Глава 13

День третий— Эт-то что такое? — в шоке рассматривая свою полностью промокшую форму, рявкнул магистр Килиан.— А кто-то пообещал щит поставить, — усмехнулся водник. — Впрочем, мне это тоже не помогло. Почему парнишка у тебя, он же явный водник? Ах, какой потенциал! Он даже мой щит пробил, как мыльный пузырь. Отдай, а!— А вот и узнаем сейчас, почему мне подсунули водника, да ещё и якобы без магии. Как ты сумел её спрятать? Какой-то новый артефакт? — наседал на меня злющий и мокрющий Килиан. А вот Хартер уже был абсолютно сухим, ну да, он же водник, высушился в момент, как и тот сумасшедший старик из совета.— У меня нет магии, — замотала я головой, — у меня дар. Семейный.— И что же это за дар? — в отличие от магистра, водник был настроен вполне доброжелательно. — Я — зеркальщик.Обе шеренги студентов, с любопытством наблюдающие за развернувшимся представлением, дружно ахнули и загомонили.— А-бал-деть! — как-то совсем по-мальчишечьи восхитился Хартер, всплеснув руками. — Теперь хотя бы понятно, почему его к тебе сунули. Мне точно не отдадут. А жаль. Какой потенциал, ах, какой потенциал.— А ректор знал об этом? — уточнил Килиан. Он явно пытался взять себя в руки, но получалось не очень.— Конечно. Ему лорд Линдон сказал, когда велел меня в защитники определить.— Что? И Рик тоже в этом участвовал? — все попытки магистра сдержаться полетели коту под хвост. Мне показалось, что у него сейчас дым их ноздрей повалит. Схватив меня за руку, он быстро зашагал к двери, заставив меня перейти на рысь, на ходу бросив через плечо: — Занятие окончено.И снова я почти бежала за влекущим меня мужчиной. Они тутнормально ходить умеют? Или сообразить не в состоянии, что мои ноги гораздо короче? На плече Унрека — и то комфортнее было.Мы спустились на пятый этаж, не снижая шага шагнули в портал — хорошо, что этот синеволосый додумался дважды нажать на «кнопку», а то не знаю, что могло случиться, он крепко вцепился именно в ту руку, что с перстнем, — поднялись на этаж, промчались по уже почти родному коридору и ввалились в кабинет ректора, в очередной раз проигнорировав секретаршу. Надеюсь, у неё крепкие нервы, а то с такими посетителями немудрено заикой стать.— Аккуратнее, Кил, оторвёшь девочке руку. Это всё же живой человек, а не чучело из соломы, — послышался недовольный голос из угла, в то время как ректор наблюдал за нашим явлением с невозмутимым выражением лица, ни капельки не удивившись.— И как я сразу не догадался, что это ты мне такую подлянку подсунул?! — всё так же, за руку, этот ненормальный выдернул меня из-за своей спины и выставил на всеобщее обозрение. Дежавю просто. Хотя Унрек был куда как бережнее.— Сказал же, аккуратнее! — рыкнул дракон и, моментально оказавшись рядом, едва ли не силой разжал пальцы Килиана, ни капли не переживая, что мог их сломать.— Спасибо, — прошептала я, наблюдая, как он растирает мне запястье. Этот ненормальный вцепился в руку выше браслета, так что никакой преграды для его хватки не было. Наверное, не будь у меня регенерации — остались бы синяки.— Зачем ты это сделал? Зачем именно ко мне?!— Не к тебе, а к защитникам! И не волнуйся, девочка не станет лезть в твою постель, она мечтает домой вернуться, а не подцепить дракона.— Дракона? — я оглянулась на Килиана, перевела взгляд на лорда Линдона. Сходство если и было, то совсем мимолётным. Разве что эти странные синие волосы… — А те девушки с зелёными волосами — они тоже драконы?— Нет. Нас здесь только двое, — буркнул Килиан.— Почему ты так решила? — лорд Линдон с интересом на меня посмотрел.— Волосы. Только у них и у вас они… нечеловеческие.— Это были дриады, только у них волосы зеленоватые. А вотнасчёт наших волос ты верно подметила. — Рик, зачем?— Потому что она — зеркальщик! К кому ещё я должен был её определить? Ты радоваться должен такой ученице.— Судя по тому, что тебя выжимать можно, свой потенциал она тебе уже продемонстрировала, — подал голос ректор.Синеволосый дракон удивлённо взглянул на него, на себя — словно впервые увидел, — потом махнул рукой и тут же высох. Он что, ещё и водник?— Я не полезу к вам в постель! — поспешила заверить его, решив, что именно в этом вся проблема. — Клянусь! Вы мне тоже не нравитесь.В общем-то, мне он в самом деле не понравился. Особенно когда в руку больно вцепился. Мужчины, среди которых я выросла, никогда бы не сделали больно женщине, никогда! А этот даже и не подумал силу соизмерять, словно я и правда парень. Псих! Ему ж тараканов в голове травить — не перетравить. И я даже выдохнула с облегчением, поняв, что этот — абсолютно точно не моя половинка. А то мало ли…Вот лорд Линдон… Он же Рик… Интересно, а полностью как? А то они ж все имена сокращают. Вот если бы он… Даже обидно — впервые мне мужчина так понравился, а я для него — лишь якорь. Почти неодушевлённое существо.Моё клятвенное заверение, похоже, только сильнее разозлило Килиана. Злобно зыркнув на нас троих, он вышел, хлопнув дверью так, что будь она чуть менее прочной — разлетелась бы в щепки.— Может, зря мы так с ним? — ректор положил подбородок на ладонь, задумчиво глядя на вновь распахнувшуюся от удара дверь.— Ему встряска полезна. Злость — намного лучше, чем полное равнодушие. Он слишком глубоко погрузился в свою трагедию, а жизнь продолжается, — вся весёлость исчезла с лица дракона. — Прости, Габриель, что так получилось, — он опустил глаза на моё запястье, которое всё ещё машинально растирал, хотя оно давно уже не болело. — Я и предположить не мог, что Кил будет настолько несдержан.— Я понимаю, — пробормотала, хотя вообще ничего не понимала. Странные они все… Ладно, попробую расспросить Унрека.— Как тебе в нашей академии? — поинтересовался ректор. — Освоилась?— Да, — кивнула, радуясь, что тема сменилась. Об этом говорить было проще. — Комната мне понравилась, форма красивая и удобная, столовая шикарная, так всё вкусно, и ещё телепорт этот, с ужином! Вот только…— Что? — нахмурился дракон. — Надеюсь, ведьмочки тебя необижали?— Её обидишь, — хмыкнул ректор.— Нет-нет, что вы, ничего такого. Это другое. Просто я на уроке совсем ничего не понимала. Там словно на иностранном языке говорили. То есть, большинство слов знакомо, а смысла вообще нет.— А зачем тебе что-то понимать? — усмехнулся ректор. — Это наши маги должны уметь управлять своей магией, подчинять её, владеть ею. Сознательно проделывать некие действия, чтобы получить результат. А что сделала ты, когда облила Килиана водой?— Захотела, — пожала я плечами. — Он меня разозлил. Сказал преподавателю водников, облей, мол, его…— Его? — хором переспросили мужчины.— «Или ты парень, или на моих занятиях тебя не будет, студент Габриель!» — спародировала я низким голосом. Получилось не похоже, но хотя бы понятно, о ком речь.— Даже так? Ну, Кил даёт, — усмехнулся ректор.— То есть, он велел Хартеру тебя облить? Я думал, шла обычная тренировка…— Нет, все уже закончили тренироваться. А это была демонстрация мне, что нечего здесь делать студенту без магии. Я уже знала, что тому преподавателю прилетит его же водой. И когда водяной шар в меня летел, подумала — хорошо бы и магистра облить, хоть он и поставил щит от брызг. И… оно само…— В этом особенность магии зеркальщика — ей не надо учиться, ею не надо управлять, потому что это вообще не магия, а как ты и сказала — дар, — пояснил ректор.— Поэтому тебе достаточно просто присутствовать на лекциях и демонстрировать всё, что ты можешь, на практике. Поверь, ты станешь отличницей, — дракон ободряюще мне улыбнулся, и я, не удержавшись, широко улыбнулась в ответ, но тут же спохватилась и загрустила. — А как же опросы? Я, конечно, постараюсь вызубрить, но… — Не надо. Килиан не станет тебя опрашивать, я с ним поговорю.— А он послушается? — как-то мне не верилось, после сегодняшней демонстрации.— А он послушается? — как-то мне не верилось, после сегодняшней демонстрации.— Послушается. У нас, драконов, когда старший родственник даёт чёткий приказ, младший подчиняется.— А он младший? — удивилась я. Нет, я догадывалась, что у драконов, как и у нас, по внешности возраст не угадаешь, что все взрослые выглядят ровесниками, эти двое так и выглядели. Но вот было что-то в глазах этого Килиана, что мне он показался старым, много повидавшим и пережившим.— Правнучек. Племянчатый, — хмыкнул ректор. Меня это не впечатлило, у меня самой таких правнуков с десяток наберётся, если не больше, и почти все гораздо старше меня, в семье бессмертных такое в порядке вещей. — От младшей сестры.Это уточнение оказалось не лишним. Надо же, лорд Линдон действительно старше этого ненормального. Вот и хорошо, если так, то опросы мне не грозят, а значит, выходные и вечера будут свободны от зубрёжки. По крайней мере, от зубрёжки по этому предмету. — Спасибо! — поблагодарила от всей души.— Может быть, у тебя есть ещё какие-то вопросы? Раз уж ты всё равно здесь, мы сможем ответить.— Ой, спасибо, пока нет, но если что, я Унрека или Шолто расспрошу.Вопросов было море, но мне было ужасно неудобно, что на меня тратится столько времени. Наверное, у ректора такой огромной академии и без меня забот хватает. Я, конечно, особенная — иномирянка, зеркальщик и якорь в одном лице, — но всё равно…— У неё скоро следующий урок начнётся, — напомнил очевидное дракон. — Пойдём, Габриель, я тебя отведу.Когда мы шли по коридору к «лифту» — и на этот раз дракон подстраивался под мои шаги, я, конечно, не ползла улиткой, но и на бег переходить не пришлось, — я всё же решила задать один вопрос. — А почему у вас здесь «сухой закон»?— Какой закон? — не понял дракон, и до меня дошло, что хотяслов я сказала на местном языке, смысл этой фразы понял бы лишь обитатель моего мира.— Почему у вас здесь студентам пить нельзя? То есть, я не осуждаю, — поспешила заверить, — в моей стране мне тоже спиртное не продают. Но у вас здесь я видела довольно взрослых студентов, той же Рыне, по её словам, под тридцать. А Шолто вообще — лет пятьдесят. Со скольки же лет у вас здесь алкоголь разрешён? — Шолто? — Даритану. — Ааа… я уж и забыл, какие у них с Ройстоном здесь имена. — Теперь слегка подзависла я, потому что совсем забыла настоящее имя Унрека, по смыслу только догадалась. — Видишь ли, Габриель, дело не в количестве лет, а в способности полностью контролировать себя и свою магию. А если юный маг всё ещё учится у нас или в любом другом учебном заведении, значит, априори, полного контроля над магией у него нет. А что может натворить маг-недоучка в алкогольном опьянении, то есть, со сниженным самоконтролем, думаю, представить себе можешь?— Они и без алкоголя натворить могут, — вспомнив встречу, организованную мне проклятийницами, усмехнулась я.— Вот поэтому не только у нас, но и во всех остальных магических учебных заведениях, этот самый, как ты его назвала? Сухой закон? Интересное выражение, нужно будет запомнить. И поэтому периодически проводятся проверки и нарушители сурово наказываются.— Понятно, — кивнула я. Что ж, логично. Пьяный маг-недоучка — это же обезьяна с гранатой. Теперь мне уже не так жалко было ведьмочку, у которой нашли бутылку.— Вот мы и пришли. И, кажется, опоздали, извини, Габриель, — за разговорами я и не заметила, что мы уже подошли к двери с номером семьдесят три. А дракон уже отворил её, запуская меня внутрь. И как он узнал, что мы опоздали, если звонка не было? — Магистр Кензия, простите за опоздание, это новая ученица Габриель, её господин ректор задержал.— Ничего страшного, лорд Линдон, — улыбнулась моему спутнику высокая крупная женщина средних лет с собранными в тугой пучок пегими волосами, — урок идёт не больше трёх минут. Студентка Габриель, проходите на своё место, — она махнула рукой в сторонупарт, с одной из них мне помахал Шолто, указывая на пустующий рядом с ним стол. — У нас контрольная по пройденному материалу, на парте лежат два листа, подпишите на одном своё имя, второй — для черновых расчётов. Можете взять из своих вещей только ручку, больше ничего.Я сделала, как велели, радуясь, что здесь я хотя бы студентка, а не студент. Достала из сумки, которая дожидалась меня на стуле, все три ручки — контрольная, это вам не лекция, в виртуальный блокнот не запишешь. Аккуратно подписала лист бумаги — это я уже неплохо умела. А потом с опаской глянула на доску — вчера я в учебник математики даже одним глазком не заглянула, кто знает, может, я не пойму ничего, может, они в этой академии проходят такое, что мне и не снилось.И едва не засмеялась от облегчения. Во-первых, я понимала всё, написанное на доске — и цифры, и знаки. А во-вторых, то, над чем старательно пыхтели юные талантливые маги восемнадцати лет, а кто и старше, у нас решали… даже и не помню, в каком классе, но уверена, что где-то в младших. Все примеры на доске, все двадцать — арифметика в чистом виде. Ни одного, даже самого простого уравнения, только примеры на сложение, вычитание, умножение, деление и, на закуску, два последних — дроби.Странно? Мне — да. Но если подумать — а зачем жителям магического мира та же тригонометрия или высшая математика? Это у нас всё это нужно тем, кто в будущем выбирает профессию, связанную с механизмами, электроникой, приборостроением, робототехникой, в общем, с тем, что в нашем мире жизнь облегчает, а в этом — просто не существует. У них здесь порталы — зачем им машины или самолёты? У них огненные шары — огнестрельное оружие как бы тоже лишнее. У них лампы работают от прикосновения пальца, а не от электричества. Солнечные батареи создавать им тоже не нужно.Хотя, возможно, к выпускным курсам они доходят до чего-то более серьёзного. А для первокурсников и это достаточно сложно.В итоге, я даже калькулятором в браслете не стала пользоваться, дольше всего аккуратно переписывала непривычные, хотя и абсолютно понятные, значки на чистовой листочек, потом переписала это же на черновик, но уже арабскими цифрами, там же всё прорешала, перевела ответы обратно в местную письменность и аккуратно переписала начистовик. И порадовалась, что по папиному настоянию выучила и таблицу умножения, и способы счёта в столбик, хотя сейчас это мало кто умел, всё считали на компьютерах.Вот только папа, много поживший и повидавший, не особенно доверял современным гаджетам. Мол, случись что — и мы окажемся совершенно беспомощными и провалимся на уровень каменного века, когда копья на пальцах считали. Каменного века он, конечно, не застал, не настолько он у меня древний, но большую часть его жизни население Земли было почти поголовно неграмотным. И он не хотел такого для своих детей.В чём-то он был прав — это мне повезло попасть в другой мир в полном обмундировании, в том числе и с двумя солнечными батареями. А если бы Хонстейну удалось запихнуть сюда Хизер — её мультибраслет разрядился бы спустя несколько дней, а с ним и калькулятор. И не умей она считать «вручную» — эту контрольную решить бы не смогла, хотя нет, на эту заряда батареи браслета у неё хватило бы. Но была бы следующая контрольная — и тогда она точно получила бы низший балл.Впрочем, Хизер не пришлось бы решать эту контрольную — она погибла бы ещё в лесу, потому что, зеркальщиком не была. И как бы мне ни хотелось быть сейчас дома, всё же очень хорошо, что сюда попала именно я. Тем более, с двумя рюкзаками.В итоге всё заняло у меня меньше половины урока. И три с половиной исписанных ручки. Когда я отложила вторую, у которой закончился заряд, Шолто поднял руку.— Магистр Кензия, разрешите зарядить Габриель ручки.— Студент Шолто, решайте, пожалуйста, контрольную, не отвлекайтесь, — строго осадила его преподавательница, и когда я уже мысленно попрощалась с парой зарядов в своём перстне, она подошла и сама зарядила мои ручки. Потом заинтересованно вгляделась в мои расчёты. — Что это?— Деление столбиком.— Позже объясните мне принцип с нашими цифрами? — Конечно.— Благодарю, студентка, — и магистр вернулась к своему столу, продолжая зорко наблюдать за старательно решающими контрольную студентами.Вот только пока она стояла, склонившись над моим столом, у неё за спиной Унрек, сидевший с другой стороны от Шолто, быстро подменил его листок на свой. А заметив, что я это вижу, заговорщицки подмигнул. Да, иметь няньку порой очень удобно.Дописав контрольную и получив высший балл, оставшуюся часть урока я показывала магистру Кензии принцип деления столбиком. Я уже довольно легко оперировала местными цифрами, возможно, вскоре мне не понадобится переводить их в арабские и обратно. Кажется, математика станет моим любимым предметом хотя бы потому, что по ней я точно не буду отстающей.Когда мы шли на следующий урок, я спросила у парней насчёт звонка — кроме двух, после завтрака, я ни одного больше не слышала. И узнала, что первое занятие у всех начинается одновременно — отсюда и звонки, которые слышат все. А вот дальше возможны варианты, поскольку длина разных уроков колеблется, и расположены они тоже в разном порядке, и у разных факультетов не совпадают. А о начале и конце занятий извещает освещение над входом в кабинет — причём, с обеих сторон.Мне показали тонкую полоску «лампы дневного света» над косяком, как раз немного выше таблички «121», и точно такую же с обратной стороны. Я прежде на них и внимания не обращала — похожая подсветка здесь везде, именно полосками, а не привычными мне светильниками, но именно эта полоска несла в себе определённый смысл.— Смотри, сейчас она почти белая, но когда начнётся урок —станет слегка желтоватой. Урок окончится — снова побелеет. А за минуту до того, как сменить цвет, начнёт меняться туда-сюда каждую секунду. Если не смотреть специально — то и не заметишь.— Так вот почему о моём опоздании лорд Линдон узнал лишь возле двери! — дошло до меня. Он ведь никуда не смотрел — ни на местный аналог карманных часов, если они здесь были, конечно, ни на артефакты, ни даже на положение солнца — в коридорах башен не было окон, — а узнал. Теперь и я буду знать.Следующий урок я предвкушала с нетерпением. «Расоведение» — идеальный предмет, чтобы узнать много нового и интересного, не чувствуя себя при этом полной тупицей, как на спецкурсе. И какое же жестокое разочарование меня ждало! Это же надо — перенестись в другой мир и попасть в магическую академию лишь за тем, чтобы целый час, едва ли не зевая, выслушивать лекцию по теме «Размножение человека»! У них здесь, оказывается, именно с человеческой расы начинают изучение всех местных обитателей. Называется — повезло… Пока до кого-то интересного дойдём — я уже домой вернусьКажется, вместе с сапогами придётся свистнуть и учебник тоже. Впрочем, я могу его отсканировать, чтобы совсем уж на преступную стезю не вставать. Надеюсь, после возвращения домой способность понимать местный язык у меня не пропадёт.Целый час, во время которого я могла бы заниматься чем-то более интересным, мне пришлось выслушивать лекцию о том, с какого возраста человеческая женщина способна к зачатию и как часто может забеременеть, сколько длится беременность, срок женской фертильности и способности мужчин к оплодотворению, срок выкармливания грудью, и ещё много не менее «познавательных» фактов.Единственное, что меня вывело из почти летаргии — это известие о том, что человеческая раса в этом мире самая маложивущая, и при этом самая плодовитая, в семьях рождается минимум пять детей, в среднем — восемь-десять. Правда, выживаемость потомства далеко не на высоте, но человеческая раса берёт числом, чего не могут себе позволить многие другие расы, а потому уверенно завоёвывает лидирующее место по количеству населения в империи.Я даже некоторую гордость почувствовала. В конце концов, обе мои бабушки были чистокровными человечками, все прабабушки — тоже. И хотя сама я человеком не была, по крайней мере — у себя дома, здесь именно им и считалась. Хотя, по сути, была перевёртышем до перерождения, но этого я пока никому рассказывать не планировала.Преподаватель, сухонький седой старичок в жёлтой с золотым мантии, сохранивший, несмотря на возраст, пышную шевелюру а-ля Эйнштейн, чьего имени я так и не узнала, поскольку никто к нему ни разу не обратился, закончил начитывать лекцию за несколько минут до окончания урока и отпустил нас на обед чуть пораньше — чему я очень обрадовалась, — напомнив, что следующая лекция в понедельник, и на ней мы узнаем о физиологии человека — и моя радость куда-то исчезла. Нет, это нечестно…Во время большого обеденного перерыва, парни показали мне, где находится женский туалет в главном корпусе, точнее — туалеты, они тут через этаж расположены, — что было весьма актуально. А заодно объяснили, что в главном корпусе кроме апартаментов и кабинетов преподавателей, общежития для обслуживающего персонала, разных административных помещений, кладовок, запасников и того, о чём яуже знала — столовой, библиотеки, склада и раздевалок, — расположено всё то, что используется не только каким-то одним факультетом, а разными. Лаборатории, спортивные залы, защищённые помещения для занятий магией, и прочия, и прочия…Даже Унрек не знал и половины того, что там находится, а уж простые студенты — тем более.За обедом я не знала, о чём расспрашивать в первую очередь, поэтому спросила первое, что в голову пришло:— А почему все студенты были на математике уже сухие? Половина же промокла.— Так мастер Хартер нас и высушил, — пожал плечами Унрек.— А его студенты сушились сами, — хихикнул Шолто. — И получилось не у всех.— Так они же первокурсники, конечно, у кого-то ещё не получается.— Нет, это был третий курс, — покачал головой старший принц.— Третий? — я вспомнила, что не у всех из водников даже лёгкий дождик нормально получался, не говоря уж о водяных шарах. — Какие- то они… неуверенные для третьего. Я, конечно, многого не знаю о здешней системе обучения, но неужели за два года они почти не научились водой управлять? И это сильнейшие молодые маги империи?— Водой-то они управляют хорошо, — с усердием разрезая отбивную, хмыкнул Шолто. — Если она есть.— Первые годы стихийники учатся управлять уже существующими стихиями. А вот призывать их — гораздо сложнее, потому третий курс выглядит так неумело. Но дай им хотя бы ведро воды — и они покажут класс.— А здорово ты Киллиана облила, — расплылся в улыбке Шолто.— Я разозлилась сильно, — пожала я плечами. — Не нужно было меня в парни записывать только потому, что не желает учить девушку.— У него есть на то причины, — посерьёзнел Унрек. — Это печальная история, я тебе как-нибудь расскажу. Кил не всегда был таким, я помню его другим, мы дружили в детстве. Хотя даже я от него такого не ожидал — сознательно назначить тебя парнем. Мне кажется, Фил с Риком нарочно ему всё о тебе не рассказали, чтобы хоть немного встряхнуть. Как педагог он великолепен, но словно не живой. Жалко парня…— Ректор с лордом Линдоном что-то такое говорили, — кивнула я. — Похоже, их план сработал — сегодня Килиан был более чем живым, — Шолто продолжал довольно улыбаться. Он явно не испытывал к синеволосому той же симпатии, что и Унрек. Видимо, другим его уже не застал. — А ты покажешь нам то же, что магистру Кензии? — сменил он тему.— Деление столбиком? Конечно.— У меня проблемы с математикой, — вздохнул парень. — Если бы не Рой… Унрек, всё было бы совсем печально.— Если бы не я, тебе пришлось бы плотно засесть за учебники, но я слишком жалостливый, — вздохнул его нянька. — Печально, что именно я вытянул короткую соломинку, Талбот бы тебе спуску не дал. Ладно, заканчивайте есть, а то опоздаем на географию.А географию у нас ведёт лорд Линдон, он сам говорил. И я поторопилась скорее допить компот, потому что совсем не хотела опоздать на урок к фиолетовому дракону.