Акт 9.

Аборты были запрещены.

Всех омег, уличённых в этом преступлении, в лучшем случае сажали в тюрьму, в худшем — они сами лишали себя жизни из-за сильного социального давления.

Все абортарии считались незаконными, но существовало много подпольных организаций, занимающихся этим делом, потому что, несмотря на запреты, омеги не всегда хотели рожать. Многие об этом знали, поэтому никто не спешил устраивать рейды на эти заведения, которые, к тому же, приносили неплохой доход.

В квартале Хаку салоны абортария были замаскированы под центры приёма различных вещей, которые всегда отмечались вывеской «избавься от ненужного». Несколько символично, если не сказать в самую точку.

Вывеска рябила красным и неприятно жужжала, как будто толстую муху засунули Наруто в ухо. Они стояли прямо у узких дверей со слезшей краской. Наруто повернулся к Саске, стоявшим за его спиной. Он озирался по сторонам, поджимая губы в тонкую полоску, а желваки ходили под кожей, но это было скорее не недовольство, а настороженность.

Саске своё обещание выполнил, подняв его до рассвета, что он сказал родителям, Наруто не знал, они просто дошли до остановки и приехали. Наруто даже поразился, насколько всё оказалось просто с помощью Саске. А ступив на территорию квартала, кишевшего различными непонятными личностями со странными запахами, он окончательно убедился, что без Саске он бы даже не пошёл сюда.

Всю дорогу они молчали, и сейчас тоже, хотя Наруто и не знал, что ждёт от Учихи, но глядя на него, прячущего лицо, ему вдруг захотелось, чтобы что-то произошло. Но прошла минута, потом следующая, а Саске молчал, только поднял на него глаза, приподнимая брови в молчаливом вопросе.

И Наруто открыл дверь, мелодично звякнув колокольчиком.

Первое, что он ощутил, это тошнотворный запах крови и протухшего мяса. Наруто сглотнул, прижимая рукав кофты к носу. В данную секунду он вдруг осознал, что сомневается. В области сердца кольнуло, а пульс участился. И если бы сейчас ему предложили полную анестезию, он бы не отказался.

Но их никто не встретил, поэтому Наруто ещё раз нажал на колокольчик.

Помещение было маленьким, квадратным и, что странно, светлым. Многочисленные полки украшали сломанные игрушки, а на полу лежал старинный, серый, испорченный ковролин.

— Никого нет? — Наруто повернулся к Саске, который уставился в одну точку на противоположной стене.

Там стояли четыре железных ведра, доверху наполненных чем-то красным в прозрачных полиэтиленовых мешках, прикрытых полотенцем.

Сердце Наруто, казалось, пустилось галопом, а в горле пересохло, низ живота сковало такой болью, что он ухватился за маленькую стойку, чтобы не упасть.

Неожиданно противоположная дверь, рядом с вёдрами, открылась, в проходе показался бледный, почти синий омега. Его русые волосы были мокрыми, а сам он сжимал в дрожащих руках несколько бинтов. За ним появилась старая высокая женщина-бета, почти в домашнем цветном халате.

— Что бы ни случилось, сюда не приходи,— объявила омеге женщина,— если закровишь, сразу иди в больницу.

Омега кивнул и, немного пошатываясь, направился к выходу, даже не взглянув на новых посетителей. Наруто видел, его щёки были мокрыми от слёз, а синие губы искусаны до крови. И ему вдруг захотелось уйти. Бежать отсюда как можно дальше и никогда не возвращаться. Он посмотрел на Саске, неожиданно осознав, что хочет его поддержки в этом, чтобы он сказал, что «против». Но Учиха молчал, почти безучастно смотря то на женщину, то не на него. Бета кинула в ведро ещё один полупрозрачный пакет, прикрыв всё тем же полотенцем.

— Заказала утиль ещё на той неделе,— посетовала она, подходя к очередным клиентам, осматривая их с головы до ног. — Впервые вижу, чтобы омега и альфа приходили вместе.

Вся решимость Наруто испарилась мгновенно, когда его мозг до конца осознал, что в этих вёдрах. Он даже отступил на шаг, наткнувшись на преграду в виде Саске, — и это было как ушат холодной воды.

Бежать всё равно некуда, отчаяние, недоверие и страх соединились в один сплошной ком, который обрушился на него. Впереди были одни вопросы, а ответ был один — «избавься от ненужного».

Руки не слушались, когда он попытался открыть рюкзак, «собачка» от молнии задралась так, что открыть было невозможно. Наруто дёргал несчастный замок, пока ладонь Саске не легла на его локоть. На миг даже в голове зазвенело, повисла тишина и тяжесть, и Наруто застыл в ожидании чего-то.

Саске забрал у него рюкзак, щёлкнул собачкой и, потянув замок, отдал ему.На лице Узумаки появилась вымученная, нервная улыбка. Нечего было ждать. Саске всего лишь тупой альфа.

Наруто высыпал все свои сбережения на стол, женщина скрупулёзно посчитала каждую купюру, а затем сказал идти за ней.

— Альфа пусть останется тут, — посоветовала она, когда Саске вдруг пошёл вслед за ними.— Но я...— Тебе нечего там смотреть.

Наруто не оглянулся на Саске, потому что боялся увидеть в его глазах облегчение.

За двойной дверью был небольшой узкий коридор, он вёл в следующее помещение, пожалуй, чуть больше первой комнаты. Там была всего одна яркая лампа над креслом, которое Наруто раньше видел только на осмотрах. Вся остальная территория была погружена в полумрак.

— Раздевайся тут.

Женщина указала за небольшую ширму, а сама скрылась за другой дверью.

Наруто спрятался за ней как за последней защитой и просто просидел несколько минут с совершенно пустой головой, пока вновь не услышал скрипа открывающейся двери.

— Ещё не разделся? Не задерживай ни доктора, ни себя,— женщина подала ему какую-то одноразовую рубашку зелёного цвета. — Тебе очень повезло, ты даже не представляешь как, ведь он самый настоящий доктор. Сделает всё быстро и чисто, так что потом ты сможешь родить себе ещё много желанных детишек. Поэтому будь благодарен, поторопись.

И Наруто раздевался, дрожащими руками стягивал одежду, кидая на кушетку, а в голове вдруг стояло только одно имя: «Саске!». Бета цепко ухватила его за руку, видать, поняв, что сам он и шагу не сделает, подвела его к креслу и помогла забраться, раздвинула ноги, согнув в коленях и закрепляя на специальных держателях.

Наруто видел, как его сотрясает дрожь, потому что ноги тряслись, так что даже кресло поскрипывало. От напряжения он ощутил боль во всём теле. Свет вдруг стал каким-то ярким и бил в глаза настолько сильно, что Наруто начал жмуриться, чувствуя резь и жжение, а по щекам потекла вода.

Откуда? Мучился Наруто, он ведь столько выдержал, чтобы попасть сюда, он решил это с самого начала, почему сейчас? Зачем сейчас?

В глазах помутнело, а в горле был какой-то комок, тугой и плотный, вставший поперёк, прямо не передохнуть.

Доктор появляется неожиданно, будто из бесплотной тени. Высокий широкоплечий альфа, его лицо закрывала маска, но Наруто ощутил, что от него пахнет алкоголем и табаком. Доктор не взглянул на него, ничего не спросил, просто грубо просунул сразу два пальца в анус и надавил на живот. Наруто против воли напрягся, выпучив глаза. Доктор убрал руки, нахмурил свои густые брови и что-то пробубнил в маску. Грудь сдавило спазмом, когда руки заменили железные расширители. Женщина положила ему на лоб салфетку, бросив короткое «вытрись», только сейчас Наруто понял, что просто обливается потом. Анестезии не было, и он ощущал все манипуляции внутри себя, растянутый насколько возможно для лучшего обзора.

И в этот момент, когда холодная игла касается его слизистой, в голове начало гудеть, мощный удар отдаёт в самое темя, так, что из носа потекла кровь. Наруто показалось, что он потерял сознание от нехватки воздуха и распирающей боли. Всё его тело вдруг стало каким-то липким, а живот тяжёлым. И в этом повисшем состоянии Наруто начал кричать, громко, до хрипоты и рези в горле, пока свет над ним не погас.

***

— Сколько же с тобой хлопот.

Этот голос раздался откуда-то издалека, пока Наруто пытался открыть глаза. Его лоб упирался в твёрдую кушетку, поэтому ощутимый дискомфорт не заставил его долго приходить в себя.

— Уже... уже всё?— Если бы, — Наруто напрягся от её слов. — Защита твоего ребёнка оказалось такой сильной, что он вызвал у тебя припадок, пришлось вколоть тебе лекарство.

В доказательство её слов Наруто ощутил на своём локте тугую повязку. Он медленно поднялся, как выяснилось, он всё ещё находился в той самой одноразовой рубашке. Внизу живота по-прежнему ощущалась тяжесть, будто ему натолкали туда камни.

— Доктор не будет с тобой больше возиться, — предугадав вопрос Наруто, опередила бета. — Он велел передать это, — она подала ему листок синего цвета, где размашистым подчерком были написаны какие-то препараты и дозы. — Это прекратит частые течки, а сейчас постарайся запретить своему альфе касаться себя хотя бы неделю.

От этого Наруто словно в себя пришёл. Он всё ещё беременный. И это всё ещё ребёнок Саске. Следующей стадией должна быть паника, но Наруто её не чувствовал, на него вдруг накатило такое облегчение и спокойствие, что произошедшее даже радовало, чем огорчало.

Тело всё ещё дрожало, но уже не было выламывающей боли, когда он одевался. Но голова вдруг начала разрываться от вопросов, от суеты, от незнания, что теперь делать.

— А... — Наруто не решался, но всё же попытался спросить: — Если мне... аборт...

Слова не собирались в одну фразу, но, кажется, его поняли.

— Тебе аборт никто не сделает, — бета вздохнула, опустив вдруг всю свою холодность, она коснулась его плеча. — Ты убьёшь и его, и себя, поэтому дай ему родиться, и он сделает тебя счастливым.

Почему-то Наруто поверил её словам, в данную минуту всё, что он считал своей жизнью, вдруг стало ему не столь важным, как то, что его щенок ещё жив. Это было глупо, но, похоже, припадок подействовал, вправив ему мозги, в нужное ли русло или нет — Наруто пока не мог ответить.

Откуда-то пришли силы и мысли о том, что он справится, всего добьётся и учёбу закончит, и уже точно знал, кем станет.

— Деньги мы не вернём, это плата за лекарство и за консультацию.

Они были и не нужны, всё равно не собирался их забирать, но Наруто всё же ответил улыбнувшись:

— Просто грабёж.

***

Наруто свои силы переоценил, особенно когда вышел из узкого коридора и вновь оказался в преддверии большого мира.

Саске не было, а выходить на улицу вдруг стало страшно. Он обернулся, но бета за ним не пошла, возможно, она осталась с доктором, подливая ему очередную порцию алкоголя, Наруто просто стоял один в этой небольшой входной комнате, не решаясь предпринять какие-либо шаги дальше.

«Что мне сказать Саске? А что, если он погонит обратно? А вдруг...»

Эти вопросы Наруто задавал пустоте, прокручивая все возможные сценарии, самый лучший из них был, что Саске ничего не сделает, а самый худший...

В конце концов, эти мысли Наруто отбросил, он уже всё решил, а Саске тут даже не было.

«Вдруг он уехал?».

Наруто даже холодно стало, и он, не медля больше, кинулся на улицу.

Саске подпирал противоположную стену, сидел на корточках, медленно выпуская изо рта сигаретный дым. С виду он был бледный, почти такой же, как увиденный им раньше омега, хотя, возможно, во всём виновато уличное освещение. Он поднял на него глаза, уставившись в область живота, и как-то совсем недобро усмехнулся.

— Не знал, что ты куришь? — Наруто хотел сказать другое, например, про ребёнка, но язык совсем не слушался головы.— Не курю,— Саске поднялся, выкинул почти докуренную сигарету. — Первая и последняя. Ты в порядке?

Он не подходил, так и стоял у стены, спрятав руки в карманы.

— Да.

И они снова замолчали. Наруто не знал, с чего ему начать, а Саске, похоже, совсем не хотел разговаривать.

— Поехали, — коротко бросил Учиха.— Саске, знаешь, я...

Наруто начал быстро, но, кажется, Саске совсем не разобрал его слов, потому что стоило ему подойти к нему ближе, тот остановился и, обернувшись, толкнул его к стене.

— Никогда не говори об этом и не смей вспоминать, — Саске зло зашипел, да так, что не на шутку его напугал. — Теперь между нами ничего нет.

Он больно сжал его плечо, но Наруто не почувствовал, гораздо больнее его жалили слова Саске.

— Но я...— Не подходи ко мне близко, — Саске отступил и демонстративно поморщился. — От твоего запаха меня тошнит.

Учиха отступил и, не оборачиваясь, зашагал вперёд, будто не сомневаясь, что всё, что останется Наруто — это пойти за ним.

«Его тошнит?»

Вот теперь точно горло сдавливал спазм, такой колючий, что только нарастающее тепло внутри не позволило ему сбежать.

Он бы не пошёл за Учихой после его слов, в другой ситуации он бы врезал ему и вернул бы отповедь с запахами в матерной форме. Но это была совсем не та ситуация, потому что теперь он уже не один.

***

В автобусе, как и в прошлый раз при выезде за город, они вновь остались одни. Саске пересел на самые дальние сидения, и Наруто некоторое время даже не замечал его. В голове был один сплошной бардак, начиная от того, что Саске необходимо убить и заканчивая тем, как же ему прятать живот.

«Мелкий, ты там не обижайся на меня, твой отец просто идиот немного, а так я очень хороший».

Наруто даже усмехнулся своим мыслям.

«Второй отец тоже придурок, но он сильный и... красивый бывает... иногда. Это самое лучшее в нём, а в остальном он тупица».

Узумаки, вспомнив о Саске, повернулся назад, отыскав его взглядом, он тут же хотел забрать свои слова назад. Саске, и правда, был бледным, обнимал себя руками и дрожал. На его лице залегли тёмные тени усталости, и выглядел он не очень здорово. В эту минуту Наруто понял, что ни единой секунды не думал о чувствах Саске, никогда. До этого он всегда заботился только о себе. С другой стороны, Саске его изнасиловал, но с другой он сам полез к нему в кровать во время течки, потому что хотел именно его запаха, когда как кругом витало множество других.

Наруто поднялся с кресла и, взяв плед с верхней полки, накрыл им Учиху.Тот не шевельнулся и, казалось, ещё больше нахмурился. Нерешительно он протянул руку и коснулся его щеки. Горячий, хотя и дрожал.

— Дурак,— шепнул ему Наруто.

Саске дёрнулся и зашевелился, а Узумаки поспешно брякнулся в первое попавшееся кресло, отвернувшись к окну, будто так и сидел.

Поэтому он не увидел, как Саске плотнее закутался в одеяло, задумчиво уставившись в его сторону.