Правило третье - Не удалось сбежать - подожги!

На улице быстро сгущались сумерки. Конечно, не лучшая идея бежать под вечер, но дареному коню в зубы не заглядывают. Так что, пробегая через двор, я ничуть не сомневалась в своём поступке. И с самой доброжелательной улыбкой помахала ручкой стражнику, бессовестно солгав об истинных целях своего ухода. Главное десяти ещё нет, а потом комендантский час и вряд ли меня кто бы выпустил. Да и откуда ж призванному духу знать о том, что больше не вернусь, тем более поклажа у меня не большая, под плащом не разглядишь.

Улочки Рохнара встретили меня сыростью и покрапывающим мелким дождиком. Сказать по правде, столицу я никогда не любила. И не только из-за своего не особо радужного детства, которое мне в своё время подарил Рохнар. Нет. Мне не нравилась серость здешних стен, грязь и сама атмосфера. Она была какой-то угнетающе пессимистичной. И прохожие здесь никогда не улыбались, спеша по своим делам.

Если бы не яркие цвета осени, то Рохнар и вовсе бы вогнал меня в тоску, а так желто-красные листья на деревьях радовали глаз. Вот узкие опасные проулки не радовали. Особенно когда в очередной раз натыкаешься на подозрительную компанию троллей или пьяных наемников из людей. Пока мне удавалось оставаться незамеченной, но надолго ли.

Рохнар был не только мрачным и серым городом, а ещё и опасным, как раз из-за того, что на его улицах можно встретить кого угодно, даже обнаглевшую нечисть, которая временами не стеснялась прорываться через высокие стены города и магический заслон.

Однако не скажу, что чего-то сильно боялась, скорее просто чувствовала себя в темноте незащищенной. Светильники были только на центральных дорогах, которыми я и старалась идти, пока не увидела знакомое лицо, вынудившее свернуть в первый попавшийся темный проулок.

Объяснять конопатому сюсюкательному недоразвитику, что тут делаю, совершенно не хотелось. С него станется рассказать о том, что ведьмочка по столице одна бродит. Тем более глупым он не был, то, что не подметил страж на воротах, этот заметит и наверняка сделает правильные выводы.

Так что я свернула в противоположную сторону и пошла к северному выходу из Рохнара, всё больше сомневаясь, стоит ли покидать безопасные стены на ночь. Не лучше ли переночевать на каком-нибудь постоялом дворе и уже с утра отправиться? Не хватятся ведь меня за одну ночь?

«А если хватятся? -- не смолчал мой внутренний голос. – Или того хуже – ректор явится!»

И правда! Высший демон пугал куда сильнее какой-то нечисти. Впрочем, не зря же нам всегда говорили, что самый страшный зверь -- это человек. В голове помимо воли прозвучала эта наставительная фраза строгим голосом Дарии Розберт, когда из тени навстречу мне вышла парочка неровно идущих парней. И также быстро исчезла, стоило рассмотреть в полутьме острые эльфийские уши. Не люди. По правде говоря – лучше бы люди. С ними я хотя бы справиться могла, отвлечь ведьмовскими чарами, а двух изрядно подвыпивших эльфов, которые ещё и смотрят аккурат на меня, все-таки заметив, вряд ли.

Так ещё и две вечно враждующие расы! Только мне могло так повезти -- встретить светлого и темного эльфов вместе. Не дерущихся, не споривших, а любезно поддерживающих друг друга, дабы устоять в ровном положении.

-- О, ведьмочка! – опомнился первым светлый эльф, отпуская плечо темного и теперь с трудом стоя на своих двоих.

-- Неинициированная! – поддержал выровнявшийся второй, элегантно отбрасывая длинные белоснежные волосы за спину и нисколько не шатаясь, хоть взгляд фиолетовых глазищ выдавал немаленький градус в его темноэльфийской крови.

И ладно! Изумленная неинициированная ведьмочка не растерялась, коротко бросила «здрасьте», после чего ретировалась.

-- Куда-то торопишься? – самым наглым образом применили ко мне магию, сковывая по рукам и ногам. – Позволь узнать куда?

-- Домой! – дернулась я, но невидимые путы лишь сильнее сдавили, вынуждая скривиться от боли.

-- Эриорх, прекрати! – вдруг встал на мою защиту светлый. – Нельзя использовать темную магию против людей!

-- А кто запретит? – фыркнул тот, кого назвали Эриорхом, пленительно улыбнувшись и продемонстрировав выступающие слегка вперед клыки.

-- Я! – серьезно сказал светлый. – Мы не трогаем человеческих детенышей.

-- А мы трогаем, -- не согласился темный, в один незаметный миг оказываясь рядом и также незаметно скользя рукой на мою талию, чтобы затем прижать к себе. – Да и какой это детеныш? Сколько тебе, ребенок?

-- Шестнадцать... -- в смятении прошептал рёбенок, который уже вообще-то и не ребенок, вспоминая всё, что знала об эльфах, а знала я немного и не скажу, что хорошее.

-- Вот видишь, Диаваль, а ты говоришь детеныш! – эльфийская рука легла ещё ниже. – Они в этом возрасте уже по трое детей имеют!

Вот здесь я поперхнулась и закашлялась. Нет, не стану отрицать, будто такого не бывало, но не среди же ведьмочек! Мы в семнадцать только колледж заканчиваем, а потом ещё и год практики. Какие дети?!

-- Неужели? – искренне удивился тот, что Диаваль, по-новому меня разглядывая. – Тогда это совсем другое дело, тем более встретить в наше время неинициированную, да ещё и свободную ведьмочку большая редкость!

И меня обняли теперь уже с другой стороны.

-- Так я как раз детеныш! – пошел на попятный «детеныш», не зная, что ещё можно ожидать от этих двоих. – У вас устаревшая информация, никто в таком возрасте сейчас детей не рожает! И совершеннолетие у нас в восемнадцать наступает!

Рука светлого моментально убралась, а вот темного – не шелохнулась даже, как была чуть ниже талии, так и осталась. Впрочем, ненадолго, вскоре эта самая рука вдруг пробралась под мой плащ и замерла уже там, в тепле. И что самое противное – магия продолжала удерживать меня, не давая оттолкнуть наглеца или просто сбежать.

-- Эриорх!

-- Ой, да всё равно, -- пожал плечами Эриорх, -- моя душа в данный момент требует настоящей искренней порочности и немного любви.

-- Может, наоборот? – попытался облагоразумить приятеля Диаваль. -- Искренней любви и немного порочности?

Мне же после этих слов захотелось вовсе исчезнуть. Оказаться как можно дальше от этой странной ненормальной парочки. Но, увы, ведьмочки перемещаться в пространстве не умели.

-- Нет, я имею в виду именно то, что сказал! – и, подтверждая свои слова, наглая ручища сжала мою одну ягодицу. -- Я слуга Темноликого или уже забыл?

Вашу ж мать! А я ещё наивно полагала, будто моя полнота не только защищает от холода, голода, но и разврата. Вот вам и «защищает»!

-- Видимо, забыл... -- с нотками грусти вздохнул Диаваль. – Только я слуга Светлоликого и не позволю обижать человеческое дитя, пусть даже нам никогда больше не повезет встретить неинициированной ведьмочки.

-- Зануда! – меня все-таки отпустили. – Где мы ещё с тобой найдем свободную ведьму?

-- А кто сказал, что свободная? – мне на плечо неожиданно легла тяжелая рука ещё одного ночного гостя, чей голос напугал сильнее эльфов. – Во-первых, эта ведьмочка занята, а во-вторых, она собственность академии магии, которой вы в данный момент нанесли оскорбление.

-- Разве на ведьмочке есть печать? – с хитринкой в фиолетовых глазах уточнил Эриорх. – И что-то вас не особо рады видеть...

И ведь я правда не была рада видеть ректора. И идти с ним уж точно не хотела.

-- Ты сняла браслет? – а это уже удивленный вопрос мне. – Как смогла? А, впрочем, неважно, идем, Ярина, а вы... -- он кинул недовольный взгляд на эльфов, -- даже если не знали, что ведьма принадлежит академии, в любом случае собирались нарушить закон Илириады!

-- Разве он распространяется на «собирались»? – нисколько не смутился темный, в отличие от светлого, который настойчиво намекал другу убираться.

-- Сто первый номер третьей статьи о посягательстве на силу ведьмы карается пятнадцатью сутками...

-- Так, может, спросим саму ведьмочку? – тонко улавливал мои эмоции эльф. – Пока что она с вами и шага не сделала, очень желая оказаться как можно дальше.

А я не просто желала, я действовала, давно скинув руку и медленно отступая.

-- Яра, ко мне! – только сейчас заметил лорд Даорски моё отсутствие.

Однако мой внутренний зверь лишь сильнее взбунтовался после этого оскорбительного «ко мне». Ещё б к ноге сказал!

-- Нет!

-- Что значит «нет»?! – прошипел ректор.

-- То и значит! – не испугалась я. – Никуда я с вами, Гхарэнн-тхар, не пойду! Уж лучше с ними!

Гхарэнн-тхара перекосило. Эльфов, к слову, тоже. Они вообще странно отреагировали на мои слова. Округлили и без того немаленькие глаза, а темный и вовсе припал на колени:

-- Простите, ваше высочество!

-- Эм... -- теперь был мой черед округлять глаза.

-- Лис ещё пожалеет о своём длинном языке, -- неожиданно зло процедил «высочество», не скрывая своего раздражения и не торопясь что-либо мне пояснять. Вместо этого он оказался рядом, вновь положил руку на моё плечо, после чего привычно открыл огненный портал.

Я и воспротивиться не успела, оказываясь в знакомом кабинете. Вот тебе и сбежала! Что теперь делать?

-- Молчать и слушать! – ответил на незаданный вслух вопрос демоняка, бесцеремонно усаживая меня на стул и нависая надо мной. – Ты уже не просто собственность академии, Яра, ты моя собственность! С того самого момента, как прочитала заговор, ты больше не принадлежишь себе. Ты – моя! Приворот не снять! А я пытался, поверь мне, искал способы...

-- Почему не снять? – не поверила я. – Давайте вы отпустите меня, а я отворот в благодарность сделаю.

Темные глаза полыхнули пламенем.

-- В благодарность?!

Мне на колени прямо из воздуха упала знакомая книжка, затем раскрылась на предупреждениях.

-- Читай, благодарная ты наша!

-- Предупреждение №5 – будьте осторожны с подавлением воли у демонов...

-- Нет, -- резко остановили меня, -- ниже, сноска, мелким шрифтом!

-- Никогда не привораживайте высших демонов... -- медленно прочитала, чувствуя, как неприятный холодок заползает в сердце. – В отличие от полукровок, ведьмовские чары на них не только действуют, а зачастую и не снимаются.

Сильные пальцы обхватили мой подбородок, вынуждая смотреть в глаза.

-- Ну?!

-- Ой?

А что ещё я могла сказать? Простите, что не прочитала сноску? Так откуда мне вообще было знать, что ректор академии демон?

-- За «ой» придется отвечать, Яра... -- коварно улыбнулся лорд Даорски, нежно проводя пальцем от моего виска к губам. – И прямо сейчас!

И снова огненный портал. Черные стены. Черный пол. Черные гардины. Да тут абсолютно всё было в чёрном цвете! Даже обивка мебели. Кстати, «тут» -- это где? Вопросительно посмотрела на ректора, который уже не ректор, а медленно, но бесповоротно принимающий облик рогатого, копытятого и хвостатого. В самом деле хвостатого, чей дергающийся хвост нервно бил по полу, а копыта стремительно рвали обувь.

-- Страшно? – насмешливо вопросил он.

Страшно как раз не было. Сама не знаю почему. Куда сильнее меня волновал вопрос о том, где я и что дальше.

-- У меня дома! – огорошил жутик. – Будем с родителями знакомиться!

-- Что?! – таки стало страшно. Очень. -- А может, не надо?

-- Надо, -- припечатали в ответ. -- Думать стоило до того, как ворожить, а теперь назад дороги нет, любимая... я даже согласен на «жутика»!

Мать моя женщина!

-- Захочешь, и её найдем.

-- Хватит читать мои мысли!

-- Ты так громко всегда думаешь, что это затруднительно, -- с насмешкой ответил копытятый жутик. – Кстати, хочу предупредить, демоны все читают мысли.

После чего меня взяли под локоток и подвели к дверям, которые я сперва даже не заметила. Мои же любые попытки сопротивления просто игнорировались, а мнение одной глупой ведьмочки тем более никого не интересовало.

В этот раз мы очутились в полутемном зале со слабо горевшими настенными светильниками, цветовая гамма которого пестрила красным. Если ранее было всё черным, то здесь преобладало несколько оттенков. На полу бордовая вычищенная до блеска плитка, белоснежные стены, гармонично контрастирующие с тяжелыми алыми гардинами на стрельчатых окнах, а на потолке большая не горевшая почему-то хрустальная люстра. Видимо, вот такая мрачная неосвещенная атмосфера нравилась здешним обитателям больше.

Кстати, их я тоже заметила. Обитателей. Притом сразу, но для своего душевного равновесия уделила внимание окружающей обстановке, так как два огромных демона, восседающих на широкой кровати и удивленно меня рассматривающие, вводили не столь в замешательство, как зарождали какой-то первобытный страх. Что неудивительно!

-- А может, по-тихому уйдем? – тихо спросила медленно сходящая с ума одна говорливая ведьмочка, которая в данный момент очень сильно жалела о том, что влезла в разговор взрослых.

Сидела бы сейчас в колледже, пекла свой любимый яблочный пирог и бед не знала!

-- Жаль, что только сейчас поняла, -- насмешливо посмотрел на меня Гхаррэн-тхар, а потом взял и без подготовки представил тем двум жутким обитателям. – Отец, матушка, позвольте познакомить вас с моей невестой!

-- Что?! – к слову, это выкрикнула не только я, а и удивленные родители.

Рогатый, копытятый и хвостатый нисколько не удивился такой реакции. Широко улыбнулся клыкастой улыбкой, а после опустил руку, что лежала у меня на талии. На самое драгоценное! И ущипнул! Взял и ущипнул!

-- Что, любимая? – издевательски повторил свои манипуляции демоняка.

-- Тебе не кажется, что заявляться в спальню родителей в твоём возрасте, -- мстительно улыбнулась в ответ, -- по меньшей мере неуместно и некрасиво...

А то, что вот этот огромный мрачный зал – спальня, никаких сомнений не вызывало.

-- Языкатая, -- неожиданно вынесли мне вердикт, после чего появилось сильное желание спрятаться за копытятого, рогатого и хвостатого жутика. Пусть он тоже выглядел не менее устрашающе этих двух, но просто был родным, что ли, знакомым, а вот чета Гхарэнн-тхаровых родителей рассматривала меня с таким вниманием и странным опасным блеском в черных провалах глаз, что хотелось как можно дальше убежать.

-- Сын, но она же человек, -- басисто и недоуменно поднял брови краснокожий огромный демон, прикрытый тонкой простынкой.

-- И такой невинный человек... -- вдруг алчно и угрожающе протянула рогатая демоница, отчего я невольно сделала шаг назад за спину ректора. – Совсем ещё ребенок.

Честное слово, появилось стойкое ощущение, что меня хотят в буквальном смысле съесть!

-- Я на диете, -- серьезно уточнили в ответ, -- с недавних пор людей не ем.

-- А даже если бы и ела, -- поддержал супругу самый натуральный дьявол, -- то не избранницу нашего горячо любимого сына, -- быстрый взгляд жутких глаз на меня и вновь на Гхаррэн-тхара. – Ты знаешь правила, Рэн!

-- Тем более, -- вклинилась демоница, -- девочка не так проста, как может показаться на первый взгляд. Думаю, это будет интересно... Получи из этих миленьких уст согласие, и тогда церемония состоится!

-- Какая ещё церемония?!

Скажите мне, что я сплю и всё это страшный сон.

-- Конечно, сон, милая, -- услышала мои мысли демоница, -- хотя и не такой уж страшный.

-- А насчет твоего вопроса, -- глядя лишь на сына, проговорил краснокожий, -- ответ неутешительный – отворот не поможет, потому что ты – высший. Будь в тебе хоть капля смешанной крови, тогда можно было бы что-нибудь сделать, а так ты сам виноват, что был столь беспечен. Я неоднократно предупреждал тебя, когда ты во всё это ввязывался. Однако ты ведь у нас весь в деда – такой же самоуверенный и упрямый, вот и пожинай плоды, раз не подумал о полноценной защите.

-- Понял, -- сухо ответил жутик и...

Повернулся ко мне, чтобы неожиданно и резко захватить губы в плен. Опять!

-- Не опять, а снова, сладкая моя, -- ехидно вернули мне мои же слова и снова поцеловали, но уже нежнее, мягче, отчего закружилась голова.

Сознание стало каким-то вязким, словно желе, и туго соображающим. Я только ощутила, как длинный хвост поднялся по ногам, закрутился вокруг талии, словно боясь, что убегу, только убегать почему-то совсем не хотелось.

Меня притиснули сильнее к мужскому телу, после чего с придыханием прошептали:

-- Ты вновь всё забудешь, Ярусик, а если Лис хоть слово скажет, будет изгнан навеки, так и передай этому несносному духу!