Нет, еще не конец

Весна, 2017 год

Хейли                     

Я сижу в креслe малой арены, наблюдая за тренировкой и кутаюсь в шерстяной шарф. Мне стоит зайти внутрь, но я так давно не видела солнца, что готова наслаждаться лучами даже в минусовую температуру.

Поднимаю глаза наверх — поверить не могу, что вижу голубое небо. В этом городе такое бывает не больше ста дней в году. С тех пор как я устроилась работать в футбольный клуб, здесь ни разу не было ясной погоды.

— Ты уже в курсе, что мы вылетаем в Лондон на день раньше? — Сара присаживается рядом со мной и протягивает стаканчик с кофе.

— Да, я слышала, «мальчикам» надо адаптироваться перед игрой, так сказал Арне.

Я махнула Антуану, нашему нападающему, который сложил ладони в форме сердца и улыбнулась.

— У нашего Маленького принца на тебя крепкий стояк, - говорит Сара.

— Послушать тебя, так у всей команды на меня крепкий стояк, — фыркаю я в ответ.

— Да, у всей. Но он хотя бы не женат и не успел обзавестись кучей детишек к своим двадцати семи. Никогда не понимала, почему у футболистов дети появляются с такой периодичностью и в таких количествах?

— Они любят соревноваться? — предполагаю я, пожав плечами.

— Смотри: Арне просит Антуана уйти с поля, потому что тот глаз с тебя не сводит. Такой хорошенький, не понимаю, почему вы до сих пор не вместе?

— Возможно, немного позже, — уклончиво отвечаю я.

Только я знаю, почему мы не можем быть вместе. Думаю я не смогу принять другого мужчину, хотя с момента расставания с Маликом, прошел почти год. Я так и не смогла не сравнивать остальных мужчин с ним. И ни один мужчина не смог вызвать во мне хотя бы часть чувств, что я испытывала к Зейну.

— Как подумаю, какие слова вылетают из его рта во время секса, — продолжает Сара, — французский такой сексуальный.

— Я не говорю по французски!

— Неважно, он может комментировать футбольный матч в постели, и это будет сногсшибательно!

— Думаю, мне в самом деле, лучше уйти, хихикаю я, увидев, как тренер нашей команды показывает кулак засмотревшемуся на нас Антуану.

— Я хочу побывать в Лондоне, Хейли, но вот дерьмо! Я записалась на маникюр, у меня был единственный выходной, — стонет женщина, когда мы спускаемся вниз, - А мне сообщают, что мы вылетаем. Почему эти, — она обводит пальцем в сторону разминающихся парней, — Не могут обойтись без нас?

— Потому, что ты самый лучший спортивный врач на свете, - я приобнимаю Сару за плечи.

— А ты самый лучший переводчик, Хейли! — отвечает она.

***

Не верится, что когда-то я страшно боялась летать. Проработав в команде несколько месяцев, я налетала больше часов, чем полярная крачка и Тейлор Свифт вместе взятые. Сейчас я спокойно сажусь в кресло и отключаюсь на время полёта, хотя раньше и подумать не могла о том, чтобы уснуть на борту.

Вздрагиваю, когда бортпроводница объявляет, что экипаж готовится к посадке. Проверяю, пристегнут ли ремень, накидываю в рот жевательной резинки и снова прикрываю глаза. Через полчаса мы будем в Лондоне. Надеюсь, у меня будет несколько часов на отдых.

Кто-то сжимает мою ладонь, и я улыбаюсь, уверенная в том, что это Сара, которая так и не научилась справляться с паникой при посадке.

Открываю глаза и вижу улыбающегося Антуана. Бросаю взгляд на соседний ряд: женщина машет рукой и хитро улыбается.

— Хей, — тихо говорю я.

— Надо было сделать это раньше, но ты так сладко спала весь полет.

Сара права. Его акцент звучит сексуально, страшно подумать, как его голос сводит с ума тех, кто говорит по-французски.

— О чем ты? — интересуюсь я.

— Я думаю о том, чтобы пригласить тебя. В Лондоне есть один хороший ресторан, и у нас будет половина свободного дня, так что, я подумал...

Я уже ходила с ним на два свидания. Да, они были с большим перерывом, так как моя работа и его ежедневные тренировки перед чемпионатом не давали возможность встречаться в свободное время.

Третье свидание обычно несёт за собой какой то иной смысл. Точнее то, что следует за третьим свиданием. Словно в отношениях наступает переломный момент.

Ты уже дважды встречался с человеком, стало быть, он отвечает твоим требованиям, а значит, нравится тебе.

На данном этапе парни включают всю свою смекалку и надеятся, что это свидание непременно закончится в постели.

Антуан нравится мне, действительно нравится, и он хороший человек, я вижу это. Знаю, что мы можем неплохо провести время, но...

— Конечно, сходим, — отвечаю я, — Обязательно.

***

Выхожу на улицу из гостиницы, где мы провели пресс-конференцию перед игрой. Голову сжимает в тиски. Я чудовищно переживаю за ребят. Нам нужна победа, чтобы выйти в плей-офф. Нервничают все, даже Роберто, наш массажист, который терпеть не может «кальчо»*, предпочитая болеть на трибунах теннисных кортов.

*(В Италии футбол так переводится, живите теперь с этим, как я несколько лет живу)

Уже апрель, но, я отчётливо вижу лёд, застывший на лужах. Кажется, морозная погода решила атаковать весь континент. Улыбаюсь, вспомнив о том, что Кара отправила мне фото с пляжа на Корфу, где она живет с тех пор как вышла замуж за Димитриса. На ней купальник, на мне — шерстяной шарф длинной три метра и сапоги с овчиной. 

«Да, я завидую, довольна?» — строчу я в телефон. Кутаюсь сильнее. Все, что мне нужно — свежий воздух и новые впечатления. Прокладываю маршрут до достопримечательностей, которые отложила заранее и гуляю до тех пор, пока не выхожу на небольшую площадь.

***

   Зейн

— Я скучал по твоим вкусняшкам.

Ставлю пустую тарелку в мойку и целую маму в щеку.

— Почему ты не хочешь переехать поближе ко мне?

— Ты знаешь почему, Зейн, - отвечает мама, — Почему бы тебе самому не остаться? Здесь твой дом.

Она улыбается и вытирает руки о кухонное полотенце.

— Знаю, — пожимаю плечами, отбрасывая мысли о том, как щемит сердце, когда оставляю ее одну, — Мне нужно еще немного времени.

— Тебе нужно калифорнийское солнышко, милый, — смеется она, — И я не могу тебя винить. Ты видел погоду? Если это лето будет таким же дождливым, как прошлое, сбегу к тебе.

Улыбаюсь ей и крепко сжимаю в объятиях. Последние полгода я нуждался в ней, и наша связь стала теснее. Только мама была рядом, когда мне было особенно хреново. Только она знала, где я провел эти месяцы.

— Немного прогуляюсь, — говорю я, целуя маму в щеку.

Накидываю чёрную куртку с капюшоном и выхожу на улицу.

— Не забудь шапку! — кричит она вслед, и мой рот растягивается в улыбке.

Морозный воздух ударяет в лицо. Уже апрель, а на проводах ровным слоем лежит иней. Выдыхаю тёплое облако пара, и оно напоминает о сигаретном дыме.

Достаю пачку из кармана и закуриваю. Последние три месяца, что я пытался совместить программу реабилитации и музыку, не смогли помочь справиться лишь с этой привычкой.

Выдыхаю дым и оглядываюсь по сторонам знакомой улицы. У меня нет цели, только ноющая боль в груди, которая становится легче, когда я ускоряю шаг.

Знаю, это пройдёт, нужно лишь немного подождать.

Тревога появляется внезапно, но так же внезапно исчезает, а благодаря доктору Харрис, я научился относиться к ней как к части себя. «Прими ее, Зейн. Не пытайся отвлечься. Дай ей прожить свою недолгую жизнь. Наблюдай, чувствуй, а главное — расслабься.»

И это работает. Мне не нужно глушить беспокойство таблетками или травой, не нужно закрываться от людей. Я не должен бежать от себя.

Внезапно меня осеняет, и я резко останавливаюсь посреди тротуара. Хмыкаю.

Мне не нужно искать причины тревожности, но в этот раз я знаю, с чем она связана.

Уже апрель. Впереди лето, а значит с момента нашей первой встречи прошёл год.

Хейли любит море и солнце. Наверняка пакует чемоданы, чтобы отправиться навстречу соленому воздуху, пропитанному ароматами лосьонов для загара.

Телефон снова вибрирует в кармане. Восемнадцатый раз за последние два часа. Она не отстанет, придётся ответить.

— Ты козел, Зейн! - это одно из самых мягких её приветствий за последний месяц.

— Чего тебе, Эллин?

- Ты грёбаный козел, — повторяет она заплетающимся языком.

Снова пьяна, или нанюхалась кокаина, а может, и то и другое.

— Тебе надо выспаться, созвонимся позже.

Собираюсь вешать трубку, но она издает какой-то нечленораздельный звук.

— Я могу простить тебе все, ты знаешь это! Знаешь?

— Милая, прошу тебя... — стону я, затем сбрасываю вызов и отключаю телефон.

Эллин — моя единственная попытка построить отношения с девушкой, после Хейли. Неудачная попытка, но я должен был попробовать.

Сначала все шло неплохо, мы находились в одном мире, в одном обществе, на одной волне. Нас даже назвали «самой стильной парой года». Эллин получала доступ к закрытым тусовкам, а я — регулярный секс с красивой женщиной.

Бесчувственный, безвкусный, основанный на животных инстинктах и сильнодействующих препаратах, но всё же, хороший секс.

Так продолжалось до того дня, но об этом я стараюсь не вспоминать.

Замечаю, что мои руки вконец обледенели. Вижу старую кофейню, куда мы заглядывали с мамой и сёстрами, когда приезжали в Лондон из Бредфорда. Решаю зайти и выпить крепкий кофе.

Толкаю тяжелую дверь и оказываюсь в тёплом помещении, окутанном ароматом свежесмолотых зерен.