Глава 18: Чувства

POV:Кинн

— Кто разрешил тебе уйти?! — Мой голос эхом разнесся по гостиной Порша.

Он замер, поражённо уставившись на меня. Но стоило мне сделать шаг к нему, как Порш инстинктивно отступил. Тревога на его лице — нечто такое, что мне не доводилось видеть раньше. И ни следа лукавства или высокомерия.

— Кинн... — тихо пробормотал он, заставив меня замолчать. Я смотрел на него всего несколько секунд, но этого хватило, чтобы понять, насколько он не похож на себя прежнего. Лихорадка после первого раза с парнем — обычное дело, но дело не в этом. Он определённо что-то скрывает от меня. И я выясню, что.

— Я спрашиваю, кто дал тебе разрешение уйти? — меня снова гложет чувство вины, и она перекрывает желание, которое я не могу не испытывать при одном только взгляде на него.

Как только я вернулся из университета, отец вызвал меня к себе в кабинет и принялся допрашивать, что я сделал Поршу, раз он решил уволиться. Я сразу же сорвался за этим придурком.

И сейчас я бомба с часовым механизмом, а в руках Порша пульт управления.

— Не смей ничего делать с моим братом! — Я был в шаге от Порша, когда между нами встал молодой парень. Порче, его младший брат.

— Порш! Что тебе наплел Вегас?! — я проигнорировал неожиданную помеху.

— Че, поднимись наверх. — Он отвёл взгляд от меня и посмотрел на своего младшего брата, жестом приказав ему подняться по лестнице.

—Но, кто, блин, этот ублюдок? Он ворвался в наш дом и теперь угрожает тебе! — младший запротестовал и схватил брата за руку.

— Ничего страшного! Просто делай то, о чем я прошу, ладно? — сказал Порш властным тоном.

—Но…

— Делай, что я говорю! — настаивал Порш. Его брат ошеломлённо переводил взгляд с него на меня, пытаясь возразить, но сдался и потопал на верхний этаж.

Как только дверь второго этажа закрылась, Порш пошёл к выходу, задев меня плечом.

— Куда ты, блять, собрался?! — я пошёл следом за этим упрямцем.

— Ты можешь заткнуться? — лишь когда мы вышли на крыльцо, он соизволил повернуться и посмотреть на меня. — Мы поговорим здесь! Я не хочу, чтобы мой брат нас слышал.

— Кто, блять, тебе давал право увольняться?

— Хватит на меня орать!

— Это из-за Вегаса, да? Ты поэтому собираешься уволиться?! — я был в бешенстве.

Порш лишь бросил на меня неодобрительный взгляд, и я почувствовал, как гнев начинает захлестывать меня с головой. В тот момент, когда я узнал о его уходе, я просто потерял контроль над своими эмоциями.

В тот раз, когда я увидел, как они разговаривают в гараже моего дома, я почувствовал эту мучительную боль; и одного только вида того, как Вегас бросал на него многозначительные взгляды, было достаточно, чтобы заставить мою кровь кипеть. Особенно беспокоил тот факт, что Вегас — психопат. Он может мило улыбаться, беседуя с тобой, а в следующий миг ты мёртв.

Я уже готов согласиться на любые условия Порша, лишь бы держать его подальше от них, но тот ублюдок слишком хитер, а этот — просто беспредельно наивен.

— Какое отношение это имеет к Вегасу?! — воскликнул он, нахмурив брови. Его глаза, похожие на пылающие черные клубки, горели смятением и непониманием.

Я закатил глаза. Не знаю, притворяется ли этот ублюдок или просто совершенно не понимает, о чем я говорю. После ситуации в тире я приказал Питу следовать за Поршем, куда бы он ни пошел.

— Тогда, если дело не в Вегасе, зачем тебе увольняться!? — гаркнул я в ответ, сверля его глазами.

Порш смотрел так, словно я смертельно его обидел, а я мог лишь ждать ответа. Ублюдок слегка повернулся, крепко сжимая кулак, отводя взгляд и что-то бормоча, вероятно, проклиная меня. У меня заложило уши от бешенства.

— Порш.

…

— Порш, ответь мне.

…

— Ответь мне! — я рывком притянул его к себе.

— Это всё из-за тебя. — Он толкнул меня в грудь, одновременно хватая за галстук. Я пошатнулся и с недоумением посмотрел на него.

— Как это из-за ме.... — Я не успел даже закончить фразу, как кулак Порша врезался мне в скулу. Половина лица вспыхнула болью и почти сразу онемела.

— Всё верно, ты, грёбаный ублюдок! Это всё твоя вина! Как ты смеешь! Как ты, блядь, смеешь! — Порш снова занёс кулак, но я крепко схватил его за запястье и прижал к стене.

— Что, блять, я тебе сделал?! — спросил я, хотя прекрасно знал, о чем он.

— Ты ещё спрашиваешь? Ты грёбаный мудак! — Порш сумел вырваться из моей хватки.

— Если речь всё ещё идёт о последнем разе, то ты знаешь, что у меня не было выбора, — ответил я в своё оправдание, снова хватая Порша за руки.

— У тебя не было выбора?! Тогда как насчёт прошлой ночи?! Это всё ещё считается отсутствием выбора?! Ты прекрасно знаешь, что я был против, но всё равно сделал это, — он огрызнулся, продолжая вырываться.

— Почему ты всё ещё думаешь об этом, Порш? Это уже сделано. И мы уже ничего не в силах изменить.

— Я знаю! Я, блять, знаю! Дело сделано, и мы ничего не в состоянии предпринять! Но ты не можешь винить меня, что мне невыносимо видеть тебя и думать, что это дерьмо — это грёбаное дерьмо — действительно произошло! — голос Порша эхом разнёсся по округе и в соседнем доме зажёгся свет.

Я попытался успокоить его, взять за руки, но он отмахнулся.

— Порш, я думаю, тебе стоит успокоиться, — сказал я тихим голосом, но достаточным для того, чтобы он услышал.

Порш был настолько зол, что не обратил внимания на мои слова и продолжал отталкивать меня каждый раз, когда я пытался приблизиться к нему.

— Зачем? Зачем ты это сделал, Кинн?! Моя жизнь, моё достоинство были погублены из-за тебя!

Он смотрел на меня с отвращением, на глазах выступили слезы. Я потерял дар речи. Я не мог ничего сделать, даже не мог сказать что-то, что могло бы облегчить его боль. Я полностью облажался.

Раньше я относился к своим любовникам беззаботно, как к игрушкам, никогда не придавая значения их чувствам, потому что мне нужно было только их тело.

Но в этот раз всё по-другому. Порш — другой. Я не хочу потерять его, как моих предыдущих мальчиков-игрушек.

Я настолько одержим им, что каждый раз, когда я вижу, что он разговаривает с кем-то или игнорирует меня, потому что слишком занят, я прихожу в бешенство. Я пока не могу разобраться в этом чувстве, но я знаю, что это далеко не просто злость. И теперь, после того, что я сделал с ним, — не знаю, что делать.

— Порш, прости меня. Я не думал, что тебе будет так плохо…

— Каждый раз, когда я закрываю глаза и пытаюсь заснуть — это преследует меня. Каждый грёбаный раз. И когда я бодрствую — это всегда там, скрывается в моих мыслях. Я так старался похоронить воспоминания, но не смог. Это не прекращается, не оставляет меня в покое. Так что прекрати заставлять меня вести себя нормально, потому что это уже сводит меня с ума! — На этот раз хриплый голос Порша заставил меня почувствовать вину до глубины души. Его покрасневшие глаза с трудом остаются сухими, он хватается за голову, слабо упираясь спиной в стену.

— Эй, послушай меня. Я не хотел причинить тебе боль, Порш, пожалуйста, послушай.

— Я не уволился только потому, что заключил сделку с твоим отцом. Но не смей больше прикасаться ко мне! Ты чертов психопат!

— Порш, успокойся.

— Отпусти меня, Кинн! Мне невыносимо видеть тебя сейчас. Так что, пожалуйста, просто уйди!

— Порш! — Моё терпение лопнуло.

Я схватил Порша за запястья и с силой прижал к стене. Он пытался сопротивляться, но я только сильнее вдавливал его в стену. Не в силах больше бороться, Порш опустил голову мне на плечо.

— Порш, — я постарался быть мягче. Я хочу, чтобы он знал, что я беспокоюсь. Он не ответил и просто молча остался лежать на моем плече.

Порш был так близко, что я чувствовал его дыхание на своей шее. Я содрогнулся от этого ощущения и позвал бы его по имени снова, если бы не жгучая боль.

— Аааа! — он, мать его, укусил меня!

— Я ненавижу тебя, — пробормотал он, всё ещё утыкаясь в мою шею. Мой взгляд не отрывался от его затылка, и я понял, что он настолько хрупок, как будто сломается от одного прикосновения.

— Вернись со мной, — я зарылся пальцами в его волосы. Мягкие. Всё моё внимание было сосредоточено на нем, пока я не заметил незнакомца. Порш напрягся, вероятно, заметив мой жест — медленно поднял голову, встретившись со мной взглядом.

— Ты тоже его видишь, да? — прошептал я Поршу.

— Разве он не с тобой? — спросил он так же тихо.

— Я пришел один, — сказал я, крепко сжав его руку.

Я осторожно просканировал местность, чтобы понять, один этот человек или с кем-либо. Я признаю, что был беспечен, когда выскочил из дома без единого телохранителя. Мысль о том, что я могу потерять Порша, так ошарашила меня, что я не задумался о безопасности.

Это был не первый раз, когда мои люди увольнялись, однако первый, когда я слишком остро среагировал из-за одной мысли об увольнении.

Насколько это безумно?

После проверки окрестностей мой взгляд упал на лицо Порша, его щеки пылали, уши были красными, хотя он уже успокоился.

— Ты всё ещё болен, Порш. Пожалуйста, пойдем со мной домой, — сказал я, продолжая смотреть на него, но его внимание больше не было отдано мне. Он сосредоточился на возможной опасности.

Его взгляд был прикован к дороге, тело напряглось и он принял боевую стойку. Я сделал то же самое, когда увидел группу из пяти человек, вооруженных ножами, надвигавшуюся на нас с двух сторон.

Как только первый приблизился, я ударил его, сбивая с ног. Порш сделал то же самое, нанося удары ногами и прыгая во все стороны, пока ублюдки один за другим валились на землю.

Крыльцо превратилось в поле битвы, когда смесь воплей и стонов разнеслась по всему двору. Беспорядочный поток ударов и пинков. Соседи были слишком напуганы, чтобы вмешаться, так как видели вооруженных выродков.

Мы с Поршем были сосредоточены на обороне, как вдруг изнутри дома раздались шаги.

— Черт! Что здесь происходит?! — вскрикнул его младший брат, совершенно потрясенный ситуацией, в которой мы сейчас находимся.

— Назад! — крикнул Порш ему, одновременно кидаясь на мужчин с кулаками. Один из них, отброшенный к стене, собирался снова напасть, но я схватил этого ублюдка за руку и отшвырнул его в сторону.

— Брат!!! Я помогу тебе! — я успел перехватить Че за плечи.

— Телефон твоего брата внутри, верно? Позвони Питу, чтоб взял людей и ехал сюда. А сам беги через черный ход так быстро, как только сможешь. Если ты хочешь, чтобы твой брат был в безопасности, просто сделай, как я сказал. Иди! — я хочу, чтобы он понял, что это единственное, чем он может помочь.

Сначала он колебался, но у нас не было времени ждать, поэтому я затолкал его в дом и запер дверь снаружи. Че стучал в стеклянную дверь, но в конце концов ушел, чтобы выполнить моё поручение.

Я обернулся и увидел, что Порш едва держится на ногах, удерживая каждой рукой по два парня. Он изо всех сил старался помешать этим ублюдкам добраться до меня и брата.

— А ты хорош, — сказал один из мужчин, вытирая кровоточащий рот тыльной стороной ладони. Я подобрал с земли нож и уже собирался напасть, когда услышал щелканье взведенного курка.

— Брось нож, — скомандовал тот, кто направил пистолет в голову Порша.

Мое зрение помутнело от внезапного всплеска гнева, пробежавшего холодом от кулаков до лопаток, но, когда я приготовился броситься вперёд, — почувствовал, как в мой собственный затылок упёрлось холодное дуло.

— Бросай! — крикнул мужчина позади меня. Стиснув зубы, я послушно выполнил его приказ и бросил нож на землю, медленнл поднимая руки вверх.

— Хех, это было слишком легко, —

он ударил рукоятью пистолета, сшибая меня с ног. Я услышал, как Порша тоже ударили, и беспомощно застонал. Как же я хочу свернуть шею этому ублюдку за то, что он так с ним поступил.

Похоже, они не удовлетворились тем, что сделали, и начали осыпать нас пинками. Я в бешенстве, но могу лишь скрутиться в комок, защищаясь от ударов, пока не теряю сознания.

***

— Нам приказали взять Порша одного. Зачем притащили Кинна?

— Ха?! Что значит зачем? Это как убить двух зайцев одним выстрелом! Ты должен радоваться, что я взял ещё и Кинна!

— Ты чертов псих! Что ты будешь делать, если босс рассердится?

— Да ладно, уверяю тебя — босс будет рад видеть обоих.

— Если босс выгонит тебя, не втягивай меня в это дерьмо.

Я медленно открыл глаза под препирательства двух мужчин. Голова всё ещё болела, но мне удалось прийти в себя и начать оценивать обстановку. Я прищурился, пытаясь разобраться в ситуации.

Мы находимся внутри движущейся машины, окна которой были полностью затонированы. От вони в салоне у меня закружилась голова. Мне понадобилось немного времени понять, что руки связаны, а во рту кляп. Порш ещё без сознания и тоже связан. Дорога была неровной, машину трясло, и было такое впечатление, что мы едем в гору.

Медленно я потянулся к Поршу, осторожно прикоснулся. Он почувствовал и медленно моргнул, приходя в себя. Он уже собирался оглядеться, но я жестом дел ему понять, что не стоит привлекать внимание похитителей.

— Эй. Я думаю, они уже очнулись, — сказал один и я тут же отпустил Порша.

Второй мужчина хмыкнул, а затем поднял голову, чтобы посмотреть на нас, поспешно притворившихся, что по-прежнему без сознания.

— Нет. Может, они мертвы?

— Идиот! То, что Кинн умер, — неважно. Но если Порш умрёт, нам самим лучше быть трупами!

— Эй! Не говори так! Похищение Кинна — это то же самое, что и похищение Порша! Его люди убили бы нас!

— Братан, не волнуйся так! Подумай лучше, сколько нам отвалят за это.

Эти два ублюдка засмеялись, как гиены. Я снова посмотрел на них и, убедившись, что они слишком заняты собой, перевёл взгляд на Порша. Он поднял голову и нахмурился. Ясно как день, что Порш обдумывал услышанное. Мне тоже было любопытно. Это был не первый раз, когда Порш стал мишенью, и я очень хотел знать, кто, блять, был настолько отчаянным, чтобы попытаться отобрать Порша у меня.

Наши глаза встретились, и мы синхронно кивнули друг другу. Планировать побег сейчас лучше, чем ждать, пока машина остановится. Потому что тогда нам точно конец. Я протянул руку, чтобы развязать руки Порша; и он сделал то же самое со мной. Узел был тугим, но мне всё же удалось освободить ему руки. Мы заняли свои позиции. В ожидании шанса для нападения.

Я молча встал и жестом попросил Порша сделать то же самое, он успел упереться коленом в пол и приподняться, но наши манёвры не остались незамеченными. Водитель резко дал по тормозам, нас швырнуло вперёд, но потом мы всё же смогли встать.

— Черт! Эти двое не спали все это вре..! —

Ублюдок даже не успел закончить фразу, когда Порш схватил его за шею и приложил о стену. Одновременно я впечатал голову второго в окно. В машине начался хаос, пока остальные пытались удержать нас.

Один из похитителей вытащил пистолет, но Порш ударил его ногой по запястью, выбивая оружие. Я тут же поднял его и направил на них.

— Кто двинется — пристрелю! — я выпрыгнул из машины, вытаскивая Порша за собой. Ублюдки послушно замерли, боясь, что я действительно могу застрелить их. Мне очень этого хотелось, но сейчас главное — увести Порша.

Я оглянулся и понял, что мы заехали в лесную глушь. Просто прекрасно! Мы, не сговариваясь, кинулись в сторону леса. К сожалению, похитители быстро очухались:

— Ублюдки! Чего вы ждете?! За ними!

Пришлось ускориться, петляя меж деревьев, как грёбаные зайцы. Сходство с охотой добавляли и гремевшие вслед нам выстрелы. На нашу удачу небо затянули тучи и было довольно темно. Нам нужно лишь найти укрытие.

— Кинн! Здесь слишком темно!

Темнота, хоть и скрывала от преследователей, но и нам самим доставляла неудобства, но выбора не было — преследователи приближались.

Я ускорился, уже не разбирая в темноте и спешке дороги.

— Черт! — Я споткнулся обо что-то твердое и рухнул, потянув за собой и Порша. Я тут же обхватил его, прижимая крепче, когда понял, что мы катимся вниз под треск веток и вопли незадачливых похитителей.

— Блять! Ты убил их!

— Я сказал тебе стрелять, чтобы остановить их, а не убивать их обоих!

— Мы так охуенно облажались.

— Ты в полной заднице! Ты ебаный ублюдок.

Твою мать! Сколько раз я буду терять сознание, прежде чем узнаю, кто, черт возьми, пытается нас похитить?!

Я застонал, когда лучи солнца коснулись моего лица. Я медленно открыл глаза и тут же был встречен болью, пронесшейся по моему телу, больше всего болел затылок, которым я, вероятно, снова ударился о что-то твердое. Я дал глазам привыкнуть к свету и осмотрел всё вокруг. Медленно поднимаю глаза, не в силах поверить, что, черт возьми, мы выжили. Высота падения была довольно большой, и удар мог бы сломать мне кости, но, к счастью, этого не произошло. Я уже собирался встать, но заметил, что что-то тяжёлое прижимает меня к земле.

— Порш! — Я осторожно тряхнул его, нащупывая пульс, и вздохнул с облегчением, когда понял, что он дышит. Но у него жар.

— Порш! Порш, очнись! — Я снова пихнул его и потряс.

— Хм… — тихо промямлил он.

— Ты в порядке?

— Что случилось? — пробормотал он, медленно сползая с меня.

— Нас преследовали, и мы упали со скалы, — ответил я и помог ему приподняться. — Ты в порядке?

— Немного болят руки, — ответил Порш.

Его руки были исцарапаны и покрыты синяками. Длинный рукав мог бы предотвратить это, но сейчас не до этого — наверху раздались шаги. Я подхватил пистолет и прижал Порша к себе.

— Ты их видел?!

— Пока никаких признаков Порша и Кинна, брат.

— Тогда бери веревки и спускайся. Если вы не нашли их тела, значит, они живы, — приказал ублюдок своим людям.

— Ты можешь идти? — Порш выглядел усталым и измученным, но всё же кивнул.

— Пойдем туда, — сказал я, держа Порша за запястье, стараясь ступать бесшумно и отслеживая малейшее движение.

— Их здесь тоже нет.

— Тогда найди их! Они не могли уйти далеко!

Пришлось ускориться, наплевав на то, что нас могут засечь. Сейчас мы не в состоянии драться.

Порш внезапно зарычал, заставив меня остановиться.

— Что?! — спросил я обеспокоенно.

— Я не могу. Больно. — Он схватился за руку и покачнулся.

Я не знаю, что делать: если мы остановимся, они точно нас достанут, но Порш не может идти дальше.

— Эй! Сюда! — голос одного из бандитов раздался эхом, как будто они уже были рядом с нами.

Я заставил Порша закинуть руку мне на плечо, обхватил его за талию и побежал, хотя и не знал, куда приведет нас этот путь, постоянно поглядывая на спутника. Он тяжело дышал, и его лицо было бледным, как смерть. Когда мы отошли достаточно далеко, я немного сбавил темп.

— Ты снова горячий. У тебя вновь поднялась температура?

— Я не знаю. Рука всё ещё болит, — пробормотал Порш между глубокими вдохами и в конце концов сдался и сделал попытку упасть.

Я немедленно прижал Порша к плечу, чтобы не дать ему свалиться. Мой взгляд блуждал по окрестностям, проверяя, не заметили ли нас те ублюдки, которые были здесь недавно.

— Порш, просто держись, — он только покачал головой, тяжело дыша. Я посмотрел на него с жалостью, и вдруг хлынул сильный дождь, сделав ситуацию, ещё хуже.

— Порш, пожалуйста, ещё немного, — снова сказал я ему, но он устало опустился на землю. Когда я понял, что он уже не сможет встать, я взвалил его себе на спину и побрёл в поисках укрытия.

Через полчаса нам улыбнулась удача. Неподалеку показалась пещера и я, не теряя времени, направился в ту сторону. Когда мы достигли пещеры, я медленно опустил Порша на землю, и он тут же привалился к одному из камней. Что касается меня, то я снял рубашку и выжал воду, прежде чем положить её на ближайший камень. Затем стащил мокрую футболку с Порша.

— Что, черт возьми, мне делать дальше? — пробормотал я, пока Порш был слишком занят, растирая руки, чтобы согреться.

Нам нужно согреться. Снаружи сильный дождь, так что вероятность того, что я смогу найти там дрова, была ничтожной. Я внимательно осмотрелся и обрадовался, что внутри пещеры есть немного сухих веток. Я собрал их и сложил в ряд, чтобы разжечь костер. Вот только чем? Затем я вспомнил, как используют камни для разжигания костра, но в такой ливень невозможно найти сухой камень. Я посмотрел на Порша снова и вспомнил, что он всегда курит, когда у него есть свободное время. К счастью, зажигалка оказалась при нём, мокрая из-за дождя, но это гораздо лучше, чем ничего. Прошло довольно много времени, прежде чем огонь наконец разгорелся. Я схватил кучу маленьких палочек и дал им сначала прогореть в огне, прежде чем положить более крупные. Я подбоченился и издал победный клич, радостно ухмыляясь.

Так держать, Кинн!

— Так холодно, — от исполнения победного танца меня отвлёк хриплый голос. Я подошел к Поршу ближе и провел рукой по его лбу. Он был слишком горячим. Я нахмурился и огляделся, пытаясь найти что-нибудь, чем можно было бы его накрыть. Одежда была слишком мокрой и не могла согреть. Я обнял его за плечи и подтолкнул к огню:

— Я развел костер. Подойди ближе.

— Так холодно, — снова пробормотал он, не реагируя на мой призыв.

— Я знаю. Но, пожалуйста, не упрямься так, потому что я не знаю, что ещё можно сделать, чтобы помочь тебе, Порш, — меня раздирали одновременно досада и сочувствие.

Порш бросил на меня взгляд, а затем повернул голову в сторону, всё ещё растирая плечи. Я вздохнул и сел рядом с его трясущимся от холода телом. Я обхватил его за талию и медленно прижал к себе, заставляя положить голову мне на плечо.

— Лучше? — Я ожидал протеста, но был удивлен, когда он кивнул и даже прижался головой к моей шее.

Некоторое время было тихо. Порш заснул. Я собрался с мыслями и позволил прошлым событиям всплыть в моих мыслях. Это был не первый раз, когда я видел его в таком состоянии, но впервые — таким уязвимым.

Я признаю, что поступил с ним неправильно, и у меня нет этому оправдания. Я полностью осознаю, что он натурал, но все равно продолжаю приставать к нему. Не знаю, что на меня нашло, но, когда он что-то делает, это всегда выводит меня из себя. Конечно, я знаю, что он не в моем вкусе, но я не могу отрицать то возбуждение, которое я испытываю, когда мы целуемся.

Его гладкая загорелая кожа, его пухлые губы, и даже татуировка — особенно татуировка. От одной только мысли о ней у меня пересохло во рту, и это сводит меня с ума. Я хочу прикасаться к нему, оставлять отметины по всему его телу, но в тоже время — хочу заботиться о нем; сделать что-то, что поможет ему чувствовать себя комфортно и выздороветь.

Я знаю, что мне удалось взять его, но это не та победа, которую я хочу праздновать.

Черт возьми, Кинн, во что ты себя втянул? Я был в разгаре самокопания, когда Порш тихонько пробормотал:

— Па, ма? Пожалуйста, помогите Поршу.

Я наклонил голову, чтобы посмотреть на него.

— Ма, я скучаю по тебе. Очень сильно скучаю, — сказал он мягко, заставив меня сжать зубы. Он разговаривал во сне, и всё это было о его покойных родителях. То, как он говорил, умоляя своих родителей приехать, что-то пробудило во мне.

Мой взгляд не отрывался от его лица, пока он повторял каждое слово, которое хотел бы услышать от своих родителей. Я бессознательно прижал его голову крепче, чтобы не видеть горестную гримасу. Я позволил своей руке лечь на его затылок и нежно поглаживать его каждый раз, когда он что-то шепчет. Слабая улыбка застыла на моем лице, когда я смотрел вниз на спящего Порша.

Я понял, что даже если он чертовски упрям, у него всё ещё есть нежный уголок в сердце. Я не могу поверить, что прямолинейный, злоязычный и упрямый Порш может быть таким мягким.

— Ты скучаешь по ним. Не так ли? — шепнул я ему на ухо и добавил. — Не волнуйся. Я здесь.

Нежно поцеловав его в лоб, прежде чем улечься самому. Я до сих пор не могу поверить, что с таким телосложением и татуировкой в придачу, Порш похо.ж на маленького котенка, когда говорит. Но больше всего я не могу поверить в то, что чтобы он ни делал, я не могу отвести от него взгляд. Я посмотрел на него в последний раз, положил подбородок на его голову:

— Спокойной ночи. Порш».

POV: Порш

Я был удивлен, проснувшись в какой-то пещере. Рядом — костер, а снаружи льёт дождь.

Тепло сзади заставило меня слегка нахмуриться, и я уже собирался приподняться, но опешил, поняв, что мои ноги придавлены чьим-то коленом. Я медленно повернул голову, натыкаясь взглядом на спящего позади меня человека.

— Бляять, Кинн! — мой взгляд резко переметнулся с его тела на мое. Я голый, как и Кинн. Неужели мы снова это сделали?!

— Ты уже проснулся? Дождь ещё идёт? — Кинн оттолкнулся от камня и потер глаза Затем он направился к горящему костру, подкинуть ещё веток. И когда этот ублюдок успел забрать мою зажигалку?

— Где моя футболка? — Он ткнул в сторону груды камней с разложенными на них вещами.

— Она ещё мокрая. Не надевай пока, — Кинн зевнул.

— Что ты со мной сделал? — Бросил вопрос в спину, потому что Кинн и не подумал повернуться ко мне, даже во время разговора.

— Что я сделал? — ответил он и наклонил голову, чтобы посмотреть на меня.

— Мы голые и лежим в обнимку. И ты ещё спрашиваешь?!

— Одежда промокла из-за дождя. А затем ты пожаловался, что холодно, хотя я уже развел костер. Я не знал, как ещё можно было помочь тебе согреться...

На последнем слове Кинн бросил на меня хитрый взгляд, отчего мне захотелось пнуть его в лицо. Но я всё ещё чувствовал легкое головокружение.

— И кто тебе разрешил это делать?!

Черт! Теперь я вспомнил! Я вспомнил, что нас загнала в середину леса кучка неизвестных мужчин, и вдруг хлынул дождь. Вспомнил, что никак не мог согреться. И вспомнил Кинна, спрашивающего, как он может помочь…

Черт! Опять, Порш?! Правда?

— Порш, неужели ты думаешь, что я сейчас в настроении заняться сексом? Оглянись вокруг. Я не думаю, что кто-то будет возбужден подобной ситуацией, — он засмеялся, но я не разделял его веселья.

— Кто знает? Такие как ты любят острые ощущения.

— Теперь ты можешь говорить такие гадости, да? Вероятно, тебе уже лучше, — он отвернулся к огню. — Проклятье! Где мы, черт возьми, находимся?

Я просто обнял свои колени и сосредоточился на горящем огне, пытаясь понять, какого черта я снова застрял с этим ублюдком.

— Черт! Мой телефон потерялся. Надеюсь, Пит сможет найти нас раньше, чем эти ублюдки. — Кинн подошел ко входу в пещеру и протянул руку, чтобы проверить, идет ли ещё дождь.

— Я хочу пить, — пробормотал я себе под нос, ища что-нибудь вокруг, куда можно набрать воды.

— Что ты собираешься делать? Здесь нет никакого стакана.

Я нахмурился. Конечно, здесь нет стакана, потому что мы в лесу, ты, грёбаный тупица!

— Возьми большой лист и протри его. Затем найди источник воды, сверни его и набери воду, — надеюсь, этот ублюдок поймёт мою мысль.

— Это будет трудно, потому что снаружи ливень.

Я закатил глаза и проигнорировал слова Кинна. Я просто продолжал искать что-нибудь ещё, чтобы построить наш лагерь, но здесь не было ничего, кроме веток и булыжников.

— Но, если ты действительно так хочешь пить, можешь сначала выпить меня, — сказал ублюдок, и я растерянно посмотрел на него,не понимая, о чем идёт речь, пока Кинн не наклонил голову и не ткнул пальцем в середину своей промежности. Меня перекосило.

— Пошел ты!

Он хитро усмехнулся, прежде чем выйти под дождь. Я удивленно проследил, как этот ублюдок делает то, что я сказал. Он отсутствовал минуту или две и вернулся с четырьмя большими листьями, свернутыми в конусы.

— Вот, — он протянул один мне. Я с опаской взял лист и, поколебавшись, выпил содержимое. Действительно вода.

Кинн внимательно проследил за моими действиями и поднёс другой лист к губам.

— Что с тобой? Тебе обязательно ждать меня, прежде чем выпить своё? — я заметил его ужимки.

— Я просто проверяю, безопасна ли эта вода для питья. Ты вроде в порядке, так что я просто выпил её.

Я что, гребаная подопытная крыса?Подожди, пока мы вернемся домой, Кинн. Я тебя отравлю!

Я придвинулся ближе к огню и слегка обнял колени. Я задавался вопросом, почему вся моя чертова жизнь должна быть такой трагичной. Достаточно того, что меня преследовали бандиты, но застрять в этом лесу с этим ублюдком Кинном — это уже слишком.

—Ты ведь слышал, о чем они говорили в машине? — Кинн сёл напротив.

Я согласно мгыкнул, не глядя на него прямо, но рассматривая исподтишка и давя желание как следует врезать, пользуясь тем, что он смотрит не на меня, а в пламя.

— Им нужен был именно ты, — сказал он обманчиво спокойно.

— У меня нет врагов. Кроме тебя, — ответил я, всё ещё не глядя в его сторону.

— Ты действительно упрям, Порш. — Кинн рассмеялся и на этот раз я бросил на него взгляд. Почему этот ублюдок всё ещё играет со мной, даже если полностью осознает, что сделал?

— Уже дважды тебя пытались похитить. Я могу понять, зачем кто-то охотится на меня. Но их целью был ты, и у меня нет ни малейшего понятия, зачем и кому это нужно, — Кинн задумчиво потер подбородок.

Он прав. Если целью был Кинн, то из-за его работы или семьи. Но зачем кому-то похищать меня?

— Давай покаоставим это и сосредоточимся на том, чтобы найти способ выбраться отсюда, — довольно серьёзно сказал Кинн.

Я снова попытался восстановить в памяти: есть ли у меня враги, кроме этого гребаного ублюдка, но я просто не могу вспомнить никого. Я был в середине размышлений, когда Кинн отвлек моё внимание.

— Теперь ты чувствуешь себя намного лучше? — спросил он.

— Угу.

— Ты должен поблагодарить меня. Ведь это я не дал тебе замёрзнуть, — он приподнял уголок рта и лукаво улыбнулся.

Мои брови тут же сложились в прямую линию, когда я услышал, что сказал Кинн. Не в силах сдержать свой закипающий нрав, я подбросил в костер несколько веток, и он заискрился, как фейерверк. Кинн только посмеялся над такой реакцией и продолжал смотреть в мою сторону.

Я был взбешён и одновременно поражён его наглостью. Но я никогда не видел его таким спокойным и расслабленным, настолько далёким от того, что он всегда делает. Может быть, потому что мы находимся далеко от дома и его офиса, где он обычно носит аккуратную одежду и фальшивые улыбки. Внешне он был жестким и грубым, но за этим фасадом — обычный парень из колледжа, как и я.

— Во сне ты говорил. О своих родителях. — Самодовольное выражение на его лице со временем исчезло и сменилось на мягкое. Я поднял взгляд и посмотрел на него, а затем уставился на горящее пламя. Я знаю, что он не лгал, чтобы поддразнить меня, потому что мне действительно приснилось, что мои родители живы и обнимают меня. Тепло в сердце, которого я давно не испытывал, а также чувство защищенности были настолько прекрасны, что я не хотел просыпаться.

— Да, — что ещё я мог сказать?

— Давно они погибли?

— Почти десять лет, — сказал я тихим голосом.

— Наверное, это здорово, что у тебя была мама, котора заботилась о тебе. Я даже не помню лица своей матери, — Кинн невесело усмехнулся.

— Почему? — его слова вызвали досаду.

— Родители развелись, когда Киму было всего несколько месяцев. И я был очень мал, что в памяти о моём детстве её совсем нет, — он снова уставился на огонь.

— Почему они решили развестись?

Что на меня нашло, с чего я вдруг захотел узнать о жизни Кинна?

— Я не знаю. Я никогда не спрашивал об этом. Возможно, потому что меня устраивает просто жить с отцом, — сказал он вполне обычным голосом, но, когда я посмотрел в его глаза, то заметил печаль. Наверное, он не раз думал об этом, но просто не решался раскрыть свои чувства.

— Ты потрясающий, растишь младшего брата один и даже умудряешься обеспечить ему комфортную жизнь. Одна мысль о том, что я буду воспитывать младшего брата в одиночку, уже отправляет меня в ад, — сказал Кинн и рассмеялся. Я представил себе эту картину и тоже слегка улыбнулся.

Черт! Я забыл о своём брате!

— Кинн! Че. Как думаешь, он в безопасности? — как я мог забыть?! Это всё чёртова лихорадка.

Я должен был злиться на Кинна, но не получалось.

— Я сказал ему позвонить Питу и бежать через чёрный ход.

Если Че последовал приказу, то он должен быть в порядке. Но я всё ещё волнуюсь за своего младшего брата. Если с ним что-то произойдет, что же мне делать?

— Не волнуйся. С твоим братом точно всё в порядке. Кроме того, эти ублюдки были слишком глупы, чтобы поймать его, — сказал Кинн успокаивающе. Я согласился с ним, потому что эти люди были слишком небрежны в своих действиях. То, что они не разделили нас, пока мы были без сознания, или хотя бы не связали руки за спиной, было просто тупо.

— Если он не позвонил Питу, то наверняка позвонил Тэму или Джому.

Кинн кивнул и тепло улыбнулся мне. Как будто мы вовсе не в темном лесу и за нами не охотится толпа вооруженных людей. Эта улыбка всегда заставала меня врасплох, и когда бы я ни пытался отвести от неё взгляд, я всегда терпел неудачу.

Пока я позволю тебе победить, Кинн. Но когда мы выберемся отсюда, я снова возненавижу тебя всем сердцем!

— Сейчас тебе лучше поспать, Порш. Дождь, вероятно, не прекратится до завтра. — Я медленно кивнул и снова устроился на камне. До сих пор у меня сильно кружится голова. А нам нужно выбираться отсюда.

Смогу ли я прийти в себя в такой ситуации? Надеюсь, мой брат будет в безопасности, пока мы не выберемся. Я прислонился к холодным камням, и тут же моё тело задрожало от холода, пронизывающего кожу спины. Не имея другого выбора, я вытащил руки и интенсивно потер бока, чтобы согреться.

— Какого черта ты делаешь? — Кинн притянул меня к себе.

— Сможешь ли ты заснуть в такой холод?

— он только крепче обнял меня.

— Отпусти меня! Что, черт возьми, ты пытаешься сделать? — Я боролся с ним изо всех сил, но Кинн держал меня так крепко, что я не мог сдвинуться ни на дюйм.

— Я не собираюсь делать с тобой ничего плохого, так что лежи спокойно, — сказал Кинн серьезным голосом. Я немного успокоился и повернул голову в его сторону.

— Отпусти меня, Кинн.

— У тебя жар. Я не собираюсь таскать теья на руках, как принцессу. Так что веди себя хорошо. — Кинн положил голову на камень и крепко обнял меня.

Я уже собирался снова взбрыкнуть, но головная боль помешала. Меня раздражало, что он продолжает беспокоить меня. Но, честно говоря, спать рядом с ним гораздо теплее, чем одному. И то чувство безопасности, которое он дает, также успокаивает меня. Не знаю, мне кажется или от него действительно исходит такая аура. Всякий раз, как его дыхание касается моей шеи, я просто не могу не покраснеть. Я знаю, что должен быть осторожен, но такие ситуации заставляют меня сомневаться в собственном здравомыслии. Я потерялся в собственных мыслях и не заметил, что окружающую меня обстановку медленно поглощает тьма. Даже не осознавая этого, я заснул.