Грешные игры

«Вы должны знать, что свобода — это высшая ценность, и если любовь не дает вам свободы, тогда это не любовь.»— Ошо.

Мы переоделись, и по пути в гостиную, Эли прихватила с тумбочки два геймпада. Я последовал за ней с кружками чая и сладостями.В гостиной царил полумрак, разбавленный лишь мягким светом от телевизора. Эли уже устроилась на диване, подложив под себя подушку и поудобнее перехватив геймпад. Я поставил кружки на журнальный столик, стараясь не пролить ни капли, и сел рядом.— Кто будет Мэй, а кто Коди? — спросила Эли, глядя на заставку игры.Я пожал плечами.— Без разницы. Давай по очереди. В этот раз ты выбирай, в следующий я.— Отлично, — улыбнулась Эли, и её глаза блеснули в полумраке. — Тогда тебе достанется Коди. Он такой... дерзкий.Она ловко нажала несколько кнопок, и на экране появилось меню выбора персонажей. Я наблюдал за её пальцами, скользящими по кнопкам, за тем, как она сосредоточенно хмурит брови. В такие моменты она казалась мне ещё более притягательной.— Готовься к поражению, мой дорогая Мэй.— поддразнил я, беря в руки свой геймпад.Эли рассмеялась, её смех был лёгким и звонким, как колокольчик.— Это мы ещё посмотрим, — ответила она, и её взгляд, полный азарта, встретился с моим. — Я сегодня в ударе.Мы то и дело спорили, кто виноват в очередной неудаче. Эли, как обычно, была полна энергии и азарта. Она смеялась и подбадривала меня, ругалась на игру и на меня одновременно. Я же старался сохранять спокойствие, хотя иногда и меня захлестывала волна эмоций. Прошел час, прежде чем мы решили сделать перерыв. Глаза устали от экрана, а пальцы затекли от постоянного нажатия на кнопки.— Ну и как тебе мой Коди? — спросил я, откидываясь на спинку дивана.Эли задумалась.— В принципе, неплохо. Но мог бы быть и лучше. Иногда ты слишком медлительный и нерешительный.— А ты слишком импульсивная и торопливая, — усмехнулся я. — Признай, что я играю лучше, — промурлыкала она, хитро улыбнувшись.Я притянул ее к себе и, не давая ответить, повалил на диван.— Я сейчас достану «фифу», милая. Там мне нет равных, — прошептал я, наклоняясь к ее губам. Я коснулся их легким поцелуем, но она обвила мою шею руками и с силой прижала к себе. Меня удивила ее внезапная настойчивость, но это было приятное удивление. Поцелуй становился все более страстным и глубоким. Не отрываясь от ее губ, я подхватил ее на руки, крепко держа под бедрами, и направился к спальне. Эли, не разрывая поцелуя, ловко закрыла дверь ногой. Я прижал ее к стене, все еще держа на руках.Ее дыхание участилось, смешиваясь с моим. Я чувствовал, как ее сердце колотится в унисон с моим собственным. Прижимаясь к стене, она обвила ногами мою талию, словно желая слиться со мной воедино. Я почувствовал ее горячее дыхание на своей шее, когда она прошептала:— Забудь про «фифу» сейчас.Я усмехнулся, отрываясь от ее губ лишь на мгновение.— Как скажешь, босс, — прошептал я в ответ, и снова нашел ее губы.Я медленно опустил ее на пол, не разрывая поцелуя. Ее руки скользнули под мою футболку, лаская кожу. Я почувствовал, как мурашки пробежали по спине. Одно движение, и моя футболка оказалась на полу. Ее глаза, полные желания, изучали меня. Я ответил ей тем же, скользя взглядом по ее изгибам, ощущая, как кровь закипает в венах.Я отстранился на мгновение, чтобы расстегнуть пуговицы на ее домашней рубашке. Ткань медленно сползла с ее плеч, обнажая кружевной бюстгальтер. Я замер, любуясь ею. Я провел кончиками пальцев по нежной коже ее плеч, ощущая легкую дрожь, пробежавшую по телу. Ее глаза горели, в них плескалось такое искреннее желание, такое доверие, что мое сердце забилось еще сильнее. Хотелось отдать ей всего себя, раствориться в этом моменте, в этой близости.— Ты... — начал я, но она приложила палец к моим губам, заставляя замолчать.— Просто целуй меня, — прошептала она, и я с удовольствием подчинился.«FIFA»подождет. Сейчас было время для чего-то гораздо более важного и захватывающего.Кружево под моими пальцами казалось тонким и манящим. Я медленно провел кончиками пальцев по ее ключицам, чувствуя, как она вздрагивает. Я опустился на колени, целуя ее живот сквозь ткань штанов. Она застонала, запуская пальцы в мои волосы. Я чувствовал, как ее тело дрожит от возбуждения. Медленно, дюйм за дюймом, я стянул с нее пижамные штаны, пока они не упали к ее ногам. Я поднялся и снова прижал ее к стене, наши тела соприкасались от груди до бедер. Я чувствовал ее сердцебиение, ее дыхание, ее желание. Я целовал ее шею, плечи, ключицы, оставляя на ее коже легкие следы. Она отвечала мне стонами и прикосновениями, распаляя меня еще больше.Я отстегнул замок ее бюстгальтера, и он упал на пол, открывая ее грудь. Я залюбовался ею, не в силах отвести взгляд. Она была совершенна. Я нежно коснулся ее груди губами, а затем языком, вызывая у нее громкий стон.Ее соски затвердели под моим прикосновением, и она притянула меня ближе, ища большего. Я исполнил ее желание, лаская и целуя ее грудь, пока она не начала умолять о большем. В ее глазах я видел отражение своей собственной страсти, своего собственного желания.Каждое прикосновение, каждый стон, каждое дыхание – все говорило о нашей любви друг к другу. Это был момент абсолютной близости и доверия, момент, когда мы были полностью открыты друг перед другом. Я чувствовал, что наши души соединяются, создавая вечную связь.Я поднял ее на руки и понес к кровати. Опустив ее на мягкие простыни, я разделся сам, не отрывая от нее взгляда. Она смотрела на меня с обожанием и желанием.Я лег рядом с ней, обнял ее и прижал к себе. Мы целовались, ласкали друг друга, исследовали каждое сантиметр кожи. В какой-то момент меня словно током ударило. Наши прикосновения становились все смелее, и я вдруг осознал, что мы заходим на территорию, где раньше никогда не бывали. Меня сковал ступор. Ни у меня, ни у Эли не было опыта в сексе, поэтому мы учились всему друг у друга, как первооткрыватели. Это было неловко, неуклюже, но в то же время невероятно приятно.Сердце стучало в бешеном ритме, кровь кипела в венах. Я чувствовал, как Эли дрожит в моих объятиях, и эта дрожь передавалась мне. Страх и возбуждение сплелись в один клубок, опьяняя и пугая одновременно. Я видел в ее глазах то же самое смятение, ту же самую жажду открытий. И в этой неловкости, в этой неуклюжести было что-то невероятно трогательное, что-то настоящее. Мы не пытались казаться лучше, мы просто были собой, двумя подростками, влюбленными до безумия, открывающими друг друга заново. И это было прекрасно. Это было совершенство.— Эли... — прошептал я, — Если тебе будет больно, скажи мне. Сразу.Я аккуратно провел пальцами по внутренней стороне бедра, и слегка прикоснулся к ее промежности, обводя пальцами клитор. Кожа под моими пальцами была горячей и влажной, пульсирующей от предвкушения. Я чувствовал, как ее дыхание становится более частым и поверхностным, и тихий стон сорвался с ее губ. Это был звук, который обжигал меня изнутри, заставляя желать ее еще сильнее.Я продолжил ласкать ее, медленно и нежно, наблюдая за тем, как ее тело реагирует на каждое мое прикосновение. Она извивалась под моими руками, и ее пальцы впились в мои плечи.Я почувствовал дрожь, пробежавшую по ее телу, и понял, что приближаюсь к границе. — Эли... — прошептал я снова, мой голос дрожал от желания и нежности. Я хотел убедиться, что она чувствует себя в безопасности и комфортно, что я не причиняю ей боли. Ее глаза были полузакрыты, полны страсти и доверия.Я опустил пальцы ниже и вошел в нее. Внутри так тепло, влажно, и невероятно узко. Я начал с одного пальца, наблюдая за реакцией Эли, ее раскрасневшееся лицо и слюнка, стекающая по губам заставили мой член потвердеть еще сильнее.Она застонала, немного запрокинув голову назад, ища большего. Я добавил второй палец, двигаясь медленно и чувственно, стараясь доставить ей максимум удовольствия. Эли начала двигаться в такт моим движениям, ее стоны становились громче и требовательнее.— Адам, — произнесла она, отвернувшись от смущения, — Пожалуйста...— «Пожалуйста» что? — уточнил я, наклоняясь к ней, и утягивая в поцелуй.Я чувствовал, как ее тело напрягается и расслабляется, она вся была во власти ощущений. Ее глаза были полузакрыты, губы приоткрыты, она дышала тяжело и прерывисто. Я продолжал двигаться, чувствуя, как ее мышцы сжимаются вокруг моих пальцев, пульсируя в ритме ее дыхания.— Еще... — прошептала она, ее голос был хриплым от возбуждения.Я повиновался, увеличивая темп и глубину. Эли застонала громче, ее тело дрожало от удовольствия. Она закричала, ее тело содрогнулось оргазме. Я продолжал ласкать ее, пока ее дыхание не выровнялось, и она не расслабилась в моих руках, абсолютно опустошенная и счастливая.Сердце мое колотилось в унисон с ее затихающим дыханием. Я чувствовал себя невероятно близким к ней в этот момент, словно наши души соприкоснулись. Нежность переполняла меня, и я нежно убрал прядь волос с ее влажного лба. В ее глазах я увидел благодарность и доверие, что растопило последние остатки моей неуверенности. Я обнял ее крепче, боясь разрушить эту хрупкую интимность. Хотелось говорить нежные слова, но в горле стоял ком. Я просто гладил ее по спине, ощущая тепло ее кожи под своими пальцами. В этом молчании было больше слов, чем в любой самой красивой фразе.Эли открыла глаза, ее взгляд был затуманенным и полным желания.— Ты... — прошептала она, ее дыхание опалило мою кожу, прежде чем ее губы снова накрыли мои. Вкус ее был пьянящим, смесь нежности и страсти, от которой кружилась голова. Когда она отстранилась, в ее глазах плясали искорки, а щеки слегка порозовели, — Только попробуй пошутить над этим завтра.Я не смог сдержать смех, тихий и теплый, прозвучавший в полумраке комнаты. Ее серьезность, контрастирующая с только что произошедшим, была очаровательной. Я нежно укрыл ее одеялом и прижал к себе.— Я рискну, принцесса, — прошептал я в ответ, целуя ее в макушку.Ее тело расслабилось в моих руках, и я почувствовал, как она проваливается в сон. Легкий, прерывистый вдох коснулся моей шеи. Я прикрыл глаза, наслаждаясь моментом.Я думал о том, как быстро все изменилось. Еще недавно мы были просто друзьями, а сейчас сейчас она здесь, рядом, в моей кровати. Свернулась калачиком, уткнувшись лицом в подушку, такая безмятежная и умиротворенная. Смотрю на нее спящую и не могу поверить, что это реальность. Такая милая, такая моя. И это "моя" звучит в голове как тихий, но уверенный аккорд новой мелодии, только начинающей звучать в нашей жизни.Тихонько выдыхаю, стараясь не разбудить ее. Кажется, даже во сне она улыбается. Интересно, что ей снится? Я осторожно убрал выбившуюся прядь волос с ее лица. Хочется просто смотреть на нее, наслаждаясь этой тишиной и близостью.В этот момент я понимаю, что больше не боюсь будущего. Потому что теперь я не один. У меня есть она. Моя. Это слово все еще кажется чем-то невероятным, почти волшебным. Как будто я выиграл в лотерею, о которой даже не подозревал. И теперь, глядя на нее спящую, я понимаю, что это не просто удача. Это что-то гораздо большее.Мысли роились в голове, перебивая друг друга. Каждая из них была о ней. О ее смехе, таком заразительном, что хотелось смеяться вместе с ней, даже если не знаешь, в чем дело. О ее глазах, в которых можно было утонуть, в которых отражался целый мир, полный доброты и тепла. О ее нежности, которую она дарила так щедро, не требуя ничего взамен.В этой тишине, нарушаемой только ее мирным дыханием, я чувствовал, как рождается что-то новое. Не просто любовь, а глубокая, всепоглощающая привязанность. Чувство, которое связывает нас невидимыми нитями, делая одним целым. Я всегда осознавал, что готов на все ради нее, готов защищать ее от всех невзгод, готов дарить ей всю свою любовь, без остатка.Я притянул ее еще ближе, чувствуя тепло ее тела. Хотелось остановить время, чтобы этот момент длился вечно. Чтобы мы всегда были вот так рядом, в тишине и покое, чувствуя биение сердец друг друга. Чтобы ничто и никто не смог нарушить эту идиллию.Засыпая, я думал о том, как мне повезло. Как же так вышло, что такая прекрасная девушка, как Эли, выбрала меня? Я не знаю ответа, но это и не важно. Главное, что она здесь, рядом. И я сделаю все, чтобы она была счастлива. Ведь ее счастье - это и мое счастье тоже. Теперь я знаю точно: моя жизнь обрела смысл. И этот смысл - она.В спальне уже было светло, когда я открыл глаза. Эли не было. Сразу почувствовалась пустота в комнате, какая-то тишина, которой не должно было быть. Её вещей тоже нигде не было видно. Поднявшись, я заметил сложенный листок на тумбочке."Срочный вызов домой, родители. Вызвала такси. Люблю тебя."Внизу, прямо под текстом, красовался отпечаток её губ, а рядом маленькое, немного кривое сердечко. Я выдохнул, провел рукой по лицу. Ускользнула, даже не захотела потревожить мой сон. В телефоне – тишина. Только сообщения из чата нашей компании и что-то от Гвин. Ни звонка, ни сообщения от неё.Поднявшись с кровати, я пошел в душ. После легкого перекуса начал собирать сумку для тренировки. В пятницу игра. Финал. Все решится в этот день. Накинув свой любимый серый спортивный костюм, я схватил сумку, натянул кроссовки, накинул куртку и вышел из дома. На парковке меня ждала машина. Сегодня я был один, а значит, можно немного выжать газ. К счастью, погода не подвела – ни намека на дождь.Заведя двигатель и дав ему немного прогреться, я направился к стадиону. На тренировке нужно выложиться на все сто.Я въехал на территорию стадиона, привычно припарковавшись на своем месте. Воздух был свеж и прохладен, наполнен запахом травы и легкой пыли. Внутри здания уже кипела жизнь: слышались голоса товарищей по команде, стук мяча, приглушенные звуки разминки. Но даже этот привычный шум не мог заглушить легкое беспокойство, поселившееся внутри. Эли. Ее внезапный отъезд, это короткое послание, казалось, оставило не только пустоту в комнате, но и легкую тревогу в душе.Я прошел в раздевалку, где уже собралась большая часть команды. Приветствия, шутки, легкие подначки – все как обычно. Я ответил и начал переодеваться в форму. Внезапно свет заслонил Нейт.— Слушай, Адам, — начал он, и я поднял голову, продолжая натягивать гетры.— Что?— Можешь дать номер или ссылку на ее соцсети? Она приходила на прошлую игру.Я не удивился. Мегс своей красотой произвела фурор в команде. В тот день парни выкладывались на поле, надеясь привлечь ее внимание.— Нет. У нее есть парень, —  ответил я.— Жаль. Упустил такую симпатичную блондинку. Ты точно понял, о ком я?В груди что-то болезненно сжалось. Неужели он пытается подкатить к Эли?!Я похолодел. Эли. Эта мысль пронзила меня, как ледяной кинжал. Он говорил про Эли. Про мою Эли.Я постарался сохранить спокойствие, хотя внутри все кипело. "Ты точно понял, о ком я?" - его слова звучали в голове назойливой мелодией.— Да, понял, — процедил я сквозь зубы, мой голос прозвучал глухо, почти не принадлежа мне. — И еще раз: нет.Нейт пожал плечами, словно ничего особенного не произошло.— Ну, как знаешь. Просто спросил.Он отошел, и я остался один на один со своими мыслями. Эли. Моя Эли. И этот Нейт, с его наглыми глазами, уже присматривается к ней. Это было не просто беспокойство, это было что-то более острое, более болезненное. Ревность, смешанная с обидой. Она уехала, не сказав ни слова, оставив меня с этой внезапной пустотой, а теперь еще и эти мысли...Я быстро натянул форму, стараясь не думать о том, как ее волосы пахнут солнцем и чем-то неуловимо цветочным, как ее смех звучит, когда она счастлива. Тренировка. Только тренировка могла сейчас отвлечь меня от этого.Эли. Нейт. Эти два имени сплелись в моей голове в тревожный узел.Я знал, что Эли привлекательна. Знал, что она нравится многим парням. Но одно дело знать это теоретически, и совсем другое – услышать, как один из твоих товарищей по команде, с которым ты делишь раздевалку и поле, открыто проявляет к ней интерес. Тренировка прошла как в тумане. Я бегал, бил по мячу, отдавал пасы, но все мои действия были пропитаны напряжением. Я чувствовал, как Нейт наблюдает за мной, и это только усиливало мою злость.Выйдя из душа, я увидел, что он ждет меня у выхода.—  Слушай, Адам, — сказал он. – Я не хотел тебя обидеть. Я понимаю, что они твои подруги, и все такое...но я просто спросил.Я посмотрел на него в упор.— Просто спросил? — повторил я. — Держись от нее подальше, — я почувствовал как кровь приливает к лицу. Я оставил Нейта и вышел на парковку. Забравшись в машину, я потянулся за телефоном, чтобы набрать Эли, может она уже освободилась и мы сможем увидеться. Рядом с ней, меня отпустит это напряжение и будет спокойнее.После нескольких томительных гудков, она наконец ответила.— Адам? — в ее голосе слышалось какое-то беспокойство. — Извини, что так внезапно убежала утром. Отец попросил приехать к нему в офис. Ты уже закончил тренировку?— Да, только что, — ответил я, пытаясь не выдать собственное беспокойство, вызванное её взволнованным тоном. — Что-то случилось? Ты как-то странно звучишь.Я повернул ключ в замке зажигания, но не стал сразу выезжать. Что-то в её словах заставило меня напрячься.— Всё в порядке, просто отец решил посвятить меня в свои рабочие дела. Весь день разбираюсь в документах, — я услышал её вздох, а затем тихий смешок, — Заедешь за мной? Мне ужасно надоело здесь.— Уже еду, принцесса. Отправь адрес сообщением.— Жду, любимый! — прозвучал её счастливый голос, и я услышал короткий звук поцелуя.По дороге к офису её отца я остановился у цветочного магазина, купил букет хризантем, а затем заскочил в кофейню за двумя латте с карамельным сиропом и круассанами. Наверное, день выдался непростым, и мне хотелось хоть немного её порадовать, даже такой незначительной мелочью.Я припарковался у подножия небоскреба, чьи панорамные окна отражали закатное небо. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки оранжевого и розового. Быстро набросав Эли сообщение о прибытии, я откинулся на спинку сиденья, позволяя мыслям свободно блуждать. В голове роились обрывки: предстоящая пятничная игра, и место, куда бы мы могли поехать и немного провести времени вместе. Но все это мгновенно померкло, когда она появилась в дверях офиса.На ней было строгое черное пальто, под которым виднелась белоснежная рубашка и юбка-карандаш. Волосы аккуратно собраны в низкий пучок, а губы ярко алели красной помадой. Она уверенно шла ко мне на своих высоких ботильонах, слегка размахивая сумкой. Челюсть непроизвольно отвисла. «Черт возьми», — пронеслось в голове, — «Она выглядит просто сногсшибательно!»Я не успел даже толком осознать, как она уже открыла дверь и скользнула на пассажирское сиденье. Легкий аромат ее духов, смесь ванили и чего-то неуловимо цветочного, заполнил салон. Я судорожно сглотнул, пытаясь вернуть дар речи.— Привет, — произнесла она, чмокнув меня в щеку, и ее голос, как всегда, звучал мягко и уверенно. — Прости, что заставила ждать. Сегодня был сумасшедший день.— Привет, — наконец выдавил я, чувствуя, как щеки предательски заливаются румянцем. — Все в порядке. Я только приехал.Я обернулся к задним сиденьям, достал букет белых хризантем и протянул ей:— Выглядишь потрясающе, Эли, — я наклонился, чтобы поцеловать ее, чувствуя, как она улыбается.— Адам, это так мило. Спасибо тебе, — ответила она, принимая цветы.Я передал ей стаканчик с кофе и пакет с круассанами. Включил музыку и завел машину. В зеркале заднего вида я увидел свое отражение – глуповатое выражение лица и слегка растрепанные волосы. Нужно было срочно взять себя в руки.— Куда поедем? — спросила Эли, отстегивая пуговицу на пальто.Я всю неделю мечтал о нашем свидании в океанариуме, и решил, что сейчас самое подходящее время.— Доверься мне, — загадочно улыбнулся я, выезжая на дорогу.Эли откусила круассан, оставив крошки на губах. Я не удержался и протянул руку, чтобы смахнуть их большим пальцем.— Ты сегодня особенно галантен, — пробормотала она, отворачиваясь к окну.— Просто пытаюсь соответствовать твоему уровню, — ответил я, подмигнув.Эли тихонько рассмеялась, и этот звук был словно мелодия, которую я мог слушать бесконечно. За окном мелькали огни города, отражаясь в ее глазах маленькими искорками.Минут через двадцать мы свернули с оживленной трассы на более тихую дорогу, ведущую к побережью. Эли вопросительно изогнула бровь, но я лишь загадочно улыбнулся в ответ.— Ты что-то задумал, — проговорила она, отпивая кофе.— Возможно, — уклончиво ответил я. — Расслабься и наслаждайся поездкой.Когда мы подъехали к океанариуму, Эли ахнула от удивления. Он был красиво подсвечен, и в темноте казался огромным светящимся кораблем, пришвартованным к берегу.— Ого! Я и не думала, что мы сюда поедем!Я припарковался и выключил двигатель.— Тебе нравится это место? — спросил я, с нетерпением глядя на нее.— Более чем! — ответила она, выходя из машины.Я обошел машину и взял ее за руку. Ее ладонь была теплой и мягкой. Я крепче сжал ее руку и повел к входу, предвкушая наш день, полный чудес и открытий.Внутри океанариума царил полумрак, разбавленный лишь мягким голубым светом, проникающим сквозь огромные аквариумы. Звучала тихая, успокаивающая музыка, напоминающая плеск волн. Эли завороженно оглядывалась, ее глаза сияли от восторга.Мы медленно шли вдоль первого аквариума, наблюдая за стайкой неоновых тетр, мелькающих среди кораллов. Эли тихонько ахала, показывая пальцем на особенно яркую рыбку. Я улыбался, наблюдая за ее реакцией. Именно этого я и хотел – увидеть в ней эту детскую непосредственность.Затем мы перешли к аквариуму с морскими коньками. Эли долго стояла, прижавшись лицом к стеклу, разглядывая этих причудливых созданий.— Они такие грациозные, — прошептала она, — Как будто танцуют в воде.Самым впечатляющим был, конечно, огромный аквариум с акулами и скатами. Мы стояли, затаив дыхание, наблюдая за тем, как эти гиганты плавно скользят в толще воды.Вынырнув из сумрачного царства акул, мы попали в совершенно другой мир – зал с медузами. Здесь время словно замедлялось. Приглушенный свет, плавно перетекающий из одного цвета в другой, играл на прозрачных телах медуз, заставляя их пульсировать и танцевать в невесомости. Казалось, мы оказались в другом измерении, где нет ни гравитации, ни забот.Эли, с озорным блеском в глазах, обернулась ко мне. В полумраке ее лицо казалось еще более юным и беззаботным.— Сфоткаешь меня? — спросила она, и в голосе звучала неподдельная радость.Я, конечно, не мог отказать. Достав телефон из кармана, экран высветил мое лицо, отражая в глазах пляшущие огни медуз. Нужно было поймать момент, уловить эту эфемерную красоту, запечатлеть Эли на фоне этого волшебства.Я попросил ее немного повернуться, чтобы свет лучше падал на лицо. Она послушно наклонила голову, и распустила привеска, в ее волосах заиграли отблески синего и зеленого. В этот момент она казалась не просто девушкой, а частью этого подводного мира, нимфой, вынырнувшей из глубин океана.Несколько щелчков, и я показал ей результат.— Просто невероятно! — выдохнула она, обвив мою шею руками. Мы сделали еще несколько совместных снимков, и вскоре ее профиль пополнился новыми фотографиями.После того, как Эли выложила фотографии, она еще долго не могла оторваться от экрана, с восторгом пересматривая их снова и снова. Каждый раз она находила что-то новое, какую-то деталь, которую раньше не замечала. То, как свет играл на ее щеке, то, как в глазах отражались маленькие медузы, то, как ее волосы, казалось, танцевали в такт подводному течению.Я наблюдал за ней, и в груди разливалось тепло. В этот момент она была абсолютно счастлива, и это счастье, казалось, заражало все вокруг. Я чувствовал себя немного волшебником, причастным к созданию этой маленькой магии.После того, как мы прошлись по всем залам и посмотрели всех рыбок, мы наконец решили, что пора возвращаться домой. Завтра утром нас ждет не самое приятное начало дня – лабораторная по химии. Та самая, которую наш класс так и не смог закончить в прошлый раз, когда Мегс умудрилась взорвать кабинет.Мы вышли на парковку, направляясь к машине. Эли вдруг обняла меня, крепко прижавшись щекой к моему плечу.— Я буду помнить каждое мгновение с тобой, и не только на фотографиях. Спасибо, Адам. Это было потрясающе, — прошептала она.Мы сели в машину. Я завел двигатель и подключил телефон к аудиосистеме, включив плейлист с песнями «The Weekend»— Домой? — спросил я, не отвлекая глаз с дороги.— Как бы мне не хотелось побыть с тобой еще, но нужно готовиться к школе.Мы ехали в тишине, нарушаемой лишь музыкой и редкими вздохами Эли, которая, казалось, все еще погружена в свои мысли. Я чувствовал ее присутствие рядом, и это было самым лучшим ощущением на свете. Когда мы подъехали к ее дому, солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставив на небе последние отблески заката.Я припарковался у подъездной аллеи. — Это было... идеально, — сказала Эли, когда мы вышли из машины. Я взял ее за руку, и наши пальцы переплелись.— Это было идеально, потому что ты была рядом, — ответил я, и в этот момент мне хотелось сказать ей гораздо больше. Но слова казались слишком мелкими, чтобы выразить все, что я чувствовал.Она улыбнулась, и эта улыбка была самой искренней, которую я когда-либо видел.— До завтра, — прошептала она, чмокнув меня в губы и, прежде чем я успел ответить, уже шла к двери своего дома с букетом в руках.Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась в дверном проеме. Затем, с легкой улыбкой, я сел обратно в машину. Дорога домой казалась теперь совсем другой. Она была наполнена отголосками этого вечера, запахом ее духов, звуком ее смеха и ощущением ее руки в моей.Стрелка спидометра поползла вверх, как только я свернул в сторону дома. Не удержавшись, вдавил педаль газа до упора. Мотор взревел, словно табун диких лошадей рвался на свободу, и машина рванула вперед. Выскочив на трассу, я почувствовал прилив адреналина. Дорога была относительно свободна, и я, поддавшись азарту, начал играть в «шашки», ловко перестраиваясь из ряда в ряд. Ветер засвистел в щелях, заглушая любимый трек из динамиков. В зеркале заднего вида маячили фары тех, кого я только что обогнал, превращаясь в размытые точки. Адреналин бурлил в крови, заставляя сердце биться быстрее. Каждый обгон, каждое перестроение – выверенный, почти инстинктивный маневр. Я чувствовал машину, как продолжение себя, как будто мы слились в единое целое, подчиняясь только скорости и азарту.Впереди замаячил длинный грузовик, медленно ползущий по правой полосе. Не сбавляя скорости, я перестроился в левый ряд, оценив расстояние до встречной машины. Четкий расчет, мгновенное ускорение, и вот я уже обхожу его, оставляя позади облако пыли и разочарованный гудок.Пейзаж за окном мелькал с бешеной скоростью, превращаясь в размытую картину. В голове не было ни мыслей, ни забот, только дорога, скорость и ощущение свободы.Но где-то в глубине души, сквозь пелену азарта, пробивался слабый голос разума. Напоминал о том, что дом ждет, что там тепло и безопасно. Что эта игра со скоростью может закончиться печально. Я на мгновение сбавил газ, но соблазн был слишком велик. Впереди показался еще один автомобиль, и я снова вдавил педаль в пол, поддавшись искушению продолжить эту опасную игру. Искушение оказалось сильнее. Я обогнал и этот автомобиль, и еще один, и еще. Каждый обгон – как глоток крепкого напитка, опьяняющий и заставляющий забыть об осторожности. В какой-то момент я перестал замечать другие машины, словно они стали частью декораций, статистами в моей личной гонке. Существовал только я, дорога и ревущий мотор. Эли бы сейчас точно отругала меня за такую езду, но она и сама в моментах любила это ощущение свободы и скорости машины, не даром у нее в гараже стоит «R8» двадцать третьего года.День выдался насыщенным, но я успел быстро добраться до дома. Сразу же принял душ, чтобы смыть усталость, а потом поужинал с мамой. Написал Эли, что я уже дома, и принялся за домашку по биологии.Пока я копался в учебнике, Эли позвонила по видеосвязи. Мы долго обсуждали ее завтрашний образ в школу. Она рассказывала про прическу и макияж, а я внимательно слушал про какие-то хайлайтеры и праймеры. Честно говоря, я так и не понял, что это все значит, но было видно, что ей это безумно нравится. И это было самое главное.Закончив с биологией, я откинулся на спинку стула, чувствуя приятную усталость. В голове еще крутились термины про митоз и мейоз, но мысли постепенно переключались на завтрашний день. Интересно, как Эли будет выглядеть? Она всегда так тщательно готовится, и ей это идет. Я, конечно, не разбираюсь во всех этих косметических штучках, но мне нравится наблюдать за ее увлеченностью. Это как будто другой язык, который она знает в совершенстве, а я только учусь понимать отдельные слова.Мы еще немного поболтали, затем я переместился на кровать и включил ютуб. Наверное, пора спать. Завтра снова рано вставать. Но перед сном я еще раз перечитал сообщение от Эли. Она прислала мне фотографию с вариантами макияжа. Я улыбнулся. Она такая милая, когда увлечена чем-то. Написал ей о том, какая она красивая, пожелал доброй ночи и выключил свет. Засыпал я с мыслями об Эли и о том, как здорово, что она есть в моей жизни. Она как яркий луч солнца, который пробивается сквозь серые будни. С ней всегда интересно, даже когда она рассказывает о вещах, в которых я совершенно не разбираюсь.Утром я проснулся от звонка на телефон. Потянувшись к прикроватной тумбочке, я кое-как нащупал телефон, и прищурив один глаз, чтобы было лучше видно номер, который расплывался перед сонными глазами, я увидел контакт «Гвин».Гвин звонила редко, и обычно это означало что-то важное, или, по крайней мере, что-то, что она считала важным. Я провел пальцем по экрану, принимая вызов, и приложил телефон к уху, все еще пытаясь окончательно проснуться.— Адам, доброе утро! Ты помнишь, мы в пятницу договорились вместе в школу поехать?— Нет, — буркнул я, стараясь не показывать, насколько я раздражен. До будильника оставалось еще целых сорок минут, и я мог бы спокойно поспать. Но теперь, конечно, уже вряд ли усну. Неужели нельзя было просто написать сообщение? Эли и Мегс помирились, так что теперь они снова ездят в школу вместе, и никаких проблем с тем, чтобы мне везти Гвин, нет. Тем более, что Марка недавно поймали пьяным за рулем, и он, скорее всего, скоро лишится прав. Так что у меня, по сути, и выбора-то особого нет.— Прости, я тебя разбудила? — спросила Гвин с ноткой вины в голосе. — Да. Не переживай, я не злюсь, — я попытался ее успокоить, хотя на самом деле злился. — Напиши смс в следующий раз. Я сообщу, как буду выезжать, — я сбросил вызов и вернулся к подушке, но сон как рукой сняло. Решив поваляться немного, я открыл инстаграм и первой мне попалась история Мегс, Трейси, а затем и моей любимой. Сразу ставлю лайк на ее пост. Втроем они ехали в машине Эли, пританцовывая под музыку и выкрикивая слова из песни. Я честно удивился, как они еще не улетели в кювет, отвлекая Эли от дороги. Я написал Меган, чтобы ехали аккуратно и не мешали водителю за рулем. Созвонился с Марком, предложив подвезти его, мне как раз по пути. Встав с кровати, я поплелся в ванную, умылся и посмотрел на себя в зеркало. Отражение выглядело сонным и немного помятым. " Пора просыпаться", – сказал я себе и включил воду похолоднее.Холодная вода приятно освежила, смывая остатки сна и легкую утреннюю сонливость. Я вытер лицо полотенцем, внимательно разглядывая свое отражение. Действительно, вид был не самый парадный – растрепанные волосы, легкие тени под глазами. Но это было лишь временное состояние, которое скоро пройдет. Главное – начать день правильно.Я вышел из ванной, направляясь в комнату. Солнечный свет уже пробивался сквозь шторы, освещая пылинки, танцующие в воздухе. В воздухе витал легкий аромат кофе, который, видимо, уже успела приготовить мама.Я подошел к окну и отдернул шторы. Улица уже оживала: спешили на работу первые прохожие, проезжали машины.Спустившись на кухню, я увидел маму, которая уже наливала себе кофе.— Доброе утро, сынок, — улыбнулась она.— Доброе, мам, — ответил я, подходя к кофеварке. — Ты уже приготовила?— Да, для тебя тоже есть, — она кивнула на чашку, стоящую на столе.Я взял чашку, вдыхая аромат свежесваренного кофе. Это было именно то, что нужно для полного пробуждения. Я сел за стол, делая первый глоток. Тепло разливалось по телу, прогоняя последние остатки сна.Я посмотрел на часы. Еще было достаточно времени до выезда.— Ты сегодня рано встал, — заметила она, поглаживая меня по плечу— Я должен увезти Гвин в школу, она разбудила меня звонком, — пожал я плечами, наслаждаясь тишиной утра. — Не любит опаздывать. — А, ну да, — кивнула мама, отпивая свой кофе. — Сынок, ты прости меня, если я лезу не в свое дело, но не уделял бы ты столько внимания девочке, она не ребенок, ей нужно быть самостоятельной. Мама ласково посмотрела на меня.— Ты у меня такой заботливый, — проговорила она, и в ее голосе звучала неподдельная гордость. — Всегда думаешь о других. Но подумай, вдруг она влюбится в тебя? Я заметила, что вы с Эли стали вести себя по-другому, я догадываюсь, в чем дело. Я люблю ее и желаю вам счастья, сын. Но не заигрывайся с чувствами девушек. Ее слова повисли в воздухе, словно те самые пылинки, что я видел в лучах солнца. Я почувствовал, как легкий румянец заливает щеки, и постарался скрыть это, отпив еще кофе. Мама, конечно, всегда была проницательной, но в этот раз она, кажется, попала прямо в точку.— Мам, я... я не заигрываюсь, правда, – пробормотал я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. – Я просто... помогаю. Она моя подруга.Мама улыбнулась, но в ее глазах читалось легкое сомнение. — Я знаю, сынок. И я верю тебе. Просто... будь осторожен. Чувства – вещь тонкая. Эли умная и понимающая девочка, но поверь, если она не говорит, это не значит, что ей неприятно такое внимание к другой. Я задумался над ее словами, чувствуя, как они проникают в самую глубину моего сознания. Мама всегда знала, как подметить важные вещи, и сейчас я не мог не согласиться с ней. Она всегда поддерживала меня, и я знал, что могу рассчитывать на ее мудрость. — Мам, — сказал я, отставляя чашку, — ты права. Я постараюсь быть осторожным. Спасибо за кофе, и..за все, — закончил я, чмокнув ее в щеку. Разговор перетек в обсуждение планов на день, новостей и прочих мелочей. Мама всегда умела создать уютную атмосферу за утренним кофе, и я ценил эти моменты.Но слова мамы о Гвин и Эли не давали мне покоя, ее слова заставили меня задуматься о том, как мои действия влияют на других. Моя забота о Гвин, возможно, действительно переходит границы дружбы. И хотя я не испытывал к ней романтических чувств, я осознавал, что мое поведение могло быть истолковано иначе, особенно Эли. Я решил, что с сегодняшнего дня буду более внимателен к своим поступкам. Возможно, стоит немного дистанцироваться от Гвин, чтобы избежать недоразумений. Не то чтобы я хотел ее обидеть, но забота о чувствах Эли, моей девушки, должна быть на первом месте. Мама была права, когда говорила, что чувства – вещь тонкая, и даже молчание может быть красноречивым.После завтрака, который как всегда был приготовлен с любовью, я подошел к шкафу, достал школьную форму, погладил рубашку, и схватив портфель, спустился в прихожую. Накинув куртку, я попрощался с мамой и вышел на улицу. С каждым днем становилось все холоднее, и я заметил, как листья на деревьях начали осыпаться, окрашиваясь в яркие оттенки желтого и багряного. Осень вступала в свои права. Но сегодня светило солнце, что не могло не радовать. Под ногами шуршали опавшие листья, создавая мелодичный шелест, который сопровождал меня по дороге к машине. Я старался не наступать на самые яркие, словно боясь повредить их хрупкую красоту.Заведя двигатель, я включил тихую музыку. Мелодия, словно эхо осеннего ветра, мягко обволакивала меня, унося прочь от суеты дня. Выезжая на дорогу, я заметил, как вдалеке, над горизонтом, сгущаются тучи. Небо, еще недавно лазурное и солнечное, теперь приобрело свинцовый оттенок, предвещая скорый дождь.В этот момент я почувствовал легкую грусть. Грусть от осознания быстротечности времени, от уходящей красоты, от приближающейся зимы. Но в то же время, в этой грусти была какая-то особая, тихая радость. Радость от возможности наблюдать за этим вечным циклом, от способности чувствовать и ценить каждый миг, каждый оттенок уходящей осени. Ведь за зимой обязательно придет весна, и мир снова расцветет новыми красками. А пока... пока можно просто наслаждаться тишиной и красотой увядания, зная, что в этом увядании есть своя, особенная прелесть.Я написал Гвин, что уже в пути и еду за ней. А потом отправил сообщение Марку, чтобы он собирался и ждал меня. В голове крутилась мысль о том, как все успеть. Гвин жила на другом конце города, а Марк – почти в пригороде. Нужно было продумать оптимальный маршрут, чтобы не застрять в пробках. Я проверил уровень бензина – почти полный бак, это хорошо. Включил навигатор, задал первый пункт – адрес Гвин. На экране высветилось время прибытия. Довольно оптимистично, если не будет никаких задержек.Первые километры прошли гладко, но уже на подъезде к центру город начал оживать. Красные стоп-сигналы выстроились в длинную вереницу. Навигатор услужливо подсветил альтернативный маршрут через промзону, обещая сэкономить несколько минут. Я кивнул сам себе, принимая это предложение. Этот путь был менее живописным, но зато более предсказуемым. Проезжая мимо серых заводских корпусов, я снова проверил телефон. От Гвин пришло короткое "Жду!". От Марка – "Готов!".Я прибавил газу, стараясь держаться в потоке, но не рискуя без необходимости. Каждый поворот, каждый светофор теперь оценивался с точки зрения времени. В голове уже выстраивался новый, более сложный план, учитывающий два пункта назначения и потенциальные задержки на каждом из них.Вот она, Гвин, уже стоит у подъездной аллеи, легкая улыбка на лице, словно и не было никаких моих опозданий. Она уже в машине. Следующий этап – Марк. Навигатор теперь показывает более длинный путь, но с меньшей вероятностью пробок. Я стараюсь не думать о том, сколько времени это займет, сосредоточившись на дороге. В салоне играет тихая музыка, но я ее почти не слышу, мой слух настроен на шум города, на сигналы машин, на любое изменение в дорожной обстановке.Мы подъезжаем к дому Марка. Он уже стоит на крыльце, с рюкзаком за плечами, готовый к любым приключениям.Я влетел на парковку возле школы, и сразу же заметил знакомую машину Эли. Значит, они с Мегс уже здесь, а у нас оставались считанные минуты, чтобы не опоздать на урок. Первая лабораторная по химии, и я, как угорелый, рванул к кабинету, пока Гвин и Марк плелись сзади. Главное - успеть занять свое место рядом с Эли.Дверь в кабинет химии была распахнута, оттуда доносился гул голосов и запах реактивов. Я проскользнул внутрь, оглядываясь по сторонам. Эли сидела за нашим обычным столом, увлеченно что-то рассказывая Мегс. Она подняла голову, наши взгляды встретились, и на ее лице расцвела улыбка. Я облегченно выдохнул и направился к ним, стараясь не задеть никого из одноклассников. Эли просто сияла. Ее волосы, собранные в легкий пучок, открывали изящную шею, и я не мог отвести глаз от того, как свет из окна играл на ней, подчеркивая блеск подвески с скрипичным ключом – моим недавним подарком.— Еле успел! — выпалил я, плюхаясь на стул рядом с Эли, — Думал, все, пропустил лучшее место.Она рассмеялась, и этот звук заставил меня забыть о спешке и волнении.— Не волнуйся, я тебя ждала. Мегс чуть не заняла твое место, но я ее отговорила.Ее рука случайно коснулась моей, и по телу пробежала легкая дрожь. Я старался не показывать, как сильно меня это взволновало, и уселся, стараясь выглядеть непринужденно.— Пришлось уступить. Вижу, тут у вас своя атмосфера, — Мегс подмигнула мне.Я покраснел, стараясь не смотреть на Меган. Атмосфера, говоришь? Да уж, атмосфера тут была такая, что все остальные химические элементы в таблице Менделеева меркли на ее фоне.Я повернулся к Эли, пытаясь уловить каждое слово, которое она говорила Мегс, но мысли мои были заняты другим. Я думал о том, как она улыбается, как блестят ее глаза, когда она увлечена чем-то. Этот скрипичный ключ на ее шее – он был таким же особенным, как и она сама. Я выбрал его не случайно, он символизировал для меня мелодию ее души, ту самую, которая звучала в моем сердце с тех пор, как я ее встретил.Мистер Лоренс, как всегда, появился внезапно, словно материализовался из воздуха.— Итак, юные химики, сегодня мы будем синтезировать сложный эфир...Его голос потонул в общем гуле, но я уже не слушал. Я был рядом с Эли, и это было все, что имело значение. Учитель продолжал говорить о сложности эфиров и важности соблюдения техники безопасности. И на этот моменте, все повернулись к Мегс и Мэтту, ситуация на самом деле забавляла. Они уже сидели за нами, и я побаивался, как бы мы с Эли в случае чего не взлетели вместе с ними в воздух. Мое внимание было приковано к Эли. Она внимательно слушала учителя, слегка наклонив голову, и время от времени делала пометки в своем блокноте. Ее сосредоточенность была заразительной, и я, стараясь не отставать, тоже открыл свой учебник.Мегс, напротив, казалось, не слишком интересовалась лекцией. Она рисовала что-то в своем блокноте, украшая страницы яркими цветами и причудливыми узорами. Иногда она тихонько шепталась с Эли, и та, улыбаясь, отвечала ей.Закончив и сдав лабораторную работу, мы вышли из кабинета когда прозвенел звонок.В коридоре было шумно и многолюдно, как всегда после урока. Толпа учеников неслась в разные стороны, словно бурный поток.— Ну что, как ваши эфиры? Справились? — весело спросила Мегс, поправляя свою сумку через плечо.— Да. На удивление, никто не взорвал кабинет, — ответил я, и тут же почувствовал хлопок ладони по плечу.— В точку, Адам, — рассмеявшись, сказал Марк.Марк, как всегда, был полон энергии и готов подхватить любую шутку. Его присутствие всегда добавляло какой-то особой живости в наши разговоры. Мы с Эли переглянулись, и я увидел в ее глазах ту же искорку веселья, что и у меня.Мы продолжили свой путь по шумному коридору, направляясь к следующему уроку. Я шел рядом с Эли, чувствуя легкое прикосновение ее руки к моей. Это было такое простое, но такое значимое ощущение. Я знал, что даже если весь мир вокруг будет рушиться, рядом с ней я буду чувствовать себя в безопасности.Школьные дни текли своим чередом, без каких-либо ярких событий. Мы с Дэвидом изо всех сил пытались достучаться до Энди, но после того, как он расстался с Мегс, он будто возвел вокруг себя непробиваемую стену. Конечно, его можно понять, но все равно обидно, что он винит нас в своих бедах. Ему кажется, что мы знали о ее увлечении Итаном. Я хорошо помню, как мы с Эли тащили его домой, когда он был пьян, и он кричал, что ненавидит Мегс и всех нас. Тогда я не придал этому значения, но сейчас его отчуждение очень ранит. После уроков я, как обычно, отправился на тренировку, а Эли снова поехала к отцу в офис.Я шел по знакомой дороге, мысли о произошедшем крутились в голове, как осенние листья на ветру. Тренировка, казалось, была единственным местом, где я мог хоть на время забыть о проблемах. Мяч в руках, ритм бега, крики товарищей по команде – все это создавало привычный, успокаивающий фон. Но даже там, среди привычной суеты, я ловил себя на том, что ищу взглядом Дэвида, словно надеясь, что он сможет пролить свет на происходящее, или хотя бы разделить мое беспокойство. Мы с ним всегда были как братья. С самого детства нас объединяла общая любовь к футболу. Поначалу мы соперничали, но потом, когда нас поставили в одну связку, мы были вынуждены научиться работать вместе.Со временем наши спортивные пути разошлись: меня заметили и пригласили играть за местный клуб, а Дэвид остался в школе, поддерживая команду там.Повзрослев, мы стали меньше проводить времени вместе, так как у каждого появились свои заботы, но я знал, что всегда могу рассчитывать на него.Я вспоминал, как мы вместе преодолевали трудности, как он всегда находил нужные слова, когда я сомневался в себе. Его спокойствие и рассудительность были тем, чего мне так не хватало сейчас.