его разделения. С того момента мало что изменилось вокруг: всё те же дома, всё те же фэйрийцы. Единственной необычной деталью оказалось то, что весь народ был вместе, и отсутствовал барьер.

- Видишь, сынок, когда-то мы были одним целым, - мягким спокойным голосом заговорил неизвестный мне мужчина. - Тогда нас с твоей мамой ещё не считали наглыми бунтарями, что решили урвать кусок власти. А вот сейчас мы в глазах Благого Двора именно такие..

Я невольно вздрогнула, ведь до этого момента чужие глаза, благодаря которым мы и видели это воспоминание, смотрели по сторонам, пытаясь как можно лучше рассмотреть Веретéю до разделения, поэтому для меня стало неожиданностью так резко услышать чей-то голос.

- Но это же не правда! - в гневе воскликнул совсем молодой паренёк, который и являлся моим папой.

Его лица мы не видели, только слышали голос и наблюдали куда он смотрит.

Он поднял глаза вверх, на Рэйссарна. Взрослый крепкий мужчина с красивой смуглой кожей, которому уже явно было больше двухста лет, лишь усмехнулся в ответ на эмоции сына. Папа как-то раз упоминал, что внешностью он пошёл в свою мать, а теперь я имела возможность лично в этом убедиться.

- Это не правда... - тихим эхом повторил он и с глубокой печалью огляделся вокруг. - Но в эту неправду все поверили. И виноват в этом Правитель Иóрдан, именно он меня оклеветал.

- Но почему? Разве ты его обидел чем-то?

- Я его обидел одним лишь своим присутствием, - едва заметно улыбнулся Рэйссарн, но во всём его виде не было и капли веселья. - Всё началось с того, что я имел достаточно большое уважение среди народа. Наша семья всегда была обеспеченой и находилась среди соответствующих высокопоставленных фэйрийцев - то есть на вершине. И пока все они крутили носом от простого народа, то я наоборот любил проводить среди них время, всячески помогать и просто интересоваться их жизнью. Те богатые персоны любили шутить надо мной из-за этого, но всё же преимущественно молчали - не хотели связываться со мной. Так и продолжалось ровно до того момента, пока Правитель Иордан, который и так славился своей жестокостью и безразличием к чужим жизням, не начал вводить абсурдные правила и законы для фэйрийцев. Но они касались не тех, кто сидит рядом с ним на верхушке, а для тех, кто жил, как они говорили, "под ногами". И я этому, конечно, возмутился.

- А что это были за правила и законы?

- Их было достаточно много, не буду перечислять, но все они так или иначе ухудшали качество жизни фэйрийцев. Цены становились выше, а качество продуктов значительно снижалось, ведь Иордан решил отдавать народу те фрукты и овощи со своего стола, что уже медленно портились, вместо тех свежих и сочных, что растут на грядках. Также ограничил для них количество зерна. Всё самое лучшее везли во дворец, а простому народу доставались одни лишь крошки. Тех, кто осмеливался возразить, либо бросали в темницу, либо убивали на глазах у всех.

- А ты?! - охнул подросток. - Ты сидел в темнице?

- Какой ты нетерпеливый, - посмеялся Рэйссарн и мягко взъерошил волосы сына. - Подожди, сейчас расскажу. Как уже было сказано, я возмутился. Но всё же своё место я знал, а также мне было известно про характер Правителя. Действовать нужно было осторожно. По крайней мере, для начала. Тайно снабжая народ продуктами со своего стола, я вёл разговоры с Иорданом, пытался его вразумить, но тот и слушать меня отказывался.

Локация меняется - теперь мы в нашем с Аарном Тронном зале, здесь почти ничего не изменилось, если не считать того, что на троне гордо сидит худощавый мужчина, который уже больше напоминал морщинистого дедушку. Выглядит благородно, но глаза злые.

- В этот день, прямо на очередном празднике, все узнали про мою помощь народу. Все те высокопоставленный фэйрийцы были на стороне Иордана, поэтому, узнав такую информацию, сразу же ему обо всём доложили. Правителю это не понравилось и он решил для начала бросить мне предупреждение с приказом прекратить подобную деятельность, если я не хочу оказаться в темнице или же и вовсе лишиться жизни. Мне оставалось лишь поклониться и молча покинуть зал. Обговорив всю эту ситуацию с твоей мамой, мы приняли решение продолжать бороться.

- И всё же вам с мамой, наверное, было очень страшно, да?

Рэйссарн вздохнул.

- Страшно. Конечно, страшно, - кивнул головой. - На кону стояло слишком многое, вплоть до наших жизней, но разве мы могли себе позволить опустить руки? Да ещё и тогда, когда Иордан вместе со своими приспешниками начали активно подавлять часть народа. И эта часть в основном обладала либо таким же смуглым цветом кожи, как у меня, либо более тёмным. Правитель всегда считал, что природа ошиблась, создавая такую кожу, якобы только светлая является истиной для фэйри. И он никогда не скрывал подобного глупого мнения от меня, а наоборот всячески пытался уколоть, вызвать негативные эмоции с моей стороны. Но до некоторого момента Иордан не решался как-либо действовать. Возможно, его подстегнуло желание показать моё место.

- Начали подавлять? Как именно?

- Унижали. Пытались всем вокруг донести ту мысль, что их цвет кожи, - это ошибка природы. И даже начали высмеивать. Я долго это не терпел и отправился к Правителю, а тот, похоже, уже ждал меня. С наигранно заинтересованым выражением лица он, как и его приспешники, спокойно выслушал моё недовольство, а после резко закричал: "Стражники! Схватить этого бунтовщика! Он осмелился перечить мне, да ещё и продолжил кормить народ со своих средств, хотя я ему запретил!". Так я и оказался в темнице.

Мой папа гневно топнул ногой.

- Не могу в это поверить! А мама? Её тоже схватили и привели в темницу?

- Хотели. Да не успели, - ухмыльнулся. - Мы знали, что такой вариант развития событий вполне реален, поэтому договорились, что она дождётся меня вне нашего дома. Но я не пришёл. Всем стало известно про мой выговор. И твоя храбрая мама вместе с нашей подругой Катриной отправилась собирать неравнодушных фэйрийцев, чтобы устроить настоящий бунт против Правителя Иордана. В ответ на это он разозлился. И очень сильно. Такого гнева и ненависти с его стороны я ещё никогда не видел. И всё это было обращено на меня. Иордан не мог понять, почему же меня так любит народ и почему они из-за моего заключения в темнице, рискуя своей же жизнью, так открыто выступают против него, их Правителя. Его не на шутку раздражал мой авторитет. Пользуясь хаосом вокруг, я едва смог сбежать и присоединился к остальным.

- Какой кошмар... - прошептал его сын. - И что же вы делали дальше?

- Иордан всё кричал, что я хочу захватить власть, и это единственная причина моей доброты и заботы о народе. За это он собирался меня убить. Нам необходимо было действовать быстро, ведь оружия было не так много, а бойцы Правителя готовились к атаке. Сначала мы с твоей мамой и Катриной пытались вести мирные переговоры, хотели донести нашу позицию, рассказать о том, насколько тяжело стало жить. Иордан был глухим к нашим словам. Он просто не хотел нас слушать. И тогда, в порыве гнева, я решил захватить часть территории Веретеи, то есть этой, где мы сейчас живём. Некоторые, преимущественно тёмнокожие фэйри, поддержали меня и отправились следом, ведь понимали, что жить в тех условиях, которые создал наш Правитель просто невозможно. Остальные же, хоть и были на нашей стороне, побоялись отправляться в неизвестность и просто покорно опустили головы, вернувшись в свои дома. Я их не винил.

- Но они же струсили!

- За их спинами были целые семьи, сынок, они должны были думать и про их благополучие тоже. Не осуждай этих несчастных, думаешь им было легко? Сомневаюсь. Никому не было. Это мы с твоей мамой могли рисковать, ведь у нас не было, что терять, кроме друг друга. Ты же появился позже. И скажу тебе честно, Лиордан, я не знаю, как поступал бы в те времена, будь ты с нами. Я тоже мог опустить голову и мне не стыдно в этом признаться.

Мой папа неловко сжался, но Рэйссарн лишь хмыкнул и мягко похлопал его по плечу.

- Когда-нибудь ты поймёшь, - пробормотал он. - Так вот, Иордану было только на руку тот факт, что мы захватили половину земель. Он достаточно быстро сделал между нами барьер и с помощью Священного Камня и своего придворного мага забрал с этой территории всю магию. Правитель был готов пожертвовать частью земель ради безжалостного эксперимента над ними, ведь по его мнению это было весьма интересно: как же будут выживать фэйри без поддержки магии и природы?

- Но как вы узнали о том, что это его рук дело? Ладно, с барьером всё ясно, а про магию?

- Он сам со злобной усмешкой об этом сказал, - пожал плечами. - Просто явился сюда в один из дней, с чем ему помог всё тот же маг, и обо всём рассказал. А потом произошло то, чего я никак не ожидал. - Он сделал глубокий вдох и на какое-то время замолчал. - Среди нас тоже были маги, в том числе и Катрина. Она была по сравнению со мной и твоей мамой достаточно молодой, но очень умной, многое знала и умела. Она, благодаря магическому артефакту, который после одного использования сразу же сломался, первая научилась делать дыру в барьере рядом со Священным Камнем, поэтому у нас появилась возможность узнать обстановку у Благого Двора, как они себя и назвали. Таким образом мы узнали, что светлые фэйри поддались влиянию Иордана и теперь всех нас, а особенно меня, считали наглыми бунтовщиками и предателями своего государства.

- Может, они соврали? Притворились?

- К сожалению, нет, - медленно покачал головой. - Они искренне в это поверили. Мне было очень неприятно. Я так старался для блага всех нас, боролся за нашу свободу и комфортную жизнь... а получил нож в спину. Да и не только я, все мы, кто перешёл на эту сторону. На сторону Неблагого Двора.

И на этом воспоминание закончилось. Всё вернулось на круги своя.

- Ничего не понимаю... - хрипло произношу. - Как же так?.. Неужели это правда? Аарон? - Я повернулась к нему, желая увидеть ответ на свой вопрос, но он был таким же растерянным, как и я.

- Не знаю, Фелиция... Я уже ничего не знаю... - прошептал он мне в ответ.

- Нам стёрли память, - резко проговорил Исаак. Мы обратили на него внимание, но он с бледным лицом смотрел в одну точку на полу, отчеканивая: - Нам. Стёрли. Память.

Он пошатнулся и мы с Аароном мгновенно подбежали к нему, поддерживая за руки с двух сторон.

- Что ты имеешь ввиду? - хмурится мой муж.

- Наши воспоминания про Рэйссарна и все эти события с бунтом просто стёрли! Они использовали древнюю тёмную магию. Ту, которая считается запрещённой. Мы все в один момент будто "проснулись" и оказались в новой реальности, про которую в красках рассказал Иордан. Он со своим придворным магом перешил наши воспоминания! Убрал лишние и добавил выгодные! Это они создали в наших головах образ Рэйссарна и его приспешников, как каких-то коварных предателей!

- Так вы ни в чём не виноваты?... - шепчет папа.

- Но как... как ты это понял? Как вспомнил? - недоумённо интересуюсь у Исаака.

- Как я уже сказал, это тёмная магия, которая чуть ли не выжгла в нашей памяти некоторые воспоминания, словно сухую траву, и подобное, тем же магическим путём, никак не изменить. Это путь в один конец. Но, судя по всему, выход есть: стоит увидеть правду своими глазами, тогда и возвращаются потерянные воспоминания. Это невероятно! В те времена Иордану и магу было не о чём волноваться, ведь у них не было гениальной Тайринн, без изобретения которой вернуть этот кусочек всей картины не получилось бы.

Сестра хоть и была шокирована всеми этими новостями, но от комплимента Исаака засмущаться всё же смогла.

- Так вот зачем я как-то раз сюда тайно отправлялся! - снова воскликнул наставник. - Я нашёл в теперь уже своей библиотеке блокнот с записями того самого мага. Они показались мне странными и поэтому я, движемый любопытством, решил его отыскать. Как выяснилось, он покинул наш Двор и присоединился к Неблагому, поэтому пришлось отправится сюда, что не было для меня проблемой благодаря тем же артефактам, которых у меня было много, но сам мужчина уже отправился в вечность. Здесь я и узнал всю правду. Я собирался открыть глаза всему Благому Двору, но стоило только вернуться, как меня схватили стражники и повели к сыну Иордана, который занял место отца на троне. Он понял, что я всё знаю, и опять стёр мне память! Кошмар! Я, конечно, понимаю, что меня могли и убить, что было бы более плохим исходом, да вот только Правитель не мог, ведь после разделения народа среди нас стали реже рождаться дети с магией, а я был очень выгодным союзником, но как же неприятно осознавать, что в моей голове, как у бездушной куклы, так нагло копались, убирая мои воспоминания. Лишая меня их. И тепер внутри такое странное послевкусие после правды, будто без неё определённый период моей жизни был... фальшивкой.

Вальтес хмуро поджал губы и в поддержке положил руку ему на плечо.

- То есть этот маг был здесь? - спрашивает здоровяк.

- Да, это правда, - кивнула мама. - После того, как он лишился своей магии, мужчина хоть и мог продолжать жить в Благом Дворе, но всё же решил его покинуть. Его терзала совесть за то, что он сделал со всеми нами, поэтому, используя артефакт, маг пришёл с просьбой принять его. Он попросил прощения и заявил, что хочет нести бремя этой жизни вместе. Мы не стали ему отказывать. Приняли и простили. К слову, он здесь смог даже построить семью, поэтому Люккаил его внук.

- И здесь без него не обошлось, - закатив глаза, недовольно пробормотала себе под нос.

- А мне его было не жаль, - хмыкнул папа. - Потерял свою магию? Так ему и надо. Заслужил. Как и мерзавец Иордан - сдох именно так, как заслужил.

Аарон изогнул бровь.

- Он же умер своей смертью, что в этом необычного?

Отец смерил его удивлённым взглядом.

- Нет, Аарон.. - осторожно вмешался Исаак. - Нам и тут солгали. После разделения королевства твой прадед осознал, что ему мало власти над этой ситуацией и зажелал себе силу мага, у которого помимо своей магии была заключена в сосуде ещё и та сила, что забрали с этих земель. Иордан, используя древний магический текст лишил его магии, впитав её в себя. Но и здесь ему было мало. Он попытался забрать из сосуда силу земли, но не выдержал этой мощи... и буквально разорвался на куски. Свидетелем этого стал его не менее гнусный сын, то есть твой дедушка, который впоследствии сел на трон. После увиденного он держался ещё много лет, но это сильно его подкосило, стало для него травмой. Поэтому твой дед покончил с жизнью, отправился в вечность раньше времени.

- Я... я даже не знаю, что сказать, - шокировано выдохнул Аарон. - Про деда нам было известно, кроме причины такого поступка, а вот про Иордана... - Он медленно покачал головой и перевёл взгляд на моего папу. - Скажите честно, это вы отравили моего отца?

- Что? - удивился он и переглянулся с мамой. - Зачем мне это?

- Не знаю. - Его взгляд был напряжённым. - Может, ради мести? Или из-за злости, что продолжает гореть в душе?

- Послушай, - тихо вздохнул папа и провёл ладонью по лицу, - я знаю, что наши с тобой взаимоотношения не самые гладкие. Твоё впечатление обо мне тоже не самое лучшее... в принципе, как и моё о тебе. Но я клянусь, что смерть твоего отца, - это не моих рук дело. И вообще ни кого из тех, кто здесь присутствует. Да, я продолжаю злиться, но так подло, из безопасного укрытия кого-то травить я бы не стал. Хотел бы отомстить, то взял бы меч.

Повисла тишина.

Аарон внимательно всматривался в его глаза и в итоге неспешно кивнул. Значит, поверил.

Одного взгляда на моего мужа было достаточно, чтобы понять, насколько сильно он хочет сейчас уйти отсюда, поэтому я мягко взяла его за руку и молча вывела из помещения.