Обычный день в сумасшедшем доме

[Саундтрек: Lorde - "Ribs"]

Спустившись вниз, Сирена снова устроилась на диване, который уже начинала считать своим личным островом в океане безумия. Она слышала, как Стайлз наверху собирает рюкзак, и вот, спустя несколько минут, он спустился.

— Я в школу, — бросил он, избегая ее взгляда.— Удачи на уроках, — с деланным энтузиазмом ответила Сирена.

Он остановился у двери.— Слушай, — начал он серьезно. — Дверь я запру снаружи. Не потому, что думаю, что ты не сможешь ее открыть. А потому, что так будет безопаснее. Для тебя. Просто... сиди тихо. Я вернусь после уроков.

Он кивнул сам себе и вышел, запирая дверь на ключ. Щелчок замка прозвучал в тишине оглушительно громко.

Сирена осталась одна. Полностью одна. Тишина, которая поначалу казалась благословением, быстро стала давящей. Она побродила по дому, но ее неудержимо тянуло наверх. К нему. В его пространство.

Нарушая его прямой запрет, она поднялась по лестнице и толкнула дверь в его комнату. Внутри все было точно так же, как и утром, но теперь, в одиночестве, она могла исследовать все без помех.

Она подошла к его доске, снова рассматривая красные нити и свое имя в центре. Она была эпицентром его расследования. Эта мысль вызвала в ней смесь страха и запретного удовольствия.

Затем ее взгляд упал на шкаф. Любопытство пересилило все запреты. Она осторожно приоткрыла дверцу.

Ее встретил хаос. Вещи были небрежно повешены или просто запихнуты на полки. Она увидела его — целый арсенал его знаменитых клетчатых рубашек. Красные, синие, зеленые... Она провела по ним рукой, ткань была мягкой, немного поношенной. Она вынула одну, красную, и прижала к лицу.

Она пахла им. Тот самый запах, который она пыталась запомнить утром. Стиральный порошок, что-то неуловимо пряное и он сам. Она закрыла глаза, на секунду представив, что он рядом.

Поддавшись внезапному порыву, она сняла свою футболку и надела его рубашку. Она была ей велика, рукава пришлось закатать, но это было неважно. Окутанная его запахом, его вещью, она почувствовала себя... ближе к нему. В безопасности.

Она продолжила исследование. На столе лежали учебники. Она открыла один по экономике. На полях, рядом со скучными графиками, были нарисованы смешные рожицы и какие-то сложные каракули, похожие на схемы. Даже скучая, его мозг продолжал работать.

В ящике стола она нашла моток красной нити, такой же, как на доске. Пачку жвачки. Старый плеер с кассетными наушниками. Она улыбнулась. Это было так похоже на него.

Время шло незаметно. Она не смотрела телевизор, не читала книги. Она просто была в его мире, изучала его, пыталась понять его через его вещи.

Внезапно ее идиллию нарушил звук. Не телефон. А скрежет у окна.

Сирена замерла, ее сердце ухнуло в пятки. Она медленно повернулась к окну. Звук повторился. Кто-то был снаружи. Кто-то пытался открыть окно на втором этаже.

Стайлз запер входную дверь, чтобы защитить ее. Но он не подумал, что кто-то может не пользоваться дверью.

Она метнулась к двери комнаты, чтобы запереться, но было поздно. Рама окна со скрипом поддалась, и в комнату, грациозно и бесшумно, как кошка, впрыгнул Скотт МакКолл.

Он тут же замер, увидев ее. А потом его взгляд опустился на то, во что она была одета. На красную клетчатую рубашку Стайлза.

На его лице отразилась целая гамма эмоций: удивление, замешательство и что-то, очень похожее на понимание.— Сирена? — тихо спросил он. — Что ты делаешь?

Сирена стояла посреди комнаты, пойманная с поличным, одетая в рубашку его лучшего друга. Она покраснела до корней волос.— Я... э-э-э... мне стало холодно! — выпалила она первую пришедшую в голову ложь.

Скотт не ответил. Он просто смотрел на нее, и в его добрых, честных глазах она увидела, что он ей не верит. Но, в отличие от Стайлза, он, кажется, ее и не осуждал. Он просто пытался понять.

— Стайлз сказал мне заехать и проверить, всё ли с тобой нормально, — наконец произнёс он, понизив голос. — Он... ну, он волновался. Просто не признался бы даже под пытками.

Скотт немного смутился, почесал затылок.— Я забыл взять у него ключи, так что... — он махнул рукой в сторону окна. — Пришлось импровизировать.

Он сделал паузу, его взгляд снова скользнул по рубашке.— Нам нужно поговорить. О тебе. И о Стайлзе.