- МЕЖДУ НАМИ -

Джозефина

Вот сколько раз в жизни я говорила себе: «Не лезь. Не твоё дело. Прекрати быть мамочкой. У тебя своя жизнь. Ты должна перестать опекать человека, который старше тебя на два года. У него свои мозги. Он уже взрослый. Хватит». Сотню. В разных моментах нашей дружбы с Эдом я ненавидела себя за то, что прощаю его и жалею, бегаю за ним и подтираю задницу, когда он ноет. Но я не могла остановиться. Это чёртова привычка, которая делает меня жалкой и ничтожной даже перед самой собой. Эд никогда не был ответственным человеком, если дело касалось бизнеса или же счетов. Он мог не оплачивать их месяцами, даже с моим каждодневным напоминанием. Ему было сложно съездить в соседний городок, в котором находится банк, и оплатить всё моими деньгами. Поэтому мне приходилось бросать всё и самой ехать туда. Я пыталась возложить на него обязанности и хоть как-то оторвать от бессмысленных статей, которые он читал целыми днями, если не был в пекарне и не готовил самые жирные булочки в моей жизни. А потом сам же и уплетал их, качая головой, когда я влетала в кафе и ругалась с ним из-за того, что он не отвёз единственный чёртов заказ на фабрику, на которой работает Бруно. И таких ситуаций было полно. Да, он чистюля. Всегда держал свою комнату в чистоте, мыл за собой посуду, порой готовил ужин для меня, но на этом всё. Я не знаю, что заставляло меня быть рядом с ним столько лет? Правда, я не знаю. Если бы это была любовь, то у меня было бы оправдание. Но у меня нет никаких чувств к Эду. Вообще, никаких, кроме уже остывающей дружбы и огромной вины за то, что сама научила его жить за чужой счёт.

Мне весь день не даёт покоя то, что Эд, будучи теперь Гарри, поехал встретиться с отцом Лолы. Это не самый приятный человек в мире. Я знаю его, и моя концепция по открытию нового бизнеса стоила намного дороже, чем он заплатил мне. Это был мой дипломный проект, который я готовила для нас с Эдом. Но из-за обиды и злости от его слов, когда я показала проект Эду, решилась его продать самому гадкому человеку во всём городе. Его даже мэр боится, что уж готовить обо мне. А теперь к нему пошёл и Гарри. Конечно, он прав. Пекарня умерла. В этом городке всё пропахло нафталином, но я думала, что вместе мы изменим ситуацию. А оказалось, что только я мечтала о чём-то новом здесь. И если бы Эд тогда согласился, то сейчас я бы не заклеивала коробки и не оплачивала бы недорогую квартирку на окраине Лондона, в которой собираюсь жить. Не так я представляла своё будущее, находясь в университете, точно не так.

Почему Эд не мог стать Гарри год назад? Почему только сейчас? Ведь Гарри...он...другой. Просто другой, и мне он нравится больше. Боже, я не должна так думать. Эд мой друг, он же и есть Гарри. Но я злюсь снова. Меня раздражает то, что Эд всё это время скрывал внутри себя такого интересного персонажа, позволяющего себе лапать меня за задницу. И нормальный человек на моём месте закричал бы, оттолкнул, но...мне было хорошо, когда он обнимал меня. Эд не позволял себе такого. Он говорил, что ему не нужны чужие бактерии. А Гарри приятно пахнет, и с ним очень хорошо. С ним комфортно, даже когда он выражается, словно подросток в период полового созревания. На Гарри моё тело реагирует незнакомо. Даже с Бруно такого не было. Оно моментально покрывается мурашками и желает светиться, становиться лучше или же быть подходящим для него. Это такой бред. Ведь это один и тот же человек. Как такое может быть? Как? Я не понимаю, что со мной происходит в последнее время.

— Джо! — Поднимаю голову и улыбаюсь Бруно, обходящему парней и направляющемуся ко мне в баре. У нас сегодня свидание. Только вот я не уверена, что, действительно, этого хочу, но у меня начался странный период, когда требуется мужское внимание. Всё это время я жила без него, и меня воспринимали, как парня, с которым нельзя целоваться или же делать ему комплименты. Когда я предлагала ребятам сходить в кино в соседнем городе, то они смеялись и отвечали: «Я же не гей». Ау-у-у, я девушка!

— Привет, — подставляю щёку для поцелуя Бруно.

— Выглядишь бесподобно, — он оглядывает меня с ног до головы, и я улыбаюсь шире.

— Спасибо.

Конечно, три часа, проведённые перед зеркалом, в попытке повторить образы с «Ютуба» и правильно накраситься. Перебрать все свои платья, чтобы найти старенькое, которое я купила ещё в Лондоне для вечеринок, но так его и не надела, потому что не приглашали меня на них из-за чёртовой девственности. А теперь пришло время. И я рада, что мне удалось уложить свои волосы в локоны, добившись идеального, по моим меркам, макияжа, рада что не нужно постоянно опускать юбку, обтягивающего платья в пайетках на тонких бретельках. Я даже бюстгальтер не надела. Это мой личный плохой рекорд. И на моих ногах туфли на высоких каблуках, пылившиеся два года в коробке. Я чувствую себя прекрасно, наслаждаясь вниманием Бруно.

— Что ты будешь? Я заказал, как обычно, пиво и чипсы. Может быть, ты хочешь что-то другое? — Интересуется Бруно, когда мы садимся напротив друг друга за столик у окна. Все смотрят на меня. Это так необычно. Парни вокруг присвистывают, даже моя подруга Глория, которая ни разу за несколько дней не приехала ко мне, стоит с открытым ртом. Да, я могу быть такой, и я девушка. Гарри сказал, что я красивая, и я с ним согласна.

— Хм, я бы выпила коктейль какой-нибудь. Не знаю, Колл делает коктейли? Раньше я брала только пиво, — пожимаю плечами и кладу рядом с собой на диванчик мамину маленькую сумочку с длинной ручкой из цепочки.

— Хорошо. Сейчас узнаю. Ты просто космос, Джо, — Бруно подмигивает мне и поднимается с диванчика, направляясь к бару.

Да, я такая. Да-да, говорите мне комплименты, я их заслужила.

Осматриваю бар, а в голове всё равно крутятся мысли о Гарри и его решении продать землю. Я надеюсь, что он задумается над моими словами и не продаст пекарню отцу Лолы. Он не самый честный бизнесмен. Он козёл. И я не хочу, чтобы Гарри попал в неприятности. Но это не моё дело. Не моё. Я на свидании...

— Привет. Джо, ты такая красивая, — дёргаюсь от визга Глории. Она плюхается напротив меня на место Бруно.

— Привет, спасибо. Ты тоже.

— И выглядишь уже намного лучше.

— Твои мази чудотворные. Или же твои знания, потому что мази были от геморроя, — подруга поджимает губы, а затем хрюкает от смеха.

— Они лучше всего снимают воспаления и синяки. Там содержатся...

— А ты Га...Эда не видела? Он не появлялся здесь? — Перебиваю её, осматривая посетителей.

— Нет, он сегодня был с Лолой у неё в ресторане, а потом они куда-то уехали вместе. Он что, действительно, живёт и спит с ней? Он сделал ей предложение?

— Вряд ли. Сегодня много народа, — меняю тему. Не хочу думать о Гарри и Лоле. Противно становится, особенно после того, как он лапал мою задницу и сжимал её, словно тесто мял. Извращенец. Ладно, мне понравилось, и это заставило меня покраснеть. Изнутри.

— Ага. Ребята из соседнего городка приехали. Лето. Такое чувство, что мы в школу вернулись. Одна молодёжь, — смеётся подруга.

— Точно. Школьная вечеринка.

— Привет, Глория. Ты сидишь на моём месте, — к нам подходит Бруно с разноцветным коктейлем.

— Ой, прости. Не буду мешать вам ворковать, — подруга играет бровями и подскакивает с дивана, моментально исчезая среди ребят.

— Она не обиделась? — Бруно ставит коктейль передо мной и садится.

— Нет. Она слишком много мечтает о несбыточном. Наверное, я не знаю, — отпиваю коктейль и чувствую в нём водку. Чёрт, я ненавижу водку после того, как она оказалась на моём лице вместе со рвотой Эда. Бруно должен был знать об этом.

— Понятно. Итак, какие планы?

— Веселиться до упада. Развлекаться на полную катушку последние дни, которые мне здесь остались. И я имею в виду, действительно, отрываться.

— Оу, то есть...никаких ограничений и...

— Точно. Первый раз за всё время я здесь не в джинсах и в старой футболке. Поэтому я хочу веселиться. Но под эту музыку вряд ли удастся. Нафталиновый город, — вспоминаю слова Гарри и смеюсь от них же. Он был прав.

Бруно озадаченно смотрит на меня, делая глоток пива. Ладно, пора не бояться узнавать о себе все подробности.

— Я могу тебя кое о чём спросить, Бруно?

— Да, конечно.

— Скажи мне, почему ты тогда так поступил? Ты приехал в Лондон, потратив деньги на поезд, снял номер в отеле, пригласил меня в хороший ресторан, привёл к себе, а потом выставил за дверь и сбежал. Подожди. Я знаю, что ты спишь с девушками, и это нормально. Ты парень, красивый парень, но почему тогда отказал мне в этом? — Приглушённо спрашиваю его.

— Джо, здесь не самое удачное место...

— На это несложно ответить, Бруно. Я два года мучаюсь ответом на этот вопрос и хочу сейчас знать, почему ты так поступил? Из-за Эда? Ты специально приезжал к нам в пекарню или домой, чтобы позлить его? А наедине со мной ты просто ничего не хотел, ведь главного зрителя не было? Что? Ты даже булочки и хлеб наш не ешь. Такой парень, как ты, не будет давиться холестерином, маслом и калориями, иначе бы был похож на прежнего Эда. Значит, ты приезжаешь именно из-за него, а не из-за меня. И в твои планы входит только он, но никак не я. Так что, Бруно? Зачем ты меня пригласил сегодня и почему сбежал тогда? — Упрямо настаиваю на своём. Я устала искать парням оправдания. Устала быть другом и жилеткой. Устала, что все мной пользуются. Я хочу знать правду. Хочу знать, что они на самом деле думают обо мне.

Бруно открывает рот, но сразу же поджимает губы. Он ищет помощи у «зала». Крутит головой, избегая смотреть на меня. И я так разочаровываюсь в нём.

— Джо...

— Ты будешь сейчас врать. Ты давно мне врёшь, Бруно? Какие цели на самом деле преследуешь? Ты хочешь меня или же хочешь раззадорить Эда, чтобы показать в очередной раз всем, какой ты крутой?

— Прекрати нести чушь. Дело не в этом придурке Эде. Дело в тебе и во мне. Ты права, я сплю с девушками, потому что мне это нравится. Но ты...ты другая, понимаешь? Я тебя всю жизнь знаю и не могу вот так просто...просто взять и использовать тебя ради похоти. Ты для меня особенная. Я к тебе иначе отношусь, чем к ним. Вот причина. Они не ты. А ты не они. И я тебе не врал, просто обычно чувствую себя идиотом, когда прошу тебя о свидании, а ты мне отказываешь. И вот мы на свидании, а ты решила, что самое время его испортить. Так, может быть, дело не во мне, а в тебе? Что ты хочешь от меня? — Зло отвечает Бруно и придвигается, прищурившись глядя на меня.

— Поцелуй меня. При всех. Поцелуй, — выпаливаю я.

Вряд ли он ожидал такого. Но уже надоело слушать оговорки. Бруно хоть и приходил ко мне в пекарню и кафе, но никогда не дотрагивался до меня на людях. Он дружески целовал меня в щёку и делал шаг назад. А вот наедине всё было иначе. Он не сдерживался. Щупал меня. Гладил мои колени. Держал за руку.

— Джо...

— Давай поцелуй меня, раз я тебе так нравлюсь и особенная для тебя. Я даю тебе зелёный свет, Бруно. Мы уже довольно взрослые, чтобы не спрашивать разрешения и целоваться сколько угодно. Поцелуй меня, — Бруно отодвигается и шумно вздыхает. Он облизывает губы и издаёт нервный смешок.

— Ты этого не сделаешь, потому что тогда твоя репутация будет испорчена, да? Ты боишься, поэтому и сел напротив, а не рядом, как это делают все парни, приглашая девушек на свидание. Здесь твои друзья, и перед ними ты поддерживаешь свою репутацию хорошего парня, только вот это и есть ложь. И тогда ты тоже испугался, что будут последствия, и я от тебя не отстану, потому что сорвёшь «вишенку». Но ты не спросил у меня, хочу ли я тебя на всю жизнь или же ты тоже моё развлечение. Мы молоды, и я девушка. Представляешь? Девушка. У меня есть грудь, которую ты лапал когда-то. У меня есть желание тоже быть сексуальной и желанной. Но ты это и так знаешь. Ты не сделаешь ничего, чтобы показать мне это, играя свою роль перед друзьями и теми, с кем ты спишь. Прости, но подобное не для меня, — подхватываю коктейль и сумочку.

— Джо? Ты куда? Ты всё не так поняла...

— Я всё так поняла. И я иду развлекаться с теми, кто не будет бояться своих чувств. Спасибо за выпивку, — пожимаю плечами и направляюсь к бару.

Расталкивая людей, замечаю, что для пятницы их чересчур много здесь, забираюсь на барный стул и ставлю свой коктейль на барную стойку.

— Привет, детка. Уже поймала миллион комплиментов про то, какая ты горячая? — Кричит Колл, наливая пиво в бокал для посетителя.

— Привет. Нет, поймала только скуку, как обычно. Тебе надо расширить меню, ты становишься популярным, — поднимаю бокал и цежу напиток через трубочку. Ну и плевать на водку. Хочу веселиться.

— Это всё из-за Эда, — говорит Колл, подходя ко мне. — И не пей эту гадость. Бруно настоял на водке.

Забирает у меня бокал и выливает содержимое.

— Он же знает, что я не переношу её.

— Может быть, нервничал? А где он?

Передо мной появляется бокал, наполненный виски и колой со льдом.

— Лучше это, — кивает Колл. — За счёт заведения.

— Разоришься, но спасибо. Я не знаю, где Бруно. Я ушла. Не хочу говорить об этом. А что насчёт Эда? Почему они все здесь из-за него?

— Метаморфоза с его внешностью дошла до всех бывших одноклассников и, вообще, всех, кто его знает. Они пришли поглазеть на него и заполучить новые сплетни. А я прилично заработаю сегодня.

— А сам Эд где? Ты его видел?

— Нет. Ещё не появлялся, но Лола должна прийти, а он теперь с ней, так что будут. Наверное, заняты, — Колл смеётся, а я закатываю глаза, ясно понимая, что скрывается под словом «заняты».

— Ладно, пойду поищу Глори.

— Не скучай.

Скатываюсь со стула и пробираюсь мимо людей, ища глазами подругу. Нормальный бы парень пошёл за мной, а Бруно просто исчез. Я не вижу его за столиком, там уже другие ребята сидят, доедая его чипсы. Класс.

Нахожу подругу среди наших знакомых из класса, играющих в бильярд, и она удивлённо приподнимает брови.

— А где Бруно?

— Без понятия. Всё вышло дерьмово. Зря разоделась для него. Теперь выгляжу дурой, — кривлюсь я.

— Ох, мне жаль. Но ты выглядишь сексуальной крошкой, Джо. Гляди в оба, а то кто-нибудь заберётся тебе под юбку.

— Если бы, — бубню, делая глоток виски с колой.

У входа раздаётся свист, и я поворачиваюсь, наблюдая, как перешёптываясь, толпа расходится. Первой появляется Лола в коротком красном платье. Чёрт, она шикарна. Я никогда не смогу выглядеть, как она. Она носит хорошую одежду. Она следит за собой. Она...идеальная. И рядом с ней такой же парень.

— Боже, это Эд, — благоговейно шепчет подруга.

— Почему такой ажиотаж? Это же Эд. Что в нём такого, раз все смотрят на него? — Фыркаю я.

— Да ты посмотри. Он причёску сделал...

— Он просто помыл голову и не дождался, когда волосы высохнут.

— На нём такие джинсы...

— Обещающие разорваться к чертям.

— И эта футболка...

— Из обычного масс-маркета чёрного цвета.

— Он шикарен.

— Идиотизм, — издаю раздражённый стон, наблюдая, как пара подходит к бару и здоровается с Коллом.

Эд...Гарри. Именно Гарри. Он улыбается, быстро понимая, что оказывается в центре внимания и притягивает к себе Лолу. Его ладонь опускается на её ягодицу, и он легко шлёпает по ней, вызывая бурную реакцию у всех, а девушка просто смеётся. Я бы врезала за такое. Он больной. Несколько часов назад он лапал мою задницу, а теперь её. Что за пунктик про женские ягодицы? Извращенец.

— О, Господи, он идёт к нам, Джо. Эд идёт к нам, — меня дёргает за руку Глория.

— Прекрати так себя вести. Это же Эд, всего лишь Эд. Тебе словно снова шестнадцать, — раздражённо вырываю свою руку из руки подруги и поднимаю голову.

— Добрый вечер, красотки. Джози, шикарный прикид. Только платье тебе немного мало, не видела, когда выходила из дома? — С милой улыбкой поддевает меня Гарри. Эд никогда бы такого себе не позволил.

— Кто бы говорил. Ты снова набираешь вес, Эд. Джинсы едва не трескаются на твоей заднице, — парирую я, с улыбкой отпивая виски с колой.

Глаза Гарри становятся ярче. В них словно искра пробегает, и это передаётся мне. Мой пульс учащается.

— Кроха, я не шучу, у тебя слишком короткое платье, — уже тише и даже серьёзнее говорит Гарри. Хмурюсь от его реакции.

— С каких пор ты снова стал праведником, Гарри? Или Эд внутри намного сильнее тебя и не может устоять перед тем, чтобы начать цитировать библию? — Придвигаясь ближе к нему, шепчу на ухо, чтобы никто не слышал, как я его называю.

— Тебе явно не хватает хорошей порки на алтаре, Джози, — выдыхает Гарри, и я отклоняюсь, с одной стороны озадаченная его ответом, с другой...что-то не так. Мне нравится эта перепалка. Словно я по острию ножа хожу. Я избегаю, ускользаю, и это, кажется, возбуждает меня сильнее, чем должно.

— Ты ещё предложи мне исповедоваться орально, птенчик, — я не знаю, откуда это берётся в моей голове. Наверное, это алкоголь. Или же у меня тоже раздвоение личности. Я не говорила никогда так вульгарно.

Гарри прикрывает на секунду глаза и кривится, словно от боли. Что не так?

— Ты ранила меня прямо в самые бубенчики, кроха, — боже, да он играет. Пародирует кого-то, вызывая у меня смех.

— Дурак, — пихаю его в плечо.

— И всё равно юбку опусти пониже. Тебе бы...

— Привет, Эд, — Гарри хмурится и поворачивает голову вбок. Чёрт, я забыла о том, что рядом Глория. Надеюсь, она ничего не слышала. Боже, что на меня нашло?

Мотаю головой и отхожу от Гарри, делая вид, что у меня самый вкусный напиток в мире.

— Привет, цыпа. Как дела?

— Хорошо. А ты как? Вы с Лолой теперь встречаетесь? — Жмурюсь от вопроса Глории. Да не выдавай ты себя так. Дурочка.

— Ага, в постели. Это сексом называется. Кроха, — поднимаю взгляд на Гарри, абсолютно не заинтересованного в подруге. Ничего не меняется хотя бы здесь. Спасибо.

— Что?

— У тебя с собой «Айпод»?

— Да, — медленно киваю я.

— Одолжишь? Я верну его, как только покажу Коллину, что такое настоящий бар. То дерьмо, которое у него играет, вызывает нафталиновую спячку.

Открываю сумочку и протягиваю Гарри «Айпод». Я с ним не расстаюсь, когда не забываю дома. Под музыку жить интереснее.

— Но там мои треки...

— Мне понравились они в прошлый раз, а у меня хороший вкус. Значит, сойдёт. Спасибо, кроха. Юбку опусти, а лучше, вообще, возьми в долг у подружки цыпочки пиджак. Одна разделась, другая, как капуста. Никакого баланса, — мы с Глорией стоим, приоткрыв рты, глядя, как Гарри направляется к стойке.

— Болван. Сам ты идиот, — бурчу я, допивая свой коктейль.

— А что это сейчас было, Джо?

— Эд. Неужели, в гриме не признала? — Ехидно отвечаю я.

— Я не об этом. Это было странно. Вы так близко стояли друг к другу, и он...мне кажется, всё же Эд в тебя влюблён до сих пор.

— Ты рехнулась? Эда вырвало на меня. Эд жил за мой счёт. Эд не влюблён в меня. Между нами ничего нет. Он с Лолой, — возмущаюсь, оставляя бокал рядом с бильярдным столом, и обхожу ребят, чтобы, вообще, уйти отсюда. Идиотизм.

— Ладно-ладно, Джо. Но рядом с вами было очень горячо. И его взгляд...

— Прекрати. Это уже нелепо. Мы всегда подкалываем друг друга и разговариваем, когда видим друг друга. Мы дружили с пелёнок, Глория, и никаких чувств нет. Если бы они были, то мы давно уже делили бы одну постель на двоих.

— Но вы оба могли не заметить, как вспыхнули чувства, а потом они стали привычными. Эд сделал первый шаг на выпускном балу...

— И его вырвало на меня. Он порвал моё платье, и я стояла там в одних трусах, — бросаю на подругу злой взгляд.

— Ну и что? Да, первый раз был неудачный. Но, может быть, сейчас ваше время. Вы оба очень изменились. Эд и внешне, и внутренне. А ты стала сама идти в бой, хотя раньше предпочитала бубнить себе под нос. Вы больше не живёте вместе, Эд встречается и спит с Лолой, а ты надеваешь откровенное, сексуальное платье, на которое даже я слюни готова пустить. Вы как будто ожили оба, понимаешь?

— Нет. Не понимаю и не хочу. Я пошла домой. Моё свидание превратилось в какое-то...

Жуткий свист из колонок, и я зажимаю уши, как и все вокруг, оборачиваясь к бару.

— Простите...хм, сейчас...там музыка...она заела, — Коллин сглатывает и краснеет от стыда, а я вижу задницу Гарри, пока он в раскорячку пытается подключить мой «Айпод». Что он задумал? На кой чёрт ему понадобилась моя музыка? Нет...нет! Он не может её включить через колонки!

— Нет! Не смей! — Выкрикиваю я, когда до меня доходит, что собрался выкинуть Гарри, но мой голос тонет в громких басах. Я же думала, что он просто даст послушать Коллу, но никак не ожидала, что он возьмёт и сдаст мои вкусы с потрохами. Неужели, ему не хватило моего унижения?

Из колонок ревёт музыка, отчего многие посетители отходят от них, возмущаясь такому звуку. Но он становится громче.

— Что он делает? — Перекрикивает биты Глория.

— Копает себе могилу, — шепчу я, хныча и наблюдая, как Гарри подскакивает на ноги и довольно осматривает шокированную толпу.

Никто здесь к такому не привык. Всё тихо. Всё спокойно. Музыка не орёт, а особенно «Я сексуален, и я знаю».

Гарри озадаченно смотрит на публику, пытаясь руками показать им, что надо танцевать.

Бью себя по лбу. Вот же идиот.

— Его надо остановить...