Глава 5. Обещания. Лживые обещания.

Возвращаясь домой, заметила дорогую чёрную хонду возле моего подъезда. Машина – зверь!Только вот хозяин машины видимо не из нашего дома, потому что наши знают, что возле подъезда машину поставишь, и забрать можно с кастрюлей щей на капоте. Причём я не преувеличиваю, там будут и щи, и кастрюля. Ещё раз окинув взглядом машину, я посмотрела наверх, чтобы то, что адресовано не мне, на меня и не попало. Но, милая соседка Алевтина Степановна, видимо ещё не заприметила объект, мешающий её жизненной гармонии, гласящей «У ПОДЪЕЗДА МАШИНЫ НЕ СТАВИТЬ!».

Стоило мне приблизиться к двери, ведущей в подъезд, как сзади я услышала, что из машины кто-то вышел. На улице уже было достаточно темно, но хулиганы в нашем районе – редкий случай. Да и на таких машинах они не ездят.

-Эй, мышонок! – услышала я знакомый баритон и замерла в оцепенении. Я уже было хотела повернуться, но вовремя сообразила, что это мне ни к чему, и лишь пулей бросилась в подъезд. Как же я ненавижу эти медлительные подъездные двери, которые закрываются настолько долго, что если бы за мной гнался настоящий насильник, то к моменту полного её закрытия он успел бы сделать все свои дела, принять душ, выкурить сигаретку, а то и две, и спокойно выйти на улицу обратно.

Сильная мужская рука схватила меня за запястье и рванула назад. Я дёрнулась, развернулась, и упала в цепкие объятия парня. Глубокие омуты почерневших болотных топей и широкая улыбка, терпкий притягательный парфюм и, будто вымощенная из камня, крепкая грудь. Я нервно сглотнула, не зная, как себя вести. Прошло столько времени, а его близость по-прежнему не оставляет меня равнодушной. Пакеты, которые я до этого крепко держала в руках, со стуком и шелестом рухнули на пол.

-Привет, Алла... Что же ты так любишь убегать!? Я же всё равно тебя поймаю. – Его такие манящие губы были в нескольких сантиметрах от моих, а моё сердце уже было готово выпрыгнуть из груди, от мысли, что ещё секунда и они найдут мои губы и накроют их. Живот стянуло в сладкой истоме от его мягкого, но такого звучного тембра. Он был моим личным сексуальным маньяком, которому я не смогла сказать «нет», ни прошлой ночью, ни три года назад.

-Как ты узнал, где я живу? – спросила я, стараясь не смотреть в его глаза.

-Таксист рассказал, который вчера привёз тебя домой.

-Что!? Они совсем там охренели что ли, а вдруг ты маньяк! Хотя нет, ты и есть маньяк! – я билась в его руках, желая освободиться из плена. Опять.

-Мышонок, - нарочито мягко произнёс он, - Я соскучился! – парень обнял меня и прижал к себе, окружив моё крошечное, в сравнении с ним, тельце своими крепкими руками. На минуту я перестала сопротивляться и упёрлась носом в его тёплую грудь, которую вчера так жадно целовала и царапала, но не видела из-за кромешной темноты.

-Вот так встреча, - выпалила я, будто и впрямь была рада встретить его снова, - Рада была увидеться. А теперь пока, мне пора домой.

-И что, ты даже не пригласишь своего парня зайти на чай? – от такой наглости я даже открыла рот.

-Когда ты его встретишь, скажи пусть зайдёт! Но даже и не мечтай, что это ты! – а вот теперь растерянность я вижу в глазах Паши, правда мерзкая улыбка не покинула его лица.

-Какой же острый у тебя язычок, - сказал он, сжимая моё лицо руками и заглядывая в глаза. – Дай-ка мне его сюда! – я не успела ничего ответить, как он поцеловал меня. Сначала я пыталась оттолкнуть его, будто это возможно, но поняв очевидное, сдалась и поддалась его игре. Снова.

Когда Паша перешёл своими губами на мою шею, я наконец смогла говорить.

-Зачем я тебе? – прямо спросила я. – Ты пропал, ни слова мне не сказав, а сейчас явился из ниоткуда и делаешь вид, будто не было всех этих лет.

-Ты задаёшь слишком много вопросов и вообще болтаешь. Расслабься и получай удовольствие. Ты такая сладкая, Алла, мне хочется тебя съесть. – Паша наигранно промурлыкал и укусил мою шею под мочкой уха, от чего меня ударила пронзительная, неконтролируемая молния возбуждения.

Чёрт! Что за первобытные инстинкты!? Я против!

-Пусти, мне больно, - единственное что я смогла придумать, чтобы хоть как-то избавится от его въедливых рук на моей талии.

-А вчера тебе это нравилось, - промурлыкал Паша.

-Да что ж вы не угомонитесь-то со своим «вчера»!? Заладили, как попугаи: вчера, вчера, вчера! – нервно выругалась я, произнося последние слова в манере попугайской речи. Паша рассмеялся, а после посмотрел на меня с прищуром:

-Ты была вчера с кем-то ещё? - как мне показалось, ревниво спросил он. Но он больше не имеет права меня ревновать, больше нас ни что не связывает.

-Какое твоё дело!? – прикрикнула я, пытаясь собрать пакеты и то, что из них выпало, и пойти уже домой.

-Стоп! – слишком грозно и властно сказал Паша, что я даже вздрогнула. Я уже и забыла, каким он может быть бескомпромиссным, когда дело касается его «собственности», которой он меня считал. – Ты не ответила на вопрос. Ты что вчера спала с кем-то ещё?

Я уставилась на него, как испуганный мышонок на удава. Мышонок!? Мозг, ты серьёзно!?

-Отвечай! – рявкнул он.

-Нет, - сказала я, сдерживая желание бросится со всех ног и спрятаться где угодно, только не видеть этого разъярённого взгляда и не слышать этого грубого тона.

-Ты говоришь мне правду? – с ещё большим прищуром уточнил Паша, испепеляя взглядом и, словно детектор, проверяя не лгу ли я ему.

Я кивнула. Паша хотел сказать мне что-то ещё, в подобном тоне, но потом сменил гнев на милость и, схватив мои пакеты, пошёл к лифту.

-Ну и куда ты собрался? – уже не так смело спросила я, оставаясь на месте. Я не хочу, чтобы он появлялся у меня дома и в моей жизни в общем.

-Не понесёшь же ты сама эти тяжеленые пакеты! Провожу тебя хотя бы до двери, - уверенно заявил Паша, не оборачиваясь.

-Я и потяжелее таскала, - пробурчала я и пошла за ним, понимая, что разговора не избежать.

Зайдя в лифт, я нажала кнопку своего этажа, и он заулыбался так, будто знал, куда мы едем. Огоньки пройденных этажей мигали каждый раз, когда лифт миновал их. Но после четвёртого этажа эта старая рухлядь дёрнулась и встала.

Только не это! Застрять в лифте с этим, вечно жаждущим секса парнем, мне и не хватало.

-Ну нееет, - жалобно протянула я и потянулась, чтобы нажать на кнопку «вызов диспетчера». Но Паша перехватил мою руку и, рывком прижав меня к углу крошечной кабины, начал жадно целовать. Я растерялась и позволила ему это делать.

Парень бросил мои пакеты и, прижав меня к стене, приподнял, а я обхватила его талию ногами. Лифт дрогнул и на мгновение я подумала, что одно неловкое движение и трос, на котором держится эта ветхая кабина, оборвётся, и мы упадём на дно шахты.

-Постой, - прошептала я в его губы, пытаясь не дать случиться тому, о чём потом буду жалеть, но Паша был слишком занят тем, что целовал мои губы, лицо, шею. Козырёк кепки уже был вздёрнут, а его жаждущие меня руки гладили меня под толстовкой, пытаясь пробраться под лиф.

Всё происходило так быстро, что я даже не успела включить свой мозг на сто процентов. Казалось, что ещё минута и он сорвёт с меня мою одежду голыми руками и сделает всё, что у него на уме. Где-то глубоко в сознании я понимала: всё, что сейчас происходит - неправильно. Нами движет похоть, не более. Но как его остановить!? Как прекратить эту нарастающую пульсацию внизу живота? Как заставить руки оттолкнуть его от себя!?

Каким таким странным образом в моей жизни возникли два мужчины, которые страстно меня желали и которых так же страстно желала я!? Мысли путались. Горячее дыхание Паши обжигало мою кожу, заставляя лишь сильнее прижиматься к нему, вцепляться в его крепкие, накачанные плечи.

-Остановись, - слабо сопротивлялась я, сама того не желая.

Вдруг раздался какой-то слабый шум и в кабине послышался мужской голос, отрезвляющий нас обоих.

-Что случилось? – спросил лифтёр. - У вас всё в порядке?

-Да, - выдохнула я, вставая на ноги и поправляя сбившуюся кофту. - Мы застряли.

-А чего же сразу не нажали на кнопку вызова? – спросил угрюмый голос.

-Не сработала ваша кнопка вызова, - рыкнул Паша, облизывая покрасневшие губы и жадно глядя на мои.

-Странно, надо будет проверить. Сколько вас там?

-Двое, – беспристрастно ответил мой спутник, пожирая меня глазами.

-Хорошо, сейчас я перезапущу механизм и если это не поможет, то вызову к вам аварийную службу. Не переживайте, скоро мы вас достанем.

-Спасибо, - недовольно произнёс Паша и наклонился, чтобы вновь поднять пакеты. – Мы не закончили, - многообещающе проговорил он мне.

Я сглотнула, пытаясь остановить рвущееся из груди сердце. Я удивляюсь, как быстро я покоряюсь его силе, будто боясь оказать сопротивление. Как быстро из манипулятора мужской похотью, я превратилась в жертву этой же самой похоти. Раньше я всегда решала с кем и когда мне спать, а сейчас всё резко изменилось. Паша был хорош в постели, очень властный, требовательный, всеми своими движениями, словами, позами, он показывал, что он доминант. Хотя какое я имею об этом представление теперь!? Может быть, он изменился за то время, что мы не виделись, хотя прошлой ночью мне показалось, что не было всех этих лет. Может быть, с другими девушками он вовсе и не такой. Но если сравнивать его с Антоном Владимировичем, то они очень разные. Антон был нежнее и чувственнее, но при этом точно знал, чего он хочет дать и получить взамен. В сексе, разумеется. Но судя по его поведению в жизни это мало расходится с постелью. В жизни он тоже очень прямолинейный, хотя со мной ведёт себя немного неоднозначно, его будто штормит из стороны в сторону. Вот он взрослый и рассудительный мужчина, а через минуту его руки и губы снова берут меня в свой сладостный плен.

Ох и влипла же ты, Алла!

По всей видимости перезагрузка помогла. Мы поехали вверх. Когда мы наконец покинули эту злосчастную тесную кабину и подошли к двери, я всем видом показала, что нам пора прощаться.

-Спасибо, что проводил, - сказала я и не спешила открывать замок, нервно перебирая ключи в руках.

-Ну уж нет, давай-ка я занесу пакеты в дом.

Я снова выставила руку перед собой, показывая, что не хочу, чтобы он заходил. Но Паша не умеет читать между строк, да и просто не хотел этого делать. Он хотел закончить этот вечер иначе, и его напряжение ниже пояса прекрасно мне об этом говорило.

-Паш, я не хочу! – я взглянула в его горящие глаза в надежде, что он послушает меня.

-Послушай, Авдотья Никифоровна, - сказал Паша, смеясь, от чего я еле сдержалась, чтобы не прыснуть от смеха, - Я не хочу на тебя давить. Но я хочу, чтобы ты понимала, что просто так я не уйду. – Он что прямо говорит мне, что если я с ним сейчас не пересплю, то он возьмёт меня силой? – И ещё, ты должна мне рассказать, как же так вышло, что прекрасная девушка с именем Алла, начала себя называть Авдотьей Никифоровной!?

Я пыталась быть серьёзной, да видит бог! Но то, как он это говорил просто не могло не заставить меня расхохотаться в полный голос. Умерла во мне актриса, не родившись.

-Кружки чая правда будет достаточно? – недоверчиво спросила я уже серьёзнее.

-Узнаешь, когда откроешь дверь и пригласишь войти. – Не менее серьёзно ответил Паша.

-Мне нужно делать уроки, – жалобно посмотрела на него я, надеясь, что хоть это его остановит.

-Я помогу тебе, - улыбка Чеширского кота растянулась на всё лицо.

-Чёрт, Паша! Тебя не учили, что навязчивость, это дурной тон!? – я уже не выдерживаю этого натиска.

-Нет. – Коротко ответил он и я уронила голову себе на грудь. Больше аргументов у меня не осталось.

-Ты выпьешь чай и уйдёшь, договорились!? – я посмотрела на него исподлобья, и он согласно кивнул.

-Честное пионерское! – Очень сомневаюсь, что он станет вести себя, как добросовестный пионер, которым, кстати, он никогда и не был.

Открыв наконец дверь, мы зашли в квартиру. Я окинула глазами свой привычный лёгкий беспорядок и поняла, что это тоже можно было указать в списке причин, почему он не должен заходить ко мне. Но уже поздно.

-Миленько, - сказал Паша, разуваясь и проходя с пакетами на кухню. Я прошла за ним и включила чайник. – Проведёшь экскурсию?

Я скривилась и решила объяснить на пальцах:

-Здесь кухня, там ванная, туалет и спальня. Всё, экскурсия окончена!

Паша снова улыбнулся и подошёл ко мне.

-Где ты говоришь, спальня? – руки Паши обвили меня за талию и заставили голову идти кругом.

-Ты зашёл выпить чая, а не переночевать! – напомнила я ему, - так что давай не отходить от намеченного плана.

-Послушай, почему ты так упорно меня динамишь!? – склонив голову набок, спросил Паша.

-Я тебя не динамлю, я просто не считаю, что если мы с тобой переспали, то между нами теперь снова непременно должно что-то быть. Мы давно закрыли этот вопрос и я бы не хотела к нему возвращаться. – Я была честна. Несмотря на то, что из-за него низ моего живота скручен в тугой узел, я не рассчитываю на отношения. С меня хватило сполна.

-Ох какая, - произнёс тихо парень и, положив свою ладонь на мою щёку, провёл большим пальцем по нижней губе, слегка заводя его в мой приоткрытый рот. – Скажи ещё что-нибудь, что сильнее меня распалит, мышонок! – о да, я чувствовала это. Он говорил правду, его возбуждение буквально рвалось наружу, желало растерзать меня и довести до экстаза. А я лишь сбивчиво дышала. Его близость меня обезоруживала и заставляла верить в то, что я и сама этого хочу.

-Кипит, - хрипло ответила я, глядя в его полуприкрытые чёрные глаза.

-О, да, Алл, во мне уже всё кипит! – ответил он, не сводя пожирающего взгляда от моих чуть дрожащих губ.

-Чайник кипит! Пошли пить чай. – Я еле сдерживаюсь, чтобы не накинуться на него, а Паша улыбается, довольный моей реакцией на его близость, и отступает.

-Пойду помою руки, - сообщает он и выходит из кухни.

Мои ноги подкашиваются из-за сильного желания, с которым я всё же пытаюсь бороться. Я завариваю нам чай и раскладываю по местам всё, что принесла из магазина. Я уже закончила, а Паши всё нет. Где его носит? Выхожу из кухни и вижу свет в спальне.

-Что ты тут... - но я не успеваю договорить. Паша сидит на кровати и рассматривает моё нижнее бельё, которое я приготовила, для завтрашнего «шоу», в главной роли которого будет Громов.

-Красивое! Я знал, что ты меня ждала, - с похотливой улыбкой сказал Паша, проводя рукой по кружеву. – Надень! – он бросает мне трусики, а я автоматически их ловлю. Чувствую, как начинают пылать мои щёки. Он не должен был сюда заходить и уж тем более видеть моё бельё! Я возмущена и, пожалуй, немного смущена.

-Нет, - ответила я и бросила их обратно в Пашу. – Сам надень! – парень ухмыляется и встаёт, по-прежнему не выпуская моё бельё.

-Хорошо, Алла, я помогу тебе! – он подходит ближе и начинает стягивать с меня рукав толстовки, затем второй, и за капюшон снимает её с меня. Я слабо пыталась сопротивляться, но запах его одеколона и эти накачанные сильные руки... Ух, неужели я с ним спала? Неужели я сопротивляюсь, чтобы снова это сделать!? Что вообще происходит, разбудите же меня кто-нибудь!

Паша откидывает мою толстовку в сторону, и я остаюсь в одном лифе. Кожа покрывается мурашками, когда он касается пальцами моих рёбер и ведёт дорожку по животу и ниже. Всё это время он жадно смотрит в мои глаза, а после опускает взгляд вниз. Дойдя до резинки моих спортивных штанов, он просовывает под неё пальцы и, встав передо мной на колени, аккуратно снимает их с меня. Я замерла, сделав глубокий вдох. Когда он берётся за мои трусики я начинаю пятиться.

-Ладно, ладно, пионер недоделанный, я сама! – хватаю свой кружевной комплект и уже хочу выйти в ванную, но Паша останавливает меня и протягивает мне чулки.

-Их я тоже хочу на тебе видеть! – в его глазах огонь. В моих агония.

Я ухожу в ванную и надеваю бельё. Оглядев себя в зеркало, думаю, что не перед ним я хотела предстать в таком сексуальном виде. Лёгкий стук в дверь, и я вздрагиваю, поправляя чулки.

-Мышонок, ты что пытаешься пролезть в вытяжку? – он шутит и мне, как на зло, смешно.

-Да! – говорю я, причёсывая волосы. Что мы делаем? Зачем нам это всё, ведь я не хочу отношений с ним. Этот секс, в память о прошлом, и больше никогда, - обещаю я себе. Но вчера я обещала то же самое. Глупая! – Выходи, а то придётся снять дверь с петель. – Похоже в этот раз он уже не шутит.

Слышу, как он уходит в комнату. Выдыхаю и выхожу. Свет выключен, лишь тёплое мерцание зажжённых свечей указывает мне направление в лапы к хищнику. Где он их, чёрт возьми, нашёл? Ах да, это было не сложно, они стояли на моём косметическом столике. Хорошо, романтик, так даже лучше.

Его глаза выказывают наслаждение видом. Я чувствую себя неотразимо, когда на меня так смотрят.

-Ты такая горячая штучка! – говорит он, садясь на кровати. – Покрутись!

Я послушно оборачиваюсь вокруг своей оси.

-Красивая, - он встаёт и подходит ко мне, поднимает моё лицо за подбородок и проводит пальцами от виска к шее.

-А ты что же ничего не надел? – посмеялась я, намекая на то, что мог бы тоже подготовиться.

-Я думаю, что костюм Адама пойдёт мне больше всего. Но решил не лишать тебя удовольствия раздеть меня. – Его глаза дразнят меня, прожигают, испепеляют.

-Хм. – Лживый, нервный смешок слетает с моих губ.

Он берёт мою ослабевшую ладонь и кладёт себе на грудь.

-Можешь приступать.

Я вдохнула запах его одеколона, и голова снова пошла кругом. Мягкие ноты ванильного табака проникли в мой разум, попутно переполнив лёгкие и разливаясь по венам. Я провела рукой по его груди, по стальному прессу и, спустившись ниже, взялась за край футболки. Я снова чувствую себя робкой семнадцатилетней девчонкой, не испытывающей прежде ничего подобного, влюблённой, смущённой, доверчивой. Да, я доверяла ему. Я любила его...

Я наблюдала за своими движениями в тот момент, когда он всё так же гипнотизировал меня взглядом своих чарующих глаз, цвета бурого вулканического песка. Я осторожно поднимаю полу его футболки, снимая её и он охотно поднимает руки вверх, чтобы помочь мне в этом. Футболка летит туда, куда недавно приземлилась и моя толстовка.

Я замираю. Он сложен как Бог. За те три года, что мы не виделись, он явно стал ещё крепче. Вчера, в темноте, я не видела его тела. Я была пьяна и меня больше интересовал результат, а не сам детальный процесс. Да я, чёрт возьми, и не верила, что всё это происходит наяву.

Но сегодня всё иначе. Я провожу пальцами по каждому точёному кубику, по его вздымающей накачанной груди, по каменному бицепсу. Пульс ускоряется с каждой секундой. Я целую его в ямочку между ключицами и чувствую, как желание тёплыми волнами наполняет моё тело. Он улыбается и ждёт, что я буду делать дальше. Спускаю руки и с силой расстёгиваю пуговицу его джинс, затем молнию. Ого, ну здравствуй виновник моих вчерашних стонов. Он прям-таки выглядывает из своего убежища, не помещаясь в узких боксерах. Давно не виделись!

С силой я стягиваю джинсы с его крепкой задницы, и Паша, наконец, решает мне в этом помочь, потому что сидят они слишком плотно. Избавившись от них, я не решаюсь снять его белые боксеры, так сексуально сидящие на его атлетически сложенных узких бёдрах. Похоже кто-то буквально помешан на прокачке своего тела. И не зря.

-Что замерла? – хрипло спросил парень и коснулся моего плеча. Я не знала, что ответить. Скажу честно, с такими сложенными парнями я не спала ни до, ни после него. Были и стройные, и накачанные, но этот просто не сравним ни с кем. Я застыла, потупив взгляд в пол, по крупицам собирая воспоминания о времени, когда мы были счастливы.

Паша аккуратно спустил лямку моего кружевного лифа и поцеловал меня в плечо. Я сдержала стон, ограничившись громким выдохом.

-У тебя кожа, словно шёлк, - сказал он, задержав на чём-то взгляд. Я посмотрела, на что он смотрит – след от поцелуя. – Не помню, чтобы вчера оставлял тебе засосы. Впрочем...

Я замерла, закусив губу. Я уже и забыла, что на моём теле есть следы не только от его поцелуев. Парень снял вторую бретельку и, повернув меня к себе спиной, расстегнул мой лиф. Но тот не упал, так как Паша придерживал его, обхватив обе мои груди одной рукой. Он поцеловал второе мое плечо и шею, а я лишь запрокинула голову, жадно глотая воздух и стараясь удержаться на ослабевших ногах. Глядя на мою вздымающуюся грудь, он отпустил руку, и лиф упал на пол к моим ногам. Грудь была возбуждена так же сильно, как и любая другая часть моего тела, и это не укрылось от его губ и рук.

Он снова развернул меня к себе и, оглядывая, целовал, спускаясь всё ниже. Его горячие губы обожгли меня поцелуем через тонкое кружево взмокших трусиков, и я больше не могла сдерживать стоны.

-А ты говорила, что не хочешь меня, - прошептал он, понимая, что я его слышу.

-Хватит болтать, - шикнула я и схватилась за его мягкие русые волосы.

Он прижал меня к своим губам, крепко. Но найдя край моих трусиков, он лёгким движением стянул их с меня, оставив в одних чулках. Поцеловав в пылающую желанием кожу, парень встал и отошёл на шаг, чтобы насладиться зрелищем. Я уже ничего не соображала, мечтала лишь содрать его боксеры и получить доступ к «главному призу».

Я потянулась к нему, а он вновь подошёл так близко, что дышать стало тяжело. Обвив, как мне показалось, всё моё тело своими большими тёплыми руками, он накрыл мои губы своими. Наши языки сплелись в неистовом танце, проникая всё глубже. Дальше всё было как в тумане, и когда мы оказались в постели, вспотевшие и измождённые, но до боли в мышцах довольные произошедшим, Паша целовал мои руки, от ключицы до кончиков пальцев, тяжело дыша.

-Вот ты и попалась, мышонок! – сказал он мне на ухо, целуя. Он готовился ко второму тайму, а я была готова всю ночь, по кругу, попадаться во все его капканы.

-Я сегодня заеду за тобой, будь готова к восьми. У меня для тебя сюрприз. – Пылающие отблески южного заката терялись в сравнении с красотой его сияющих глаз.

-И к чему мне готовиться?

-Это же сюрприз, мышонок, а значит я тебе ни слова не скажу, - смеётся Паша и притягивая меня к себе за шею, зарывается носом в мои волосы. – Ммм, как же я люблю твой запах.

-И чем же я пахну? – игриво морщу нос, поднимая к нему лицо, чтобы коснуться губами колючего подбородка.

-Сладкими ягодами, - мягкий поцелуй, - сахарными фруктами, - ещё один, - с нотками миндаля и ванили, - очередное лёгкое касание моих губ, - а ещё чистотой и невинностью, - Паша смотрит на меня с высоты своего роста и, наклонившись, снова находит мои губы, закусывая нижнюю и слегка оттягивая. – Но нам придётся внести небольшие коррективы.

-Не поняла? – мои глаза округляются, и я внимательно смотрю на поднимающиеся уголки Пашиных губ. – Ты хочешь подарить мне новый парфюм?

-Я хочу забрать твою невинность.