19

-Привет, красавица, – пробормотал брюнет и игриво мне подмигнул. 

– Ты что забыл в моём обществе? – раздраженно поинтересовалась я, сузив глаза и уперев руки в бока. – Жить надоело? 

– Да ты мне угрожаешь, я правильно понял? Да? – он потёр руки и приблизился еще ближе ко мне. От него пахло дорогим одеколоном и свежим дождем, смешанным с землей. 

– Правильно, теперь уходи, – мне не нравилось его присутствие, отчего я хотела быстрее уйти с урока и запереться в кабинке туалета, чтобы все наконец-то обдумать. 

– Если я уйду, то ты останешься без пары, – беспринципно заявил он, по-хозяйски кладя мне одну руку на талию, а другую на плечо. 

– Какого черта? – выкрикнула я, пытаясь достучаться до учительницы, но его плечо загородило мне весь обзор. 

– Валя Карнаухова, твоя пара – Роман Стрельцов. Что непонятного? – заявила Офелия Алексеевна и удалилась разбивать остальных учащихся на пары. 

– Даже не верится, что второй по счету обманщик стоит со мной в паре. Даже смешно становится, – и действительно, я улыбнулась, но саркастически. 

– Кстати, об этом я и хотел с тобой поговорить. Ты выслушаешь меня? По крайней мере, ты должна знать. Мне надоело ходить последним идиотом и лжецом. 

– Да что я должна еще-то знать? – уже заорала я. – Я думаю, с меня уже хватит информации. Ты так не думаешь? Ты слышал аргументы Словецкого? Я больше ничего не хочу знать, понятно? 

– Да, и это не правда, уж поверь мне, – уперто заявил он. – Теперь слушай, вредина.

– Иди к черту!  

– Договорились, но сначала выслушай. 

Я, как ни странно, вложила свою ладонь в его, и он повел меня в танце. Ибо мне не оставалось иного выхода, иначе у меня будет незачет по физкультуре. 

– Хорошо, говори.  Он ухмыльнулся, и эта его ухмылка напомнила мне Егора, отчего на сердце стало еще тяжелее. 

– В общем, скажу так, – музыка заиграла громче, и он меня резко крутанул вправо, отчего я оказалась в миллиметре от пола, а Роман навис надо мной.

– Я не тот, кем ты меня представляешь. 

– Да ладно?  Парень дышал мне практически в губы. 

– Егор поспорил на меня с тобой. И кем я должна тебя считать после этого? Знаешь, я была о тебе лучшего мнения. 

– И будешь, если узнаешь правду, – его рука скользнула на моё бедро, и Стрельцов поднял меня над полом, а затем поставил обратно. 

– Я так не думаю. 

– Пойдем со мной на осенний бал, и ты узнаешь все, что захочешь, – брюнет снова повел меня, но уже влево. 

– С какой это стати? – моему возмущению не было предела, которое постепенно вылилось в смачный удар в грудь. Его грудь. – Ну ты и наглый, черт тебя дери!

Через пару минут раздался звонок с урока, и весь класс направился переодеваться. Роман шел чуть поодаль меня, тем самым заставляя вздрагивать от каждого его телодвижением.  

– Карнаухова и Стрельцов! – нас, причем обоих, окликнула учительница, отчего нам пришлось остановиться и выслушать её наставления. – Вы будете открывать танец. Жду вас завтра на репетицию, после шестого урока. Вопрос закрыт. Возражения не принимаются, – она развернулась и, взяв журнал с подоконника, направилась в коридор. 

– Невероятно! – выпалила я. – Мне еще придется терпеть тебя и после уроков.  

– Да ладно, не такой уж я и плохой. Хорош сопли пускать, – он по-братски похлопал меня по плечу и подтолкнул вперед, что стало самой большой моей ошибкой за эти полдня. 

Я выскочила за дверь и увидела Юлю, прижатую к стене телом Егора. Он целовал её, обнимая чуть ниже талии и, вероятно, наслаждался этим. 

– Хорошо, Стрельцов, я пойду с тобой на бал, – горько заявила я, понимая, что это станет самой моей роковой ошибкой. 

И пусть я буду жалеть об этом, пусть я снова обожгусь, но я докажу ему, из какого я теста на самом деле слеплена.

Сегодня, была последняя суббота сентября, а это значит, что до традиционного осеннего бала осталась ровно неделя. Неделя, за которую мне нужно будет закончить подготовку к танцу и разобраться в себе и в своих чувствах, что являлось довольно-таки нелегкой задачей, особенно после всего, что произошло со мной.

После того инцидента, выплывшего накануне, я всеми силами старалась не встречаться взглядами с Караблиным Егором, да и он не хотел больно со мной общаться, что просто убивало меня изнутри. Уничтожало.

Я не могла вынести это надменное, но такое родное и запавшее в душу лицо светловолосого парня с зелеными, выразительными глазами, и по возможности пыталась избегать его. Последнее у меня выходило всего лишь на «двоечку», да и к тому же времяпрепровождение в одном классе не позволяло мне такой удивительной роскоши.

Но Егору, видимо, было совершенно без разницы, что со мной происходило, и как я вообще себя чувствовала после произошедшего.

Было невероятно обидно и до одури больно в сердце, отчего моя личность постепенно начала ломаться, и я будто потерялась в себе.

– Эй, Карнаухова! – окликнул меня со спины темноволосый парень. – Ты чего такая угрюмая? Я же нормально себя вел всю репетицию и ни разу до тебя не дотронулся без надобности. Ну, в смысле, не домогался. Что случилось-то? – Рома закончил свою тираду и нервно почесал затылок, оказавшись уже впереди меня. Лицом к лицу.

Я обреченно выдохнула, потирая переносицу большим и указательным пальцами. Голова просто жутко трещала после четырехчасовой репетиции, а ноги практически отказывались слушаться, да и руки тоже.

– Да не в тебе дело-то, – прошептала я, развернувшись и направляясь в сторону главного выхода, предварительно закинув сумку с учебниками и спортивной формой себе на плечо. Мне хотелось поскорее добраться до дома и в беспамятстве упасть на кровать, под теплое одеяло, на пару-тройку часов.

Все-таки эти «факультативы» довольно сильно выматывали, как морально, так и физически.

– Слушай, постой.

Я всеми фибрами души чувствовала, что Стрельцов хочет мне что-то важное сказать, поэтому и остановилась в ожидании. Я слышала, как скрипнула его кожаная, темно-коричневая куртка, а в руках брякнули ключи. Как он провел ладонью по густым волосам и шумно выдохнул, в напряжении.

– Пойдем, – это было скорее утверждение, нежели вопрос с его стороны.

В ту же минуту Роман схватил меня за руку и вытянул на улицу, вслед за собой. Я разгоряченной кожей почувствовала сильный порыв ветра, а также мне в лицо ударил неприятный крупитчатый снег.

– Куда ты меня тащишь? – громко крикнула я, но он сделал вид, будто не расслышал моего вопроса и ничего не ответил, продолжая уже не на шутку пугать моё и так искалеченное подсознание.

– Стрельцов, мать твою!

– Успокойся, я ничего тебе не сделаю, – чуть отстраненно бросил мне зеленоглазый и протянул черный мотоциклетный шлем с какими-то красно-желтыми узорами, похожими на молнии. И тут же мне в глаза бросился такого же черного цвета, невероятной сборки мотоцикл.

Я не удивлюсь, если он заоблачно дорогой. Я округлила глаза в нетерпении. Мне почему-то захотелось на нём прокатиться, может хоть тогда вся боль вылетит из головы.

– Нравится?

– Да, красивый, – на одном дыхании выдохнула я и прикоснулась к кожаному сидению.

Брюнет выдал, что-то наподобие смешка, а затем так же резко откашлялся, тем самым скрывая этот жест.

– Это MTT Turbine Superbike, разгоняется до трёхсот шестидесяти пяти километров в час, – с неприкрытым удовольствием заверил меня Роман и жестом руки показал мне садиться. – Отец подарил на восемнадцать лет.

– Ты хочешь, чтобы я поехала на этой штуковине. С тобой? – мой скептический взгляд был прерван тем, что парень снова потянул меня за руку, и я едва ли не споткнулась о бордюр. В последнее время неуклюжесть становится моим вечным спутником жизни.

– Залезай, птенчик, – пробормотал он, а я в ответ натянула на себя тот самый шлем. – Помнишь, что я тебе обещал всё рассказать, если ты согласишься со мной пойти на осенний бал?

– Да, – мой ответ вышел каким-то писклявым и испуганным. На что он намекает? – И что?

– Так вот, ты согласилась, а значит, время пришло, – и тут мы рванули с места на огромной скорости, а в ушах зазвенело так, что я даже зажмурила глаза.

– Ты без шлема! – открыв глаза, через пару минут, заорала я в растерянности и тут же увидела знакомую дорогу.

Мы ехали по направлению к лесному загородному парку, где я любила бывать в детстве со всей семьёй, которая c недавнего времени так глупо разрушалась.

Я выдохнула и заставила себя затолкать эти мысли подальше, глубоко в подсознание, и сосредоточить своё внимание на Стрельцове, который гнал с нешуточной скоростью, да еще и без средства защиты.

– Ты совсем дурак?! – снова крикнула я, на что он ухмыльнулся и остановился около деревянных ворот довольно-таки резко и неожиданно, отчего моё тело поддалось вперед и прижалось к спине брюнета.

– Во-первых, не обзывайся, если уж на то пошло, Карнаухова, – он слез со своего «железного коня» и протянул руку мне. – Во-вторых, шлем был на тебе, а второго у меня, к сожалению, нет, так что не бесись, ну а в-третьих, пойдем, закажем столик и все обсудим, о'кей?

– Ладно, уговорил, – нахмурилась я и, спрыгнув, поплелась вслед за зеленоглазым.