Глава 20. Церемония Инесорабилис

Барон Крамер говорил свою вычурную и пространную речь - вероятно, она была традиционной, еще с хромых годов, поэтому была растянутой и совсем не лаконичной. Пока он не спеша вещал, Сессилия оглядывала ожидающих на другом конце сцены семью Инесорабилис.

Старший брат, несмотря на официальное снятие траура, всё равно имел довольно темный облик, но в этот раз в его костюме было много благородного синего. Свои мечи он так и не снял, продолжая как бы невзначай держать руку на рукоятке одного из них – даже в день их величайшего триумфа он был готов в любую секунду броситься защищать младших. Его лицо из-за этого, хоть он и старался изо всех сил сделать его приветливым, казалось слишком серьезным. «Любопытно, станет ли он популярным аристократом с таким выражением лица? Для дворян очень важна репутация, и если народ его невзлюбит, семье будет нелегко.»

Элиас, как мог, подражал старшему брату, но совсем не был на него похож, хотя это выглядела весьма умилительно из-за прозрачности его действий. Он старательно держал серьёзное лицо, но нет-нет, а давил зевки.

Словно в противовес им, Розария постоянно улыбалась. Её улыбка по природе своей была довольно слабой, будто она была уставшей или плохо себя чувствовала, но это совсем не делало её фальшивой. Она слушала всю речь очень внимательно и непритворно радовалась всей душой.

- По этой девушке сразу видно, что она никогда не станет истинной леди, – шепот сзади заставил Сессилию замереть, как громом пораженной. – Возможно, когда-то их семья и была благородной, но взгляните на них сейчас. По ним издалека видно отсутствие родословной.

Подавив мгновенного вспыхнувшую ярость, Сессилия медленно обернулась, выискивая глазами говорившего. Но все гости продолжали смотреть на сцену, больше не переговариваясь: женщины обмахивались веерами, мужчины временами прикладывались к бокалам в руках, и каждый неизменно пытался встать в соответствующую позу, будто их в этот момент фотографировали.

«А, стоп. Везде камеры.»

Она обернулась обратно, и именно в этот момент лорд Крамер наконец закончил свою речь.

- С невероятной гордостью я прошу выйти сюда благородную виконтскую семью – Инесорабилис! – пафосно махнул он рукой, и она невольно улыбнулась, подумав, что совсем не жалеет, что этот человек говорит речь. Церемония и должна быть такой – пафосной, грандиозной, делающей акцент на истории и том, какой путь пришлось проделать. Ничуть не меньше.

Единственные представители новой виконтской семьи сделали несколько шагов вперёд, и лорд Крамер надел на шею Шенна церемониальный кулон, который символизировал главенствующую позицию в дворянской семье. Когда мужчина выпрямился, и кулон блеснул на его шее, все зааплодировали.

Сессилия старалась хлопать сдержанно и не срываться на аплодисменты, от которых заболели бы руки, хотя и очень хотелось. «Поздравляю! Поздравляю, злюка-Шенн, Элиас, Роза!»

- Кхе-кхе, – откашлялся лорд-ведущий, чтобы овации стали затихать. Когда в зале снова воцарилась тишина, он продолжил. – Ни для кого не секрет, что честь быть сейчас на этом месте мне досталось из-за ряда обстоятельств, с которыми мы все столкнулись в последнее время. Изначально на моем месте должна была быть леди Сессилия Валентайн, которая, храни её Господь, сегодня находится здесь и в добром здравии. Дабы не нарушать устоявшиеся порядки Черного Лотоса, я приглашаю её сюда для напутствующей речи. Леди Валентайн, просим.

Люди снова разразились аплодисментами.

«Вот это подстава, конечно.»

Не теряя времени, чтобы не показать свой растерянности, она кивнула и, подобрав юбки, направилась в сторону сцены.

«Что мне делать? Я даже на свадьбах никогда речи не произносила! Я не знаю, что должна сказать. Система, ты же оштрафуешь меня! Что делать?!»

[Не паникуйте, просто поздравьте их. Не столь важно сейчас, что именно Вы скажите – те, кто недолюбливает Вас, найдут изъяны в любой речи. Говорите от сердца, и тогда точно не придётся жалеть о произнесённых словах.]

«Система, ты... очень мудра.»

[Это ценные данные, оставленные мне моим создателем.]

Сессилия поднялась и, пройдя несколько шагов, повернулась к Розарии и её братьям так, чтобы всех было видно зрителям. «Сказать от сердца... Если даже Система говорит, что не оштрафует меня, что бы я ни сказала, значит достаточно будет и того, что я действительно думаю.»

- Благородные леди и лорды семьи Инесорабилис, – произнесла она с улыбкой, старательно забывая о толпе зрителей, – от всего сердца хочу поздравить вас с тем, что вы сделали – вы восстановили честь и память своей семьи.

Она вспомнила о том, как Роза говорила, что это дело было смыслом жизни их родителей, и они всего немного не дожили до этого момента – трагическая случайность, но до чего горько должно быть новоиспечённым аристократам от мысли, что их родным оставалось совсем немного. Совсем-совсем немного. «Я понимаю. Моя сестра не успела добежать до нас, чтобы обнять, всего немного, прежде чем наш мир был уничтожен.»

- Немногие смогли бы пройти это долгое, сложное испытание и довести дело до конца, – продолжила она. – Но то, что вы стоите сейчас здесь, что все мы смотрим на вас и поздравляем – я уверена, оно стоило каждой секунды ваших стараний. Вы станете семьёй с невероятной историей – историей борьбы и веры, которыми будут гордиться ваши потомки. Сегодня я здесь для того, чтобы поприветствовать вас, как семью аристократов, чтобы проявить вам мои благодарность и уважение. Я надеюсь, что и впредь вас не будут пугать трудности и невзгоды. Лорд Шенн, – она кивнула старшему в семье, и мельком увидела, как он удивился, – я с нетерпением буду ждать Вас на совете лордов. Ваши смелость и твёрдость духа будут вести Черный Лотос вперёд. Лорд Элиас, – она перевела взгляд на мальчика и улыбнулась, – каждому в этом зале известно, насколько великое будущее ждёт тебя, но вряд ли кто-то даже представить может, на что способны твои таланты и ум. Сегодня даже глава ИСТ пришел, чтобы узреть первого аристократа, которому стало по плечу покорить его невероятные технологии, – в его взгляде она видела неверие, удивление и... благодарность. Кажется, она говорила всё правильно даже для такого изощрённого слушателя. – И, леди Розария, – она повернулась к Розе и увидела, что в её глазах стоят непролитые слезы, а на губах играет самая искренняя улыбка на свете. «Прекрати, я же сейчас тоже заплачу!» – Ты станешь самой прекрасной леди в Черном Лотосе, потому что... ты уже ей стала, – её голос всё же дрогнул от эмоций, а глаза наполнились слезами за секунду, – ты сияешь ярче любого бриллианта, но сегодня это увидели не только твои родные и я, а целый мир. Я от всего сердца... поздравляю тебя! Всех вас!

Увидев её слезы, Розария не выдержала и тоже расплакалась, тут же бросаясь к ней и крепко обнимая. Зрители посчитали это финалом речи и зааплодировали. Сессилия крепко обняла Розарию в ответ, чувствуя, как она трясётся от рыданий.

- Спасибо, Сиси, – шептала она. – Спасибо за всё. Для меня подарок небес – иметь такого друга, как ты.

Сквозь пелену перед глазами Сессилия видела, как разом изменяется уровень расположения у всех, кто находился в зале. Значения были самыми разными – у одних оно поднималось, у других опускалось. Она не могла разглядеть их лица и точные значения, но ей было плевать. Она видела, как у самых важных людей вечера стрелки расположения идут вверх, и невольно заулыбалась. Надпись рядом с Шенном сменилась с тревожной красной «Неприязнь» на сероватую «Сомнение». «Нейтрал» Элиаса посветлел и поменялся на «Неохотная симпатия».

«Неохотная! Ах-ха-ха!»

Заметив, что она смеётся, Роза отстранилась и улыбнулась ей заплаканным лицом.

Не дав им двоим продолжать эту сентиментальщину на глазах зрителей, Шенн вышел вперёд и громко сказал:

- Господа, спасибо вам за этот вечер! Официальная часть на этом закончена, прошу, развлекаетесь и будьте как дома.

На этот раз люди зааплодировали более оживлённо – некоторые из них определенно заметили, что слуг с подносами алкоголя стало больше.

Шенн повернулся к девушкам на сцене и почти без своих обычных строгости и металла в голосе сказал:

- Приведите себя в порядок и возвращайтесь. Благородным леди не престало быть на вечере такими заплаканными.

[УровеньВашего расположения в отношении Шенна Инесорабилис только что увеличился!]

:ː Ѧ // Ѧ \\ Ѧ ː:

Хорнер, зевая, поднимался по лестнице на второй этаж Омута. На самой верхней ступеньке перед ним вдруг как тень вырос Вейланд. Повар подавился звуком и закашлялся, едва не повалившись вниз.

- Вейланд! Да славься ты, Черный Лотос, зачем так пугать?!

- Ты куда? – холодно произнёс юноша, почти не мигая глядя на него.

Хорнер вопросительно поднял бровь:

- В библиотеку. Книжку взять.

- До возвращения госпожи никому не позволено подниматься на второй этаж.

Хорнер закатил глаза:

- Да будь ты здоров, Вейланд, я же на минутку!

Он попытался обогнуть настырного слугу, но в темноте вдруг мелькнула сталь – Вейланд направил на него тренировочный, но вполне настоящий стальной меч, остановив лезвие около чужого лица.

- Это приказ, – повторил он.

- ...Тебе никогда не говорили, что ты немножко, совсем немножко – очень сильно – странный? – Хорнер отодвинул пальцем лезвие подальше от себя и вздохнул. – И что мне делать, в городскую библиотеку идти, раз ты меня в нашу не пускаешь?

- Иди, – согласился Вейланд.

Тяжело вздохнув, Хорнер махнул на него рукой и стал спускаться, попутно бормоча:

- Во имя неба, нас три человека в доме, а он продолжает вести себя так.

Он действительно вышел из дома и направился в сторону библиотеки. Но, не доходя до неё и остановившись в безлюдном месте, он активировал свой кафф и в пару движений настроил связь с домом, находящемся далеко оттуда. Лицо собеседника возникло перед ним почти сразу:

- Не вышло, – сразу отрапортовал он. – Валентайн попросила своего верного слугу никого не пускать на второй этаж, пока её нет в поместье.

- Выходит, ей есть, что скрывать?

- Вот уж не знаю. Но раньше такого рвения она не проявляла, это немного странно.

- Что по поводу тайных ходов в поместье?

- Они определенно есть, но я всё ещё не нашел в них вход. Значит, он механический, не имеющий отношения к технологиям. Это связывает мне руки.

- Продолжай искать. Через три дня и шесть часов нам уже будет известен ответ. Если она виновна, к тому времени у нас уже должны быть сведения, доказывающие это. Собирать информацию, зная, что она виновата, ты уже не сможешь – сразу выдашь себя с головой. Пока это только теория, ты можешь терпеть. Но не потом. У тебя есть три дня, так что постарайся.

- Если выяснится, что это она, – подтвердил Хорнер, – я просто прикончу её.

- Не ставь под угрозу Семью, – строго произнес собеседник, – не дай ей понять, какова та сила, что может противостоять ей, если она та, о ком мы думаем. Если будешь вести себя неразумно, я приду лично, чтобы тебя остановить.

- Не надо, – вздохнул Хорнер и улыбнулся. – Ты должна быть дома и в безопасности, в окружении Семьи. Беременным нельзя волноваться. Глава, вроде, наказал тебе не покидать поместье.

- Если муж ведёт себя неразумно, я вынуждена поступать так же, – вздохнули на другом конце. – Береги себя, Мор. Удачной работы. Лучше нам не говорить долго.

- Конечно. Держи меня в курсе новостей, – дождавшись нежной улыбки жены, он отключился.

Вокруг по-прежнему никого не было.

:ː Ѧ // Ѧ \\ Ѧ ː:

Они с Розарией привели себя в порядок довольно быстро. Сессилии было неловко и дальше обсуждать сентиментальные вещи, поэтому она просто завела речь о том, как забавно дёргалась бородка лорда Крамера во время его речи. Роза смеялась своим тонким голосом так сильно, что из-за невозможности смеяться в полный голос смеялась в себя, и слёзы из её глаз брызнули на сей раз уже от смеха. Сессилия обмахивала её найденным на ближайшей полке веером, но от этого ей становилось только смешнее. «Низкий порог смеха,» – думала она, улыбаясь.

«Система, я рассмешила Розарию, дай баллов.»

[+10 баллов!]

«С тобой не так сложно договориться, оказывается.»

[Но шутка не смешная была.]

«...»

Они собирались вернуться в зал церемоний, но уже на подходе к нему один из слуг, поклонившись, сообщил, что все гости уже перешли в бальный зал, где должны были вот-вот начаться танцы.

«Танцы. А я думала, сейчас развлекаются иначе. Полагаю, даже сотни лет назад всякая церемония проходила примерно так.»

[+10 баллов за проницательность!]

- Вы пригласили музыкантов? – повернулась она к Розарии.

- Да, лучших из лучших! – улыбнулась она. – Конечно, можно было настроить музыку и технологиями, но тогда она была бы без души. Ты так не думаешь?

- М-м...

В её мире музыка только так и слушалась, хотя, если учитывать, сколько стоят билеты на живой концерт...

Когда они пришли в зал, музыканты в углу большого светлого зала ещё настраивали свои инструменты.

- Леди Инесорабилис, – к ним приблизился Бенефисент Агилар. – Поздравляю от всей души, – он кивнул и Сессилии. – Леди Валентайн.

[Так что насчёт голограммы виляющего хвостика?]

«Отстань.»

- Большое спасибо, лорд Агилар, – заулыбалась Розария. – И спасибо, что пришли!

- Для меня не было большей радости, чем увидеть восхождение вашего семейства, леди, вы достойны этого. Лорд Шенн искал Вас, так что я сочту за честь составить леди Валентайн компанию, пока Вы не вернётесь.

- Спасибо... – она неуверенно взглянула на Сессилию, но та ободряюще улыбнулась. – Я скоро вернусь. Не скучайте.

- Никак нет, – заверила Сессилия.

Лорд Агилар перевел на неё взгляд:

- Потрясающая речь, леди. Признаться, я волновался, что произошедшие недавно события заставят Вас закрыться, но Вы в очередной раз показали всем свою силу.

- Сила ли это? – она вздохнула, глядя на удаляющуюся Розу. – Возможно, мне не стоило так демонстрировать своё отношение? Не всем моя речь пришлась до душе. Как бы они не стали относиться к семье Инесорабилис иначе из-за меня.

- Те, кто недолюбливает их, нашёл бы повод и без этого, поверьте, – он усмехнулся. – Дружба среди аристократов – редкое явление... берегите это чувство.

[Нет, я не могу, я добавляю голограмму.]

- Я хотел подойти вместе с Афирией, – обернулся он, оглядывая толпу, – но она уже куда-то ускользнула.

- Ничего страшного.

Зачем доводить ребенка до нервного срыва?

- Леди Валентайн, могу я попросить Вас об одолжении?

Она удивилась:

- Конечно.

- Сейчас будет первый танец, который откроют леди Розария и лорд Шенн – по этой причине он и искал сестру, а то музыканты уже десять минут делают вид, что настраивают инструменты... После к ним присоединятся другие аристократы. Первый танец очень важен, так что – не окажите ли Вы мне честь?

Он с улыбкой протянул руку. Сессилия была готова поставить почку, что он хотел выбрать для первого танца ту, что не поведет его под венец после этого, игнорируя любой здравый смысл.

Она тепло улыбнулась:

- Конечно, лорд Агилар.

[Виляющий хвостик.]

«Да и мне будет спокойнее. У меня нет желания нервничать и не знать, как вести себя с незнакомыми лордами. К тому же, вдруг после этого танца они захотят каких-то выгод от Дома Валентайн? Лорду Агилару точно ничего от меня не надо, его положение даже крепче моего – у него есть армия.»

[Это так забавно.]

«Слушай, этот хвост всё равно видишь только ты. Признай, что сделала это только для своего развлечения.»

[Вовсе нет!]

Когда грянула музыка, как и говорил видам, сначала стали танцевать Шенн и Розария – как хозяева вечера. Постепенно к ним стали присоединяться те предприимчивые парочки, которые успели выбрать себе партнёра для танца до этого момента. Сессилия с видамом плавно проникли к танцующим рядам. «У меня... так хорошо получается.» Она двигалась плавно и размеренно, без малейших ошибок или неловкости. «Как и думала. Память тела.»

«Система, ты так увлечена моим голографическим хвостиком, что даже ничего не скажешь? Ты не похвалишь меня?»

[Скажу, что хвостик великолепен. Я такая молодец.]

«Система.»

[Хорошо, хорошо. Вы отлично справляетесь, а этот танец укрепит Ваше положение в обществе аристократов, ведь Вы лишний раз показываете Вашу дружбу с Домом Агилар и опровергаете слухи о вражде. К тому же, вы двое – самые влиятельные люди Черного Лотоса. Судя по данным, Ваше положение сейчас только укрепляется.]

«О. Отлично.»

[Но хвостик великолепен.]

Пока они двигались в танце, она мало обращала внимание на происходящее вокруг, дабы не отвлекаться на любопытствующие взгляды, но всё равно иногда скользила глазами по окружению. Её взгляд почти ни за что не цеплялся до тех пор, пока она не увидела двоих. «Вот они. Гауд и Эра.»

Человек канцлера и её телохранитель стояли поодаль, почти у самой стены, и оба держали бокалы с вином, которые можно было перехватить даже здесь. Бокал девушки был полон, что говорило о том, что держит она его лишь для вида, а вот её собеседник, судя по небольшому содержимому в его бокале и весёлому виду, успел пригубить. За время вечера Сессилия впервые увидела этих двоих. «Леди Эра даже сейчас не надела платья. Может, для столицы это не странно? Черный Лотос находится, все же, довольно далеко от центра страны.»

Вместе с тем, как заметила их, она вспомнила и то, с какой целью они здесь находятся. «Кукловод. Я почти забыла о нём.»

Их скрытность в первой части церемонии помогла отвлечься от напряжения, за что им можно было сказать спасибо. Но теперь, когда она вспомнила, не стоило забывать о том, что этот день важен не только присуждением виконтства Инесорабилис. Всё же, Шенн держит мечи на поясе не потому, что боится кого-то из приглашённых, он понимает ситуацию.

«Но здесь есть как минимум Альберта, которая работает на Кукловода. Нельзя терять бдительности.»

- Как Вам они? – спросил видам, перехватив её взгляд.

- Леди Эра и Гаудиум?

- По мне, так произносить «Гауд и Эра» проще, – усмехнулся он. – Доводилось видеть людей канцлера?

- Нет, – она перевела взгляд на них. – Они всегда такие... – она попыталась подобрать слово, потому что «странные» едва ли прозвучало бы вежливо.

- Да, – понял её лорд, – в большей или меньшей степени. Но не стоит беспокоиться о них. Ещё одна общая их черта – абсолютный профессионализм.

Она кивнула, немного успокоившись от этих слов. Если они здесь на случай нападения Кукловода, от мысли, что они здесь, ей станет легче.

Когда композиция закончилось, стройные ряды танцующих медленно распались. Видам увёл её под руку из центра зала, чтобы они не столкнулись с кем-то в воцарившемся столпотворении.

- Что такое? – спросила Сессилия, заметив, что он улыбается, почти смеясь.

- Я заметил Афирию, пока мы танцевали, – поделился он, – она, бедняжка, не знала, что ей делать, когда лорд Элиас пригласил её на танец. Что уж поделать, что среди аристократов Черного Лотоса только она подходит ему по возрасту.

Сессилия невольно усмехнулась, пытаясь представить эту картину. Но, прежде чем она успела ответить, на её кафф пришло сообщение.

[Леди Валентайн, встречаемся в гостиной на первом этаже, третьей слева, через пару минут. Рядом с дверью висит картина с пейзажем.

Демьен.]

«Лаконично, слов нет. А я точно найду эту комнату?»

- Лорд Агилар, я отойду припудрить носик, – она почти фыркнула на этой фразе, но он понимающе кивнул.

- Спасибо Вам за этот танец, – белозубо улыбнулся он.

«Система, убери хвостик.»

[Эх.]

Она вышла из зала танцующих и убедилась в том, что никто её не преследует. Как бы то ни было, весь первый этаж был усыпан камерами канцлера, и вряд ли кто-то в них сомневался. В комнате, куда она шла, камер тоже было куча, но это и хорошо. «Чем больше камер, тем лучше.»

Ведь именно в этом и был план.

- Чем больше камер, тем лучше, – произнес Демьен, когда они сидели в Бритце в день её похищения. – Но Кукловод будет ждать того, что дом будет полон ими под завязку, и наверняка подготовится.

- Что же делать? – с тревогой произнесла она.

- Я могу предложить кое-что. В каффы гостей можно внедрить программу слежения и записи. Тогда, даже если убийца отключит все камеры в поместье, у нас всё ещё будут записи.

- Это... отличный план, – моргнула она. – Едва ли кто-то придёт на церемонию без каффа, и тогда у нас будут записи высочайшего качества. Конечно, это незаконно и встаёт вопрос морали, но... ради безопасности. Если бы Вы могли это устроить...

- Я могу, – заверил он, – но, леди Валентайн, Ваш кафф тоже...

- Конечно, – она закивала. – Особенно мой. Я в зоне риска.

Он смотрел на неё внимательным взглядом некоторое время, после чего кивнул.

Все эти вспышки на солнце, что «вывели из строя каффы» – все они были лживы, ничего такого не было. Это было устроено лишь для того, чтобы добавить функцию слежения в каффы гостей. Конечно, было бы странно, если бы Демьен собрал технику только у будущих гостей церемонии, поэтому трюк пришлось проделать со всем Черным Лотосом. Пришлось повозиться.

«Но теперь, если что-то случится, мы будем знать, кто во всем виноват.»

Она зашла в комнату, рядом с которой висела картина с довольно мрачным пейзажем. «Точно ли эта?» Внутри было темно, виднелись только силуэты находящейся внутри мебели. «Как включить свет, если он не начал разгораться сам по себе, когда я вошла?»

- М-м... свет, включись?

Лампы стали медленно разгораться. «Проще, чем я думала!»

В ожидании Демьена она несколько раз прошлась по комнате, разглядывая стены с интересным узором. «У него есть сведения для меня? Мы не договаривались вот так встречаться на церемонии, но если он решился на это, значит у него есть, что сказать. Камеры канцлера наверняка передают звук, стоит быть осторожнее.»

Она сделала ещё несколько шагов по комнате, и её внимание вдруг привлекло пятно. «Кто-то что-то разлил. Видимо, я не первая, кто пришел сюда. Это вино?»

Она приблизилась к внушительному пятну на ковре и потёрла его носком туфли. Жидкость обильно смочила ворс, так что даже от такого движения были слышны влажные звуки. Сессилию наполняло странное чувство, и она на всякий случай сделала несколько шагов назад. «К черту. Подожду его снаружи.»

Она резко развернулась, чтобы уйти, и замерла, как вкопанная. На двери была прибита маленькая самодельная кукла. 

 :ː Ѧ // Ѧ \\ Ѧ ː: