22. Сексуален. Богат. Свободен. Знаменит.

POV Агота– Такое клише, Пайпер. Тупорылая Барби.

Даже не знаю, что меня злит больше. Девушка, которая сидит неподалеку на диване или Арон, который испортил послевкусие после проведённой вместе ночи. На мою реплику Пайпер никак не отреагировал, он лишь судорожно вертел в руках свой телефон.

– Это какая-то ошибка. Мы не могли так с тобой проебаться, – Пайпер запустил свои руки себе в волосы и закусил губу.

– Что значит твоё "мы"? Как по мне, то проебался здесь только ты.

– Не умничай, Агота, давай уже избавимся от неё, – он жестом указал на сидящую Кэтрин.

– А зачем? Её сюда прислал Карлос, значит так нужно. Силиконовая долина права, мы и впрямь очень много времени проводили вместе, но всё в порядке, мы ведь друзья, ты должен объявить её своей девушкой или что-то типа такого, – я сказала это очень быстро, чтобы Арон не услышал. Мне хотелось, чтобы он не услышал моё "мы ведь друзья", но он услышал каждое моё слово и поднял свой взгляд. Даже не знаю, как же назвать этот взгляд? Это был взгляд "чё за нахуй". Возможно, вы тоже думаете в ключе "чё за нахуй", почему она так поступает? Если ещё не поняли, то  слушайте: Причина номер 1. Назвав Арона своим другом, я мигом избавляю нас от неловкостей, которые могут возникнуть из-за "вчерашнего". Причина номер 2. Признайся я Арону сейчас в своих чувствах, что если бы он меня отверг? Это бы однозначно испортило бы нам отношения.Я бы хотела быть с Ароном. Мне стало стыдно от подобных мыслей, и я стряхнула голову, чтобы избавиться от таких мыслей. Причина номер 3. Арон Пайпер. Это. Был. Арон. Пайпер. Что если он пудрит мне мозги, а на деле не такой уж хороший и заботливый?Да, так лучше, буду держать расстояние между мной и Ароном. 

– Алло, – Пайпер начал щёлкать перед моим лицом пальцами.

– Что?

– Собирайся на работу, нам пора, – Пайпер произнёс это с раздражённой интонацией. Хвала малышу Иисусу, прежний Пайпер вернулся.

– Кэтрин с нами? – игнорируя раздражённость Пайпера, спокойно спросила я. Это действительно меня беспокоило.

– Точно, – он коротко бросил свой взгляд в её сторону, – проваливай, Кэтрин.

– Но, Арон, мне некуда идти, мы с Карлосом ещё не обговорили этот момент и тем более, тебе же лучше, если бы я оставалась здесь для правдоподобности, – она поместила своё лицо у себя в ладошках, словно ребёнок. Соглашусь, это довольно-таки мило.

– Плевать. Я опаздываю на съёмки. Нас ждёт такси, – он поспешно стал надевать куртку и уставился на меня, – ты идёшь?

– Ты, правда, думаешь, что это хорошая идея пойти на работу вдвоём? Учитывая происходящее. Химическая завивка и вправду выжгла твои последние извилины, – я выдавила из себя кривую ухмылку.

– А ты еврейка?

– Что?

– Что? Я думал, мы тут высказываем всякую ерунду, – Пайпер с пародировал мою дурацкую ухмылку и вышел из дома, а я закатила глаза.

– Эм, – я почесала затылок, – пока что ли?

– Как тебя зовут? – Кэтрин сказала это спокойно, без противной приторности с которой она постоянно говорила с Ароном. Может быть, не всё потеряно?

– Агота.

– Агата? Типично.

– Агота. Через "о".

– Странное имя, – она пожала плечами, а я кивнула, – что между вами с Ароном? Это же не просто так, что ты здесь живешь, и вы так часто бываете вместе...

– Арон – мой друг, – я невольно опустила голову и уставилась на свои ноги, а сердце бешено стучало, – а кем он был тебе?

– Всего лишь источником денег. Менеджер Арона платил мне за наши "отношения", когда его в очередной раз подозревали в отношениях с кем-то, затем мы якобы расставались, и теперь появилась ты. И мы с Ароном снова должны играть в эту игру. Но знаешь, я хочу это исправить. Хочу, чтобы он на самом деле стал моим парнем. Почему нет? Он сексуален. Богат. Свободен. Знаменит.

Небольшая волна ревности накатила на меня. Свободен. Сво-бо-ден. С.в.о.б.о.д.е.н. Это на самом деле было так. Кэтрин права. Мы с Ароном всего лишь друзья.

– Мне пора, до встречи, – мой голос дрогнул, но Кэтрин этого даже не заметила, была увлечена своим телефоном.                                      

                                        —

– Боги, снова она? – Омар забавно скорчил рожицу, что заставило меня засмеяться.

– Она и в самом деле настроена решительно.

– А ты? – Омар отпил от своего кофе, и хитрая ухмылка появилась на его лице.

– А что я? – я прекрасно понимала, к чему он клонит, но он ведь не должен знать о моих чувствах.

– Не строй из себя дурочку. Ты реально отдашь Арона этой девице? Борись, дорогуша, борись за него. Между вами ведь точно что-то есть. Только слепой или глухой этого не заметит.

– Мы всего лишь переспали.

– ВЫ ПЕРЕСПАЛИ?! – кажется, голос Омара звучал так громко, что нас слышали даже в Америке, по крайней мере, вся гримёрка уж точно. Слава небесам Арона не было видно на горизонте.

– Тише ты! – шикнула я.

– И после такого ты хочешь, чтобы его заграбастала какая-то дешёвка с улицы?

Взгляд Омара был очень осудительно-уничтожительным.

– Не такая уж она и дешёвка, её туфли стоят больше, чем весь мой гардероб, – Омар закатил глаза на моё суждение.

Он взял меня за плечи и повернул к зеркалу.

– Кого ты видишь? – он указал на моё отражение.

– Меня.

– И всё? – он почти пропищал это.

– Ну да.

– Кого вижу я?

– Кого видишь ты? – передразнила я его.

– Прекрасную, умную, горячую, юную тебя, – Омар произнёс это с большой любовью в голосе.

Наш разговор становился всё страннее. И всё более мамкинским.

– Ты меня пугаешь, Омар.

– Это ты сама себя пугаешь. Глупыми сомнениями. Почему бы тебе не приодеться, не сделать причёску и макияж сегодня?

– Зачем?

– Ты заслуживаешь этих отношений. Вы оба заслуживаете. Ему нужен кто-то вроде тебя, смекаешь, о чём я, милашка?

– Ты прав, Омар, спасибо тебе, – из груди вырвался тяжёлый вздох, – поможешь мне с выбором нового платья?

Решение бороться за Арона с этой грудастой блондинкой является для меня огромной концентрацией стресса.

– Спрашиваешь. Конечно!                                       

                                           —Ещё немного и тахикардия убьёт меня! Я уже минут пять стою у двери и не могу решиться туда зайти. По словам Омара, я выгляжу просто сногсшибательно. Надеюсь, что это и правда так. Всё.Открываю.

– Какого... –  единственное, что вылетело у меня из уст.

– Почему ты здесь?! – её голос звучал очень враждебно, она быстро начала обратно натягивать на себя свой халат. Хотя, «халатом» назвать было сложно, просто кусок ткани. Сейчас передо мной стоит блондинка в чёрном халате и в чулках. Но секундами ранее, она была только в белье.  Входная дверь распахнулась. Показался Пайпер в кепке.

– Что происходит? – оглядывая нас с ног до головы, спросил он.

– Ничего, – одновременно ответили мы с Кэтрин.

Арон снял кепку. Его кудрей не было. Арон. Был. Без. Кудрей. Теперь уже с моего лица не сходил взгляд "чё за нахуй".

– Что за вид? – ошарашенно спросила я.

– А у тебя? – также спросил он.

– Забей. Куда делись твои кудри?

– Мне пришлось их сбрить, всё из-за съёмок. Буду болеть раком, – хихикнул он.

Что выглядело странным. Сегодня все были странными.

– Как же мне теперь без моих фирменных шуток про твои волосы?

– Обойдёшься без них, – фыркнул Арон. – Тебе очень идёт, Арон. Я приготовила нам ужин, – обворожительно произнесла Кэтрин.

– Ужин? Это было бы отлично, я очень голоден, – Пайпер буквально промурлыкал это и радостно побежал в ванную, но внезапно остановился на полпути и сказал: – прости, что был излишне груб с тобой сегодня утром, Кэтрин.

– Ничего страшного, я сама виновата, мне стоило тебя предупредить. Скорее возвращайся, пока всё горячее.

Арон кивнул и исчез.

– Сколье вазващайся пяка всьо гарйачье, – передразнила я её себе под нос и усмехнулась.

– Ты всё портишь, Агата. Если думаешь, что я не смогу от тебя избавиться, то ты глубоко ошибаешься. Времени зря я не теряла и навела на тебя справки. Так ты у нас оказывается круглая сирота и тебе негде жить, и должна крупную сумму Карлосу. Арон по доброте душевной держит тебя здесь, но с моим появлением это не продлится долго, мне плевать, что будет с тобой. Я тебя вышвырну отсюда, – последние слова она будто выплюнула мне в лицо.

– Мнение мерзких шлюшек никто не спрашивал, но да ладно, в конце концов, ты не виновата, что от многочисленных пластических операций с использованием силикона у тебя деформировался мозг.

На мои слова она гадко засмеялась.

– У меня есть ахринительное тело. А что есть у тебя? Правильно, ничего. Арон испытывает к тебе только жалость, отвратительная уродина.

– Повторяю последний раз ...

– Повторяешь что? – Арон неожиданно появился в дверном проёма, в одном лишь полотенце.

– Ничего, –  одновременно ответили мы с Кэтрин.

– Вы весь день репетировали отвечать мне одновременно?

– А ты решил устроить личный гарем? Почему ты в одном полотенце?

– А мне нравится, – Кэтрин закусила губу, а Арон ей улыбнулся. А я поморщилась от отвращения. Она пытается казаться максимально хорошенькой.

Отныне я постараюсь не язвить. Это – война, силиконовая тупица.                                     

                                            —Я и Кэтрин были словно дети, которые отчаянно пытались заслужить одобрение от родителей, в каком-то смысле всё так и было. Каждый это осознавал и я и Кэтрин, даже сам Пайпер, которому явно нравилось повышенное внимание к его персоне. Меня в последнее время не покидало смутное чувство, что Арон явно больше расположен к Кэтрин, но Омар успокаивал меня, что всё в порядке и это всего лишь моя низкая самооценка заставляет меня думать так. Но Омар ошибся. Арон полностью попал в сети Кэтрин.

–  Агота? Я тут подумал, что если тебе снять отдельное жильё? Я помогу и с деньгами и с поисками. Не подумай, я тебя не выгоняю, просто так правда будет лучше для нас обоих, – его звучал очень тихо, но слова очень пронзительно отозвались у меня внутри. Мне стало очень неприятно, внутренности словно сжало.

– Ты прав, – также тихо ответила я, – надо было раньше тебе об этом сказать.

Мне удалось выдавить из себя улыбку.

– Отлично... можешь не торопиться, – он опустил голову, но голос был по-прежнему тихим и спокойным.

– Я съеду, сегодня же, – твёрдо сказала я.

– Ты уверена? – он поднял на меня свой взгляд, а слова звучали растерянно.

– Да.

Я проиграла. Раз уж меня здесь не жалуют, я не собираюсь здесь задерживаться.Он выбрал её. Понятия не имею, куда мне идти поздно вечером, но я принялась собирать вещи.

– Мне понадобился лишь месяц, чтобы избавиться от тебя. Поторапливайся, не хочу, чтобы в моём доме была падаль вроде тебя, – с лица Кэтрин не сходила убогая улыбка.

– Можешь просто заткнуться? – после моих слов Кэтрин начала надвигаться ко мне, а я закатила глаза.

Неужели мы будем драться? Типично.

– Это ещё не конец, тупая сука, – прошептала она мне и ушла.

Хотя бы драки не было. Уже хорошо. Вещи собраны. Я в последний раз оглядела свою комнату, которую выделил мне Арон. Тяжело выдохнув, я вышла из комнаты.

– Ты уверенна, что хочешь съехать именно сейчас?

Интересно, является ли его забота поддельной?

– Да, Арон, спасибо тебе за всё, – искренне улыбнулась я.

– Не задерживай её, Арон, ей уже пора, – надменный взгляд не сходил с лица Кэтрин, а в голосе слышалась радость.

Дверь за мной захлопнулась, и я подняла голову. Передо мной предстало необъятное небо. Такое умиротворённое. В чём же была моя ошибка?

Я брела. Шла куда глаза глядят, таща за собой свой чемодан.

– Эй, крошка, – раздался у меня за спиной мужской голос. Я не обернулась, а только ускорила свой шаг.

– Он же к тебе обращается! – крикнул мне второй голос.

Теперь я сорвалась на бег. Мой чемодан благополучно улетел куда-то в сторону, а сама я неслась со всех ног. Почему же мне никогда в голову не приходило пойти куда-нибудь на курсы самообороны? Это бы сейчас очень пригодилось. Ах, точно, а где мой герой, который спасёт меня?

Меня схватили и закрыли рот ладонью. – Почему ты убегаешь? – прошептал мне мужской голос, я подняла свои глаза, но мужчины были совершенно мне незнакомы.

Меня сейчас изнасилуют – пронеслось у меня в голове, а вслух мне осталось только что-то невнятно промычать.

– Что? – мужчина убрал ладонь, давая возможность сказать то, что я хотела, ослабляя хватку.

– У меня нет денег, козёл.

– Я вот не пойму, ты бессмертная или как? На твоём месте я бы не грубил так, – второй мужчина вплотную подошёл ко мне.

– А какой смысл мне молить вас о пощаде? Вы ведь не отпустите меня.

Пощёчина. Мне прилетела пощёчина от второго мужчины. От неожиданности я упала на землю.

– Не смей мешать ей, – с каждым словом первый мужчина наматывал мои волосы себе на кулак всё сильнее и сильнее. От боли у меня из глаз выступили слёзы.

– Дрянь, – слова были сказаны с неподдельной ненавистью по отношению ко мне, мужчина пнул меня в живот, пока первый продолжал больно сжимать мои волосы, было такое ощущение, будто он вырвет мои волосы вместе с скальпом головы. Боль пронзила всё тело.

– Это какая-то ошибка, вы меня с кем-то путаете, – тихо прохрипела я.

Ещё один удар по лицу. Рубиновая жидкость растекается по моему лицу. Ещё удар. Один за другим. В глазах темнеет. Один из мужчин бил меня с особой жестокостью, словно я забрала у него что-то важное.

– Хватит с неё, ты её убьёшь сейчас, – второй оттащил от меня первого мужчину.

– Не путайся под ногами у Кэтрин, мы сможем сделать тебе ещё хуже, поверь, – после этих слов последовал плевок слюни в моё лицо.

Унижение. Боль. Моральная и физическая. Кровь в висках пульсирует настолько сильно, от чего закладывает уши. Мужчины удалились быстрым шагом.Я еле встала на ноги. Встала. Уже хорошо, значит, нет сотрясения мозга.

Мысли путались. Арону нельзя звонить. Только не ему.

Альваро. Первый кто был в моих контактах. Я набрала его. Гудок. Гудок. Сонный голос Альваро.– Мне нужна твоя помощь,...                                      

                                       —

– Детская неожиданность, ты чего в очках? Они больше твоего лица.

Арон. Идиотина. Игнорируй его, Агота.

– Звёздная болезнь? – не унимался он, идя за мной с самого входа на работу. Сегодня на мне были большие очки и огромная кофта, которая благополучно скрыла все побои.

– Отъебись, Пайпер, – процедила я сквозь зубы.

– Что-то не так?

– Ничего. Он ловко отобрал мои очки, которые прикрывали синяки под глазами.

– Отдай, придурок, – я потянулась за очками. За нашей дурацкой дракой наблюдали уже почти все. А потом Арон взглянул на моё лицо.

– Вот, чёрт, что с твоим лицом? – обеспокоенно спросил Арон.

– Очки отдай.

– Отдам, после того как скажешь, кто это с тобой сделал, – он начал злиться, а меня злило его поведение ещё больше.

– Я не обязана тебе что-либо говорить, мудила, – я развернулась и хотела уйти обратно домой к Альваро. Было плохой идеей идти на работу в таком виде. Альваро был прав.

Арон подхватил меня под локоть и развернул к себе. А я крикнула от боли. По всему моему телу были гематомы. Я надеялась, что Арон проигнорирует это.

– Что такое? – он быстро отпустил меня.

– Ничего, правда, я пойду домой, – на глазах выступили слёзы. Было обидно, что именно из-за него я вляпалась в подобное.

– Сними кофту.

– Что? Пошёл ты, извращенец, – я вытирала слёзы, которые градом растекались по лицу.

– Ты не понимаешь слов? Сними сама или это сделаю я.

Он был настроен весьма решительно, и я сдалась.

– Кто это сделал?! – с яростью спросил он, пока его глаза бегали от одной ссадины или синяку к другой.

– Оставь меня в покое, прошу, я не хочу тебя видеть, – мой голос сорвался на крик. Я с головой погрузилась в истерику. Арон заключил меня в свои объятия, поглаживая по моим волосам. Было так тепло.

– Кто это сделал? Я разберусь, скажи мне, – ласково говорил он.

– Это были двое неизвестных мне мужчин. Они сказали, что они от Кэтрин, – задыхаясь от слез, еле выговорила я.

– Не может быть. Ты ошиблась, она не могла так поступить. Это какая-то ошибка, я уверен, Агота, – он отстранился от меня, чтобы взглянуть в мои заплаканные глаза.

– Ты мне не веришь? – тихо спросила я.

– Нет, я верю, просто... – Арон замешкался, он пытался аккуратно подбирать слова.

– Я тебя услышала. Не подходи больше ко мне, Пайпер. С меня хватит.

Больше не хочу его видеть. Никогда.

Нынешнее время

– Вы уверены, что это точно она, детектив?

– Да, мистер Монтеро, когда девочке было 4 года, мать оставила её в приюте, с тех пор она её не видела. По слухам, мать умерла через некоторое время, не оставив никаких следов после себя.

– Благодарю вас за содеянную работу, детектив, – Карлос встал с кресла, чтобы пожать руку мужчине.

Когда детектив вышел из кабинета, Карлос бессильно уронил лицо к себе ладони.

– Я знал, что ты была гордой, Алекса, но не до такой же степени, чтобы скрыть от меня мою собственную дочь, – проговорил Карлос кому-то в пустоту, – мы с мамой испортили тебе жизнь, Агота. Извини меня за то, что я так поздно спохватился. Дочь моя, извини.