глава 15

Гидеон

Я ждал гнева. Внимательно следил за Алоиз, но её ошейник ничего не фиксировал, а значит, совершенно другие эмоции терзали девушку сейчас. Удивление, ожидаемый испуг, ведь этот парень выкинул её из поезда. Но страх так и не сменился желанием возмездия, хотя кулаки моей новенькой сжались добела.

— Зачем это всё?

Она повернулась ко мне и одарила колючим взглядом.

— Считайте это собеседованием, госпожа Ранвей.

— Это что-то изменит? — она слегка задрала юбку и показала свой браслет на лодыжке. — Я уже в Нуридже. Ошибусь — выгоните меня?

— Не ваше собеседование. Его, — я кивнул на паренька.

Теперь на лице Алоиз появилась озадаченность. Но гнева все ещё не было.

— В каком смысле?

— Вы полноправный преподаватель. Я прислушиваюсь к своим коллегам и их суждениям. С преступлением Николаса я хорошо успел ознакомиться. На полном ходу он выбросил пассажира из поезда, угрожая огнестрельным оружием. К счастью, пострадавших нет.

— Да, потому что на мосту поезда всегда замедляются, и толкал этот парень меня в воду! Он все просчитал, чтобы не навредить мне.

А вот и гнев. Слабые едва уловимые нотки недовольства, но не к преступнику. Алоиз мной была недовольна, и прямо сейчас заступалась за своего потенциального ученика.

— Одно ваше слово, и он отправится в Анкридж. Против него достаточно улик, на сговор со следствием он категорически не идёт и не сдает подельников.

— Разве, это характеризует Николаса с отрицательной стороны? Он в одиночку готов искупить свою вину перед обществом. Не предал друзей.

Я бы поспорил со всеми этими пунктами. Николас сейчас разве же не скулил, оценивая свои шансы на исправительное наказание в Нуридже. Его единственным защитником была его же жертва. А не сдает он остальных не из благородства, мерзавец просто боится, что те расскажут куда больше о нем самом. А уж друзьями я бы эту шайку не назвал, но Алоиз продолжала.

— Все заслуживают второй шанс.  Мне вы дали такой.

— И вы готовы поручиться за Николаса? Стать его ментором?

— Вы точно так же поступили с Генри. Я заблуждаюсь? Но преступление вашего секретаря куда ужаснее. Ментальное рабство хуже физического насилия.

А она неплохо успела подготовиться.

— Генри не угрожал никому расправой. Не срывал с шеи дорогой кулон. Там ведь было что-то важное? Вы так часто пытается нащупать что-то рукой, Алоиз.

Она тут же коснулась красноватой борозды под ошейником и помрачнела. Мне удалось продавить её?

— Всегда можно купить новую безделушку. А Николас живой человек.

Этот живой человек выполз из тёмного угла и уже с интересом прислушивался к беседе. Слушай, слушай. Эту девчонку ты едва не прикончил. И она бы умерла в холодной воде, если бы моя тьма не сорвалась с поводка.

— Ваша тьма, — Алоиз заставила меня вздрогнуть, словно в мысли ко мне без стука ворвалась. — Вашу тьму многие тоже считают злом. Уверена, вы легко могли бы изгнать её из своего тела, опечатать в новом артефакте, но вы не стали. Дали ей шанс, и она уже не раз оправдывала эти ожидания. Пусть Николас станет моей тьмой. Той самой непокорной стихией. Ведь, вы  всем доказали, что непокорных не существует.

Я слушал её. Кому-то постороннему это могло показаться потоком идеалистического бреда, особенно дрожащему Николасу, но не для меня, Алоиза говорила понятными только для нас обоих вещами, и если она сейчас же не замолчит, я не смогу выполнить обещание, данное Террансу Нобералю. Не смогу не влюбиться в эту девчонку, которая влезла ко мне душу без магии.

— Уговорила, сегодня его заберёшь или завтра?

— Завтра. Пусть пока ещё немного подумает над своим поведением, — она добавила тону строгости и сурово скрестила руки на груди.

Да, ты понятия не имеешь, что с ним делать и пытаешься время выиграть, смешная! Мне было отчего-то ужасно весело, но улыбаться сейчас нельзя. А вот думать над своим поведением малолетний негодяй будет каждый день в Нуридже, за этим я прослежу. И пусть сейчас он преисполнен благодарности, но в мгновенные метаморфозы я не верю.

— Теперь когда мы утрясли эту маленькую формальность, хотите посмотреть вашу аудиторию? — я вновь предложил ей локоть, ни на что надеясь. Дежурный вежливый жест.

— С удовольствием.

Алоиз горделиво тряхнула головой и взялась за мою руку.

Это будет интересный год в Нуридже.

Алоиза

Я не ждала многого от учебной аудитории в Нуридже. Живо представляла себе очередную тюремную камеру только чуть-чуть побольше размером. Серые кирпичные стены, узкие решетчатые окна, жёсткие деревянные скамейки. Непонятно, почему Гидеон Дайхард разве что не мурлыкал тебе под нос от удовольствия. Предвкушает моё разочарование от увиденного? Ну я уж постараюсь выдержать все, что он мне там подготовил, и виду не показывать. Не доставлю ему сегодня такого удовольствия.

– После вас, – капитан толкнул большую двустворчатую дверь и пропустил меня вперёд.

Воспользовалась приглашением, и тут же не справилась с эмоциями, отпустила руку ректора и буквально вбежала в центр огромной круглой аудитории. Запрыгнула на платформу и огляделась. Мне снится? Даже в столичной академии я не видела ничего подобного. Стеклянный купол вместо крыши, небо, охваченное розовым закатом и лениво ползущие надо мной облака.

По периметру расставлены новые парты, столы с современными приборами, стеклянные резервуары для поимки грозы и солнечного света, метеозонд со спущенным шаром. Под потолком огороженный барьером внутренний балкон и две двери.

– Изначально здесь хотели сделать обсерваторию, но наш астроном облюбовал себе старый маяк, проводит занятия и живет там, ну а мне пришла в голову мысль приспособить это место под кое-что другое.

– Идеально, – только и выдохнула я.

Мысленно я уже висела у Гидеона на шее и благодарила его за этот сюрприз, но решилась только на выдержанное во всех рамках приличия:

– Спасибо, капитан Дайхард.

– Если вам понравилось, то я очень рад.

Его улыбка не позволяла думать об обратном. Он,правда, радовался вместе со мной.

– О, капитан! – раздался возбуждённый возглас с балкона.

Целая толпа ребят ввалилась с улицы и свесилась с перилл. На вид им всем было около пятнадцати-шестнадцати лет. Две девушки и трое ребят.

– Это она?

– Хорошенькая.

– Я бы тоже на неё запал, капитан.

– Отличный выбор!

Перевела взгляд на Гидеона, но его совсем не смущались выкрики студентов.

– Тоже? – спросила ректора, но он и бровью не повел. У меня же от этих комментариев мгновенно вспыхнули щёки.

– Напридумывают себе всякого, не обращайте внимания, госпожа Ранвей.

Ну да. Эти слухи лучше пресечь, ведь у него отношения с Белиндой. Мне бы на её месте точно было бы неприятно слышать что-то такое.

– Спускайтесь сюда, – Дайхард поманил студентов.

– Лучше вы к нам, капитан! Тут шикарный вид.

Кто-то из ребят направил в сторону платформы, на которой я стояла, магический импульс, и круг медленно пришёл в движение. Я быстро отошла от края, а Гидеон запрыгнул ко мне.

– Как вам нововведение? Никаких лестниц.

– Вы сами это сделали?

– Нет, конечно. Студенты с артифакторики постарались. Механизм рассчитан на тридцать человек. Магический барьер не даст сойти с платформы до полной остановки, исключая падение.

–  Смотрю, вы очень хотели заиметь метеорологию в Нуридж.

— Это так заметно? – он по-мальчишечьи улыбнулся, и в его черных глазах промелькнул задорный огонек.

– Теперь я ещё больше боюсь подвести вас, капитан.

– Не меня, Алоиз, – прошептал Гидеон и добавил: – Их не подведи. Они ждут чуда.

– Ну, спасибо вам. До этого мгновения я совсем не волновалась, а вот теперь начинаю.

– Поздно уже волноваться. Пора знакомиться.

Платформа встала в пазы под самым куполом, и мы с ректором Дайхардом оказались среди моих новых студентов.

Ещё дома я внимательно изучала личные дела своих учеников, но понять кто есть кто было непросто. Нашла глазами бледную темноволосую девушку с деревянным бочонком в руках и стойким холодком цепких пальцев смерти вокруг.

– Ты Ритти Торнхилл. Некромант и призыватель духов.

– В точку. Как вы догадались? – она радостно заулыбалась, а двое раскосых близнецов за её спиной залились беззлобным смехом.

– Ты бы в зеркало себя видела, Торнхилл, живая мертвячка.

Девушка не обиделась, а вот светловолосый парнишка, пожиравший Ритти глазами все это время, подскочил к парочки с кулаками.

– Слова свои назад забери Карвейн, – шипел студент.

Судя по расслабленной реакции окружающих, подобные сцены были частым явлением. Ритти закатила глаза, а девчонки вовсю бились об заклад, и на горе-защитника никто не ставил. Сама с трудом сдерживалась. Неудивительно, близнецы были на голову выше своего одногруппника. Шансов никаких!

— Это не Карвейн, а Крайвен, – поправила горячую голову, и все, включая капитана Дайхарда, уставились на меня.

– Вы же братья Чи? Угадала?

– Их личных дел я вам не присылал, я сам был не до конца уверен, что они останутся в Нуридже, – пробормотал Гидеон.

– Мы с сестрой были на вашем стихийном посвящении, – я тут же запнулась, не проболтаться бы, что я Нобераль. Сами-то они меня точно не вспомнят, им было не больше года. – Карвейн огненный маг, а его брат Крайвен земляной. Красивая была церемония. Ваши мама и папа так гордились.

– Ты… Вы были на нашем посвящении? И родителей помните? —хором спросили парни.

– Смутно, – честно ответила я. – Мне тогда был лет пять-шесть. Но церемония была шикарная. Впервые видела, как нисходят духи стихий, потому хорошо запомнила. Мир тесен.

– Ещё как, – согласились братья.

– А ты, наверно, Тайрис Флитчат. Зачарователь, – обратилась к горячей голове.

– Он самый. Помогал нашему капитану записывать для вас любовный эфир.

– Фли, – строго напомнил о своем присутствии Дайхард. – Я же тоже могу что-то про тебя всем рассказать.

– Ой, можно подумать ещё кто-то в Нуридже не знает, что он сохнет по Ритти, –  не выдержала вторая девочка, на шее которой висели очки на веревочке, а кучерявые зеленые волосы были собраны в тугой хвост. Смуглая.

Наверно, южанка. Кто там у нас был с юга?

– Слышь, болтница!

– Тайрис, завязывай. Бесишь уже. Я тоже в курсе. И на меня с кулаками кинешься? – некромантка дернула раскрасневшегося одноклассника за рукав.

– Не кинусь, – бурчал адепт Флитчат.

Гормоны тут у всех просто зашкаливает. Аж воздух искрит.

– А я? Меня знаете? – вновь подала голос южанка, и я наморщила лоб.

– Минутку, – я перебирала в голове всех студентов по списку.

– Я вам помогу!

Она не стала дожидаться меня, распустила волосы, которые тут же выпрямились и зеленой волной легли на плечи. Девушка стремительно менялась. Форма лица, цвет и разрез глаз, нос. Всего через мгновение я смотрела на свою точную копию, только яркие волосы выдавали самозванку.

– Хельтида Гросвик. Как я могла забыть! Ты метаморф.

– Вы неплохо подготовились, госпожа Ранвей, за что сидите? – спросила в лоб Хельтида, и я быстро поправила платье, спрятав ножной браслет.

– Превышение пределов самообороны, – уклончиво ответила студентке.

– Хотим знать подробности. Напавший на вас мертв? – глаза у Ритти тут же загорелись. – Скажите его имя, и я попробую связаться с духом.

– К счастью, он жив. Никаких на сегодня сеансов, – возразил Гидеон.

– Покалечен?

– Скорее, унижен, – отшутилась я, представляя мокрое пятно на штанах Боварда.

– За что же вы его так? – поинтересовался Карвейн.

– Лез ко мне с поцелуями.

Девочки с пониманием закивали, а вот на лицах ребят появилось недоумение.

– И это всё? – удивился Тайрис.

– А тебе мало, Фли? – пихнула его Ритти. – Полез бы ко мне, я бы тебя вскрыла без анестезии.

Они так мило препирались, что у меня и в мыслях не было, что передо мной опасные преступники. Обычные студенты. Непосредственные в силу возраста, но совсем не злые.

— Это весь мой класс, включая Николаса? – спросила Гидеона. – Личных дел явно было больше.

– Остальные на каникулах. Заслужили хорошим поведением увидеть родных перед началом учебного года.

– Кроме Флаффи, у бедняжки опять эти самые дни, – вздохнула Хель.

– Эти дни? – с опаской спросила девочек. Я, конечно, допускаю вспышку легкой раздражительности, но чтобы так?

Флаффириона Лерой шестнадцати лет, тихая студентка без правонарушений. Особых пометок по ней я не припомню, кроме странной синусоиды, по которой её успеваемость всегда падала к концу месяца. Что же за дни такие у неё наступают?

– Эти самые! – Флитчат задрал к небу голову и протяжно завыл, вновь получив тычок от подруги.

– Я не стал указывать это в письме, госпожа Ранвей. Адептка Лерой страдает от ликантропии. Здесь она добровольно учится самоконтролю. От неё не будет проблем. Ручаюсь. Белинда Флюгз следит за её лунным циклом и вовремя даёт седативные препараты.

Вот как. Оборотня я в последний раз видела только в цирке уродов, куда мы с Ви однажды втихаря сбежали от папеньки, и зрелище это было не из приятных. Существо издавало такие пронзительные вопли, что от них кровь стыла в жилах. Но раз Гидеон сказал, бояться нечего. Наверное?

– А кто такой Николас? – ревностно спросил Тайрис, потирая ушибленный бок.

Я посмотрела на ректора, но он лишь пожал плечами, показывая тем самым, что представить парня должна именно я.

– Он… Он ваш новый староста и мой личный помощник. Взят за мелкое правонарушение.

– Охренеть! Староста?

Все, кроме близнецов, нервно переглянулись.

– Кэтрин будет вне себя.

– Её ждет неприятный сюрприз.

– Так ей и надо. Достала командовать.

– Почему все так боятся Кэтрин? – спросила ребят, чувствуя себя предельно глупо. В досье были лишь отметки и положительные достижения юной адептки Биккер. Ни единой жалобы. Блистательная ученица, благодаря которой Нуриджу удавалось удерживать хороший средний балл.

Гидеон не торопился отвечать и сам внимательно слушал студентов. И как у него получается вот так сливаться со всеми и не вызывать ни у кого дискомфорта. Своего ректора я откровенно побаивалась, а и в присутствии деканов факультетов постоянно терялась. Но у Дайхарда какой-то особый вид магии, который располагает всех вокруг.

– Она любимица госпожи Флюгз. Отбывает здесь наказание за какой-то очень страшный проступок, и никто не знает за какой, – шептала Ритти.

– Враньё. Я знаю, – рассмеялся капитан. – Но вам не скажу.

– Слухи ходят разные. Но с момента поступления в Нуридж она ни разу не ослушалась приказа и даже заслужила право ездить к семье на каникулы.

– А ещё она староста, волонтёр в клинике для бездомных животных, отличница. Носа не кажет из-за книг. Мальчиков не подпускает, хотя Леонард хвостом за ней ходит. Бедняга.

– Кого-то это очень напоминает, – Гидеон не сводил с меня насмешливого взгляда.

Хах. Туше, господин ректор.

– Все потому что она по нашему капитану сохнет. Зачем ей сопливый маг ветра, когда рядом величайший заклинатель тьмы.

– Обожаю их, – вполголоса поделился Дайхард. – С ними таблоиды не нужны. Послушаешь их вечерок и будешь в курсе всех дел в академии. Про Леонарда я сам не знал.

– Думаете, зря я решила сделать Николаса старостой?

– Время покажет. Но мне самому интересно, что из этого выйдет.

Небо уже давно потемнело, а я все слушала ребят, чувствуя приятное покалывающие ощущение в затылке, словно и не было моего выпускного и вручения диплома. Закончились очередные летние каникулы, и я вернулась в стены своей родной академии. Но в этот раз я не была заучкой, к которой обращались только за подробными конспектами. Я была кем-то другим. Кем-то своим.

– Ладно, вы тут отлично прибрались, адепты, а теперь отправляйтесь по койкам. Вашей преподавательнице нужно отдохнуть, у неё был тяжёлый день, – Гидеон сгонял всех на платформу, а ребята многозначительно переглядывались. – И нет, можете остановить свою фантазию. Госпожа Ранвей уже помолвлена. Не со мной. Дома её ждёт жених.

Разочарованное роптание и комментарии о том, что жених может и подвинуться, заставили меня нервно рассмеяться.

Странное дело, но все эти намеки совсем не оскорбляли меня. Я бы тоже с удовольствием пофантазировала о Гидеоне, но это невозможно, он любит другую, а я… Я просто очередная арестантка с позорным ошейником.

С уходом студентов неловкости в опустевшей аудитории стало в разы больше.

– Они всегда так шутят. Ты привыкнешь, Алоиза, не обижайся. Тут скучно, и отношения между преподавателями – единственное, о чем можно посудачить. Это не последний слух. Завтра они будут считать наших будущих детей.

– Я не понимаю вас. Когда мы одни, вы со мной на «ты», обращаетесь по имени, а на людях… – запнулась, во рту вдруг пересохло.

– Вас смущает? Я могу всегда с вами на «вы».

– Нет. Смущать это должно вашу невесту. Все эти новые слухи, домысли, то, как вы прикасались ко мне сегодня в вашем кабинете… Мой глупый эфир.

– Мою невесту? – он выглядел озадаченным.

– Какая же я идиотка. Сестра говорила так много хорошего о вас, показала своё первое воспоминание. Потом вы спасли меня, когда я чуть не утонула. То, как вы обращается со студентами.

– Алоиз, – он быстро перебил меня. – Мне кажется, вы немного запутались. Вас спас не я, а моя тьма, в академию я принял вас, потому что вы сознались в преступлении. Не идеализируйте меня, вам просто не с чем сравнивать. Я понимаю ваши чувства сейчас. Отец поступил некрасиво, Бовард повёл себя как мерзавец. Сейчас в вашем сердце благодарность за ощущение защиты. Но в остальном вы заблуждаетесь.

– Я же даже не сказала, что я чувствую.

– И не говорите то, о чем завтра будете сожалеть. Это импульсы, госпожа Нобераль. Слишком много потрясений выпало на вашу долю в последние дни, и я впредь тоже буду держать дистанцию чтобы более вас не смущать.

Он только что отшил меня, не дав и рта раскрыть. А я-то хороша. Что на меня нашло? У него есть возлюбленная, и я сейчас мало чем отличаюсь от незрелых влюбленных студенток.

Но сердце не слушалось доводов господина Дайхарда. Оно сбивалось с бега и усталый шаг, а потом вновь неслось как сумасшедшее, стоило заглянуть в черные участливые глаза. В жизни не чувствовала ничего подобного. Больно, горячо, иссушающее, стыдно. Словно без одежды стою перед ним и прикрыться нечем.

Дверь аудитории открылась, и Дайхард облегченно выдохнул:

– Белс! Как хорошо, что ты пришла.

Волосы декана факультета целителей распущены. Больничную мантию она сменила на строгий костюм для верховой езды, сапоги выше колен, на поясе хлыст.

– Твой Генри несёт какую-то чушь про дуэль и секунданта. Попросил зайти сюда и выяснить что-то про оружие для поединка. Он сбрендил?

– Ты на прогулку собралась?

– Как видишь. И так задержалась за-за твоего секретаря, уже почти стемнело.

– Переоденусь и обсудим детали тогда. Это Элоиза вызвала Генри.

Белинда окинула меня заинтересованным взглядом, я же мечтала испариться или сбежать куда-нибудь в карцер к Николасу. Я же только что чуть не призналась в любви её возлюбленному.

– Тогда подожду в конюшне. Кого тебе седлать?

– Ворчуна. Я сейчас догоню тебя. Быстро покажу госпоже Ранвей, где её спальня и вещи.

– Всего хорошего, Элоиза, – попрощалась со мной Флюгз.

– Удачной вам прогулки.

Лучше бы он сразу ушёл с ней. Вновь подниматься с Гидеоном на этой крохотной платформе было просто  невыносимо. Он молчал и бросал на меня извиняющиеся взгляды, от которых становилось только хуже.

– Эта дверь ведет на смотровую площадку, а вот эта в вашу личную комнату. Не перепутайте.

Капитан повернул торчащий из замочной скважины ключ.

– Обустраивайтесь. Ваши вещи внутри, на постели свежее бельё и ваше выстиранное платье.

– Спасибо, – хрипло проговорила и не глядя на него и шагнула к комнате.

Он успел поймать меня за руку прежде, чем я позорно сбежала.

– Я не помолвлен, – он как-то болезненно поморщился. – Понятия не имею, зачем я сейчас говорю это вам, Алоиз.

– Вы благородный человек и не любите слухи и домыслы, – пришла на помощь капитану, и Гидеон вымученно вздохнул.

– Именно.

– Тогда хочу, чтобы и вы знали, что никакого жениха у меня нет.

– Я буду знать.

Он слишком долго держал меня за руку и слишком долго и пристально смотрел в глаза, пока не прошептал:

– Спокойной ночи.

Меня хватило только на короткий кивок.

Лишь только когда платформа поехала обратно вниз я позволила себе задышать вновь. Что это сейчас было?