Глава 22

— Не знаю и знать не хочу! — кладу руки на мужскую грудь и отталкиваю от себя. Хотела ещё на конец крикнуть «Извращенец», но повторяться не люблю. Разворачиваюсь, чтобы с видом обиженной холодной королевы уйти, но с чем-то сталкиваюсь. Это «что-то» или «кто-то» плюхается на землю. Я смотрю вниз и...

— Оу, малыш! — вырывается из губ. Сажусь на корточки и помогаю мальчишке встать. Такой маленький, пухленький и миленький. С красными от слёз глазами и ужасно пышными щечками, которые так и кричат «Потискай нас, Наын~а». — Малыш, почему ты тут?

От моего вопроса мальчик начинает ещё сильнее плакать, отчего все посетители странно начинают коситься.

— Ну не плачь, сладенький! — отряхиваю его грязные джинсы от пыли и смотрю в глаза. Напуганный маленький малыш... Вот бы забрать тебя к себе и растить. Растить. Растить... Аащщ, ну что за милаш? — Ты потеряшка, да?

Мальчик кивает.

Аттракцион большой. Странно было бы, если тут кто-то не потерялся. Скорее всего сбежал от мамы.

— Давай сдадим его в «Бюро находок»? — предлагает О, глядя на нас свысока с невозмутимым видом, а когда я смотрю на него, типа «ты-придурок-или-да», фыркает и отворачивается. — Ну потеряшка ведь.

— Твоя мама тут, да? — мальчик произносит еле слышное «да». Ну, значит быстро найдём. — Залезай-ка на плечи злому дяде и мы отведём тебя к маме! — ласково говорю я, подхватывая мальчишку на руки и подходя к Сехуну. — На, бери его и пошли!

От моего приказного тона парень расплывается в ухмылке.

— А я должен?

— Он же потерял маму! Мы должны её быстрее найти, а для этого ему нужен обзор свысока! — начала объяснять, хотя он сам прекрасно знал, зачем я его прошу. Просто лень у парня развита больше, чем совесть. — Пожалуйста, Сехун, он тяжелый, а ты сильный... и мужественный! — от безвыходности начинаю молоть какую-то "комплиментарную" чушь. Думала, не сработает, но блондин забрал у меня малыша и посадил на широкие плечи. — О, круто! — обрадовалась, когда увидела, как мальчик ухватился за волосы братца, дабы не упасть.

— Ты должна будешь отблагодарить меня. — улыбается он. Как-то слишком по-дьявольски. Хм-м... Не нравится мне это...

— Эй, ты там! — О запрокидывает голову. — Не смей пускать слюни и сопли на мои волосы, понял?

— Дядя, я не буду. Клянусь! — парниша мотает головой в знак отрицания.

— Идиот, не пугай ребёнка! — я небольно бью парня в живот и выдвигаюсь вперёд. — Малыш, скажи, когда увидишь свою маму. А ты, идиот, — обращаюсь к ленивому О с какой-то ответсвенностью за этого ребёнка, но когда вижу его растрепанные волосы, как у ежа, начинаю смеяться.

— Только не говори, что он что-то сделал с моими волосами... — проговаривает он точно так же, как и «Только не говори, что завтра Апокалипсис?»

— Нет-нет, что ты! Они именно такие, какие и должны быть! — натягиваю серьезную мину на лицо и облегченно вздыхаю, когда он смотрит в сторону. Повёлся, ежик!

Мы проходим несколько кругов вокруг аттракциона, но каждый раз останавливаемся на словах мальчишки «Её тут нет».

— Мальчик, а она точно тут? — спрашивает Сехун, обходя карусели.

— Она точно тут! — кивает. — Мама сказала мне не отходить от женского туалета, пока она не выйдет. Я увидел кота и погнался за ним... он исчез, как и мама... — парнишка начал быстро дышать. Обычно так делают, когда хотят сдержать слёзы.

— Так, всё! — неожиданно выкрикивает парень, за долю секунды ставя его на твердую землю. Мне становится страшно за малыша, ведь Сехун не особо блещет добротой и любовью к детям. Он... Он же не хочет его побить?! Только я хочу оттолкнуть О от мальчишки, как он садится на корточки и хватает того за маленькие плечи. — Как тебя зовут ты сказал?

— М-меня зовут Джо!

— Так вот, Джо, настоящие парни никогда не плачут! Даже когда больно, даже когда невыносимо они сдерживают себя, потому что плачут только бабы, понял? Ты настоящий мужик или же баба, как Наын? — говорит так уверенно, спокойно, реально круто, пока не произносит последнюю фразу. Сехун, у тебя привычка такая, да - все портить одним словом?

— Я... Я мужик! — покусывает губу и слегка приподнимает сжатый кулак над головой. — Я мужик!

Эх, вы... "мужики"...

— Джо! — резко раздаётся вдалеке. Мы все оборачиваемся на бегущую женщину, которая тут же подхватывает сына на руки и начинает целовать. — Джо, я же сказала тебе ждать! Почему ты убежал?! Я так за тебя волновалась. Больше так не делай! — пролепетала она, но заметив нас, заметно поморщилась. — Да как вам не стыдно, молодежь, детей обижать?!

— Нет, мама, они меня не обижали! — заступился Джо, но мать лишь провела ладонью по черным волосам и вульяжно развернулась, что-то бормоча себе под нос.

— Вот тебе и «спасибо»! — наигранно кашляю я.

— Кстати, ты не забыла? — Сехун хватает меня за локоть и тянет к главным воротам, откуда показывается великолепный вид на ночной Майами. Я видела это место на фотографиях, но и подумать не могла, что в реальности там настолько красиво! Неописуемая красота. Будто бы разноцветные лампочки в темноте. Блестят вышки, неподалёку проплывает судно, а где-то соревнуются машины, освещая светом фар и необычным дымовым паром всю проезжую часть.

— Забыла что? — смотрю на блондина, который, как и я, смотрит на пейзаж, спрятав руки в карманах джинс.

— Это наш последний день тут.

— Такое разве забудешь? — хмыкаю, доставая телефон из кармана. Первый час ночи. Одно смс от Чонина - «Наын, ты где? Прости, что нашу сегодняшнею встречу прошлось перенести. Отец вернулся. Он был в бешенстве, узнав, что я возложил всю ответственность на секретаря. Пришлось остаться. Мне очень жаль. Если ты сейчас одна, позвони мне, я освободился. Давай сходим куда-нибудь? Знаю, уже поздно, но я так хочу с тобой прогуляться по ночному городу...»

Набираю ответ скрытно от Сехуна, чтобы он не закатывал истерик. Надоело с ним ссориться.

«Кай, прости, но у меня не получится. Правда, мне жаль. Сехун заказал билеты нам на завтра, поэтому скоро увидимся. Спокойной ночи.»

— Хочешь мороженое? — любезно спрашивает О.

— Хочу!

— Тогда иди и купи! — он достаёт из кармана деньги и протягивает мне. — Лёд. Фруктовый. Иди.

Как мило с вашей стороны. Я таю от вашей «джентельментности», как и это мороженое...

Недовольно хватаю деньги и направляюсь к ларьку с мороженым, оставляя парня далеко позади. Выбор оказывается слишком велик, а соблазн еще выше, поэтому покупаю Се его фруктовый лёд, а себе фруктовый лёд... малиновое мороженое, «Сладкую жизнь», шоколадный батон, ну и конечно ещё половину ларька. Деньги-то не мои.

Мне, как человеку, давшему чаевые продавцу (повторюсь: деньги не мои), дарят пакет. Сегодня определенно хороший день! Так я думала, пока не двинулась к Сехуну...

— Да, точно... Да, я один... Хм-м, интересно! Ты пытаешься меня соблазнить, Хёсон?..

Он с кем-то разговаривает по телефону, не замечая, как я подхожу. Хёсон. Соблазнить? Моего Сехуна?

Сердце начинает бешенно стучать в груди, выбивая из колен всю жизнь. Они категорически отказываются меня держать. Но... Я не могу упать тут и разрываться. Почему? Почему я не имею даже плакать при присутствии О? Почему мне ничего нельзя, а ему можно?

Как ты могла, Хёсон? Как ты могла меня предать?.. Вновь. Разве так поступают подруги? Если мы "подруги", почему ты ведёшь себя так? Я одна до сих пор вижу в нас огонёк дружбы!

Сехун... И снова больно... мне одной, которая решила, что всё наладилось. Тупица!

— Вот твоё мороженое, козёл! — швыряю сумку братцу в лицо, отчего его телефон с треском падает на землю, и убегаю.

***

В спешке засовываю вещи в чемодан. Плевать, что забываю большую часть на полу и в шкафу. Не хочу ни на секунду оставаться в этом номере, провонявшем О Сехуном. Ненавижу! Снова я тебе поверила! Снова решила, что ты можешь быть другим! Снова решила, что я для тебя хоть что-нибудь да значу! Я ошибалась насчёт тебя, придурок. Каким ты был, таким ты и остался. Мерзким, холодным и самовлюбленным, плюющим на чувства остальных. Зачем было даже смотреть в мою сторону, если я тебя не интересую? Зачем было целовать, если хочешь дарить те же поцелуи другой? Моей лучшей подруге, черт возьми, для которой я ничего не значу? Поздравляю, вы нашли друг друга! Два эгоистичных человека, которым не нужна любовь. Одна похоть! Ненавижу вас обоих!

— Далеко собралась? — слышится у двери. Явился! Только вот интересно, зачем? Надо было сразу бежать к Хёсон! Она же тебя соблазняет и тебе это нравится. Тебе это интересно. Зачем тебе издеваться надо мной? Неужели такая скучная жизнь, что даже Я могу развеселить самого О?!

— Я спросил, куда ты собралась во второй час ночи?!! — кричит Сехун, когда я, игнорируя его, закрываю на замок чемодан и тащю его в гостиницу. Он хватает меня за запястье и припечатывает к стенке. Ничего, я давно привыкла к тому, что я - тряпка. Можешь обращаться со мной, как хочешь. Я буду впитывать все до того момента, пока кто-то не захочет выжать меня. И тому я тоже позволю, ведь у меня нет чувств, эмоций. Я же не человек, следовательно и боли мне не видать. Я к этому привыкла, Сехун.

— Не смей повышать голос на меня! — срываюсь, пытаясь отпихнуть его от себя, но он не отпускает мои запястия. — Отпусти меня, придурок!

— То, что ты слышала - ложь. Я могу объяснить, если ты перестанешь рыпаться и спокойно дашь мне объясниться! — Спасибо, конечно, Сехун, но не стоит утруждаться. Я всё поняла из того разговора. Не надо тратить на меня своё драгоценное время. Иди ублажай Хёсон. Уверена, она будет вне себя от счастья! — все-таки получается оттолкнуть его. Незамедлительно хватаю ручку чемодана и бегу в холл. Ужасно хочется плакать, но я не предоставлю такой радости тебе, О. Не в этой жизни.

— Наын, перестань вести себя, как ребёнок и выслушай меня! — парень догоняет и становится перед дверью. — Думаешь, стал бы я стоять тут и оправдываться, если бы мне нужна была она?

— Мне глубоко плевать, нужна она тебе или нет. Я поняла одно - тебе не интересна та, что не лежит перед тобой голая в кровати. Следовательно, нас не может ничего связывать. А теперь уйди с дороги. — собрав все остатки смелости, я занесла ладонь над его головой и влепила звонкую пощечину, когда О мотнул головой, отказываясь выпускать меня из квартиры. Потянувшись к ручке двери, я хотела повернуть её влево и навсегда покинуть это помещение, как вдруг блондин больно схватился за мои плечи, впиваясь ногтями в кожу и припечатывая к той самой двери.

Мне не было страшно видеть его таким злым, с красной щекой и убитой гордостью. Мне было больно. Настолько, что его касания обжигали кожу...

«Не делай мне больно, прошу...Я слишком устала от всего этого.»

— Я пытался изо всех сил сохранять спокойствие, потому что знаю тебя. Ты отходчивая. Но это... Это было последней каплей, Наын! Ты меня жуть как бесишь!— Сехун со всей силы ударил кулаком в дверь - прямо рядом с моим лицом - и посмотрел мне в глаза. — Я перед собственным отцом не отчитывался, а перед ней, видите ли, должен?! Не задумывалась, почему? — вопросительно вздернул брови. — Не интересна та, что не лежит передо мной в постели? Тогда объясни мне, пожалуйста, какого чёрта я ещё не взял тебя силой? Думаешь, мне это в тягу? Может, тогда бы мой интерес к тебе пропал и я смог нормально бегать за другими? Такими, как Хёсон, например? Которые больше подходят под мой вкус. Но нет. Вместо этого я тащусь с какой-то малолеткой по аттракционам искать мам потерявшихся детей? Не думаешь, что это слишком много для парня, которому с тобой нужна только одна ночь?— О тяжело вздохнул, смотря куда-то в сторону, и снова ударил дверь, но на этот раз не так сильно. — Ты правда думаешь, что мне нравится Хёсон? Боже упаси! Да меня от таких, как она, тошнит! А по телефону я хотел от неё быстрее избавиться! Сказал, что один только потому, что не мог сказать, что мы вместе. Спросишь, зачем же я с ней целовался? Да из-за тебя, дура! Хотел, чтобы приревновала, но вместо этого ты решила отомстить мне с Каем. Поздравляю, у тебя волшебно получилось! Я был вне себя от злости. Из-за тебя мы с ним чуть не подрались, а я даже не мог толком объяснить, на что я так злюсь! А это снова ты! Ты и только ты, Ким Наын! Если ты и после этого не хочешь меня видеть, можешь уходить. Я всё сказал. — парень отпустил мои плечи, отошёл на несколько шагов, будто это признание высосало из него все силы, и прикрыл глаза рукой. — Чёрт...

Эти слова высосали всю силу не только из него. Я отчетливо понимала, что не могу твердо стоять. Одежда стала противно соприкосаться с кожей, когда весь участок тела покрылся мурашками. А сердце... дыхание... слезы... От них ничего не осталось. Я не слышала ничей стук. Не ощущала, что дышу. Да и солёная жидкость давно засохла на красных щеках...

— Т-тебе правда не нравится Хёсон?.. — сказала я первое и самое тревожное, что было в моей голове. Просто не хотелось молчать после всего вышесказанного.

Сехун, обернувшись, оглядел меня с ног до головы и произнес:— Может, она и красивее женской половины Сеула, но до тебя ей слишком далеко.

Отбросив чемодан в сторону, я подбежала к Сехуну и крепко обняла, утыкаясь носом в шею.

— Почему ты всегда делаешь мне больно? — прошептала я. Сехун обхватил мою талию руками и сильнее прижал к себе, даруя чувство защищенности и доверия.

— Просто стань моей, Наын, и я никогда не сделаю тебе больно...— полушёпотом ответил парень, обжигая горячим дыханием губы и шею. В груди стало странно колоть, и от этого дрожь прошлась по коже.

— Я... Я не могу...

— Нет, можешь. Тебе только нужно довериться мне. Ты ведь доверяешь мне? — он провел ладонью по длине руки вниз, отчего волосы стали дыбом.

— Д-доверяю, но...

— Если доверяешь, не может быть никаких «но». Скажи мне это, Наын... — О начал постепенно целовать шею и ключицы, оставляя после себя мокрый след и запах... запах, который он хочет передать мне. Но я не готова. Нет, слишком рано. Для меня. Но для него это... легко.

— Сказать что? Что ты хочешь от меня услышать?

— Скажи мне «Да».

— Да? — не успеваю это произнести, как Сехун подхватывает меня на руки и несёт в сторону спальни.

Не проходит и секунды, как я оказываюсь прижата к кровати сильным телом О. Он не спеша проводит пальцем по ткани верхней одежды, слегка приподнимая её, и оставляет несколько лёгких поцелуев на плоском животике.

— Я слишком долго ждал этого... — проговаривает Сехун, хватая меня за бедра и немного оттягивая вниз - под себя. Он резко стягивает резинку с моих волос, отчего они тут же рассыпаются по подушке, и утыкается носом в шею. Тяжело дышит. Я же не дышу вовсе. Слишком тяжело.

— Нет, Сехун, это «да» было не утверждением, а вопросом! — пытаясь достучаться до него, хотя внутри все сжимается в тугой узел. Это неправильно! Неправильно потому, что... Почему?..

«Потому что в первый раз? Потому что боишься? Потому что это Сехун - твой сводный брат?»

Не знаю, что из этого...

Мы же останавлись и до этого. Тяжело, но останавливались, потому что кто-то мешал. А теперь никто не помешает... Даже не знаю, радоваться мне или кричать о помощи.

— Мне остановиться? Ты этого хочешь? — вопрос, который застал меня врасплох. Хочу ли я этого? Рано или поздно это произойдет. Не буду же я вечно в девственницах ходить? Так почему бы не с Сехуном, которого я..? До безумия... Но ответить «да» не могу! Это дикое необузданное желание в моём сердце дать ему то, чего он так желает; сделать всё, что он захочет, только бы он не останавливался, и это клеймо «девственница» вовсю воюют между собой. — Понятно, — губы О превращаются в тонкую полоску. Прогнувшийся под его весом матрас начинает возвращаться в первоначальную форму, потому что парень останавливается и слезает с меня. — Надеюсь, причина твоего отказа не я сам, а твое неумение. Скажи, когда будешь готова.

— Нет! — когда он уже хотел встать, я потянула его за плечи, отчего Сехун тут же повалился на кровать, а я, как бы некрасиво это не звучало, оказалась сверху. — Нет, Сехун, не уходи. П-пожалуйста, я х-хочу!

На лице О некоторое время читается искреннее удивление и замешательство, а потом появляется пошлая улыбка. Блондин вдруг переворачивается, чтобы я оказалась прижата к кровати и, наклонившись над ухом, произносит:— Я предпочитаю быть сверху, — кусает ухо, отчего из меня вырывается первый тихий стон. Сехуна это заводит ещё больше. Он припадает к моим губам. Целует, посасывает. На минутку мне кажется, что он меня укусил - на губах ощущается металлический привкус крови. Увидев результат своей агрессивности, он неумело обхватывает мою щеку рукой и проводит языком по нижней губе, извиняясь.

Не в силах больше терпеть, парень стягивает белую футболку через голову и отбрасывает в сторону. В полумраке его тело ещё прекраснее...

Заметив мой пристальный взгляд, прикованный к его груди в ожидании дальнейших действий, он ставит руки по обеим сторонам от моей головы и шепчет в губы: — Не бойся, Наын, я буду настолько нежным, насколько меня хватит...

— Просто сделай это быстро! — жмурю глаза и отворачиваю голову, чтобы он не увидел, как я покраснела от его слов.

— О, нет, малышка... С тех пор, как ты - сумасшедшая и неукратимая мелкая особа появилась в моей жизни, я перестал получать удовольствия от других девушек. Это продолжалось более трёх месяцев. Для меня это о-о-очень долго, понимаешь? — братец дышит мне в шею. Медленно, словно боясь, что я его остановлю, опускает лямку кофточки и касается кожи плеча холодными губами, от которых у меня подкашиваются коленки и плывёт перед глазами.

— Кто же в этом виноват?..

— Та, которая мне безумно нравится. — он бесцеремонно стягивает с меня кофту и некоторое время разглядывает, облизывая губы. Становится ужасно неловко, поэтому я тяну руку к простыни, но парень её перехватывает и заводит над моей головой. — Нет, детка, уже слишком поздно. — Сехун усмехается, видя, как покрывается красными пятнами моё лицо.

— Ты меня дразнишь. Перестань, Сехун!

Он улыбается и ласково накрывает мои губы своими, скользя языком в мой рот. Касается неба и проводит языком по десням, отчего хочется притянуть его сильнее. Не сказать, что мы "соревновались" языками. Нет, ужасное описание того, что происходит. Скорее это было приятное касание чего-то личного...

— Я хочу тебя, Наын... Хочу как ни одну другую девушку... — О скользит рукою по длине шеи, словно вычерчивая узор, и в следующую секунду целует её. Не просто целует... Впивается зубами в кожу, оставляя после себя багровый оттенок и еле ощутимую боль. Не смея сдержать стон, я провожу ногтями по спине парня. Глубоко. Он отдаляется, чтобы набрать в лёгкие побольше воздуха, но не сводит с меня глаз. В его глазах похоть, страсть и никакого контроля, а в моих - голод и желание.

«Хватит! Хватит быть хорошей девочкой, Наын!» - эти мысли движут мною, вынуждая извиваться под сводным братом, как кошка, и мысленно молить о продолжении.

— Ты оставил мне засос?

— Скажи мне это... — парень накрутил мои волосы на свой кулак и больно сжал их, заставляя ахнуть. — Я спрашиваю в последний раз, потому что, если я начну - я не остановлюсь. То «да» было утверждением или же вопросом? — с каждым сказанным словом засосов становится всё больше... и ниже... и напористее... Я уже не могу сдерживать мольбы. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Утверждением...

---

Автор: Да-да, итс ми))) Для тех, кто ждал NC-17 обломинго, ибо я это не пишу ХD, так что ловите рейтинг R. Надеюсь, меня не забьют помидорками #пошлыечитатели. Я всех вас люблю ❤💋 да-да, даже тех, кто пишет слово "проду", которое я презираю <3