Глава 11

Я щурил взгляд, изображая непомерную серьезность. Кивал головой, где нужно и не особо. Я слушал. Слушал и осознавал, как родной отец завуалировано называл меня расходным материалом. Как делал из меня оружие, готовый пустить меня в расход.

— Я хочу передать тебе стаю, — проговорил Люциан, просверлив меня очередным расчетливым взглядом, на что я ощетинился, не сумев скрыть своей злости.

— Ты хочешь, чтобы я сразился с Габом. Умно, отец. Натравливать сыновей друг против друга, — рыкнул в ответ я, спрыгнув с камня.

— Вы не собаки, чтобы Вас можно было натравить, — процедил сквозь зубы отец.

Удар его силы пришелся мне прямо в грудную клетку, вынудив меня отступить.

— Ты боишься его, — изрек я, спрятав руки, на которых прорезались от злости волчьи когти.

Луна была слишком близко, чтобы я мог сопротивляться ей в полной мере. Она отравляла мой разум. Подкармливала злость внутри меня. Сглаживала грани между волком и человеком. Становилась мной.

— Отнюдь. Это предосторожность. Габриель молод, зол, обижен. Он мальчишка, который потерялся и которому нужно показать правильный путь. Только и всего, — разведя руки в стороны, спокойно проговорил Люциан, бросив короткий взгляд на Дарка, все еще стоявшего в стороне.

— Так покажи ему этот правильный путь, — скопировав жест отца, ответил я, с издевкой поклонившись. — Только без моего участия. Я отклоняю твое предложение. Ведь у меня есть такое право, верно?

— Ты не понимаешь, о чем идет речь!

— А я не хочу понимать, пока ты не расскажешь правду. Почему он ушел? Почему ты запретил говорить о нем? Почему он должен был умереть для нас? И почему сейчас он хочет отобрать твою слабую стаю, когда у него есть сильная своя?

— Он ушел, потому что я изгнал его. Ты прекрасно знаешь, каким неуправляемым чудовищем становился твой брат в волчьем обличье.

— Я также прекрасно знаю, что именно ты сделал его таким!

Волчья кровь вскипала во мне. Ярость пеленой затмевала рассудок. Я скалился как дикий зверь, готовый напасть в любую минуту. Кости сместились под кожей, острая, яркая боль вынудила меня рыкнуть, отступить.

— Он обращается, — из глубины донесся голос Дарка.

— Вижу, — едва различимо ответил отец.

Скулы свело, я стиснул зубы, рухнув на пропитанную влагой землю, заорав от боли, когда едва восстановившиеся мышцы разорвались, подстраиваясь под новообразующийся скелет. Суставы вывернуло наизнанку, хруст костей оглушил меня. Челюсть удлинилась, я клацнул пастью, взвыв от боли нечеловеческим голосом. Кожа лопнула пополам, выпуская наружу иссиня черный мех, покрытый вязкой жидкостью.

Слух, нюх, зрение...

Словно кто-то нажал кнопку "максимум". Я ощущал все.

Встав на лапы, я отряхнулся, разинул пасть в оскале. Волк отца смотрел на меня прямо из его глаз, он не стал перевоплощаться, но подпустил зверя достаточно близко, чтобы я чувствовал альфу в нем инстинктивно. Но также я почувствовал страх. Он боялся меня.

Склонив морду набок, я изучающе рассматривал его, в то время как во мне вскипала кровь от злости. Гортанный рык вырвался наружу. Клацнув зубами я медленно стал обходить его по кругу. Совершенно забыв о Дарке, все еще стоявшем в стороне, но готовым в любую секунду пожертвовать собой ради Альфы. Впрочем, даже если бы я о нем помнил, я бы разодрал его в секунду, оставаясь он в человеческом обличье.

— Я запретил обращаться, — чрезмерно спокойно проговорил отец, пристально отслеживая каждое мое движение.

Я в курсе, папа.

Мысленно отозвался я, отмечая, как его перекосило из-за моего обращения.

— Я не могу заставить тебя...

Верно, не можешь. Но если не я, то ты подпишешь на это Дерека. А он слишком любит и уважает тебя, чтобы отказать. Он не знает кто ты, в отличие от меня и Габа.

— Ты можешь стать моей правой рукой...

Когда-то я мечтал об этом предложении, отец. Но не уверен, что теперь меня это интересует. Мне не нужна твоя стая. Мне ничего от тебя не нужно. Я сражусь с Габом, но не ради тебя, а ради той семьи, которая у меня осталась.

Я отвернулся от него, вбирая ноздрями наполненный сыростью воздух. Вдох и выдох, тяжесть болью отдала в грудной клетке. Я не хотел убегать, но мне нужно было отдаться волку. Нужно было освободиться и отпустить разум. Нужно было перестать думать.

<center>***</center>

Земля была влажной, холодной. Я проваливался лапами, оставляя за собой след. Взбирался вверх по камням, перепрыгивая небольшие расщелины, покидая лес. Убираясь прочь от населенной местности. Мне нужно было выпустить волка наружу. Отпустить разум. Дать себе возможность отдохнуть. И я это сделал. Уступил зверю место, став наблюдателем.

Странное ощущение. Оно всегда было странным. Я словно становился наблюдателем за тем, как мои глаза осматриваются, ноздри судорожно начинают вбирать в себя запахи, обезумевшие рецепторы кружат голову от эмоций зверя. Он ведет ухом, прогоняя назойливого комара. Клацает зубами, хватаясь слухом за нещадно бьющееся сердце зайца, почуявшего волка рядом.

Добыча.

Пульс подскакивает до безумия, зверь разворачивается. Нюхает, нюхает, ведет носом, пригибается для прыжка. Хрустнула ветка и позвонок. Зверек мертв. Зубы рвут податливое тельце. Теплая кровь заполняет пасть. Волк ликует, пожирает мясо, сердце бьется-бьется, едва ли не ломает грудную клетку...

<center>***</center>

Темные волосы раскинуты по моей подушке. Она улыбается. Дразнит меня. Задирает и отпускает платье. Я пристально слежу за ней. Шумно сглатываю, стоит лишь ей показать кромку своих трусиков. Мел заливисто смеется. Откидывает голову назад. Выгибается на черных простынях, стягивает с себя платье.

— Ты так и будешь смотреть или все же присоединишься ко мне? — игриво спрашивает девушка, поднимаясь, медленно начиная танцевать.

— Мне нравится на тебя смотреть, — хрипло проговариваю я, для храбрости делая щедрый глоток бурбона.

Мелисса спрыгивает на пол. Сексуально покачивая бедрами двигается ко мне. Расстегивает лифчик и бросает его в сторону, присаживаясь на меня сверху.

— Почему ты так напряжен? — игриво интересуется она, поглаживая мой член через грубую ткань джинсов.

— Боюсь сделать тебе больно, — отвечаю я, поднимая девушку вместе с собой.

— Ты не можешь сделать мне больно, — шепчет Мел, запуская пальцы в мои волосы. — Ты любишь меня. А я люблю тебя.

Она вжимается в меня, носом уткнувшись в шею. С наслаждением вдыхает аромат моей кожи. Мне нравятся ее повадки. Она словно хищница. Маленькая, похотливая хищница, то и дело желающая добраться до моего члена.

Я улыбаюсь своим мыслям. Бросаю ее на кровать и нависаю сверху. Мой взгляд цепляется за бьющуюся на ее шее жилку, но я сразу же перевожу взгляд на аккуратную, небольшую грудь с затвердевшими сосками. Я опускаюсь ниже, попеременно всасываю их в рот. Прикусываю, наблюдая, как капелька пота стекает по загорелому телу.

Она дышит глубоко. Жадно вбирает в себя воздух. Сжимает мой торс ногами и стягивает с меня футболку.

— Пожалуйста, Рос, пожалуйста, — шепчет Мел, пытаясь дотянутся до моего пояса, и я приподнимаюсь, помогая ей.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — сглатывая ком в горле, проговариваю я, наблюдая, как она стягивает с меня джинсы вместе с боксерами.

— Если ты скажешь, что ты девственник, я никогда в это не поверю! Эту машину для секса точно уже кто-то объездил, — шутливо отвечает брюнетка, вынуждая меня лечь на спину.

Горький смешок срывается с моих уст. Нет. Я уже давно не был девственником, но лучше бы был им, чем тем, кем я являлся.

— Хорошо, говори, — сев на меня сверху, начиная водить пальцами вверх-вниз по моему члену, прошептала Мел.

Шумно выдохнув, я нашел в себе силы убрать ее руки. Резко перевернул девушку на спину, нависнув над ней. Мне нужно было так много ей сказать. Так много... А я никак не мог найти подходящих слов.

— Рос, что-то случилось?

Мой взгляд сменился. Она запаниковала. Я видел страх в ее глазах и боль. Слышал, как ее сердце дрогнуло и погнало кровь по жилам с такой скоростью, что меня захлестнуло. Пульс подскочил. Я вздрогнул, увидев, как волк во мне оскалился, зарычал. Ее запах изменился. Она стала пахнуть как загнанный зверек, ожидающий, когда его разорвут на части. Она пахла добычей.

Я сглотнул. Отпрянул от нее. Закачал головой. Эйфория ушла вместе с возбуждением, проснулся голод. Жуткий, поглощающий разум голод. Я хотел разодрать ее...

Вспышка. Еще одна. И еще одна. Тело не слушается меня. Голова словно налилась свинцом. В глотке вкус металла. Отчетливый, резкий. Кровь. Кровь кругом.

Она стекает. Капает на пол. Разукрашивает белоснежный ковер. Так много крови. Я весь в ней. С головы до ног. Я не понимаю, где я. Оборачиваюсь. Осматриваюсь. Отлетаю к стене, взвизгнув, как раненый щенок. Прикусываю со всей силы ладонь. Подскальзываюсь. Падаю. Сдерживаю крик, разрывающий глотку. Срываюсь и кричу.

Мел неподвижна. Смотрит стеклянным взглядом в потолок...

<center>***</center>

— Рос! Рос, мать твою! Проснись! Проснись блять!

Дерек встряхивал меня за плечи, стараясь разбудить, раз за разом выкрикивая мое имя. Меня трясло. Кожа покрылась потом. Агония разъедала мои внутренности. Я никак не мог проснуться. Не мог избавиться от этого кошмара. Не мог прийти в себя.

Голос сел. Я подорвался. Отбросил брата в сторону, словно он совершенно ничего не весил. Вжался в стену, медленно опускаясь на пол. Я задыхался, жадно хватая ртом воздух. Горячие потоки стекали по моим щекам. Я начал приходить в себя.

— Рос, — неуверенно позвал меня Дерек.

— Я в порядке, — выдавил. — В порядке...

Поднявшись, я схватил первое, что мне попалось под руку из вещей, быстро спустился вниз, не давая брату возможности остановить меня. Я выбежал во двор, не понимая, каким образом я смог оказаться дома. Волк привел меня? Инстинкт? Навряд ли это было важным.

Я был сыт. Чист. Без единой капли крови на теле, хоть и помнил, что этой ночью я убил достаточно животных. Больше, чем требовалось, но меньше, чем навредить семье.

Кровавая картина все еще стояла перед глазами. Но теперь я держал себя в узде. Снова закапывая заживо воспоминания. Избавляясь от них. Очищая разум. Не давая поглотить себя и загнать до сумасшествия. Не давая сделать с собой то, что было до того, как я попал в Свору.

Волосы на моем теле встали дыбом, от воспоминаний о деревушке далеко в горах. О том, что там происходило. О том, что делали там со мной. О том, как меня пытались вылечить от того, кем я являюсь. Убить зверя во мне и сделать нормальным. Нормальным в их понимании.

Меня перекривило. В груди давящим чувством зародилась злость, так привычная мне. Держать под контролем эмоции становилось сложнее и сложнее. Я ощущал себя подростком, только что шагнувшим во взрослую жизнь. Только что избавившимся от машинок и начавшим интересоваться девочками. Отвратительная луна в этом месяце.

Покачав головой, я жадно вобрал в себя свежий воздух. Аромат ванили ударил в ноздри. Я развернулся, пристально рассматривая покрытый дымкой тумана парк. Кажется, я мог узнать этот запах из тысячи. Так пахла та, кто все больше и больше занимала мои мысли. Странное ощущение.

Долю секунды я колебался. В ступоре смотря в ее сторону. Она бежала трусцой, слушая что-то мелодичное в наушниках. Одна. Совершенно одна в темном парке. Верх безрассудства.

Воспоминания о самой жуткой ночи в моей жизни отошли на второй план. Я пережил их. Давно пережил. Во всяком случае, я заставлял себя так думать. Я должен был жить настоящим. Должен быть искать в настоящем то, что пробуждало бы во мне интерес. И Кейси как раз была той, кто был способен сделать это.

Я быстро поравнялся с ней, подстраиваясь под ее темп, вынуждая девушку дернуться и затормозить. Кажется, я напугал ее.

— Рос?! Что ты тут делаешь? — встревоженно спросила Кейси, судорожно вдыхая и выдыхая воздух.

— Бегаю, — солгал я, прямо посмотрев в ее мельтешащие глаза.

— Я раньше тебя здесь не видела.

— Неудивительно, ведь я только переехал, — иронично проговорил я, ругнувшись на себя за столь выпиющую грубость.

— Конечно, — вскинув брови, отозвалась блондинка. — Мне стоит сменить парк?

— Зачем?

— Чтобы не раздражать тебя, — словно это было само собой разумеющееся, отозвалась девушка, переминаясь с ноги на ногу.

— Ты меня не раздражаешь, — резче, чем хотелось, отозвался я, сжав и разжав ладони.

Ну что за идиот? Мягче. Спокойней. И еще раз мягче.

Кейси неосознанно отступила назад, потупив взгляд. Она нервно сглотнула, бегло посмотрев на меня. Я чувствовал, как стучал ее пульс. Как дико билось ее сердце. Как она нервничала, покусывая и без того обветрившиеся губы. Она смотрела на меня так, словно я был монстром. Монстром, которого она хочет. Хорошая, всегда послушная девочка. Она вновь боялась своих желаний.

Я, ухмыльнувшись, обнажив белоснежный ряд зубов. Сделал шаг к ней, нависнув сверху. В глотке пересохло. Ее запах ударил в ноздри, вынуждая жадно вдыхать его. Я пожирал ее взглядом, пристально наблюдая за капельками пота, скатывающимися по ее телу. Ее серый, тканевый топ, совершенно ничего не оставлял для фантазии, идеально подчеркивая затвердевшие горошины сосков: то ли от холода, то ли от жара в ее теле.

— Пожалуйста, не смотри на меня так, — сложив руки на груди, проговорила Кейси, прямо посмотрев в мои глаза.

— Как? — словно не понимая, о чем она говорит, спросил я, вскинув брови в полном недоумении.

— Ты знаешь как, — более уверенно отозвалась девчонка.

— Нет, не знаю, — покачав головой, сложив руки на груди так же, как и она, ответил я, едва сдерживая улыбку.

— Знаешь, — скривившись, фыркнула Кейси. — Ты как будто...

— Как будто хочу тебя трахнуть? — иронично протянул я, расплываясь в улыбке от того, как мгновенно у моей собеседницы вспыхнули щеки.

Кейси словно проглотила язык. Она несколько раз открывала и закрывала рот, в то время как я с наслаждением любовался ее реакцией и эмоциями, которые захватили ее. Аромат ее тела стал резче, словно в него добавили каплю эфира. Цвет ауры мгновенно изменился, выдавая все ее чувства и эмоции с потрохами.

Она была открыта для меня. Полностью. Я мог считать ее без труда. Подобрать нужные слова. Завлечь ее. Вынудить желать меня больше, чем до сих пор. Но что потом? Что будет потом?

— Извини, мне не стоило этого говорить, — сделав шаг назад, давая ей возможность вдохнуть, сказал я. — Иногда я бываю жутким гавнюком, мир? — протягивая ей руку, вытянув из себя открытую улыбку, дополнил я.

— Да, конечно. Мир, — аккуратно коснувшись моей руки, ответила Кейси, стараясь не смотреть на меня. — Мне пора, увидимся в школе.

— Завтра на вечеринке у Барта, в школе меня не будет, — не желая выпускать миниатюрную ручку со своих лап, проговорил я, зацикливаясь на манящих меня губах.

— Да, хорошо, — коротко кивнув головой, отозвалась девчонка, вновь переключаясь на бег, оставляя мне возможность любоваться ей сзади.

Серьезно? Как будто хочу тебя трахнуть?

Заткнись.

Нет, Рос, серьезно?

Дер, отсоси, а?

Давай обойдемся без инцестов?

Развернувшись на сто восемьдесят, я просверлил двойника негодующим взглядом и развел руки в стороны.

— Да, твой брат разучился общаться с девушками. Тем более с девушками, которые ему нравятся, — проговорил я вслух, прекрасно зная, что он меня услышит, пусть еще и был далеко от меня.

— Поэтому ты сказал ей, что хочешь ее поиметь? — наполненным сарказмом голосом, спросил Дерек, от чего я едва не вскипел.

— Я не хочу ее просто поиметь. Я хочу ее узнать. Понять, что ей нравится, что нет...

— Отбить ее у Эрика и наконец-то сорвать картбланш?

— Я говорил тебе отсосать, верно?

— Да, что ты заладил, отсосать, да отсосать. Отсосет она тебе. Не переживай, — поравнявшись со мной, улыбаясь протянул брат.

— Она мне действительно нравится, Дерек.

— Я знаю, Рос. Я знаю...