8 часть

— Я не помню, чтобы ты хоть раз готовил сырный суп, так что не выделывайся, — Чонгук закатывает глаза, но всё-таки идёт к холодильникам, чтобы достать плавленый сыр.

"— Это кто тут ещё выделывается?" — в динамике телефона в который раз раздаётся недовольный голос Сокджина, а после рядом с ним что-то, кажется, падает, и он отключается, смачно матерясь.

Чон вздыхает. Чёрт его дёрнул согласиться пойти за покупками в магазин. Сокджин, вроде как, собирался сам, но внезапно "голова заболела, предчувствие плохое, живот крутит, и вообще готовить еду надо, так что, давай, собирайся и шуруй", и его не волнует, что по идее Чонгук идёт за продуктами, из которых Джин и будет что-то в дальнейшем готовить. Но делать нечего, так что пришлось младшему надевать кроссовки и спускаться до магазина, который, благо, находится в этом же подъезде. Куча отговорок Сокджина становятся бессмысленными и глупыми от осознания этого. Но возвращаться, чтобы отправить за покупками нерадивого соседа, уже бессмысленно.

Список продуктов, которые нужно купить, у Чонгука на руках. Жалкий клочок бумаги, на котором чёрт знает как уместилось больше десяти пунктов, хотя, казалось бы, размер бумажки примерно три на три сантиметра. Всё записано коротко и сокращённо, отчего Чону приходится напрячь мозг, чтобы хоть что-то понять. Краткость — сестра таланта.

И вот, вроде бы Чонгук всё купил и идёт на кассу, но Ким как будто чувствует это и звонит именно в тот момент, когда Чон подходит к кассе и занимает место в очереди. Видите ли, он забыл написать ещё пару продуктов, и сейчас, пока он будет их вспоминать, Чонгуку придётся снова нарезать круги по супермаркету. Великолепный вечер, нечего сказать.

— Зачем ему приспичило готовить этот сырный суп? — говорит себе под нос, доставая сыр из холодильника и бросая его в корзинку.

Пока Джин разбирается на кухне с тем, что прервало их звонок, Чонгуку ничего не остаётся, кроме как просто бродить в ожидании новых указаний. Он, конечно, может вернуться домой, но его в таком случае встретят у входа с половником и спустят по лестнице вниз, набив шишку и наорав за то, что он купил не всё, а Чон уверен, что сейчас Ким перезвонит и надиктует ему ещё с десяток пунктов, которые он "забыл" записать.

И снова с уст Чонгук срывается тяжёлый вздох.

— Чего мой малыш вздыхает?

Рядом слышится голос Чимина, но Чон за последнее время настолько часто его встречает, что уже почти не реагирует на его внезапные появления.

— Джин послал за покупками, — коротко отвечает, опираясь руками на тележку с продуктами и поворачивая голову в сторону Чимина.

Тот выглядит как-то непривычно, слишком по-домашнему что ли: волосы немного влажные, словно он недавно вышел из душа, на лице полное отсутствие макияжа, хотя обычно, Чонгук замечал, он пользуется косметикой, пусть и совсем немного; из одежды на нём, как и на самом Чоне, домашние спортивные штаны и футболка, которая явно повидала жизнь. Они оба явно не планировали выходить сегодня из дома, но судьба думает иначе.

— Ты, вижу, тоже не в восторге от пребывания здесь? — хмыкает Чонгук.

— В точку, — архангел улыбается, подходя ближе, — Юнги решил, что самое время устроить марафон по сверхам, а для любого хорошего марафона всегда нужны закуски.

— Понимаю, — демон качает головой, — А почему пошёл именно ты?

— Я плохой игрок в "камень-ножницы-бумага", — вздыхает, а Чонгук заливается смехом.

Чимин смотрит на него с лёгкой улыбкой, а Чону с каждой секундой даже как-то не по себе становится от неё. Она какая-то слишком... Он даже описать не может, какая. Он смотрит на него, будто на ребёнка. С какой-то... нежностью?

Подобные мысли смущают Чона, и он отворачивается, доставая телефон и проверяя его на наличие пропущенных.

— Ты не торопишься, как я погляжу, — произносит Чимин.

— Жду звонка от Джина, — демон цокает, — Он, видите ли, забыл записать какие-то продукты в список, так что он стал диктовать их по телефону. А потом на кухне, видимо, случился конец света, раз он не перезванивает уже около десяти минут.

— Составить тебе компанию?

— Тебя же ждут дома.

— Похуй.

— В таком случае, я не против.

Следующие пятнадцать минут проходят в хождении по магазину кругами, закидывании в тележку Чонгука или корзинку Чимина всякой всячины, которую покупать вообще не было в планах. Но это получалось само собой, ибо обоих парней разговор слишком уж увлёк. Чон забыл о том, что ждёт звонка от Сокджина, Пак забыл о том, что его дома ждут Юнги и Хосок, которые, на самом деле, уже давно включили первый сезон сериала и смотрят его вдвоём. Диалог действительно интересный, так что мысли о постороннем как-то в голову не лезут. Прямо как в тот день, когда они вместе пили на кухне, только сейчас на трезвую голову. И это, как кажется Чонгуку, действительно сближает.

— Слушай, а ты не хочешь как-нибудь вместе посидеть у кого-нибудь на хате? — неожиданно спрашивает Чимин, а Чонгук всерьёз задумывается о том, как спровадить Джина куда-нибудь, ведь затусить у Чона дома было бы куда удобнее, нежели у Чимина.

Но потом что-то в его голове переклинивает.

— Как ты себе это представляешь? — спрашивает, хотя сам знает, что это не проблема.

— В смысле? — смотрит непонимающе, а Чонгук отводит взгляд.

— Ну, у тебя дома Юнги и Хосок, а у меня Джин. Ни к одному из нас не получится пойти, — бросает взгляд на холодильник, замечая там банановое молоко, и тянется к нему.

— Почему обязательно надо выгонять всех? — архангел смеётся, — Мы же не трахаться собираемся, ей Богу, а просто посидеть и попиздеть.

Чонгук от этих слов едва ли не роняет бутылку молока и начинает краснеть. Напиток он быстро отправляет в тележку, но затем смотрит на всё её содержимое и со вздохом ставит молоко обратно в холодильник, прикидывая, что на всё это ему выделенных другом денег определённо не хватит.

Чимин смотрит на эту немую сцену какое-то время, после чего тянется к поставленному на полку напитку.

— Тебе нравится банановое молоко? — спрашивает, беря бутылку в руку.

— Типо того, — Чонгук следит за движениями архангела и закусывает губу.

— Вкусное? — Пак поднимает на секунду взгляд, а молоко кладёт к себе в корзинку, протягивая руку за ещё одним.

— Очень, — кажется, из уст Чонгука это звучит слишком отчаянно, судя по пробившемуся смеху Чимина.

— Тогда возьму побольше, хочется попробовать, — и снова он протягивает руку к полке, доставая уже третью бутылку.

Завистливый демонический взгляд провожает его руку до корзинки, едва ли не пожирая. Обидно. Очень. В следующий раз придётся просить у Сокджина больше денег и бежать за молоком в первую очередь.

К слову, вспомни солнце — вот и лучик. Спустя секунду после всплывшего в мыслях Кима, Чонгук чувствует ногой вибрацию телефона, лежащего в кармане, и поспешно достаёт его.

— Почему так долг...

— Я передумал что-то ещё покупать, так что иди домой. И давай быстрее, я есть хочу, — быстро проговаривает Джин и сбрасывает, а растерянный и медленно закипающий Чонгук так и остаётся стоять с телефоном у уха, нечитаемым взглядом смотря вперёд.

Пак, услышав слова, прозвучавшие в трубке, с сожалением улыбается и хлопает парня по плечу, направляясь к кассе.

Ещё через пять минут, что тянулись как целые десять, оба парня оказываются на улице, никак не решаясь попрощаться.

— Ну так, что на счёт посиделок у кого-нибудь? — подаёт голос Чимин, задирая голову и смотря на звёздное небо.

— Можно у меня в принципе, если хочешь. У тебя Хосок не даст мне покоя, — демон отвечает задумчиво, тоже поднимая голову и смотря вверх.

— Действительно, — архангел тихо смеётся, переводя взгляд на увлечённого наблюдениями Чонгука, — Тогда, напиши, когда у тебя будет время. Я свободен каждый день.

— Бездельник?

— Нет, только для тебя, — хмыкает, а Чонгук снова странно реагирует на него слова, почему-то чувствуя, как к щекам приливает кровь.

Благо на улице ночь, и Чимин вряд ли что-то разглядит на его лице. Этот факт приносит ему значительное облегчение.

— Можно завтра, — пожимает плечами.

— Окейс, — кивает Чимин, подходя к Чонгуку и протягивая пакет.

Тот непонимающе смотрит на него, а Пак улыбается, просто напросто всовывая этот пакет в руку Чонгука.

— Что ты делаешь? — спрашивает демон, смотря в пакет и замечая там три бутылки бананового молока.

— Моя благодарность за приятный, пусть и короткий, вечер, — улыбается, зачесывая волосы и делая шаг назад, — Пора по домам. Рад был поболтать. Напиши мне завтра, окей?

Чонгук заторможено кивает.

— Отличненько. До завтра, малыш.

И разворачивается, поспешно удаляясь в сторону своего дома.