Part 22|| могла бы

- Аааа! — раздался громкий визг на всю квартиру, такой, что даже сидящая на подоконнике птица решила улететь подальше. Вслед за криком полился мат, и последним этапом стал сильный грохот падения чего-то тяжелого на пол. Чем-то этим тяжелым был мой стеллаж и все находившиеся в нем вещи.

Все началось с того, что с похмелья после сна моя координация ухудшилась процентов на семьдесят. Встав с кровати, я случайно смахнула рукой стоящий на прикроватной тумбочке кактус. У кактуса, наверное, ориентация в пространстве лучше, чем у меня, или просто по закону подлости он упал ровно мне на ногу. В этот момент я почувствовала резкую боль от уколов колючек. Кактус, возможно, был небольшим, но его шипы проникают в кожу, оставляя мелкие, но ощутимые раны. Я резко дернула ногой, пытаясь избавиться от колючего незваного гостя.

— Вот зараза! — выругалась я и, поставив его обратно на тумбочку, пошла в ванную. Этому гаду ничего не будет, а вот мне больно. Где-то в глубине квартиры раздался громкий телефонный звонок. Злая и полуплачущая, я вышла из ванной и, дойдя до комнаты, взяла телефон, лежащий на кровати.

— Сегодня ночью будь готова, — заявил мне человек на другом конце.

— Чего? — не поняла я.

— Того, говорю: ночью чтобы была готова, — ответили мне.

Понятнее не стало, но, судя по интонации, вроде убить меня не собирались.

— К чему? — спросила я.

— К сексу, блин! — с сарказмом ответил он. — К ритуалу на кладбище.

— Ты кто вообще? — непонимающе спросила я.

— Ну ты дурочка? Влад я, блять! — объяснили мне.

— Да? — переспросила я.

— Да! — ответили мне.

— Зачем на кладбище? — уточнила я.

— Как зачем? А зачем чернокнижники на кладбища ходят? — ответили мне вопросом на вопрос.

— Ритуалить, — сказала я.

— Неужели дошло? — с преувеличенной радостью в голосе спросил он.

— Зачем вместе-то? — опять тупила я.

— Надо! Все, сегодня ночью я тебя жду у ворот старого кладбища в час. Без опозданий! — сказал Череватый и скинул вызов.

Ну опять я во что-то впуталась. Не умею я ему отказывать. Почему интересно знать? Точно какую-то магию на меня навел.

День прошел скучно и без происшествий. Я целый день просидела в телефоне, максимум что делая — это меняя позы от лежачего положения до сидячего и обратно. Время близилось к ночи. Я ничего не собиралась с Владом делать, только поздороваюсь, скажу, что плохо себя чувствую, и уйду обратно. Убеждала себя я.

И вот сейчас стою у ворот этого кладбища и жду парня. Ночь окутала его густым мраком, и лишь слабый свет луны пробивался сквозь облака, отбрасывая призрачные тени на могилы. Ветер шептал среди деревьев, создавая зловещие звуки, которые казались эхом давно забытых историй.

Могильные плиты, покрытые мхом, выглядели как темные силуэты, напоминая о том, что здесь покоятся души. Тишина была гнетущей, нарушаемой лишь редкими звуками — треском веток или шорохом листвы. В некоторых местах стояли старые кресты, искривленные временем, с выцветшими надписями, которые трудно было разобрать. Они казались стражами этого места, хранящими тайны ушедших.

Вдаль уходили извивающиеся дорожки, обрамленные кустами и высокими травами, словно приглашая заблудившихся посетителей в мрачное путешествие. На некоторых могилах лежали увядшие цветы, будто символизируя скорбь и память, но в их засохших лепестках таилась и некая зловещая красота.

Луна время от времени прорывалась сквозь облака, освещая участки кладбища и заставляя тени танцевать на земле. Каждое движение казалось подозрительным, и в воздухе витал легкий налет страха. Это место, полное воспоминаний и утрат, напоминало о том, что жизнь хрупка, а смерть — неизбежна. В такой ночи даже самые смелые сердца могли почувствовать холодок тревоги, стоя на грани между миром живых и миром ушедших. Главное — чтобы ближайшей ушедшей не стала я.

Ждать Череватого мне поднадоело, и я уже собиралась вернуться обратно домой, проклиная про себя и его, и его демона. Но издалека я заметила приближающийся силуэт. Он появился передо мной быстро и как всегда со своей коронной то ли улыбкой, то ли ухмылкой.

— А я думал ты уйдешь! — вместо приветствия сказал он.

— Ты специально? — с нарастающим возмущением спросила я.

Мой вопрос так и повис в воздухе, оставшись без ответа. Парень подошел к воротам и, убедившись, что они заперты, подозвал меня.

— Лезем через верх, — то ли спросил, то ли констатировал факт Влад.

— Как ты себе это представляешь? — задала я вопрос и посмотрела на внушительную высоту забора.

Он взял мою руку, положил себе на шею и поднял меня, держа за ноги и талию.

— Ногу перекинь на другую сторону и перелезь, — скомандовал он.

Решив, что сейчас лучше его послушать, я второй рукой оперлась на верхнюю часть забора. Высвободив ногу, я поставила ее в удобное положение на прутья забора и перелезла, оказавшись с другой стороны.

— Открой калитку, — продолжал командовать парень.

Пройдя пару метров, я отодвинула задвижку, и одна из створок ворот открылась. Теперь мы оба были на кладбище.

— Куда? — хотела спросить я, но Череватый уже шагал между могильными крестами, а я пошла за ним по пятам. Дура! Дура! Дура! Бегу, блин, как собачка на привязи: шаг влево, шаг вправо — боюсь сделать. Я категорически не понимала, куда мы шли, и на столько же категорически меня это бесило.

Наконец чернокнижник остановился у малоизвестной мне могилы.

— Иди сюда, — позвал он и присел на корточках около покосившегося креста.

Я подошла и присела рядом с ним.

— Чья это могила? — спросила я и перевела взгляд на парня.

— Просто место рабочие, — ответил он.

Я кивнула и перевела взгляд на потертую табличку: «Алексей Литонов, дата смерти: 15 февраля 2019 год». Я побледнела, а во рту все пересохло. Совпадение? Но ведь... Я ничего не понимала: Алексей — именно так звали моего бывшего парня-абьюзера, тот самый, из-за которого я вообще влипла во всю эту историю с бесом. Но разве он сейчас не в тюрьме? Что за бред? И дата не та. Он жив, хотя с чего я это взяла? Мне известно, что его посадили в тюрьму, а что было после — не знаю. Если предположить, то вполне возможно, что он умер в тюрьме, но это абсурд.

— Почему все-таки именно эта? — решила переспросить я.

— Это не я нас сюда привел, а ты, — пожал плечами Череватый.

Еще не лучше.

— В смысле? Я за тобой шла! — ответила я.

— Не знаю, я почувствовал, что твоя могила, — сказал он.

— Странно, но я с этим человеком никак не связана, — быстро сказала я.

— Окей, значит показалось, — пожал плечами Влад. Он прислонил зеркало прямо к могильному кресту и начал свой ритуал. Я только не понимала, я то здесь для чего нужна? Решила просто понаблюдать за его работой.

Он тронул меня за руку и потянул на себя.

— Сядь.

Череватый посадил меня впереди себя, и теперь я видела себя в зеркале. Он положил одну руку мне на грудь, а второй полу обнял за плечи.

— Что ты делаешь? — спросила я и посмотрела на его отражение. Он наклонил голову, касаясь моего затылка и что-то шепча.

— Либо ты ответишь, либо я разобью зеркало,— произнесла я. Нет, я его не боюсь, но приходило чувство дежавю. Я помню, как это было тогда, и сейчас было что-то похожее, но не совсем.

— Просто помогаю твоей энергией себе,— ответил он и продолжил шептать.

— Не ври,— сказала я и повернула свою голову. Наши лица были буквально в миллиметре друг от друга. Он хмыкнул и улыбнулся.

— Все, что мне надо было, я уже сделал,— сказал он.

— Тогда отпусти,— потребовала я.

— Не хочу,— продолжал улыбаться он.

— Ты флиртуешь со мной? — спросила я.

Он довольно кивнул.

— Флирт без причины — признак дурачины,— сказала я.

— Там смех говорится,— ответил он.

— К тебе и то и другое относится,— парировала я.

Он отпустил меня и встал, продолжая улыбаться.

— Чего такой довольный? Я не пойму? — подозрительно спросила я.

— Настроение хорошее,— он направился прочь.

— Стой, придурошный! — крикнула я и пошла за ним.

— Грустно без меня стало? — спросил он.

— И не мечтай,— ответила я.

— Пиздишь как дышишь,— вздохнул он.

— Не льсти себе.

— А кто ж мне еще польстит кроме себя самого? Знаешь как грустно жить, когда понимаешь, что тебя никто не ценит,— притворно вздохнул он.

— Бедный несчастный,— передразнила тем же голосом я.

— Ну а все-таки зачем ты меня позвал?

— Сам не знаю: что в башке у меня просто захотелось,— пожал плечами он.

— Ничего - себе под нос сказала я.

Когда мы уже дошли до калитки,я снова испытала те самые ощущения,которые испытывала сравнительно недавно.

Тело мое, но не я им руковожу. Разум чист, и спокойно могу соображать, говорить тоже могу, но руки и ноги не мои. Только не это и только не сейчас. Я с непонятно откуда взявшейся прыткостью и ловкостью оказалась за спиной у Череватого. Он тут же развернулся и успел как раз вовремя, потому что мои руки уже потянулись к его горлу. Наконец я смогла вытеснить беса из своего сознания и снова взять контроль над своим телом.

Нужно было как-то выкручиваться, и я в каком-то неизвестном мне самой порыве просто обняла его, закинув обе руки на шею и привстав на цыпочки. Я затылком почувствовала, как он улыбнулся.

— Могла бы и поцеловать, — смеясь, сказал он.

Вроде ничего не понял, значит, пронесло. Убью ж я его такими темпами. Я задумалась и забыла, что все еще обнимаю его.

— Я, конечно, все понимаю, но не хочешь в другом месте пообниматься? Например, в... — начал он.

— Скажешь — убью! — грозно сказала я и, отпустив его, стараясь не смотреть ему в глаза, пошла в сторону своего дома с кладбища.

— А мне понравилось, повторим? — крикнул он мне вслед.

Я показала ему в ответ фак и, завернув за угол дома, исчезла из виду.