Прикосновение к вечности

«Любовь — это самое лучшее и самое худшее, что есть в мире.»"Габриэла, гвоздика и корица" Жоржи АмадуМы попрощались, и я почувствовала, как Адам берет меня за руку, его пальцы переплелись с моими. Мы шли к машине оставляя позади шум и смех вечеринки, погружаясь в тишину ночи.— Ты устала? — спросил Адам, когда мы сели в машину.— Немного, — призналась я, прислонившись головой к его плечу. — Но это была отличная ночь.— Она еще не закончилась, — прошептал Адам, сняв маску Крика и бросив ее на задние сиденья. Я подняла голову, встречаясь с его взглядом. В темноте салона его глаза блестели, отражая свет уличных фонарей, и в них читалось то же волнение, что и у меня. Маска Крика, символ той вечеринки, той игры, которая свела нас вместе, теперь лежала забытой, как будто ее время прошло. Но что-то подсказывало мне, что это только начало.Мы тронулись с места, и городские огни замелькали за окном, создавая причудливые узоры на стекле. Тишина в машине была наполнена невысказанными мыслями, легким напряжением и предвкушением. Я знала, что Адам не просто так сказал эти слова. Он всегда был человеком действия, человеком, который умел создавать моменты, которые запоминаются навсегда.Мы ехали по пустынным улицам, и каждый поворот, каждый новый вид казался частью какого-то медленного, завораживающего танца. Я чувствовала, как мое сердце бьется в унисон с ритмом дороги, с его дыханием, с его присутствием рядом. Это было не просто завершение вечера, это было начало новой главы, написанной в тишине ночи и под шепот звезд.Когда мы подъехали к его дому, Адам заглушил двигатель. Мы сидели в машине еще несколько мгновений, погруженные в эту особую тишину, которая бывает только между двумя людьми, чувствующими друг друга без слов. Он повернулся ко мне, и его взгляд стал еще более пристальным.Он наклонился, и его губы коснулись моих. Поцелуй был нежным, но в то же время наполненным страстью, которая копилась в нас весь вечер. Я ответила, чувствуя, как мир вокруг нас сужается до этого единственного момента. Его руки обвили мою талию, притягивая еще ближе, и я почувствовала, как его сердце бьется в унисон с моим. Я перебралась через сиденье и оказалась у него на коленях. Его руки крепче обхватили меня, и я почувствовала тепло его тела, проникающее сквозь одежду. Воздух в машине стал плотнее, насыщенный ароматом его кожи и едва уловимым запахом парфюма, который теперь навсегда будет ассоциироваться у меня с этим моментом. Я уткнулась лицом в его шею, вдыхая этот запах, и почувствовала, как его дыхание участилось. Его пальцы скользнули по мои бедрам, вызывая дрожь. Он тихо прошептал мое имя, и этот звук, такой простой и одновременно такой значимый, заставил мое сердце замереть. Я почувствовала, как его губы снова нашли мои, на этот раз более уверенно, более требовательно. Поцелуй стал глубже, страстнее, и я полностью отдалась этому чувству, растворяясь в нем.Его шепот, едва слышный, прозвучал у моего уха: — Мы ведь не будем ночевать в машине? Я рассмеялась и отстранилась от него. Адам открыл дверь, сначала вышел сам, а затем, подав мне руку, помог выбраться из машины. Я улыбнулась, чувствуя, как легкое смущение смешивается с нарастающим возбуждением.Внутри царил полумрак, лишь слабый свет из окна освещал просторный холл. Тишина дома была иной, чем в машине – более глубокой, более интимной. Я чувствовала его взгляд на себе, ощущала его присутствие всем своим существом. Он взял мою руку, и его прикосновение было одновременно нежным и уверенным, словно он знал, чего я хочу, даже раньше, чем я сама.Мы поднялись по лестнице, и каждый наш шаг нарушал тишину, отзываясь гулким эхом. Адам позаботился о полотенцах – взял чистые, чтобы мы могли освежиться. Я же отправилась к шкафу за домашней одеждой, а потом, прихватив из косметички все необходимое для снятия макияжа, направилась в ванную. Вскоре к моему приходу присоединился Адам, и уже слышался шум набирающейся горячей воды для ванны.Его шаги были легкими, но я чувствовала их приближение, как будто каждый звук отзывался в моем теле. Когда он вошел, воздух наполнился его присутствием, и я почувствовала, как мое сердце снова начинает биться быстрее. Он подошел ко мне, и его глаза, все еще блестящие в полумраке, смотрели на меня с той же нежностью и желанием, что и в машине.— Ты прекрасна, – прошептал он, и его голос был низким и бархатным, как сама ночь. Он провел пальцами по моей щеке, и я почувствовала, как по моей коже пробежала дрожь. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением, его близостью.— Как и ты, Адам, – ответила я, и мой голос прозвучал немного хрипло. Я открыла глаза и встретилась с его взглядом.Пар от горячей воды окутывал нас, создавая атмосферу уюта и интимности. Я начала раздеваться, чувствуя, как краска заливает щеки. Собираясь снять чулки, я почувствовала, как рука Адама перехватывает мою. Он наклонился и, подцепив край ткани, медленно потянул вниз. Ткань чулка скользнула вниз, обнажая мою ногу, и я почувствовала его дыхание на своей коже. Я замерла на мгновение, ощущая, как его прикосновение вызывает волнение, которое пронизывает меня до самых кончиков пальцев. Я вздохнула, и в воздухе повисло напряжение, которое было одновременно сладким и тревожным. Я знала, что это не просто физическое влечение — это было что-то большее, что-то, что связывало нас на глубоком уровне. Его ладони легли на мои бедра, скользя вверх, к талии, оставляя за собой след горячих поцелуев на коже живота.Его пальцы, словно невесомые перышки, исследовали каждый изгиб моего тела, пробуждая спящие ощущения. Я чувствовала, как под его ладонями кожа отзывается дрожью, как учащается пульс, отдаваясь глухим стуком в висках. Влажный пар, казалось, усиливал эту чувственность, делая каждое прикосновение еще более острым, еще более реальным. Его пальцы, до этого невесомо касавшиеся моей талии, скользнули вверх, к спине. Я почувствовала, как он нащупывает застежку бюстгальтера. Щелчок – и кружевная ткань, словно лепесток, опустилась вниз. Я высвободила лямки, и вслед за бюстгальтером на пол упало и нижнее белье.Оставив позади эту маленькую кучку одежды, я сделала шаг к Адаму. Он переплел наши пальцы, и мы вместе опустились в горячую воду. Его руки обвили мою талию, притягивая ближе. В этом прикосновении было обещание, нежность и какое-то трепетное предвкушение.Я прикрыла глаза, наслаждаясь его близостью, ощущая, как его дыхание смешивается с моим. Каждый его жест был продуман, каждое прикосновение – нежным, но уверенным. Он не спешил, позволяя моменту раскрыться во всей своей полноте.Его губы коснулись моей шеи, оставляя легкий след, который пробежал по коже, оставляя за собой дрожь. Он притянул меня еще ближе, и я почувствовала, как его тело прижимается к моему, разделенное лишь тонкой пленкой воды.Мысли текли медленно, как вода в ванне, унося с собой все лишнее. Я чувствовала себя полностью расслабленной, доверившейся ему, и в этом доверии была своя особая сила. Он наклонился, и его губы нашли мои. Поцелуй был долгим, нежным, но наполненным страстью, которая разгоралась медленно, но неуклонно. Я ответила ему с той же силой, отдаваясь этому моменту без остатка.

Он отстранился лишь на мгновение, чтобы взглянуть мне в глаза. В его взгляде читалось столько всего: желание, нежность, и та самая глубокая связь, которая, казалось, существовала между нами всегда. Я видела в его глазах отражение своего собственного чувства, той же всепоглощающей страсти, которая захватила меня целиком.Вода вокруг нас становилась все теплее, или это было тепло, исходящее от наших тел, сплетенных в объятиях?Я потеряла счет времени, потеряла счет ощущениям, осталась только эта всепоглощающая близость, это единение душ и тел. Его руки скользили по моему телу, оставляя за собой след горячих прикосновений, пробуждая новые волны желания. Легкий аромат лаванды, исходящий от пены, щекотал ноздри, умиротворяя и расслабляя. Вода постепенно остывала, напоминая о том, что пора возвращаться в реальность. Но даже когда мы вышли из ванной, завернувшись в мягкие полотенца, ощущение близости и нежности не покидало нас.Когда я потянулась за одеждой, рука Адама мягко перехватила мою, не давая мне ускользнуть из его объятий. Он прижался ко мне сзади, его дыхание коснулось моей шеи, а губы оставили легкие, дразнящие поцелуи, скользящие к самому уху.Его прикосновения обжигали, словно пожар, проникающий в каждую клеточку моего тела. Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, впитывая его тепло, его близость, его любовь. В этот миг не существовало ничего, кроме нас двоих, объединенных невидимой нитью страсти и глубокой привязанности.Я повернулась в его объятиях, заглядывая в его глаза, пытаясь разгадать все тайны его души. В них я видела отражение себя, своей любви, своей преданности. Я чувствовала, как наши сердца бьются в унисон, как наши души сливаются воедино, создавая нечто большее.Он провел рукой по моей щеке, нежно касаясь губами моего лба. В этом жесте было столько заботы, столько нежности, что у меня перехватило дыхание. Я прижалась к нему еще сильнее, ища защиты и утешения в его объятиях.— Я люблю тебя, — прошептала я, едва слышно, боясь нарушить эту хрупкую гармонию момента.— И я люблю тебя, — ответил он, и в его голосе звучала искренность, которая пронзила меня до глубины души. В его глазах я видела обещание. Обещание защиты, понимания, вечной близости. И я верила ему. Верила безоговорочно, как верят в восход солнца, в смену времен года, в неизбежность любви.Я провела пальцами по его щеке, ощущая легкую щетину. Он прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновением. В этот момент он казался таким уязвимым, таким настоящим. Вся его сила, вся его уверенность, казалось, растворились в этом простом, нежном жесте.Он открыл глаза, и в них плескалось столько любви, что я едва могла выдержать этот взгляд. — Я люблю тебя больше, чем слова могут выразить, — и я знала, что это правда.Он взял мое лицо в свои руки и снова поцеловал. Этот поцелуй был другим. Он был более глубоким, более интимным, чем все предыдущие. В нем была вся наша история, вся наша страсть, вся наша надежда на будущее.Его руки мягко легли на мои щеки, и губы вновь нашли мои. Этот поцелуй был иным – он проникал глубже, касаясь самых сокровенных струн души. В нем были отголоски всего, что мы пережили: наша бушующая страсть и робкая надежда на завтра. Адам, словно читая мои желания, подхватил меня за бедра и усадил на себя – этот его жест всегда заставлял сердце биться чаще. Полотенце соскользнуло на пол, открывая меня ему полностью. Я прижалась к нему всем телом, чувствуя, как наши сердца стучат в унисон. Одной рукой он нежно обнимал меня за спину, и, не разрывая поцелуя, Адам открыл дверь ванной, погрузив нас в полумрак, и понес меня в спальню.Комната встретила нас мягким полумраком, отбрасываемым ночником. Он опустил меня на кровать так бережно, словно я была самой хрупкой драгоценностью в его жизни. Его глаза, полные обожания, скользили по моему телу, заставляя кровь приливать к щекам. Я жадно ловила каждый его взгляд, каждое прикосновение, как путник, уставший от долгой дороги, жадно пьет воду из родника.Его руки блуждали по моему телу, оставляя за собой след из мурашек. Каждый его поцелуй был откровением, обещанием бесконечной любви и преданности. Я отвечала ему тем же, вкладывая в каждый вдох, в каждое движение всю свою душу, всю свою любовь. В этот миг мы были единым целым, неразделимым и неуязвимым для всего мира.Каждое его прикосновение было наполнено нежностью и уважением. Он не торопился, наслаждаясь каждым моментом, каждым ощущением. Он словно рисовал на моем теле картину любви, используя свои губы, свои руки, свое дыхание.Адам склонился ко мне, его рука легла на мое бедро, притягивая меня еще ближе. Я обхватила его талию ногами, а кончиками пальцев осторожно стянула с него полотенце.Он приподнял меня, и я почувствовала, как его тело прижимается к моему, как наши кожи соприкасаются, создавая новый уровень близости. Я обвила его шею руками, притягивая его еще ближе, желая ощутить его всем своим существом. Его поцелуй стал глубже, требовательнее, но в нем по-прежнему звучала та самая нежность, то самое обещание, которое я так жаждала. Я прижалась к нему еще сильнее, вдыхая аромат его кожи – смесь мужественности и нежности, которая сводила меня с ума.Каждый его вдох отдавался во мне дрожью, каждое движение будило вулкан внутри. Мир сузился до этих прикосновений, до этого обжигающего желания, которое разливалось по венам, опьяняя и подчиняя себе. Слова стали не нужны, они растворились в этом безмолвном танце тел, в этом обещании страсти, которое вот-вот должно было захлестнуть нас обоих.Его рука скользнула ниже, очерчивая контуры моей талии, бедер, заставляя меня выдохнуть от нетерпения. Я чувствовала, как он медленно ведет пальцами вверх по внутренней стороне бедра, приближаясь к самому сокровенному. Мое дыхание участилось, а сердце колотилось в груди, словно птица в клетке. Хотелось ускорить этот момент, броситься в омут чувств без остатка, но в то же время я жаждала каждой секунды этого предвкушения, этого сладостного ожидания. — Мы в любой момент можем остановиться, принцесса, — прошептал Адам, его пальцы нежно скользили по моей щеке. — Как только почувствуешь малейший дискомфорт или неуверенность, сразу скажи мне.Я кивнула, утопая в глубине его небесно-голубых глаз, чувствуя полное доверие. Он немного отстранился, создавая между нами легкое пространство. Я опустила взгляд, когда его рука мягко обхватила член, поднося ко входу моего влагалища. — Расслабься, не думай ни о чем. Я здесь, с тобой. Все будет хорошо, – его слова были тихим обещанием, сопровождаемым нежными поцелуями, которые касались моей кожи. И когда его губы вновь нашли мои, я почувствовала, как он входит в меня. Инстинктивно я напряглась, закрыв глаза. Адам тут же остановился, его рука успокаивающе погладила мою голову. Я сосредоточилась на его прикосновениях, на его словах, на его поцелуях, позволяя им унести меня.— Тише, тише, все хорошо, я здесь, – шептал Адам, его голос звучал как тихая гавань в бушующем море. Он не двигался, давая мне время привыкнуть к новому ощущению, заполняющему меня изнутри. Его пальцы нежно скользили по моей щеке, а губы касались лба, передавая любовь и понимание. Я чувствовала, как напряжение медленно покидает мое тело, уступая место теплу и доверию.Собравшись с духом, я слегка кивнула, давая ему понять, что готова продолжать. Он медленно, с невероятной осторожностью, начал двигаться. Каждое его движение было наполнено любовью и уважением. Боль постепенно отступала, заменяясь странным, новым ощущением.Его поцелуи становились глубже, страстнее, а слова поддержки звучали как мантра, укрепляющая мою уверенность. Дыхание участилось, стало прерывистым, словно после долгого бега. Дрожащими руками, я крепче обхватила его плечи, чувствуя, как наши тела становятся единым целым. Адам двигался плавно, мягко, словно боясь причинить мне боль. И в то же время, в каждом его движении, в каждом прикосновении чувствовалась огромная сила, дикая, необузданная страсть, которую он сдерживал ради меня.Его губы, теперь уже не просто касающиеся, а жадно исследующие мою шею, вызывали дрожь, пробегающую по всему телу. Я приоткрыла глаза и встретилась с его взглядом, в котором читалось не только желание, но и глубокая нежность, забота, которая была для меня дороже всего.Каждое его движение становилось увереннее, но при этом не теряло своей деликатности. Он словно читал мои мысли, предугадывая каждое мое желание, каждый мой вздох. Я чувствовала, как его тело, сильное и горячее, прижимается ко мне, и это прикосновение дарило мне ощущение безопасности.Я издала тихий стон, не в силах сдержать нахлынувшие чувства. Это было похоже на взрыв, на фейерверк эмоций, рассыпающийся искрами по всему телу.Адам, словно почувствовав мои перемены, углубил поцелуй. Его движения становились все более ритмичными, но при этом нежными и чувственными. Я отвечала на каждый его толчок, каждым своим вздохом, каждым прикосновением, позволяя ему вести меня в этот новый, неизведанный мир. Мое тело, словно живое, откликалось на каждую его ласку, на каждое его слово, посылая волны удовольствия, которые накрывали меня с головой.Тело горело, каждая клеточка вибрировала от переполняющих эмоций. Я уже не контролировала свои стоны, они вырывались сами собой, становясь громче и отчаяннее, вторя ритму его движений.— Эли, — шумно выдохнув, прошептал Адам, — Я..больше не могу, я скоро кончу. — Стон, сорвавшийся с его губ, эхом отозвался во мне.Ноги и руки стали ватными, словно я парила в невесомости, а каждое прикосновение Адама вызывало новые, еще более сильные волны удовольствия.Его дыхание стало прерывистым, словно он пробежал марафон. Я чувствовала, как бьется его сердце, как колотится моя собственная грудь в унисон с его ритмом.Я уже не могла сдерживать нахлынувшие чувства, когда все во мне кричало от восторга, наступил момент единения. Взрыв ощущений, волна тепла, затопившая меня с головы до ног. Я закричала, не в силах сдержать переполнявшие меня эмоции.И вот, когда я уже думала, что достигла предела, что больше не смогу выдержать этого потока чувств, Адам ответил мне стоном, его тело напряглось, и он обнял меня еще крепче. Его тело напряглось, шумные выдохи спелись со стонами и моим именем на его губах, словно он выпустил на волю все свои страсти и желания. Я чувствовала, как его семя изливается на мой живот, и потянувшись за салфетками, Адам вытер все до чиста. После оргазма наступила приятная истома. Адам прижался ко мне, тяжело дыша, и я почувствовала, как волна тепла разливается по всему моему телу. Он обмяк на мне, его дыхание постепенно выравнивалось. Я чувствовала его вес, согревающий меня. Медленно, очень нежно, Адам отстранился, ложась рядом. Он обнял меня, прижимая к себе, и мы некоторое время просто молчали, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга. Его рука гладила мои волосы, а губы касались виска, посылая волны тепла и умиротворения.Наконец, я немного приподнялась и посмотрела на него. В его глазах я увидела отражение той бури эмоций, которую мы только что пережили. В них же плескалась нежность и бесконечная любовь. Он улыбнулся мне, и я поняла, что этот момент изменил нас навсегда.— Это было невероятно, — прошептала я, чувствуя, как краска смущения заливает мои щеки.Адам нежно притянул меня к себе и поцеловал. — С тобой всегда невероятно, Эли.Притянув меня к себе, Адам устроился на подушках, а я легла на его торс, обвивая наши ноги. Адам накрыл нас одеялом.Его рука, покоившаяся на моей спине, казалось, пульсировала в унисон с моим сердцем. Я чувствовала каждый мускул, каждую линию его тела, прижавшегося ко мне, и это ощущение было настолько естественным, настолько правильным, что казалось, будто мы всегда были так. Воздух вокруг нас был пропитан ароматом его кожи, смешанным с едва уловимым запахом нашей страсти, и этот аромат окутывал меня, как самое нежное одеяло.Его пальцы перебирали мои волосы, и я невольно прижалась к нему еще сильнее, ища еще большего слияния. Легкий поцелуй Адама в мою макушку заставил меня улыбнуться. Я знала, что он чувствует то же самое.— Все хорошо, милая? У тебя ничего не болит?Я рассмеялась, тихо и счастливо.— Нет, все прекрасно. Просто... хорошо.Он прошептал что-то неразборчивое в мои волосы, и я почувствовала, как он расслабляется подо мной. Тишина снова окутала нас, на этот раз тишина полного умиротворения и согласия. Время, казалось, остановилось, превратившись в бесконечный момент блаженства.Постепенно я начала ощущать усталость. Тело, все еще отзывавшееся приятным удовольствием, требовало отдыха. Веки стали тяжелеть, и я почувствовала, как проваливаюсь в дрему. Зная, что нахожусь в безопасности и тепле, рядом с любимым человеком. Я проснулась от ощущения легкого покалывания в пальцах ног. В комнате горел приглушенный свет ночника, отбрасывая мягкие тени на стены. Адам все еще лежал рядом, нежно обнимая меня. Его дыхание было ровным и спокойным.Осторожно, чтобы не разбудить его, я высвободилась из его объятий и тихонько встала с кровати. Ноги немного дрожали, но я старалась тихонько выйти из комнаты, чтобы собрать нашу одежду в ванной. Собрав нашу одежду, я бросила одежду Адама в корзину для белья. Затем, включив тихий душ, чтобы не разбудить Адама, я зашла в кабинку. Теплая вода смывала остатки страсти и усталости, но не могла смыть то чувство глубокой удовлетворенности и близости, которое переполняло меня.Вытеревшись мягким полотенцем, я надела пижаму, захватила с собой платье и вернулась в спальню. Адам все еще спал, его лицо казалось таким безмятежным и умиротворенным. Я присела на край кровати и нежно провела рукой по его волосам.Он открыл глаза, в которых еще плескалась сонная нежность. Улыбнувшись, он потянулся ко мне и притянул к себе.— Куда ты пропала? — прошептал он, целуя меня в плечо.Его рука скользнула по моей спине, нежно поглаживая. Я чувствовала, как тепло его тела проникает сквозь тонкий шелк пижамы. Он притянул меня ближе, и я снова почувствовала знакомый, но такой же желанный вес его тела. — Мне нужно было принять душ, — сказала я, немного отстраняясь. — И тебе тоже, наверное.Он кивнул, но не отпустил меня сразу. Его пальцы запутались в моих волосах, и он поцеловал меня еще с той же нежностью.— Хорошо, — прошептал он, когда мы наконец расцепились. — Но потом мы снова будем вместе.Всегда, – подумала я про себя, наблюдая, как дверь спальни мягко закрывается за Адамом, уходящим в ванную. — Всегда будем вместе. В этот момент, лежа на кровати, я чувствовала, как все мои мысли возвращаются к нему, к нам. К тому, что произошло между нами. Это был мой первый раз. И он случился с самым любимым человеком. С тем, кто был так заботлив и внимателен ко мне на протяжении всего этого особенного момента.Я прикрыла глаза, ощущая, как тепло его тела все еще остается на моей коже, как будто он никуда не уходил. Воспоминания о его прикосновениях, о его шепоте, о том, как он смотрел на меня, проносились в голове, вызывая легкую улыбку. Я чувствовала себя обновленной, наполненной не только физическим удовлетворением, но и глубоким, всеобъемлющим чувством любви и принадлежности.Я встала с кровати и подошла к окну, чтобы взглянуть на ночное небо. Луна светила ярко, и звезды мерцали, словно подмигивая мне. Я глубоко вдохнула, впитывая в себя эту атмосферу волшебства и спокойствия.Когда Адам вернулся, его волосы были слегка влажными, а на коже блестели капли воды. Он выглядел немного сонным, и это придавало ему особую привлекательность. Я не могла удержаться и улыбнулась ему, чувствуя, как сердце наполняется теплом.— Ты выглядишь потрясающе, — сказал он, подходя ближе и обнимая меня. Его руки обвились вокруг моей талии, и я почувствовала, как его тепло проникает в меня, словно обволакивая своим уютом.Адам подхватил меня на руки, прижимая к себе и нежно касаясь моего носа своим. — Тебе нужно отдохнуть, солнце, – прошептал он, оставив легкий поцелуй на моих губах. Я прижалась к его груди, и он отнес меня обратно в кровать. Снова обняв, мы лежали, наслаждаясь тишиной и близостью друг друга. Его рука ласково гладила мои волосы, а я чувствовала, как наши сердца бьются в унисон.— Как ты себя чувствуешь? – тихо спросил он, его голос был полон заботы.— Прекрасно, – прошептала я, прижимаясь к нему еще сильнее.Его пальцы продолжали играть с моими волосами, словно пытаясь запомнить их текстуру, их аромат. Я закрыла глаза, позволяя себе полностью погрузиться в это ощущение покоя и безграничной любви, чувствуя, как веки тяжелеют. Но прежде чем сон окончательно завладел мной, я успела почувствовать легкий поцелуй на лбу. Проснувшись, я сладко потянулась в кровати, но тут же заметила, что Адама рядом нет. Я села, размяла затекшие мышцы и направилась к шкафу за свежими полотенцами. После утренних процедур в ванной – умывания и чистки зубов – я спустилась на кухню. Там меня уже ждал Адам, стоявший у плиты.Он что-то сосредоточенно помешивал в сковороде, и кухня наполнилась аппетитным ароматом жареного бекона. — Доброе утро, принцесса, — улыбнулся он, не оборачиваясь. — Я решил побаловать тебя завтраком. Я подошла ближе и обняла его со спины, уткнувшись носом в его плечо. — Ммм, пахнет восхитительно. Что еще в меню?Адам выключил плиту и, развернувшись, подхватил меня на руки, усаживая на кухонную столешницу. Его взгляд был полон нежности и желания. Я обвила ногами его талию, Адам провел ладонью по моему бедру, поднимаясь все выше и выше, и сжав мою грудь, он наклонился и нежно коснулся моих губ. Его губы были теплыми и мягкими, и я ответила на поцелуй с той же нежностью, чувствуя, как его руки обнимают меня, прижимая ближе.Я закрыла глаза, наслаждаясь моментом, чувствуя, как его пальцы скользят по моей спине, оставляя за собой след тепла. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь шторы, казалось, тоже наслаждались этой картиной, заливая кухню золотистым светом.— Ты всегда знаешь, как сделать мое утро лучше, — прошептала я, когда мы отстранились друг от друга, но не слишком далеко. Его глаза сияли, отражая свет из окна, и в них я видела всю ту любовь и заботу, которую он испытывал ко мне.— Я приготовил нам целый день, — ответил он, его голос был низким и бархатным. — Сначала мы позавтракаем, а потом поедем в зал, Мегс позвонила и предложила немного потренироваться.— Зал? Отлично, – ответила я, слегка прикусив губу. – Но сначала, нам стоит насладиться этим восхитительным завтраком, который ты приготовил. Я скользнула с столешницы, обнимая его за шею, и наши губы снова встретились в коротком, но обещающем поцелуе.Адам рассмеялся, его смех был таким же теплым, как и его прикосновения. Он отпустил меня, но его рука задержалась на моей талии, направляя к столу. Вскоре передо мной стояли две тарелки, дымящиеся ароматным беконом и яичницей. Рядом стояла чашка свежесваренного кофе. Мы сели друг напротив друга, и я не могла отвести глаз от его лица. Солнечный свет играл в его волосах, подчеркивая черты его лица, которые я знала наизусть, но которые никогда не переставали меня восхищать. — Ты постарался, Адам. – сказала я, беря вилку. – Это так мило.Мы ели в тишине, нарушаемой лишь звоном вилок о тарелки и тихим шелестом его дыхания. Каждый кусочек бекона казался особенно вкусным, каждый глоток кофе – бодрящим. Когда завтрак подошел к концу, и тарелки опустели, я взялась за мытье посуды, пока Адам приводил кухню в порядок. Закончив с домашними делами, мы оделись и отправились дальше. По дороге я заехала к себе, чтобы переодеться в более удобную и теплую одежду, затем достала топ, леггинсы и спортивные кроссовки. Сложив все необходимое в портфель, я вернулась к Адаму, и мы направились в спортзал, где нас уже ждала Меган.Едва мы переступили порог зала, как увидели Меган. Она уже была в процессе разминки, грациозно растягиваясь перед зеркалом. Заметив нас, она обернулась, и ее лицо озарила широкая, искренняя улыбка.— Привет, ребята! Как утро? – поприветствовала она нас, изящно вытягивая тело вверх, словно стремясь коснуться потолка.Я всегда поражалась ее способности появляться в зале в таком бодром и энергичном состоянии, особенно после бурных вечеринок, которые устраивали.Мы с Меган обнялись, и она проводила меня в раздевалку. Устроившись на скамейке, я достала из сумки спортивную одежду и начала переодеваться, прикрываясь дверцей ее шкафчика.— Ночь была просто сумасшедшей, – рассмеялась Меган, отпивая воду из бутылки. – Я даже не помню, как добралась до кровати.— Марк сильно буянил? – поинтересовалась я.— После того, как вы уехали, он куда-то пропал с Гвин. Наверное, отправились развлекаться со своими "веселыми таблетками". Хорошо хоть, что не у меня дома, – ответила она с ноткой облегчения.При упоминании о таблетках я невольно напряглась. Мы так и не смогли разобраться в их ситуации, и никто, кроме нас, об этом не знал.— А Трейси была? – спросила я, заканчивая зашнуровывать кроссовки.— Видела ее мельком. Не знаю, что с ней, может, она тоже увлеклась тем же, что Гвин и Марк? – предположила Меган.— Не думаю. Нам нужно будет съездить к ней и поговорить, – решила я.— Хорошо, – согласилась Меган, закрывая свой шкафчик. — Но сначала надо заглянуть к Итану, у него, кажется, жуткое похмелье. Пойдешь со мной?Мысль о похмелье Итана не вызывала у меня особого энтузиазма. Я кивнула и направилась к зеркалу, чтобы пригладить волосы и проверить, не осталось ли следов усталости после вчерашнего. В отражении я видела себя, но в то же время чувствовала, как внутри меня борются разные эмоции: беспокойство за Трейси, легкое раздражение от мысли о Марке и Гвин, и какая-то глухая тревога, которую я не могла точно определить. Это было похоже на предчувствие чего-то нехорошего, что витало в воздухе, как невидимая пыльца, оседающая на всем вокруг.Я старалась сосредоточиться на предстоящей тренировке, на ощущениях в теле, на музыке, которая играла в зале. Но мысли постоянно возвращались к Трейси. Она всегда была такой жизнерадостной, такой открытой. Что могло заставить ее замкнуться в себе, если она действительно была в таком состоянии, как предположила Меган? И почему я не заметила этого раньше?— Готова? – голос Меган вырвал меня из раздумий.— Да, – ответила я, стараясь придать своему голосу уверенности. — Пошли.Мы вышли из раздевалки, и я почувствовала, как напряжение немного спадает. Возможно, физическая активность поможет мне прояснить мысли.Мы прошли по залу, направляясь к беговым дорожкам. Справа от них были тяги верхнего блока, на которых уже занимался переодевшийся Адам, вместе с Дэвидом.— Ого , когда он успел здесь появиться? – удивленно спросила я, поворачиваясь к Мег.— Он приехал со мной, отходил за водой, пока вы не подъехали, – ответила она.— Мне кажется, или между вами что-то есть? – спросила я, ехидно улыбнувшись. Ох, теперь мое время доканывать ее вопросами и ставить в неловкое положение.Она отвернулась, и немного покраснела.— Брось, я встречаюсь с Итаном.Я усмехнулась, зная, что Меган не любит, когда ее подкалывают по поводу личной жизни. — Ладно, ладно, сдаюсь, — сказала я, поднимая руки в шутливом жесте. — Просто показалось.Подойдя к беговым дорожкам, мы начали разминаться. Я выбрала комфортную для себя среднюю скорость и наклон, Меган последовала моему примеру, и мы погрузились в тренировку. Время от времени я украдкой поглядывала на Адама. Его черная футболка облегала тело, а серые спортивные штаны сидели идеально. Я просто засмотрелась на то, как под одеждой перекатываются его крепкие мышцы. Это было невероятно притягательно.Внезапно Адам, словно почувствовав мой взгляд, обернулся. Наши глаза встретились, он подмигнул и на его губах появилась легкая, едва заметная улыбка. Я почувствовала, как щеки заливает румянец, и поспешила отвести взгляд, сосредоточившись на беговой дорожке. Сердце забилось быстрее, и я попыталась списать это на ускоренный пульс от тренировки. Но приятное тепло, разливающееся внизу живота, говорило о другом.После того, как мы размялись, Меган предложила перейти к более интенсивной части тренировки. Я ощущала, как мои мышцы напрягаются, отзываясь легкой усталостью. Дэвид и Адам, казалось, были полны сил – для них такие нагрузки были привычным делом, а вот я уже чувствовала себя вымотанной.Завершив упражнения, я насладилась освежающим душем, переоделась, закрыла шкафчик Меган и направилась к выходу. На улице меня уже ждали остальные. Передав ключи Мег, я уткнулась в объятия Адама, жалуясь на свою усталость. Он ласково гладил меня по голове, тихонько посмеиваясь.Обсудив дальнейшие планы, парни отправились в торговый центр – Дэвиду нужно было заглянуть в магазин одежды. Мы же с Меган решили сначала зайти в кофейню, а потом отправиться к Итану. Она выбрала латте, а я – зеленый чай. С горячими стаканчиками в руках, мы неспешно прогуливались по улицам Сиэтла. Затем зашли в продуктовый магазин, купили мясо для бульона и пару бутылок минералки для Итана. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в нежные оттенки розового и оранжевого. Прохладный вечерний ветерок приятно обдувал лицо, принося с собой легкий аромат кофе и влажной земли. — Давно мы так не гуляли вместе, — сказала Мег, отпивая горячий напиток из стаканчика.— Много забот в последнее время, — ответила я. — Но то, что мы лучшие подруги, это неизменно.Мы свернули с шумной магистрали на более спокойную улицу, где рядами выстроились величественные здания – как офисные центры, так и жилые дома. Добравшись до нужного адреса, Меган достала из кармана ключ от домофона и открыла входную дверь. Мы вошли внутрь и нажали кнопку вызова лифта, чтобы подняться на этаж Итана.Подойдя к его квартире, Мег попыталась открыть дверь ключом, но она оказалась заперта изнутри. Я нажала кнопку звонка, и через несколько минут из-за двери послышался женский голос.«Итан, доставка уже приехала», – прозвучало из квартиры.У меня похолодело внутри. С ужасом я обернулась к Меган. Ее взгляд был прикован к двери, а пальцы сжимали ручки пакета так, что побелели костяшки.— Какая к черту доставка?! – вырвалось у Мег. Я уже готовилась к самому худшему, узнав голос, доносившийся из квартиры Итана.Дверь распахнулась, и на пороге стояла Трейси, одетая в домашний халат, с растрепанными волосами. За ее спиной виднелся Итан. Мои руки задрожали. Я подошла ближе к Меган, и в тот же миг она схватила Трейси за волосы и вытащила ее из квартиры.— Вот какая ты подруга, да? – крикнула Меган, повалив Трейси на кафельный пол. Пакет выпал из рук Мег рядом с ее спортивной сумкой. Я бросилась оттаскивать Меган, но она вцепилась в Трейси мертвой хваткой, отталкивая меня.Я пыталась разнять их, но Меган была одержима. Ее глаза горели яростью, а слова вылетали как пули. Трейси, несмотря на боль, пыталась что-то сказать, но Меган не давала ей вставить ни слова. Я видела, как Итан стоит в дверном проеме, бледный и растерянный.— Какого черта ты стоишь?! Помоги мне! — выкрикнула я, взяв Меган за шиворот, пока та колотила бедную Трейси кулаками. — Меган, прошу тебя, успокойся.Итан, наконец, очнулся от шока и бросился к нам, пытаясь разнять Меган и Трейси. Его руки дрожали, но он все же смог обхватить Меган за талию и оттащить ее от Трейси. Меган вырывалась, кричала, но Итан держал ее крепко, несмотря на то, что его лицо было искажено болью и раскаянием.— Меган, пожалуйста, успокойся! — кричал он, пытаясь удержать ее. — Я все объясню!Трейси, лежа на полу, пыталась подняться, но ее лицо было искажено болью и страхом. Я бросилась к ней, помогая встать на ноги. Ее волосы были в беспорядке, а на лице виднелись следы от ударов. Итан, видя, что ситуация выходит из-под контроля, попытался объяснить. Но Меган не дала ему сказать и слова. — Ты лжец! Ты предатель! — крикнула Меган, ее голос дрожал от ярости. — Не трогай эту суку, Эли! Пусть мучается! Не обращая внимания на ее слова, я помогла Трейси подняться и завела ее в квартиру, усадив на диван.— Прости, — прошептала я, держа ее за руку. — Мне придется оставить тебя, Меган не в себе. Если нужна будет помощь, позвони мне. Я выбежала обратно к Меган, схватила ее за плечи и тряхнула. — Милая, тише. Успокойся, подруга, пожалуйста, — тороторила я, пока Итан медленно отошел к двери и спрятался за ней. Чертов трус. Я чувствовала, как адреналин пульсирует в моих венах, но понимала, что сейчас моя главная задача — не дать Меган окончательно сорваться. Она была в таком состоянии, что могла натворить непоправимое.— Меган, послушай меня, — попыталась я говорить спокойно, но мой голос дрожал. — Мы сейчас уйдем. Ты успокоишься, и мы все обсудим. Но не здесь. Не так. — Я осторожно попыталась отвести ее от двери квартиры Итана, но она сопротивлялась, ее тело было напряжено, как пружина.— Уйти? Уйти?! — ее голос сорвался на крик. — После того, как она... после того, как они...— Она не могла закончить фразу, слезы текли по ее лицу, смешиваясь с пылью и, возможно, кровью Трейси. Я видела, как Итан выглядывает из-за двери, его лицо было бледным, как мел. Он явно не знал, что делать, и это только подливало масла в огонь гнева Меган.— Я знаю, что тебе больно, Мег. Мне тоже. Но сейчас мы должны уйти, — настаивала я, пытаясь мягко, но настойчиво вести ее к выходу. Я чувствовала, как ее тело постепенно поддается моему давлению, но ее взгляд оставался прикованным к двери, где стоял Итан. В нем читалось столько боли, столько разочарования, что мне самой хотелось плакать.Я наклонилась, чтобы поднять сумку и пакет Меган. Закинув лямку на плечо, я взяла пакет в руки, но Меган перехватила его и швырнула в Итана. — Подавись, ублюдок! — крикнула она.Я замерла, наблюдая, как пакет летит в сторону Итана. Он успел отскочить, но пакет с глухим стуком ударился о стену рядом с ним. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Меган и моим собственным. Я чувствовала, как дрожат мои руки, но старалась сохранять спокойствие, хотя внутри все сжималось от страха и отвращения.Мы вышли из подъезда, и я повела Меган во двор. Она шла, спотыкаясь, но не отпускала меня. Мы сели на холодную скамейку, и я обняла ее, пытаясь успокоить. Меган дрожала, ее тело сотрясали рыдания. Я гладила ее по спине, шептала слова утешения, но понимала, что никакие слова не смогут сейчас залечить эту рану. Я чувствовала, как тяжесть произошедшего давит на меня. Я была свидетельницей того, как рушится дружба, как предательство вырывает кусок души. И я не знала, как помочь Меган собрать эти осколки.— Я не могу поверить... — прошептала она, глядя в пустоту. — Я так ему доверяла. И ей тоже, Эли. Я думала, мы все вместе...— Я понимаю, милая, — прошептала я, крепче обнимая ее. — Это ужасно. Но ты не одна. Я здесь.Меган уткнулась мне в плечо, ее рыдания становились тише, переходя в судорожные всхлипы.— Почему он это сделал? — спросила Меган, подняв голову. Ее глаза были красными от слез, а лицо искажено болью. — Я всегда была рядом, поддерживала его, верила в него. А он предал меня.— Я не знаю, Мег, — ответила я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу. — Люди иногда делают ужасные вещи. Но это не твоя вина. Ты не заслуживала такого.Меган глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Ее пальцы сжимали мою руку, как будто она боялась, что я исчезну в любой момент.— Что мне теперь делать? — спросила она, глядя вдаль. — Как жить дальше, зная, что он был с ней?— Ты будешь жить, Мег, — ответила я, крепче сжимая ее руку. — Ты будешь жить и двигаться вперед. Ты сильная, и у тебя есть друзья, которые всегда будут рядом. Мы поможем тебе пережить это.— Я не знаю, как, — прошептала Меган, ее голос был хриплым от слез. — Это как будто часть меня умерла. Часть меня, которая верила в любовь, в верность, в нашу дружбу.Мое сердце разбилось вместе с сердцем Меган. Конечно, я могла ожидать чего угодно от Итана, но пойти на такую подлость, на измену... казалось, что он пробил дно.Я смотрела на ее искаженное болью лицо, на дрожащие плечи, и чувствовала, как собственная душа сжимается в тугой узел. Слова поддержки казались такими пустыми, такими бессильными перед лицом этой разрушительной правды. Я видела, как в глазах Меган гаснет свет, как угасает вера в лучшее, и это было невыносимо. Я хотела кричать, хотела найти виновного и заставить его почувствовать хоть каплю той боли, которую он причинил, но понимала, что это ничего не изменит. Итан уже сделал свой выбор, и этот выбор растоптал не только Меган, но и что-то важное в моей собственной картине мира.Я крепче обняла ее, чувствуя, как ее тело постепенно перестает сотрясаться от рыданий, переходя в тихие, измученные всхлипы. Ее рука, все еще сжимавшая мою, стала чуть менее напряженной, но я не отпускала, боясь, что малейшее ослабление хватки может привести к тому, что она окончательно рассыплется на части. — Мы пройдем через это, Мег, – повторила я, и на этот раз в моем голосе было больше уверенности, чем я сама чувствовала. Я должна была быть сильной для нее, должна была стать тем якорем, который не даст ей утонуть в этом море отчаяния.Меган попросила позвонить Адаму, чтобы он приехал за нами и отвез домой. Услышав мой дрожащий голос, они с Дэвидом бросили дела и примчались к нам настолько быстро, насколько это вообще было возможно.Когда машина Адама остановилась, я помогла Меган подняться. Она была бледной, словно призрак, и шаталась, но держалась. Адам и Дэвид выскочили из машины, их лица выражали тревогу и готовность помочь. Дэвид сразу же обнял Меган, его взгляд был полон сочувствия. Адам подошел ко мне, его глаза спрашивали без слов. Я лишь покачала головой, не в силах объяснить всю глубину произошедшего.Адам осторожно коснулся моего плеча, его прикосновение было мягким, но настойчивым, словно он пытался пробиться сквозь мою собственную броню. Я посмотрела на него, и в его глазах увидела отражение той же боли, которую испытывала сама, наблюдая за Меган. Он тоже знал Итана, знал их отношения, и эта новость, вероятно, ударила его не меньше.— Все будет хорошо, Эли, – тихо сказал он, его голос был низким и успокаивающим. Мы здесь. Мы справимся.Я кивнула, чувствуя, как напряжение немного отступает. Его присутствие, как и Дэвида, было неоценимым. Они были не просто друзьями, они были частью нашей маленькой, но крепкой семьи, и сейчас эта семья нуждалась в поддержке.Мы сели в машину Адама, и я устроила Меган на заднем сиденье, прислонив ее голову к своему плечу. Дэвид сел рядом с ней, его присутствие было тихим, но успокаивающим. Адам завел мотор, и мы тронулись. В салоне царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихими всхлипами Меган и шелестом шин по асфальту. Я гладила ее по руке, шепча слова утешения, которые казались такими банальными, но которые я произносила с искренней верой.Я пригласила Меган остаться у меня на ночь. Мне было очень важно, чтобы она не оставалась одна в таком состоянии, ей требовалась поддержка и присутствие близкого человека. Парни хотели поехать с нами, но я настояла, чтобы они этого не делали. Нам с Меган нужно было поговорить наедине, да и родители вряд ли бы одобрили такую компанию.Адам подвез нас до моего дома. Попрощавшись с ним и остальными, мы направились к дому. Я была уверена, что родители, как обычно, на работе, но на кухне нас встретила мама. Увидев, как плохо выглядит Меган, она тут же подошла к нам, обняв ее за плечи.— Меган, что случилось? — обеспокоенно спросила мама, переводя взгляд на меня. — Эли? Что произошло?— Добрый вечер, миссис Дэвид, — тихо ответила Меган, обнимая мою маму. — Все хорошо.Мама, конечно, не поверила нашим заверениям и усадила нас за стол, заваривая чай. Думаю, не стоит вдаваться в детали того, что мой фиктивный жених изменил моей подруге. Это просто нелепо. Мама была бы в полном шоке.Я сидела за столом, наблюдая, как мама заботливо наливает чай в две кружки. Меган, казалось, пыталась собраться с мыслями, но я видела, как её глаза блестят от слёз. Я понимала, что ей нужно время, чтобы прийти в себя, и что разговор, который нам предстояло провести, будет непростым.— Эли, ты не расскажешь мне, что произошло? — спросила мама, садясь напротив нас с чашкой чая в руках. Я знала, что она просто хочет помочь, но в то же время понимала, что не могу поделиться всей правдой. Это было слишком сложно, слишком запутано.Мама замерла с чашкой в руке, ее глаза расширились от удивления и боли. Она посмотрела на Меган, потом на меня, пытаясь уловить хоть какой-то намек на то, что это шутка, но в глазах подруги читалась лишь бездонная печаль. Я почувствовала, как напряжение в комнате нарастает, и знала, что это только начало.Я кивнула, не в силах произнести ни слова. Слова Меган, хоть и были правдивыми, звучали так просто и страшно, что казалось, они не могут описать всю глубину предательства.Я видела, как Меган сжимает кулаки, пытаясь удержать слезы.— Мам, можно Меган останется у нас на ночь? — спросила я.— Конечно, дорогая. Меган, ты можешь остаться здесь столько, сколько тебе нужно. Мы всегда рады тебе, — ответила мама, обращаясь к подруге.Мама, видя состояние Меган, не стала настаивать на подробностях. Ее забота была искренней и безусловной, и это было именно то, что сейчас нужно.Она подошла к Меган, обняла ее крепче и тихо сказала: — Милая, не переживай. Все будет хорошо. Ты у нас в безопасности.— Спасибо, мам, — прошептала я, и в моем голосе прозвучала искренняя благодарность. — Ты самая лучшая.Меган, прижавшись к маме, тихо всхлипнула. Я видела, как мама гладит ее по спине, как шепчет ей успокаивающие слова. В этот момент я поняла, что, несмотря на всю боль и предательство, у нас есть люди, которые нас любят и готовы поддержать. Мама заставила нас поужинать, выпить чай и отправила спать. Я порылась в шкафу и нашла для Меган сменную одежду, достала чистые полотенца и отправила в душ, расправляя кресло-кровать для нее.После, я тоже сходила в душ.Когда я вернулась в свою комнату, Меган уже устроилась на кресле-кровати. Она выглядела немного лучше, но все еще была бледной и печальной. Я легла в свою кровать, но сон не шел. Мысли о произошедшем крутились в голове, не давая покоя. Я чувствовала вину за то, что не смогла защитить подругу от этой боли, хотя и понимала, что это не моя вина.— Эли, ты спишь? — тихо спросила Меган.— Нет, — ответила я, поворачиваясь к ней. — Не могу.— Я тоже, — вздохнула она. — Спасибо тебе за все. За то, что ты здесь.— Я всегда буду рядом. — сказала я, и это было чистой правдой. Мы помолчали, слушая тишину ночи. В этот момент я поняла, что наша дружба стала еще крепче. Мы прошли через многое вместе, и это только закалило нас.— Ты думаешь, он когда-нибудь поймет, что потерял? — спросила Меган, ее голос дрожал.— Я надеюсь, что поймет, — ответила я, хотя в глубине души сомневалась. — Но даже если нет, это его проблема, а не твоя. Ты заслуживаешь лучшего.— Ты тоже, — прошептала она. — А знаешь, ты ведь предупреждала меня с самого начала, что он не тот человек, кем показывает себя. — Да, предупреждала. Но ты же знаешь, как это бывает. Когда влюбляешься, перестаешь слушать разум.— Это точно, — согласилась Меган. — Но теперь я буду слушать тебя. Обещаю.— Не прощай его, — твердо сказала я, отводя взгляд от Меган. У меня были сомнения, она может немного позлиться и вернуться к нему, учитывая то, что за такое короткое время она сильно привязалась к нему. — Он не стоит твоих слез. И уж точно не стоит того, чтобы ты себя винила.Меган тихонько всхлипнула, и я заметила, как она поворачивается ко мне.— Я знаю, — прошептала она. — Просто... это так больно. Я думала, что он любит меня.— Любовь не причиняет такой боли, — сказала я, наконец встретившись с ней взглядом. В темноте ее глаза казались еще более печальными. — Любовь поддерживает, а не разрушает. То, что он сделал, — это не любовь. Это эгоизм и предательство.Я протянула руку и осторожно коснулась ее плеча. Меган вздрогнула, но не отстранилась. Ее пальцы сжали мою руку в ответ, словно ища опору в этой кромешной тьме, которая окутала ее душу.— Ты сильная, Меган, — прошептала я, стараясь вложить в слова всю свою уверенность. — Ты справишься. Мы справимся. Вместе.Она кивнула, но слезы снова навернулись на ее глаза. Я видела, как они блестят в полумраке комнаты, отражая тусклый свет уличного фонаря.— Я не знаю, как, Эли, — ее голос был едва слышен. — Мне кажется, я больше никогда не смогу никому доверять.— Это пройдет, — заверила я, хотя и сама не была до конца уверена. — Сейчас тебе больно, и это нормально. Дай себе время. И помни, что есть люди, которые тебя любят.Она приподнялась на кресле-кровати и, преодолев нерешительность, подошла ко мне. Я открыла объятия, и она уткнулась мне в грудь, снова всхлипывая. Я гладила ее по волосам, чувствуя, как ее тело сотрясается от рыданий. В этот момент я поняла, что слова не всегда нужны. Иногда достаточно просто быть рядом, быть опорой, быть тихой гаванью в бушующем море чужих поступков.В комнате царила звенящая тишина, нарушаемая лишь неясными звуками с улицы. До слуха доносился то ли треск ветвей, то ли шуршание листвы, проникающее сквозь щель приоткрытого окна. Этот звук заставил нас с Меган встретиться взглядами, и в обоих отразилась тревога. Воображение тут же нарисовало незваных гостей: от обычного воришки до чего-то гораздо более опасного. Инстинктивно отстранив Мегс, я направилась к туалетному столику. Схватив плойку, словно оружие, я осторожно двинулась к источнику шума, а Меган следовала за мной, вооружившись феном. Сердце бешено колотилось, руки предательски дрожали. Последнее препятствие – шторы. Резким движением отдернув их, я приняла боевую стойку, подняв плойку перед собой. И тут мой взгляд упал вниз. По водосточной трубе карабкалась светлая макушка, а снизу доносился приглушенный голос Дэвида, наставляющий быть осторожнее.Я шумно выдохнула, опираясь на подоконник, и, не сдержавшись, воскликнула:— Адам, черт возьми! Вы что, с ума сошли? Мы чуть не испугались до смерти!Адам поднял взгляд и на мгновение замер, а затем, с широкой улыбкой, произнес:— Я современный Ромео, не так ли? Взбираюсь на твой балкон и все такое.— Совсем не смешно, — ответила я, не скрывая раздражения.— В чем проблема? Ты же всегда любила мою бунтарскую сторону, — подмигнул он, и я не могла не заметить, как его уверенность немного успокоила меня.Я смотрела на него, на эту его самонадеянную улыбку, и чувствовала, как гнев смешивается с каким-то странным, неуместным облегчением. Меган, стоящая рядом, тоже расслабилась, но в ее глазах все еще читалось недоумение.— Ладно, ладно, — сказала я, стараясь смягчить тон. — Но ты мог бы предупредить. Мы с Меган чуть не умерли от страха.Меган, стоящая рядом, тихо хихикнула, но я видела, как ее руки все еще дрожали.— Прости, — ответил Адам, продолжая улыбаться. — Но где же тогда был бы элемент сюрприза? — Он начал подниматься по трубе, и я не могла не заметить, как ловко он это делал. — Кстати, я пришел не просто так. Вы не хотели брать нас с собой, поэтому мы пришли сами. У Дэвида в портфеле сладости и монополия. Адам спрыгнул с трубы на подоконник, его глаза блестели от азарта.— Но ведь ты же не сердишься по-настоящему, – прошептал он, протягивая руку и осторожно касаясь моей щеки. — Прости, что напугал. Мы не могли оставить вас одних после всего, что произошло. Дэвид тоже волновался. Он там, внизу, ждет, пока я не скажу, что все в порядке.Я обернулась к Меган. В ее печальном взгляде промелькнула радость и облегчение. Она кивнула, и мы с Адамом помогли Дэвиду забраться в комнату. Я затащила портфель через окно, а Адам поддерживал Уилсона за руку.Дэвид, наконец, взобрался на подоконник, его лицо было красным от напряжения, но глаза сияли. — Я принес все, что вы любите, — сказал он, его голос был немного смущенным, но искренним. — И я надеюсь, что это поможет вам немного отвлечься.Меган тем временем разбирала вещи парней, складывая одежду и обувь по шкафам. Я же отправилась в ванную, набрала в ведро воды и взяла швабру, чтобы оттереть следы от их ботинок. Заперев дверь на щеколду, я включила ночник. В комнате уже было уютно: Мег расстелила плед, а Адам и Дэвид разложили на нем сладости и настольную игру. Честно говоря, я была немного ошарашена, но очень рада их внезапному появлению. Меган сейчас выглядела куда оживленнее, чем раньше. Мы пока не затрагивали тему Итана, давая Мегс возможность хоть ненадолго отвлечься.Мы провели остаток вечера, играя в "Монополию", смеясь и делясь сладостями. Я наблюдала за Меган, за тем, как постепенно возвращается ее улыбка, и чувствовала, как мое сердце наполняется благодарностью. Иногда, чтобы исцелить раны, нужно не только время и слова поддержки, но и немного безумия, немного спонтанности и много настоящей дружбы. И сегодня, благодаря Адаму и Дэвиду, мы получили все это.Мы соорудили импровизированную постель на полу из одеял и подушек. Адам, конечно, пытался улечься со мной, но я настояла, чтобы он спал на полу. Он шутливо подмигивал мне, пытаясь убедить, что на полу ему будет неуютно, но я лишь улыбнулась в ответ и указала на кучу подушек, которые могли бы сделать его ночлег более комфортным. Меган, сидя на пледе, с интересом слушала наши разговоры, и я заметила, как ее глаза светятся от смеха.Бывают такие моменты, когда кажется, что земля уходит из-под ног, и весь мир вот-вот рассыплется на осколки. Но даже в этой бездне отчаяния есть свет. Этот свет – люди, которые верят в тебя, даже когда ты сам перестаешь верить. Их поддержка – это якорь, который не даст утонуть. Поэтому, пожалуйста, не бойтесь принимать помощь. Откройте свое сердце тем, кто готов вас поддержать, и позвольте этой помощи стать вашим проводником к исцелению. Это не слабость, а огромная сила – принять руку помощи и сделать шаг навстречу себе.