Предпоследняя

Зейн

— Мы дома! — кричу я, распахнув входную дверь.

Хейли мнётся у входа. Она сильно нервничает, но это ничто в сравнении с тем, что происходит внутри меня. Сжимаю её ладонь, она поднимает глаза и улыбается.

Разматываю огромный шарф с её шеи. С трудом сдерживаюсь, чтобы не впиться губами в нежную кожу.

Не делать этого становится труднее, когда я замечаю, как дыхание девушки замедляется, а жилка на шее бьется так сильно, словно посылает сигнал, говорящий о том, что мы думаем об одном и том же.

— Ты вернулся!

Мамин голос прерывает мои мысли.

— Ох, ты не один, милый!

Лицо женщины сияет. Она слышала о том, что меня интересуют женщины, но ни разу не видела ни одну из них.

— Это Хейли, моя...

— Старая знакомая, — добавляет девушка и протягивает руку маме, — Очень приятно.

На наших лицах смущение, и это чудовищно забавляет. Еще пару часов назад я и помыслить не мог, что окажусь в самой нереализуемой фантазии, которую только мог придумать мой мозг.

— Хейли? — удивленно переспрашивает мама, — Триша. Я так рада тебя видеть!

В ее глазах столько вопросов, что она начнет задавать их с минуты на минуту, поэтому я сообщаю, что мы замерзли и проголодались. Для мамы фраза звучит сиреной, поэтому она устремляется в гостиную, чтобы включить отопление, затем в кухню, чтобы достать выпечку из духовки.

***

Дома тепло и уютно. Мамины вкусняшки, смех Хейли, непринужденный разговор, мы как одна семья. От всего этого голова идет кругом. Я даже не могу вникнуть в суть разговора, витая в гребаных сахарных облаках.

Чувствую себя странно. Слишком спокойно. Словно очутился в детстве. Эйфория длится до тех пор пока я не осознаю: этот вечер закончится. Слишком скоро.

Черт.

Я должен удержать Хейли.

Последний год я учился быть другим, быть тем, кто нужен ей. Это едва мне удавалось, пусть так. Но сейчас, я должен удержать её.

— Зейн? — Хейли смотрит на меня, ожидая ответа на вопрос, который я не слышал за залпом размышлений, — Ну, так как? Я спрашивала...

Она замолкает и смотрит на меня. Это длится слишком долго. Черт возьми, я вижу, как её глаза наполняются слезами или хочу видеть это?

Между нами повисает тишина, слышно только тикание старинных дедушкиных часов.

— Зейн, ты не поможешь мне в кухне? — интересуется мама, чтобы разрядить неловкость обстановки.

— Давайте, лучше я, — Хейли встаёт с дивана.

— Нет! Ты наша гостья, отдыхай, это займёт пару минут. Зейн?

Киваю и прохожу по коридору вслед за мамой.

— О, Боже! — она хватается за сердце, как только мы оказываемся наедине, — Это та самая девушка?

— Ага.

Наливаю стакан воды, ощущая невероятную жажду. Обычно я не люблю разговаривать с мамой о чувствах, словно шестнадцатилетний подросток, но сейчас я рад, что она проявляет интерес.

— Но как? Как вы встретились?

Мама старается говорить как можно тише, но ей тяжело сдерживать эмоции.

— Не понимаю. Я гулял по городу, зашёл в кофейню на площади. Сначала не поверил своим глазам, но это была она. Сидела, закинув ноги на кресло, смотрела в окно и слушала музыку. Я подумал, что попал под трамвай по дороге сюда и оказался в потустороннем мире.

— Что это было? В гостиной? Вы бы видели себя со стороны, я даже прочувствовала эту драму. Буквально прочувствовала, Зейн! Ты не?..

— Нет! — отвечаю я, понимая, что она имеет в виду.

Маме пришлось много пережить, когда я опустился на дно в последний раз. Она прекрасно знает о моих методах борьбы с болью и помнит, что я говорил о Хейли в минуты, когда был на грани. Но этого не повторится. Я справился и сделаю это еще раз. Даже если она уйдет.

— Прошло так много времени, - шепчет мама.

Ощущаю желание закурить, но я стараюсь не делать этого при ней, чтобы не расстраивать. Поэтому смотрю в окно, оперевшись руками о столешницу.

—Почти год.

Воспоминания похожи на запутавшуюся гирлянду, которую воткнули в сеть. Вспышками мигают наши встречи, поцелуи, смех, ссоры, секс.

— Я волнуюсь за тебя, — продолжает мама, — Хейли невероятно хорошенькая, она нравится мне, но Зейн... Теперь тебе потребуется еще больше времени, чтобы забыть ее.

— Я не пытался сделать это, — отвечаю я, — Никогда.

Она тяжело вздыхает. Смотрит мне в глаза.

— Что, если она не захочет быть с тобой?

— Справлюсь, — улыбаюсь я, — Я дал тебе слово, помнишь об этом?

Оставляю поцелуй на ее щеке и возвращаюсь в комнату. Хейли полулежит на диване, слегка откинув голову. Ее рот приоткрыт, и это чертовски мило — видеть, как она спит. Снова.

— Я принесу плед, — тихо говорит мама. — Мы можем разбудить ее, — шепчу я, - Не хочу, чтобы она ушла.

Мама понимающе улыбается и увеличивает мощность обогревателя.

— Буду у себя, — говорит она, задержавшись у входа, — Будь осторожен, Зейн.

Усаживаюсь в кресло и рассматриваю лицо Хейли словно долбаный маньяк. Всегда любил, когда она улыбалась во сне, отзываясь на мои прикосновения. Хмыкаю, подумав о том, как она отреагирует в этот раз.

После нее я не спал с женщинами, в том смысле, что мы не засыпали вместе. Я не пускал Эллин в дом, который купил. Она злилась, но я придумывал оправдания. Ночи в гостиницах или её квартире не были похожи на те, что мы проводили с Хейли.

С Эллин занимались сексом, а после — разбегались. Каждый по своим делам.

Я никого не пускал в свой дом.

Потому что это дом на холме.

Потому что это дом у моря.

Чтобы отвлечься, беру со столика книгу с репродукциями Национальной галереи. Разглядываю иллюстрации, но смотрю сквозь страницы. В голове пульсирует лишь одна мысль: что, если она не захочет быть со мной?

***

Просыпаюсь от шороха, и книга падает с колен.

— Черт, — слышится голос Хейли, - Я уснула? Господи, какой ужас.

Открываю глаза и вижу, как девушка подносит ладони к своему заспанному лицу.

— Который час? - спрашивает она.

— Не знаю, - отвечаю.

— Как глупо, — тихо смеётся она, - Я вырубилась прямо во время разговора с твоей мамой?

— Почти, — хмыкаю я.

За окном темно, и непонятно, вечер сейчас или ночь. Пытаюсь разглядеть циферблат старых часов, но не могу.

— О Боже, почти час ночи!

Хейли с ужасом смотрит в экран телефона.

— Семь пропущенных... Когда я успела выключить звук? — бормочет она, разглядывая список вызовов.

Встаю, чтобы включить ещё один торшер.

— Мне нужно идти, - говорит она.

Меня охватывает страх, примешанный отчаянием. Я готов на что угодно, чтобы продлить нашу встречу хотя бы на несколько часов.

— Останься, уже поздно.

Девушка поднимает глаза, встречаясь с моими. Зрачки расширяются. Я знаю — так выглядит ее желание, поэтому радуюсь шансу.

— Можешь занять комнату для гостей, — добавляю я.

Хейли облизывает губы и выжимает улыбку.

— Зейн... Будет лучше, если я уйду.

— Хорошо, — соглашаюсь я, ощущая себя идущим по натянутой над каньоном веревке.

— Поможешь вызвать такси?

— Я отвезу тебя.

Мысленно молюсь, чтобы она не отказала мне хотя бы в этом.

— Как хочешь.

Хейли встает с дивана и поправляет свитер, задравшийся так, что я вижу краешек оголенной кожи в районе живота.

— Где ты остановилась?

— В «Виктории», на Воксхолл-Бридж.

Я расстраиваюсь. Это место находится не так далеко от моего дома, а я надеялся провести с ней больше времени. Хорошо, что она не знает город, и мы можем проехать не самой короткой дорогой.

***

— Давно виделась с Джастином? - спрашиваю я, когда выруливаю на дорогу.

Хейли смущена. Это видно по выражению лица, поэтому я расслабленно улыбаюсь и добавляю, что рад был видеть его на презентации альбома.

Девушка расслабляется и прикрывает глаза, пытаясь вспомнить дату.

— Он прилетал на матч в.... Кажется, это было в феврале. Это был финал местной лиги. И ещё, мы провели почти две недели на Ямайке, чтобы встретить новый год. Он пытался развеселить меня, устраивая ежедневные вечеринки, но меня веселило не это.

— Что же?

— Ты знаешь, что он решил написать биографию?

Взрываюсь от хохота, потому что и сам думал об этом после последнего разговора с Джастином.

— Он взял с собой ту писательницу, которая придумала сценарий к фильму «Седьмая». Невероятный талант — сделать из жизни Бибера такой шедевр. Я читала часть рукописи. Эта девушка знает, как написать бестселлер с миллионным тиражом.

— Я не знал о Ямайке, — говорю я, улыбнувшись.

Я больше не ревную Хейли к Биберу, потому что понял — они никогда не станут парой.

Я вижусь с ним, и наши отношения наладились. Мы снова называем себя друзьями, но никогда не разговариваем о Хейли. Нет, не потому, что я поступил с Джастином, как последний мудак. Просто он понимал, какую боль я испытываю каждый раз, когда что-то напоминает мне о ней.

— Я рад, что вы дружите, — улыбаюсь я, — Искренне, потому что желаю каждому человеку иметь такого друга.

— Спасибо.

Мне кажется, она благодарит меня за то, что я не впадаю в ярость, услышав имя парня.

— Прости, что сомневался.

Знаю, я не должен возвращаться к разговору о наших отношениях, но подло пользуюсь тем, что Хейли никуда не денется из машины.

— Во мне? — интересуется девушка.

— В себе, — отвечаю я.

Она кивает головой и отворачивается к боковому окну.

— Я ушел, потому что не доверял себе.

Хейли резко поворачивается. Смотрю на дорогу, но боковым зрением вижу, как она сверлит меня взглядом. Останавливаю машину у края обочины, ставлю в режим парковки и включаю аварийный сигнал.

— В ту ночь я пришел к тебе. Стоял несколько часов, не решаясь войти. Я видел вас двоих в окно, ты не закрыла ставни.

— Думал, Джастин воспользуется моментом?

— Нет, он ждал меня. Хотел, чтобы я исправил ситуацию. Объяснился, попросил прощения и сказал, что этого не повторится.

—Но ты решил подарить меня ему?

— Это не так.

— Я хотела услышать объяснения, — признается Хейли, — Больше всего на свете.

— Знаю.

— Если бы ты только знал, через что мне пришлось пройти. Если бы знал, какую боль я испытывала каждую секунду, и от неё не было спасения. Никто и ничто не могло защитить меня от той пытки. Знаешь, несколько раз я пыталась позвонить тебе, готовая умолять о том, чтобы ты придумал оправдание. Любое. Я бы поверила во что угодно, лишь бы увидеть тебя. Я знала, насколько это будет унизительно, но была в сильном отчаянии. Я хотела извиниться за то, что накричала на тебя, чувствовала себя виноватой в том, что мы расстались. Хорошо, что ты сменил номер, правда?

Кладу голову на руки, сложенные на руле.

— Прости, — шепчу я.

Знаю, этих слов недостаточно чтобы выразить все сожаление, но не могу подобрать других слов.

— Прошел почти год, Зейн. Мне легче. Время умеет лечить, как бы ни банально это звучало.

— Я знал, что разрушаю тебя, и это не прекратится. Ты не должна тратить жизнь на зависимого парня, который не умеет контролировать эмоции.

В её грустных глазах печаль, рот слегка приоткрыт, словно она хочет сказать что-то, но не может подобрать слов. Невероятно, как сильно меня влечет к этой девушке. Я хотел многих женщин, но жажда обладать Хейли болезненна до предела. С того момента, как я увидел ее впервые.

Медленно наклоняюсь к ее лицу. Она не уводит голову назад, но и не наклоняется навстречу. Между нашими губами остаются миллиметры, когда кто-то стучится в окно.

— Что? - рявкаю я, опустив стекло.

— У вас все в порядке? — спрашивает полицейский, — Здесь запрещена остановка.

— Простите, мы немного заблудились, - отвечаю я, — Уже уезжаем.

— Ты изменился. Очень, — говорит она, когда мы снова катим по широкому проспекту, — Я не имею в виду внешность.

— В самом деле? — улыбаюсь я.

— Мне нравится, что ты стал старше, — хихикает Хейли.

— Почти на год! — смеюсь я в ответ.

— Я говорю серьезно!

— И как я тебе, когда я такой.. взрослый? — я поигрываю бровями, чтобы разрядить обстановку.

— Если бы мы встретились сейчас, у нас бы все получилось, — внезапно произносит она.

Хорошо, что перед нами возник светофор. Это дает мне минуту на то, чтобы прийти в себя. Мне показалось, или Хейли дает мне шанс?

— Может быть, у нас получится сейчас?

— Мы познакомились не сейчас, Зейн. Слишком много событий, которые нельзя стереть из памяти.

Боже, все чего я хочу, чтобы эта дорога не заканчивалась никогда. Чтобы  этот долбаный светофор так и горел красным. Все, что мне сейчас нужно — это видеть её лицо, освещённое неоновыми огнями.

— Зеленый, — девушка кивает в сторону светофора, и мне приходится жать на газ, сокращая минуты нашей встречи.

***

— Рада была увидеть тебя.

Хейли тянется за сумочкой, лежащей на заднем сидении, когда мы останавливаемся у входа в гостиницу.

— Вся команда остановилась здесь?

Она удивленно вскидывает брови. Да, я задаю глупый вопрос, но это первое, что пришло мне в голову, чтобы задержать ее в машине.

— Нет, — отвечает она, пожав плечами, — Только я. Остальные живут на спортивной базе, за городом.

— А ты почему не с ними?

—  Хотела посмотреть город, раз у меня выдался выходной.

— Увидимся завтра? — интересуюсь я, и она вздрагивает, словно я поднес к ней раскаленный металл.

— Зейн...

Хейли дотрагивается пальцами до своего носа, опустив голову. Пытается найти причину, чтобы отказать или раздумывает над предложением?

— Не думаю, что это хорошая идея, но я была рада увидеть тебя. Это правда. Мне приятно видеть, что у тебя все хорошо.

Пульс отбивает слово «нет» в виски.

— Покажу тебе город. Единственный выходной нужно провести как следует!

— Я приглашена завтра на свидание, — выпаливает она.

Гребаное дерьмо.

— О! — едва сдерживаюсь, чтобы не ударить кулаками о руль.

— Прости.

— Ты не должна извиняться, — улыбаюсь я, — Все в порядке. Кто-то из футболистов?

— Да.

Хейли крайне смущена. Это видно по выражению ее лица и по тому, как нервно она теребит ручку сумки.

— Кто он?

— Зейн... — произносит она предупреждающим тоном.

— Да нет же, — я улыбаюсь еще шире, стараясь расслабить тон голоса, — Я в норме. Мы расстались, у тебя своя жизнь, и это нормально. Мой интерес связан с любопытством.

— Антуан, — отвечает она, облизнув губы.

Из ее уст имя парня звучит так мило, что мне хочется порвать его французскую задницу на британский флаг.

— Круто! Он хороший нападающий. И я знаю, что у него блестящие и шелковистые волосы. Без перхоти. Я даже купил себе тот шампунь.

Она заливисто смеётся, откинув голову назад. Меня накрывает ароматом жасмина, идущим от ее шеи.

— Вся команда издевается над ним с тех пор, как он снялся для этого рекламного ролика.

Она расслабляется и мягко проводит пальцами от уха ниже, к ключицам. Хейли сходила с ума, когда я проделывал этот путь языком. Интересно, она позволяет французу делать это?

Только сейчас осознаю, что у нее могли быть мужчины после меня.

— Вы вместе?

— Нет, — отмахивается девушка, и я ощущаю облегчение, — Антуан ухаживает за мной с тех пор, как я пришла работать в команду.

— Это приличный срок, — резюмирую я.

Наверняка, они спят, и парень ждёт Хейли в ее номере. От этих мыслей подкатывает тошнота.

— У нас было уже два свидания, - продолжает говорить она, - Завтра будет третье, - она пожимает плечами.

Два свидания?

За несколько месяцев?

Едва сдерживаюсь, чтобы не выдать своего счастья.

— Третье свидание — это...

— На самом деле, это следующий шаг в наших отношениях, — Хейли говорит серьёзно, нахмурив брови.

Это значит, что он может трахнуть ее на третьем свидании?

— Между вами ничего не было?

— Нет, конечно, нет!

Девушка округляет глаза, словно я спросил её «кусала ли она когда-нибудь бегемота?»

— Может быть, это случится, ты понимаешь... — она снова теребит свою сумку.

Поднимаю её лицо, притянув за подбородок и смотрю в глаза.

— Ты встречалась с парнями с тех пор?

— Да! — быстро отвечает она и опускает взгляд, — У меня была целая куча парней. Не помню, сколько... Пять? Да, думаю, пять или шесть...

— У тебя никого не было, так?

— С чего ты взял?

Хейли пытается придать себе непринужденный вид, но я вижу все. Это написано на её милом личике.

— Твою мать, — выдыхаю я, — Это невероятно.

Я думал, что хотеть её ещё сильнее просто невозможно.

У. Неё. Никого. Не. Было.

Она опускает голову себе на колени, и я слышу всхлипывания.

Я снова сделал что-то не так.

— Детка, — шепчу я, поглаживая ее по волосам.

— Зейн, пожалуйста, — она поднимает голову и вытирает слезы, - Мне нужно идти.

Тянусь к бардачку, чтобы достать ручку и лист бумаги. Записываю свой номер, кладу ей в руку и выбираюсь из машины, чтобы открыть ей дверь.

— Я буду ждать твоего звонка.

Она не отвечает, лишь кивает головой. Это хорошо, потому что молчание дает надежду.

Хейли устремляется ко входу в отель и через пару мгновений оказывается в лобби. Я вижу ее фигуру сквозь стеклянные окна. Девушка вызывает лифт, дожидается, когда двери кабины откроются перед ней, но не заходит внутрь.

Некоторое время она стоит перед недоумевающим лифтером, затем разворачивается и стремительно направляется в сторону выхода. Сердце выпрыгивает из груди, когда я понимаю, что она возвращается ко мне.

Внезапно она останавливается. разворачивается в противоположную сторону и забегает в лифт.

Обессилено откидываюсь на спинку сидения и явственно ощущаю знакомый и сладкий аромат дыма. Он щекочет ноздри, напоминая о том, как хорошо помогает в таких ситуациях.

Оглядываюсь по сторонам. В узком переулке между домами стоит толпа подростков. Хмыкаю, закрываю окно и выруливаю в сторону дома.

Я справлюсь, Хейли.