Часть 17.

Апрель2000 годГараж Шиничиро Сано

Такемичи сидела в гараже у Шиничиро, окружённая запахом масла и металла. Она внимательно наблюдала за тем, как он сосредоточенно работает над очередным мотоциклом, который недавно приобрёл на ещё одной распродаже. Её лицо было расслабленным, но при этом наполненое большим количеством эмоций, что выражали любовь к этому парню. Её взгляд был полон нежности и восхищения. Шиничиро, с его ловкими руками, казался ей настоящим магом, оживляющим машины. Каждый его жест был наполнен уверенностью и спокойствием, и это действительно завораживало её.

За тот год, что они были знакомы, Шиничиро стал для неё больше, чем просто другом или парнем. Он был её опорой и поддержкой. Такемичи часто задумывалась, как ей повезло встретить такого человека. Сано не просто был рядом, он создавал вокруг неё уютный мир, в котором она просто могла быть собой. Он всегда заботился о ней: прикрывал от ветра своей курткой, когда они гуляли по прохладным улицам, и следил, чтобы она не замёрзла. Когда она наклонялась, чтобы поднять что-то, он прикрывал углы рукой, чтобы она случайно не удартлась. Эти маленькие жесты говорили о его большой любви и беграничном количестве нежности и чувств в целом, что он ей отдавал.

А ещё, несмотря на глупые подкаты, Сано умел удивлять её. Он мог неожиданно принести украденные с соседской клумбы цветы, просто чтобы увидеть её улыбку. В его карманах всегда находились ментоловые сигареты, которые она почему-то часто где-то забывала или теряла, хотя сам он предпочитал обычный табак, и её любимые конфеты. А ещё всегда открывал ей дверь не только в дом или магазин, но даже в машине. И подавал руку, когда она спускалась с лестницы. Он стелила ей свою куртку на лавочку или бетон, когда они сидели в парке или на крыше. Всё это делало каждый день с ним особенным.

Иногда Ханагаки чувствовала, что не заслуживает такого счастья. Её жизнь была полна сложностей и тёмных моментов, но рядом с ним она ощущала себя защищённой. Шиничиро принимал её такой, какая она есть, даже зная о её убийствах, которые иногда происходили на его глазах. И его понимание и доброта были для неё настоящим спасением. Каждый момент, проведённый с Сано, был наполнен теплом и радостью. Он был для неё не просто человеком, а целым миром, в котором она хотела остаться навсегда.

В какой-то момент Такемичи настолько об этом задумалась, что встала и медленно подошла к Шиничиро, который, сосредоточившись, работал над двигателем мотоцикла. Звук инструментов и запах масла заполняли гараж, создавая атмосферу уюта и уединения. Она остановилась за его спиной, наблюдая, как его уверенные руки ловко работают с деталями. Для неё он всегда был её тихой гаванью в бурном море жизни.

Сердце её переполняли чувства, и, не в силах больше сдерживаться, она обняла его со спины, прижавшись щекой к его плечу. Он замер на мгновение, а затем, почувствовав её присутствие, улыбнулся и отложил инструменты. Его руки накрыли её, и это простое прикосновение передавало тепло и понимание.

— Я так сильно тебя люблю, — прошептала Такемичи. Её голос буквально дрожал от переполнявших её эмоций, — Спасибо за всё, что ты для меня делаешь.

Шиничиро повернул голову, чтобы встретиться с её взглядом. В его глазах отражалась нежность и забота, и это заставляло её сердце трепетать. Его взгляд всегда был наполнен лаской, когда он смотрел на неё и Ханагаки каждый раз этому удивлялась. Ну разве можно смотреть так, что ноги подкашиваются, и совсем не стесняться?

— И я тебя люблю, — ответил он, его голос был тихим и уверенным, — И не говори спасибо, ты знаешь, что я всегда буду рядом, несмотря ни на что.

— Знаешь, мне кажется, что тебе нужно влюбиться в другую девушку, — выпалила она, отходя назад. Голос её немного дрожал от напряжения, что она сама себе создала, пока прокручивала мысли в голове, — Найти себе кого-то, кто будет слушать тебя, быть постоянно рядом, не пропадать со связи, не ввязываться в драки, не курить и просто не быть проблемной.

Сано посмотрел на неё с мягкой усмешкой, которая говорила о его понимании и терпении. Он развернулся всем телом, сделал шаг вперёд и обнял её, притягивая так близко, что она почувствовала его дыхание на своих волосах. Тепло его тела окружало её, словно защищая от всех её страхов. Он поцеловал её в макушку, и она почувствовала, как он улыбается.

— Влюбиться в другую? — переспросил он. Его голос был мягким, но в нём звучала твёрдость, — Дурочка моя, как же я смогу влюбиться в другую, если она не ты?

Его слова пробили стену её сомнений. Она почувствовала, как слёзы радости наворачиваются на глаза, и зарылась лицом в его грудь, позволяя себе ощутить всю глубину его любви. В этот момент она поняла, что, несмотря на свои страхи и ошибки, она нашла того, кто видел в ней не только её недостатки, но и её истинную сущность. Ханагаки, несмотря на все, что произошло за то время, что она оказалась в этой временной линии, очень сильно переживала, что что-то может пойти не так, что она снова что-то не сделает и потеряет шанс на лучшее будущее. А ещё она безумно сильно боялась потерять Шиничиро, который стал для неё буквально целой вселенной. Она так долго мечтала о чем-то и ком-то таком, когда прыгала во времени и спасала чужих, и теперь уже своих, детей, что сейчас обретя то, что казалось ей лишь несбыточным желанием… Ей не хотелось его терять.

— Ты уникальна, Мичи, — Сано, ощущая её слёзы, нежно погладил девушку по волосам, — Ты делаешь меня лучше, и я не хочу никого другого. Ты — моя единственная, — сказал он, стараясь передать всю искренность своих чувств.

Такемичи подняла голову, встретившись с его взглядом, и увидела в его глазах уверенность и любовь. И она поняла, что можно не бояться. Вместе они могут преодолеть всё, и она благодарна судьбе за этот дар — за него. За Шиничиро Сано.

— Спасибо, Шини.

Пара и продолжала бы стоять так, в объятиях друг друга, наслаждаясь моментом и теплом тел, но их прервал скрип входной двери. В гараж забежал взбаламошеный Манджиро, за которым следом зашёл Такеоми Акаши.

— Мичи! — мальчик рванул с места, заставляя девушку оторваться от его брата и поймать себя в объятия. Тёплые, крепкие и долгожданные. Он уткнулся носом ей в шею, выдыхая родной запах, — Ты мне очень-очень сильно нужна, поэтому я тебя забираю.

— Эй, а как же я? — Шиничиро показательно надулся, смотря на младшего, — Ко мне она пришла раньше, так-то.

— Ну и что? — Майки встал так, чтобы закрыть собой Ханагаки, хотя получилось только прикрыть её наполовину, и сжал в своей ладошке её пальцы, — Меня-то она все равно любит больше чем тебя! — и показал язык.

— А вот и нет!

— А вот и да!

— Нет!

— Да!

Такемичи и Такеоми тем временем успели поздороваться и молча наблюдали за перепалкой братьев. Шиничиро и Манджиро с каждым словом, казалось, начинали не то чтобы спорить, а уже по-настоящему ругаться, что могло бы привести к не очень хорошим последствиям. Зная этих двоих, минимум — они бы разгромили гараж, а максимум… Устроили бы поножовщину. Ну, так сказал Такеоми, заметивший как Сано старший снимает с себя тапок, а младший совсем не боясь, хочет рвануть вперёд

— Так, мальчики, я вас обоих очень люблю, — Ханагаки встаёт между ними, — Поэтому перестаём ругаться. Манджиро, у тебя что-то срочное ко мне? — она присаживается перед мальчиком на корточки и берет его ладошки в свои.

— Я тут это, — Майки наклоняется ближе к ней и шепчет на ухо, чтобы слышала только девушка, — Я Кенчика встретил.

— Шини, — Такемичи встаёт и её лицо вдруг становится слишком серьёзным, — Я должна отойти с Майки. Вечером вернусь, — она целует парня в щеку и направляется в сторону выхода, а за ней вприпрыжку бежит Манджиро.

— Оставляю тебе вместо неё Такеоми! — кричит он, стоя в дверях, и снова показав язык, скрывается на улице.

Акаши и Сано смотрят друг на друга в недоумении. И как это объяснить или описать? Шиничиро точно не знает. Врывается, значит, к нему младший брат и забирает его девушку, оставляя в замен лучшего друга, который также влюблен в эту самую девушку. Сюр какой-то, честное слово. Парни снова переглядываются, пожимают плечами, и начинают непренужденный разговор, решив, что Манджиро просто влюбился и не знает что с этим делать, а потому и вызвал Такемичи.

***

— Итак, — сказала Ханагаки, садясь за руль своей машины. На соседнее кресло забрался Майки, его взгляд был направлен куда-то вдаль, словно он размышлял о чём-то важном, — Как это произошло? Встреча с Дракеном?

— Так же, как и тогда, — ответил Манджиро. Его голос был тихим и ровным, но в нём звучали нотки напряжения. Взгляд мальчика вдруг стал слишком взрослым для его возраста, — Он встретил меня после школы, сказал, что ждут какие-то пацаны, и потащил на разборки. Ну, я не стал менять историю и всех их разъебал. Потом мы ещё прогулялись и поговорили.

Такемичи кивнула, понимая, что для Майки эта встреча была больше, чем просто воспоминание. Это было возвращение к тому времени, когда их дружба только начиналась, когда они были молоды и беззаботны. Но если для Дракена это была их первая встреча, то для Манджиро все повторялось вновь и это накладывало на него дополнительное давление.

— И… Как оно? Встретить лучшего друга вновь? — спросила Ханагаки, пытаясь понять, что творится в душе её друга.

И пока Сано молчал, Такемичи в этот момент задумалась о своём. А какого будет ей, когда она встретит Чифую? В прошлом она назвала его самым главным другом. Они многое прошли вместе. Он был единственным, кроме Наото, кто на протяжении долгого времени знал о её прыжках и всячески поддерживал. Они вместе получали пизды, хотя ей конечно прилетало чаще и больше, придумывали какие-то чокнутые планы. И даже делали предложение Хинате! Мацуно долгое время был рядом, вытирал её слезы, отвозил домой после драк и даже выслушивал лекции о безопасности от её матери, которая сильно беспокоилась, видя дочь в таком состоянии. А как они вытаскивали друг друга из жопы под названием «гребаная депрессия», после смерти Баджи? Как ей теперь, видеть этого ребёнка, смотреть ему в глаза, помня все, через что они прошли, и общаться с ним, действительно как с ребёнком, а не тем, кто ждал её двенадцать лет, когда она прыгнула в будущее.

— Это сложно, — признался Майки, вырывая её из потока мыслей, — Ты же знаешь, что я очень переживаю по этому поводу. Сегодня чуть не прыгнул на него с обнимашками, когда увидел, — он хмыкнул и отвернулся к окну, пытаясь скрыть свои эмоции.

Внутри него бушевала буря чувств. Он знал, что для Дракена это всё ещё начало их пути, но для него самого это было возвращение к чему-то болезненно знакомому. Каждый взгляд, каждое слово Рюгуджи напоминали ему о прошлом, о тех моментах, которые они пережили вместе, и о том, что он потерял.

Машина тронулась с места, и в салоне воцарилась тишина. Ханагаки понимала, насколько тяжело Майки. Он всегда был лидером, тем, кто не показывал слабости, но сейчас, когда они оба вернулись в прошлое, его сердце было нараспашку.

— Знаешь, — продолжил Майки, не отрывая взгляда от пейзажа за окном, — В какой-то момент я подумал, что всё останется в прошлом, что мы уже не сможем вернуться к тому, что было. Но Дракен… он всегда был тем, кто верит в лучшее, даже когда я сам не верю. Он не дал мне забыть нашу дружбу, даже если сам о ней не то чтобы не помнит, а не знает.

Такемичи кивнула, её сердце переполнялось сочувствием. Она знала, что для Майки Дракен был больше, чем просто другом. Он был его братом, его опорой. И это осознание приносило ему не только радость, но и боль, ведь каждый раз, возвращаясь к прошлому, ему приходилось сталкиваться с тем, что они упустили все самое важное, в погоне за чем-то лучшим.

— Главное, что вы снова вместе, — мягко сказала она, кладя руку на его плечо, — Это самое важное.

Манджиро продолжал смотреть в окно, наблюдая за мелькающими за стеклом городскими пейзажами. Всё вокруг казалось одновременно знакомым и чужим. Каждый уголок этого города хранил воспоминания, но теперь они воспринимались иначе, с новым пониманием и осознанием.

— Я ведь думал, что потерял его навсегда, — тихо произнёс Майки, его голос был едва слышен сквозь шум мотора, — Когда мы вернулись в прошлое, первой моей мыслью было: смогу ли я защитить его на этот раз? Смогу ли я защитить всех нас?

Ханагаки внимательно слушала его, и её сердце сжималось от боли. Она понимала, какой груз ответственности лежал на плечах Майки. Он всегда чувствовал себя кем-то, кто обязан заботиться о своих друзьях.

— Дракен всегда был тем, кто знал, как поддержать меня, когда я сам не мог справиться, — продолжил мальчик, а его голос стал немного теплее, — Кенчик, для меня не просто друг. Он — мой брат, человек, на которого я всегда могу положиться, даже сейчас, когда мы знакомы всего ничего. С самого начала он был рядом, поддерживая меня в трудные моменты и помогая принимать важные решения. Я знал, что могу довериться ему в любой ситуации. Он — это тот человек, который всегда смотрит на мир трезво и спокойно, даже когда вокруг нас хаос. Он был моей опорой и голосом разума в нашей банде. Его сила и решительность вдохновляли меня. Я уважал его за его честность и прямоту, — Манджиро продолжал говорить, а Мичи внимательно слушала и не перебивала. Она понимала, что сейчас ему просто необходимо высказаться, — Он не боялся говорить мне правду, даже если она неприятна. Это хоть какое-то время помогало мне оставаться на верном пути. Мы прошли через многое вместе, и я уверен, что сейчас впереди нас снова ждёт много испытаний. Но с ним я готов встретиться с любыми трудностями. Кенчик — это часть моей жизни, без которой я её не представляю. Его дружба — одно из самых ценных сокровищ, что у меня есть. Я горжусь тем, что он был рядом. И сейчас, когда я снова встретил его, это ощущение вернулось. Словно я снова нашёл часть себя, которую потерял.

Машина остановилась на светофоре, и Ханагаки повернулась к Майки, чтобы встретиться с его взглядом. В его глазах она увидела смесь решимости и уязвимости.

— Ты же знаешь, что я всегда буду рядом, чтобы поддержать тебя? — сказала она мягко, — Сейчас мы вместе, и это делает нас сильнее, потому что мы наконец-то можем поделиться тем, что нас беспокоит, а не держать в себе. Так ведь намного легче. Потому уверена, что в это раз мы справимся.

Сано кивнул, и его губы изогнулись в лёгкой улыбке. Он знал, что не один, и это придавало ему сил. Друзья, которые окружали его сейчас, были не просто людьми из прошлого. Они были его семьёй, его опорой в этом непредсказуемом мире.

— Я постараюсь сделать всё, чтобы на этот раз всё было иначе, — голос Манджиро звучал уверенно, — Я не допущу тех ошибок, что мы совершили раньше. Мы изменим будущее.

Светофор сменился на зелёный, и машина продолжила путь по извилистым улицам Токио. Город был живым и шумным, но внутри машины царила спокойная тишина, которую прерывал лишь ровный гул мотора. В какой-то момент Майки обратил своё внимание на вывеску небольшого кафе на углу улицы.

— Может, зайдём перекусить? — предложил он, указав на кафе. Его голос был спокойным, но в глазах читалась усталость.

— Конечно, — ответила девушка, сворачивая с дороги. Она понимала, что ему нужно немного отвлечься и восстановить силы.

Они припарковались и вошли внутрь. Кафе было уютным, с мягким светом и ароматом свежесваренного кофе, который наполнял воздух. Они выбрали столик у окна, откуда открывался вид на оживлённую улицу. Официантка быстро принесла меню, и они сделали заказ: Манджиро, не изменяя традициям, выбрал себе детский обед, тайяки и чай, а Ханагаки — салат и кофе.

Пока ждали заказ, Сано смотрел на прохожих за окном, его мысли витали где-то далеко. Такемичи не торопила его, давая возможность собрать все, что произошло в один пазл и в целом переварить ситуацию. Она понимала, что за этой встречей с Дракеном скрывалось много чувств и воспоминаний, и ему нужно время, чтобы всё осознать.

Когда еда была подана, они спокойно перекусили, время от времени обмениваясь короткими фразами. Обстановка кафе была расслабляющей, и это помогало Майки немного отвлечься от своих переживаний. Закончив трапезу, они вернулись в машину. Манджиро выглядел чуть более спокойным и собранным. Когда они снова тронулись в путь, он повернулся к девушке, смотря прямо в глаза.

— Спасибо за компанию, — сказал он с благодарностью в голосе, — И за то, что выслушала. Но, знаешь, я думаю, мне стоит побыть одному. Нужно переварить всё это.

— Конечно, Майки. Я отвезу тебя домой, — Ханагаки кивнула, понимая, что ему нужно личное пространство и немного времени на едене с собой.

По дороге домой они почти не разговаривали, но это молчание было комфортным. Каждый из них был погружён в свои мысли, но всё равно чувствовал поддержку и присутствие другого. Когда они подъехали к дому Сано, девушка остановила машину. Майки открыл дверь и задержался на мгновение, обернувшись к ней.

— Спасибо, — снова произнёс он, и в его голосе звучала искренняя признательность.

— Всегда пожалуйста, — ответила она с лёгкой улыбкой, — Если что-то понадобится, ты знаешь, где меня найти.

Мальчик кивнул, вышел из машины и направился к своему дому. Такемичи наблюдала за ним, пока он не скрылся за дверью. Затем она завела машину и поехала обратно в гараж Шиничиро, зная, что дала ему ту свободу и пространство, которые ему сейчас были так необходимы.

***

Когда Такемичи входит в гараж, на неё тут же набрасыватся Вакаса. Ну как сказать набрасыватся… Скорее прячется за ней, прикрываясь её телом от разъяренного Кейзо. Такеоми и Шиничиро тем временем лежат на полу и смеются, одновременно пытаясь привести дыхание в порядок.

— А че произошло? — Ханагаки стоит неподвижно, просто потому что не может вырваться из захвата Имауши.

— Вака, отпусти мою девушку! — Сано пытается подняться, но Такеоми что-то бурчит, что слышит только Шиничиро, и он вновь заваливается на пол, задыхаясь от смеха.

— Он сказал, что у меня хуй маленький! — Араши снова пытается дотянуться до Ваксы, но тот только начинает больше смеяться, склоняюсь пополам, из-за чего увиливает от рук друга.

— Каво…? Ребят, вы че накурились, пока меня не было? Я ж на пару часов отъехала, когда успели то…

— Я не так сказал! — Имауши оправдывается сквозь смех, при этом пытаясь на четвереньках уползти под стол.

— Ты это имел ввиду!

— А вот и нет!

— Может вы уже расскажите мне, что произошло?

С горем пополам парни успокаиваются, рассаживаясь по местам. Вакаса от греха подальше садиться на другой конец дивана от Бенкея. Через смех и слезы рассказывают: они обсуждали кто на кого из родителей похож, и Араши сказал, что у него глаза и губы, как у матери, а член, соответственно, как у отца. Вакаса же на эту реплику напомнил, что батя Бенкея ушёл из семьи, тем самым намекая, что и органа у друга тоже нет, либо он такой же маленький, как и количество дней, что отец парня пробыл в семье.

— Вака, — Ханагаки, пытаясь привести дыхание в порядок после смеха, смотрит на друга, — Нельзя же так шутить. Так и умереть можно, пока смеёшься.

— Я же говорил, что это смешно! — Имауши, словно ребёнок показывает Бенкею язык, за что получает его кроссовком по ебалу.

Вечер продолжился в непринуждённой обстановке. Ребята так же разговаривали, смеялись и подъебывали друг друга так, как могли. Шиничиро, как обычно, был хозяином вечера. Он следил за тем, чтобы у всех было достаточно напитков, и периодически подбрасывал в разговоры свои остроумные комментарии, которые скорее принимали как за что-то смешное и своеобразное и подкалывали его за это. Такемичи, обладая тихой и спокойной харизмой, рассказывала истории, заставляя всех вокруг неё внимательно слушать и улыбаться в ответ. Её глаза искрились весельем, и в каждом жесте ощущалась уверенность, присущая только ей.

Такеоми, с сигаретой, болтавшейся в уголке рта, сидел, опершись на спинку дивана, и время от времени вставлял свои едкие, но добродушные комментарии. Это добавляло в разговоры особого шарма и вызывало у всех громкий смех. Он был тем, кто всегда умел разрядить обстановку, даже если она и так была вполне расслабленной.

Бенкей в свою очередь, как всегда, был источником энергии. Его громкий смех и заразительный энтузиазм поднимали настроение всем вокруг. Он часто пересказывал забавные случаи из их совместного прошлого, и каждый из этих рассказов вызывал новую волну воспоминаний и смеха.

В какой-то момент, когда разговоры в очередной раз перешли на более лёгкие темы, а пива было выпито больше положеного, от чего все расслабились больше, чем обычно, Араши слегка наклонившись вперёд, чтобы быть ближе к центру стола, заявил:

— Я не понимаю как заниматься сексом в жару, ну вот честно, — парень начал подробно рассказывать как пару дней назад пытался заняться сексом с девушкой из клуба, но дома было слишком душно, из-за чего было максимально некомфортно и у него не встал.

— Бля, Бенкей, я не хочу знать подробности твоей личной жизни, — Ханагаки немного скривилась, отпивая пиво.

— Для этого придумали кондиционеры, дубина, — ответил Вакаса, подняв брови, и проигнорировав подругу, не упуская момента подколоть друга.

— Дружище, ты же говорил у тебя тёлок много. А сам кондеры ебешь, — Такеоми тут же подхватил, с хитрой улыбкой добавив подъеб в сторону Имауши. А выхватить пододный момент было большой редкостью.

Эти слова вызвали новый взрыв смеха. Вакаса, осознав, что в этот раз он стал центром шутки, только отмахнулся, притворно обижаясь, но вскоре и сам начал смеяться. Этот момент был как нельзя кстати: он показал, насколько они все близки и как легко могут пошутить друг над другом без всяких обид.

Вечер продолжался, наполненный разговорами о спорте, обсуждениями планов на будущее и воспоминаниями о прошлом. Они спорили о том, какой фильм стоит посмотреть, вспоминали свои детские мечты и делились тем, что их волнует сейчас. Шутки и смех не смолкали, а бутылки пива быстро пустели. Каждый чувствовал себя здесь своим, и это придавало беседам особую искренность.

Сано, наблюдая за Вакасой, который в этот момент увлечённо рассказывал очередную историю, вдруг усмехнулся и сказал:

— Иногда мне хочется ему просто уебать, — произнёс он в сторону Имауши.

— Почему? — Ханагаки, до этого прижавшись к боку своего парня, немного отстранилась, удалённо заглядывая ему в глаза, — История ведь действительно была интересная, в чем проблема?

— И мне, — подхватил Такеоми в поддержку Шиничиро, потягивая пиво.

— Да пошел он в жопу со своими рассказами. У него все истории начинаются со слов «Просыпаюсь я как-то с жуткого похмелья» и обязательно содержат фразу «И тут я понимаю, что мне пиздец».

— Эй, я здесь ещё, — Вакаса, не растерявшись, моментально отреагировал на слова Сано и Акаши, — Вы же знаете, что я всё слышу?

— И тебе тоже, — ответил Шиничиро, говоря одновременно с Имауши, обращаясь к Такеоми.

Это вызвало новый взрыв смеха у всех, включая Вакасу и Такеоми, которых вообще-то только что, мягко говоря послали. В шутку конечно и по-дружески любя. Но они и сами понимали, что за этими словами скрывается только дружеское подшучивание и никакой обиды.

— Знаете, парни, — сказал Араши, допивая своё пиво, тут же доставая новую бутылку, — Иногда я думаю, что именно такие вечера и есть настоящая жизнь.

— Согласен, — кивнул Вакаса, — Уверен, что мы всегда можем рассчитывать друг на друга, даже когда вокруг всё летит к чертям.

Такемичи слушала их и чувствовала, как её сердце наполняется благодарностью за возможность быть частью этой компании. Это, конечно, не те гопники с которыми она проводила кучу времени когда-то в прошлом-будущем, но эти ребята, кажется, были даже лучше, в каком-то своём случае. Она подняла свою бутылку, предлагая тост:

— За нас и за эти моменты, которые делают жизнь по-настоящему ценной.

Все поддержали её тост, и на мгновение в гараже воцарилась тишина, полная понимания и единства.

— Знаете, — сказал Шиничиро, — Я всегда думал, что самое важное в жизни — это найти своё дело. Но теперь понимаю, что самое важное — это люди, которые идут с тобой по жизни.

— Это точно, — неожиданно для всех согласился Такеоми, — Без вас я бы не был тем, кем являюсь сейчас, — он украдкой посмотрел на Ханагаки, которая все же смогла это заметить, и улыбнулся. В большинстве той, более мягкой, черты характера и в хороших отношениях с мелкими она сыграла самую большую роль.

— Ну все, сентеменальные вы мои, — Вакаса хлопнул себя по ногам, — Разоткровенничались тут. Давайте ещё все дружно заплачем в обнимку.

— А че, я не против, — Акаши заулыбался, вновь посмотрев на единственную девушку в компании, — Такемичи, подставишь свое плечо?

— Такеоми, иди нахуй, — Шиничиро на этот жест друга лишь ближе прижал Ханагаки к себе.

— Бро, не расстраивайся, — Бенкей ближе пододвинулся к Акаши, закидывая руку на плечо, — Так уж и быть, я тебя утешу. Только чур у тебя, у меня кондера дома нет.

Вечер вновь продолжался, а разговоры текли так же неспешно, словно река, огибающая камни. Время от времени кто-то из них вставал, чтобы взять ещё пива из холодильника, но в остальном они просто наслаждались обществом друг друга. Шиничиро, сидя рядом с Такемичи и обнимая её, вдруг посмотрел на неё со всей теплотой во взгляде, видя то, как искренне она смеётся над Кейзо, который захлебнулся пивом, из-за чего то полилось у него через нос вместе с соплями. Сано слегка наклонился вперёд, словно собираясь поделиться с ней чем-то важным.

— Знаешь, Мичи, у тебя много красивых изгибов на теле, но улыбка самая лучшая, — сказал он, глядя прямо ей в глаза.

Ханагаки слегка покраснела, перестав смеяться, но ответила ему благодарной улыбкой. Её сердце трепетало от этих слов, и она чувствовала, как внутри неё разливается тепло. Даже Араши перестал причитать на тему того, что пиво с соплями не очень вкусно и приятно. Вакаса же, вдруг встал со своего места и подошёл к старому календарю, висящему на стене гаража. Он взял ручку, что лежала рядом, и обвёл сегодняшний день.

— Ты че делаешь? — спросил Такеоми, приподняв бровь.

— Отмечаю день, когда Шиничиро выдал нормальный подкат, — ответил Вакаса с лукавой улыбкой, — Буду отмечать теперь.

Все разразились смехом, включая Шиничиро, который лишь покачал головой, понимая, что его попытка была воспринята с юмором.

— Ладно, ладно, — сказал он, поднимая руки в жесте сдачи, — Признаю, что Вака умеет подшучивать круче, чем я подкатывать.

— Да, и не только, — усмехнулся Имауши, поиграв бровями, и возвращаясь на своё место, — Но должен признать, этот был действительно хороший и самый удачный.

— Спасибо, — ответил Шиничиро, подняв банку с пивом и отсалютировав ей другу.

— Даже если смеялась я над соплями Бенкея, — Такемичи подала упомянотому парню салфетку, чтобы он наконец перестал вытираться рукавом.

— Да ладно вам, — Такеоми, опять же неожиданно для всех, встал на сторону Сано, — Иногда стоит выразить, что думаешь, даже если это немного не в тему.

— В любому случае, здесь мы можем быть собой. Без притворства и ненужных масок, — поддержал Араши. И громко сморкнулся.

Когда ночь уже начала опускаться на город, и звёзды стали видны через окна гаража, они всё ещё сидели за столом, погружённые в разговоры. Свет лампочки, свисающей с потолка, мягко освещал их лица, создавая атмосферу уюта и тепла. Это был один из тех вечеров, что ребята проводили только компанией Драконов, и которые остаются в памяти надолго, заставляя улыбаться при каждом воспоминании, даже несмотря на подъебы, которые иногда могут быть обидными. Эти моменты были их связующей нитью, тем, что делало их отношения такими крепкими и настоящими.

____________________________________

Все ещё надеюсь, что когда нибудь эта работа наберёт столько же крментов и просмотров, как и другие мои истории 🥹🥲