Глава 6

Хань Чаншэна не интересовала секта Юэхуа. На самом деле всё, чего он хотел — это выполнить порученную ему задачу. А именно, изгнать Лорда Ань Юаня из секты, а потом, следуя судьбе, прописанной Блюстителем, вернуться и снова возглавить секту Тяньнин. Поэтому, за исключением обязательных дел, большую часть своего времени, в ожидании этого грязного бессмертного лорда, он проводил за сном в своей комнате или наблюдая, как другие тренируются владеть мечом.

Пусть он и не собирался ни во что встревать, чисто импульсивно он вытащил своего шиди из затруднительного положения, а заодно преподал урок шимэй. И теперь семена невзгод направлялись прямиком в его сторону.

Хань Чаншэн завершил свою тренировку и уже шёл в свою комнату, когда позади него раздался голос Юэ Юй'эр:

– Да шисюн!

Он чуть помедлил, а затем продолжил свой путь.

Шаги торопливо догнали его.

– Да шисюн! Я же к тебе обращаюсь!

Хань Чаншэн ледяным тоном спросил:

– Чего тебе?

Юэ Юй'эр с макушки до пяток была залита потом. От тяжёлого дыхания её грудь вздымалась. Она явно приложила немало усилий в своей тренировке. Девушка встала на пути Хань Чаншэна:

– Да шисюн, давай устроим ещё одно состязание. Последние два дня я упорно тренировалась и добилась большого прогресса!

Хань Чаншэн закатил глаза. Если бы результаты тренировок можно было увидеть всего через два дня, этого главу секты не загнали бы в угол. Ему бы не пришлось так долго оставаться вдали от собственной секты да ещё и страдать от рук этого паразита Лорда Ань Юаня!

Ему было слишком лень возиться с Юэ Юй'эр, поэтому он просто прошёл мимо неё. Но она внезапно бросилась на него и, не дожидаясь его согласия, закричала:

– Да шисюн, я нападаю! – едва эти слова сорвались с её уст, как она нанесла ему удар в спину!

Хань Чаншэн слышал, как она приближается к нему сзади, но даже голову не повернул. Деревянный меч скользнул мимо, и он просто схватился за деревяшку, оттолкнув назад, тем самым нанеся удар Юэ Юй'эр. С силой швырнув её на землю, он отбросил назад её меч. Девушка вскрикнула – Хань Чаншэн вонзил меч в землю всего в паре дюймов от её уха.

Хань Чаншэн отряхнул руки. Теперь, когда он преподал этой маленькой девочке такой жестокий урок, она наверняка испугается и оставит его в покое!

Остальные ученики бросились вперёд, помогая ей подняться и осуждая Хань Чаншэна:

– Да шисюн, как Вы можете так жестоко обращаться с шимэй?!

Задрав нос к небу, тот гордо ответил:

– Тебе не удастся компенсировать недостаток навыков, заставляя людей искажать слова и логику. Как ребёнок из секты Юэхуа стал таким самовлюблённым?!

Юэ Юй'эр отпихнула от себя учеников, которые пытались помочь, и нетерпеливо сказала:

– Прочь с дороги! Кто просил вас помогать?!

Ученики отправились восвояси, чувствуя себя обиженными.

Юэ Юй'эр со звёздочками в глазах уставилась на Хань Чаншэна:

– Да шисюн так силён! Ты лучше, чем Эр шисюн. Ты слишком легко меня отпустил. Да шисюн, ты слишком мягок!

– ... – Хань Чаншэн был ошеломлён. "Привет, тебе только что мозг отшибло? Я швырнул тебя на землю, а ты говоришь, что я слишком мягок?!"

Отряхнув пыль с одежды, она подбежала к нему:

– Да шисюн, когда ты в последний раз приглашал меня пообедать вместе, у меня не было времени, но сегодня я совершенно свободна.

– ...Я занят, – Хань Чаншэн содрогнулся и, развернувшись, зашагал прочь.

Не желая видеть, как он уходит, Юэ Юй'эр погналась за ним.

– В прошлый раз, разве ты не говорил, что возьмёшь меня с собой в горы и купишь мне новую одежду?

– Занят!

– Ты сказал, что возьмёшь меня собирать корень лотоса...

– Занят!

– Ты говорил, что поймаешь фазана, чтобы я попробовала его...

– Занят!!! – "Что, предыдущий Ли Цзюлун был таким дураком?! Сколько раз ему отказывала эта глупая девчонка? А он всё равно продолжал приглашать её на свидания?!"

– Ты говорил...

Хань Чаншэн остановился. Не в силах больше этого выносить, он мигом запечатал её акупунктурные точки и, как только она застыла на месте, сказал:

– Больше не докучай этому лаоцзы! Лаоцзы ты не интересна! Ещё раз появишься перед лаоцзы, и лаоцзы непременно проследит, чтобы тебя снова побили! – он даже поднял кулак в знак обещания.

Теперь, после столь бессердечной речи, эта маленькая девочка должна была всё уяснить. Он оставил деревянный меч валяться на земле возле Юэ Юй'эр и просто ушёл.

Несколько учеников сразу же подбежали к ней и принялись ходить кругами, разблокировывая её акупунктуры. Через некоторое время её наконец освободили.

– Шимэй, это уже слишком! Как он может так ужасно относиться к тебе?

– Точно, шимэй, забудь ты об этом да шисюне.

– Мы расскажем шифу, что да шисюн над тобой издевался...

Юэ Юй'эр прогнала их прочь. Устремив взгляд на спину уходящего Хань Чаншэна, она обняла ладонями свои нагревшиеся щёчки и прошептала:

– Да шисюн такой красивый, когда сердится...

Успевший довольно далеко уйти, Хань Чаншэн чихнул и потёр нос. Без малейшего понятия, к чему это, он продолжил свой путь.

Войдя в комнату, он увидел на своей кровати пушистый комочек. Приблизившись, он обнаружил, что это был всё тот же полосатый кот.

Заметив, что хозяин вернулся, кот спрыгнул с кровати и принялся кружить возле его ноги. После того как Хань Чаншэн накормил его, кот ежедневно приходил играться к нему. Всякий раз, при виде него Хань Чаншэн вспоминал дни, которые проводил, болтаясь с кошками, что выращивал на горе Гу Минсяо, поэтому всегда приносил с собой что-нибудь съестное.

– Мелкое тухлое яйцо, только глянь, какую вкусняшку я тебе сегодня принёс, – Хань Чаншэн вытащил из рукава кусок сушёной говядины и протянул коту. Кот умял весь кусок, а затем потёрся об его ладонь.

Хань Чаншэн взял его на руки и погладил по блестящему меху.

– Мелкое тухлое яйцо, почему ты такой некрасивый?

Гу Минсяо вырастил восемнадцать кошек разных пород, дав им всем клички, такие как "прозрачный, как лёд, и чистый, словно нефрит", "мудрый, словно искрящийся снег", "мышцы изо льда, а кости из нефрита" и тому подобное. Хань Чаншэн всех их презирал и втайне назвал кошек "вонючим яйцом", "идиотом", "уродливым яйцом" и так далее. Он просто не мог смириться, что Гу Минсяо со своими кошками было комфортнее, чем с людьми или с тем, что эти кошки были настолько горды, что не обращали никакого внимания на главу секты. При первой же возможности он пробирался в Зал Фиолетового Нефрита, чтобы промыть им мозги: "Твоя мама в курсе, что ты такой некрасивый?", или "Ты настолько туп, что даже мышь не поймаешь, ты помрёшь с голоду, понятно тебе?", или "Гу Минсяо откармливает тебя. Ох, я надеюсь, что мы каждый день будем наслаждаться котлетами!" В итоге он уже сбился со счёта, сколько раз Гу Минсяо его прогонял.

В секте Юэхуа он мог как пожелает измываться над слабыми существами. К сожалению, когда никто не гнался за ним, угрожая надрать ему зад, он чувствовал себя весьма одиноким.

Какое-то время мелкое тухлое яйцо валялся на руках Хань Чаншэна, подставив ему свой животик. Он наклонился и поцеловал кота в нос. Кот высунул язычок и лизнул его в губы. Хань Чаншэн вздохнул.

Спустя какое-то время кот выпрыгнул из его объятий и вернулся на кровать, с любопытством обнюхивая лежавшее на нём саше.

Он тоже подошёл ближе. Это было то самое саше, которое дал ему Лю Сяоци. Он, особо не задумываясь, оставил его у себя на постели и в эти дни спал хорошо, при этом его жизненная сила была стабильна. Впрочем, он не мог быть уверен, какую роль в этом сыграло саше.

Схватив саше, он поднёс его к носу и принюхался. Аромат был слабым, но освежающим.

– Благовония? – пробормотал он. Секта Юэхуа не владела навыками изготовления благовоний, так что Лю Сяоци должен был приготовить их сам. Вот только научиться этому здесь он не мог. В этом году ему исполнилось шестнадцать, и он всего два года провёл в секте Юэхуа. Его умение изготавливать благовония должно было развиться ещё до того, как ему стукнуло четырнадцать.

Хань Чаншэн был погружён в свои мысли, когда услышал, как кто-то снаружи кричит:

– Эр шисюн вернулся! Он в зале для письма! Скорее, идём!

Вздрогнув, Хань Чаншэн отбросил саше в сторону.

"Бессмертный Собака-Лорд вернулся!"